Глава 100

Доментиан

Я не мог даже бежать. Приказ был идти.

Не мог подойти ближе. Приказ был не подходить.

Не мог никак помочь. Приказ был не помогать.

Хочу не видеть этого ужаса. Но не могу отвести взгляд. Приказ был смотреть.

Лайон, похожая на хрупкую бабочку, петляла в воздухе, пыталась прорваться к берегу. Осор, — она сейчас больше устраивала кровавое представление для меня, — загоняла Лайон, медлила, изводила атаками.

Силы фейри с могуществом Осор даже сравнивать нельзя, но Лайон держалась, я узнавал приёмы, которым сам научил её. И это был сюрприз для Осор: она не ожидала уловок чёрной магии от фейри.

На пляже дёргался в нерешительности Ирлайт, но этот поганый трус бросился прочь, как только Лайон и Осор оказались поблизости.

На краткий миг мы пересеклись взглядами с Лайон. И к отчаянию в её глазах добавилось недоумение и боль.

«Она видит, что я не стремлюсь защитить её… Для Лайон я теперь предатель…»

От скал в море уносило кого-то. Голова несчастного едва показывалась среди волн, поднятых Осор. Даже мне с моим зрением пришлось напрягаться, чтобы разглядеть тонущего.

«Кто это? Мадлен? А она как здесь оказалась? Я даже ей не могу помочь, приказ не даёт и шагу ступить». Рядом фиолетовой точкой носился Акси. Бедная Лайон отдала фамильяра, чтобы спасти Шантиль.

Чёрная молния полоснула Лайон, и алая кровь закапала в море. От удара Лайон чуть не рухнула, только чудом выправилась. А ничего не мог сделать, лишь бессильно наблюдать.

Резкая тень упала на пляж, и я вскинул голову. Красно-зелёный дракон, загребая мощными крыльями, нёсся над водой.

«Брам!»

Дракон помчался к тонущей Мадлен.

Осор кинулась к раненой Лайон, но рёв дракона отпугнул её. Конечно, дракон — достойный противник.

«Если бы Брам помог Лайон… Но он не успеет и туда и сюда. Разумеется, он выберет истинную».

Брам совершил сумасбродный по своей смелости оборот в воздухе, уже в облике человека нырнул в воду, ухватил Мадлен и поплыл с ней к берегу. Я надеялся, я так надеялся, что он успеет помочь и Лайон. Но над морем возник неровный прямоугольник портала, и мощный удар, смявший крылья, швырнул Лайон туда. Осор устремилась за ней, и портал исчез.

Я осел на песок. Приказ перестал действовать, а нового не последовало, я опять был предоставлен сам себе. Нечем было дышать от отчаяния и ужаса. С каждой секундой в мышцы неохотно возвращались силы.

Брам вытащил Шантиль на берег и склонился над ней. Рядом с ними шлёпнулся полуживой аксолотль. Кадум тряс Мадлен за плечи, что-то судорожно шептал, пытался вдохнуть воздух в её лёгкие, и через долгие секунды Мадлен начала кашлять.

«Жива!»

Я поднялся на ноги и, преодолевая слабость, помчался в Академию.

«Время есть, но его немного».

Перерыл спальню и нашёл один-единственный неиспользованный маячок, оставшийся после вылазки к МакКоллину, запихнул его в карман вместе с Гранями. Потом кинулся в лазарет, ворвался в лекарскую, испугав и студентов, и целителей. Но мне было всё равно. Одним рассказом про ужасного демона больше, одним меньше. С полок сгрёб все тонизирующие зелья, что там были, часть выпил сразу, остальные забрал с собой.

Дальше бросился искать эту мразь, Ирлайта. Отловил Аллет, секретаря ректора, которая чуть не выпрыгнула в окно, когда я её нагнал в коридоре с вопросом, где Конлет. Догадываюсь, о чём она подумала, но номер комнаты сообщила.

Стучаться я не стал, всё равно не откроет, выбил дверь ногой. Конлет был в комнате, он удивлённо поднял голову от вещей, которые в беспорядке заталкивал в сумку.

Ирлайт попытался отскочить от меня, но я не собирался играться.

– Ты дерьмо, не достойное даже смотреть в сторону Лайон, — глухо зашептал я, схватив его за горло.

Руку обожгло пламенем фейри, и я отпустил Ирлайта. Не стоило сейчас тратить силы на этого слизняка. Они мне скоро и так пригодятся.

— А ты? — напустился на меня Конлет. — Ты сам ничего не сделал! А может ты в сговоре с той нечистью?

Я молчал, если бы и мог, то всё равно не стал бы ничего рассказывать этому отродью. Моё молчание Ирлайт расценил как согласие и радостно оскалился.

— Это ты! Ты виноват! Всё ваше гнилое племя…

Ирлайт не договорил. Помешал мой кулак. Конлет врезался в стену, схватился за скулу и изумлённо вытаращился на меня. Проблема многих юнцов — забывают, что кроме магии существует ещё и физическая сила, и частенько кулак затыкает лучше заклинания.

— Помолчи, слушай внимательно!

Теперь предстояло хитрить, чтоб обойти приказ: я никому не могу рассказать об Осор, не могу выдать её многочисленные убежища. Но зато могу выдать своё местоположение.

— Ты всё видел. Ты обязан помочь Лайон. Сообщи её родителям, что именно произошло. Я пока отправлюсь за ней. Вот маячок. Найдёшь меня там . И не вздумай геройствовать, я уже нагляделся, какой ты храбрец, поэтому передай родителям Лайон, что нужны несколько сильных воинов. Поспеши! Больше суток там не продержаться.

Я вручил Ирлайту маячок, настроенный на мою ауру, без замаха, чтоб не терять неожиданность, врезал под дых, дабы ему лучше думалось, и ушёл.

«Теперь к Браму, наверняка Мадлен с ним. Забрать Акси – единственную ниточку к Лайон».

Кадум открыл не сразу. Но как только открыл и увидел меня, то помрачнел и попытался захлопнуть дверь.

— Пошёл отсюда, — прошипел он.

Такая смена отношения меня не удивила. Кадум прекрасно видел, что я был на пляже, но не помог ни Лайон, ни его Мадлен.

— Аксолотль, фамильяр Лайон, отдайте его.

— С чего бы? Она придёт, ей и отдам. А ты проваливай.

«Если бы всё было так просто…Лайон не придёт, если не помочь».

Он попытался вытолкнуть меня за порог, но я упёрся. Брам пылал ненавистью ко мне, ещё бы немного, и он просто сорвался бы.

— Кадум, Лайон в опасности, её забрали. И единственная ниточка к ней — это фамильяр.

— Ах, Лайон в опасности? А почему, не знаешь? Может, потому что кое-кто даже не пытался ей помочь, а? И Мадлен! Она тонула, а ты просто стоял и смотрел! Она умереть могла! А ты? Боялся намочить костюмчик? Жалкий трусливый шут…

— Я не мог им помочь! — повысил голос я, но добавил уже тише: — Хотел, но не мог. Я не могу нарушить её приказы.

Даже эта фраза — ходьба по тонкому льду. Ещё бы хоть слово, и последовало бы наказание.

— Чьи приказы?

— Брам, времени мало! Потом всё объясню. Отдай фамильяра… — уже не требовал, просил я, но Кадум заупрямился.

— Отвечай, Доментиан! Поперёк горла твои загадки! Либо говори, из-за чьих приказов я чуть не лишился истинной, либо…

Брам готов был наброситься на меня, но его остановила Мадлен. Она, одетая рубашку и брюки Кадума, вышла из спальни, с опаской приблизилась и протянула мне Акси.

— Вот. Когда найдёшь Лайон, передай ей от меня спасибо. Если бы она не послала помощь, Брам бы не успел.

Я посадил аксолотля в карман, кивнул Мадлен в знак благодарности и в упор посмотрел на Брама.

— Пустишь?

Кадум тяжело вздохнул и отступил в сторону, пропуская в башню. Стоя в гостиной, я достал шкатулку с Гранями. Уже протягивая её Браму, подумал, что возможно стоило бы отдать Мадлен, а не Кадуму, уже зная его ловкость.

«Впрочем, неважно в чьих они сейчас руках, лишь бы не достались Осор. А когда она узнает, то обязательно прикажет мне принести Грани ей».

— Если я приду и попрошу вернуть мне артефакт, не смей этого делать. Ни за что не отдавай мне Грани. Только Лайон, понял?

— Не очень, если честно. Это как-то связано с той женщиной в чёрном?

— Брам, просто обещай, что не отдашь мне Грани. Я потом всё объясню.

«Если буду жив».

— Ладно, — вопросы закончились, и Брам наконец-то взял у меня шкатулку.

Времени, чтобы найти укромное место или вернуться к себе, уже не оставалось.

Одна мысль — и окно распахнулось так резко, что створки ударились о каменные стены.

«Надеюсь, у них крепкие нервы».

Тело вывернуло наизнанку, перекроило заново, и за спиной я услышал тихий вздох, полный ужаса. Я знал, что стало его причиной — мой новый вид. Мертвенно-бледная кожа, непомерно длинные руки и ноги с буграми мышц, впалые, сияющие зловещим голубым цветом глаза на лице, лишь отдалённо напоминающем человеческое, способны напугать кого угодно. Кожистые крылья и хвост только усугубляют впечатление.

Бледный демон. Так презрительно называли меня в Хаосе за необычный вид в обеих ипостасях. Я всегда отличался от обитателей Хаоса: светловолосый и светлоглазый среди смуглых кареглазых демонов не мог не стать объектом для насмешек. Тем более мне не повезло дважды: демоны во второй ипостаси приобретают только крылья, рога и хвост, мощное красивое тело, но не я. Я превращаюсь в жуткий кошмар. И чем больше получал презрения, тем старательнее скрывал вторую ипостась, никогда не демонстрировал без крайней необходимости, дотошнее следил за внешним видом в человеческом облике. Самые дорогие ткани, костюмы от лучших мастеров, драгоценности, уверенная манера держаться и тщательный уход — я не упускал ни одной детали, которая могла бы добавить мне шарма и подчеркнуть приятную внешность человеческой ипостаси. Чтобы никто не сомневался в моей неотразимости.

Я не смотрел на Мадлен и Брама. И так знал, какие эмоции были на их лицах. Отвращение, брезгливость, ужас и неприязнь.

Я выпрыгнул в открытое окно, расправил крылья уже в полёте и взлетел на крышу башни. Заставил аксолотля материализоваться в моей руке. Он вылупился на меня чёрными глазами, растопырил жабры и упёрся лапами в мою ладонь.

Я чуть встряхнул его.

— Если хочешь спасти хозяйку, делай, что я скажу. Лайон в плену. Но между вами тонкая ниточка, связывающая вас двоих. По этой нити я её найду. И освобожу. От тебя ничего не требуется. Просто представь, что ты растворился, стал самой водой и плывёшь к хозяйке.

Аксолотль замер на несколько мгновений, не мигая изучал меня, потом заворочался в моих руках и снова затих, прикрыв глаза. Тонкая энергия заструилась вокруг него, свернулась упругой спиралью. Я поймал конец этой своеобразной нити, создал точку входа, и сизый дым очертил границы портала. Нить устремилась дальше.

«Получилось? Или это путь в никуда, в мёртвое ничто. Один шаг — и я сам превращусь в ничто. Но я могу и не делать этот шаг. Кто мне Лайон? А пока она там, пока Осор мучит её, у меня есть время спрятаться. Мучит…Лайон…»

Я встал, покрепче ухватил аксолотля и шагнул в портал.