Глава 35. Дым без огня.
Аня
Меня никто не будит. Не запрыгивает на кровать, не гавкает, не целует, не рассказывает что приснилось... И в доме, кажется, как-то прохладно...
Я спускаю ноги с кровати и накидываю на плечи халат пеньюара. Сколько там время? Ого! Десять утра! Неужели Борис сам собрал сына в сад и дал мне выспаться? Нет... Это на него не похоже.
События вчерашнего вечера вспыхивают в памяти кадрами, и я делаю странную с первого взгляда, но такую логичную со второго вещь... Вбиваю в интернет поисковик: «Жена Басова Бориса депутата»
Через секунду экран начинает пестрить нашими совместными фото и заголовками: «Кандидат в депутаты Борис Басов вместе с супругой...»
Третья ссылка вводит меня в полное замешательство. Инстаграм. Мой. Нажимаю ссылку и понимаю, что этот аккаунт никогда даже в глаза не видела. Зато в подписчиках много родительниц из Васькиной группы, соседей, коллег Бориса и... даже Вильдяев подписан.
Я чувствую, как на лбу выступает пот. Мне душно, и в тот же момент трясёт. Под фотографиями много комментариев, и есть ответы от моего имени. Вежливые: «спасибо», «да» и прочее...
Вкладка «рекомендуемое» выскакивает на экран неожиданно. Я в ужасе застываю и смотрю пятнадцать секунд своего вчерашнего падения на Виктора. Перехожу по ссылке.
«Пьяная жена кандидата в депутаты...»
Что? Глаза округляются, а сердце перестаёт равномерно стучать.
«Жена Бориса Басова провела ночь с конкурентом мужа»
Господи... Горло пересыхает, и язык прилипает к небу.
«Виктор Вильдяев ответил на вопросы о связи с женой Басова.»
И дальше ссылки ведут на фотографии, где мы с Виктором обнимаемся в парке.
Перед глазами плывет. За что? Я не понимаю! Зачем нужно было меня так унижать?
Распахиваю дверь спальни и сбегаю по ступенькам практически до самого низа, когда слышу с кухни раздражённые голоса.
- Эти желтушные посты сыпятся, как грибы после дождя. Я не успеваю их блокировать! - Слышу голос Веталя.
- Рейтинг падает. - Вторит ему Арина. - Нужны официальные опровержения и извинения от Вильдяева.
- Он, сука, даст их! - Последним аккордом звенит в моей голове злой голос Бориса.
Я тихонечко оседаю на порожки и ложусь головой на перила.
- Самое плохое, - говорит Арина, - что у Вильдяева есть эти фотки из парка. Как вообще так вышло, что они оказались знакомы?
- Да понятия я не имею! - Рычит Борис.
Голоса становятся чуть тише, и я перестаю слышать.
- Ань... - из столовой выходит Васька, - папа запретил тебя будить... Сказал, что ты заболела. Ты заболела?
- Нет! - Кручу головой и закусываю дрожащие губы, чтобы не разрыдаться перед ребёнком. - Как вы вчера в зоопарк сходили?
- А мы не ходили... - вздыхая, Васька садится рядом со мной на порожек и кладёт голову мне на колени. - Папе ещё в машине позвонили, что какой-то дядя с мэром поругался. Ему ехать пришлось...
Я машинально перебираю пальцами его светлые волосики. Не ходили... Басов безнадёжен. Мне становится вдруг так горько, что даже притупляется чувство вины.
- Ты завтракал? - Поднимаюсь на ноги.
- Два печенья съел, - кивает он, - с молоком.
- Кашу будешь?
- Буду...
- Тогда беги в столовую, я сейчас принесу, - целую его в макушку и, резко выдохнув, иду на кухню.
- Доброе утро... - чуть замедляю шаг на пороге, когда в меня вдавливаются три тяжелых взгляда, но тут же собираю нервы в кулак и невозмутимо иду к холодильнику. Открываю дверцу...
Но тут же вздрагиваю, потому что получаю ею по носу. Басов держит ее ладонью и зло смотрит на меня.
- Не хочешь объясниться, ЖЕНА? - Он выделяет последнее слово интонацией, и я чувствую кожей, исходящую от него мужскую опасность.
- Отпустите дверь, - говорю спокойно. - Мне нужно покормить ВАШЕГО сына, а потом отвести его в детский сад.
На секунду мы врезаемся в друг друга глазами. Я не выдерживаю и захлопываю свои.
Слышу, что Борис отходит в сторону.
Открываю холодильник и прислоняюсь виском к полочке. Больно... Что Басов заботится о своей карьере, но никак не пытается защитить мою честь.
- Аня, - бесцветным голосом меня окликает Ариэль, - какие ещё фотографии могут быть на тебя у Вильдяева?
- Никаких, - жму плечами. - Мы виделись два раза в жизни. Первый - когда Борис поспособствовал окончанию моего рабочего дня раньше времени. Я тогда пошла в парк, на меня напал грабитель и хотел украсть сумочку. Виктор его остановил.
- Все верно... - кивает Веталь, - у него есть серия снимков из парка и ролик про укладку тротуарной плитки.
- А второй раз - вчера. - Мажу взглядом по Борису. Он стоит, отвернувшись от всех, и смотрит в окно. - Виктор подошёл поздороваться. Зачем - я не знаю, а дальше меня толкнули и я облила его коктейлями.
- Ань, ну каша скоро? - На кухне появляется робкий Васька. Обычно, он залетает вихрем, а здесь чувствует, что взрослые не совсем в хорошем настроении, и жмётся.
- Да, - киваю и достаю из холодильника миндальное молоко. - Пять минуток.
Беру тарелку с сушки, высыпаю в неё кашу, заливаю молоком и ставлю в микроволновку. Нужно сделать точно такую же порцию себе, но я не уверена, что мне хоть что-то полезет в горло.
- Поехали в офис, - отрезает Борис, и я чувствую позвоночником вибрации его тяжёлых шагов.
Почему? Почему ему проще поверить и обвинить меня в предательстве и неверности, чем принять факты?
Да, может быть я тоже не права, и мне стоило бы рассказать все Борису ещё вчера и извиниться. Но... почему я ощущаю себя такой преданной и грязной?
Слёзы все-таки скатываются по щекам и падают в детскую кашу.
Хлопок входной двери оповещает меня о том, что интеллектуальная делегация покинула пределы дома.
- Васька, иди кушать! - Кричу ребёнку.
Он появляется на кухне и плюхается за стол. Возле его ног повизгивает Фунт, залазит под стол и ждёт, когда ему что- нибудь перепадёт.
- Вась, - вздыхаю, - ты помнишь, что собак нельзя кормить со стола? У Фунта будут от этого чесаться уши.
- Помню, - бурчит недовольно и с набитым ртом.
Достаю корм и насыпаю собаке в миску. Наливаю себе чай и сажусь напротив ребёнка.
Васька поднимает хитрые глаза от тарелки.
- Ань... в сад опоздали...
Я улыбаюсь. На душе становится светлее.
- И что ты хочешь? - Подпираю щеки кулаками.
- В кино хочу. Там мультик с Маквином новый.
- А пойдём! - Решаюсь я.
В конце концов, чего сидеть и ждать когда местный Барин решит нас осчастливить своей благосклонностью.
Мы быстро собираемся, вызываем такси и едем в только что открывшийся торговый центр.
Несмотря на будний день, жизнь здесь кипит.
Я ловлю на себе неодобрительные взгляды, и в конце концов не выдерживаю. Покупаю себе темные очки. Хочется плакать от того, что люди так легко верят сплетням.
Пока стоим в очереди и покупаем сок, слышу, как за спиной тихо переговариваются женщины.
- Всю ночь гуляла, а теперь про ребёнка вспомнила. Мамаша!
- Ну хоть глаза свои бесстыжие прикрыла, - вторит ей вторая. - Им то что. Няньки есть. Можно всю ночь гудеть.
- У этих нет, вроде, нянек. В сад ходит вместе с сыном моей кумы. Место только чьё-то занимает. А кому надо, не хватало теперь!
Мне хочется резко развернуться и «ободрать» сплетниц. С пеной у рта говорить о том, что ничьей кумы дети не ходили б сад ещё пол года, если бы не Борис... Но я только жую щеки, понимая, что лишние скандалы нам сейчас ни к чему.
- Пакетик нужен? - Кивает нам продавщица.
- Да, пожалуйста... - отзываюсь.
Мы поднимаемся с Васькой на эскалаторе к кинотеатрам и покупаем билеты. Ребёнок, в предвкушении мультика, рассказывает мне про события предыдущих частей.
В зал он заходит, как взрослый. Сам подаёт билеты контролеру и находит ряд.
Свет выключается. На экране появляются первые кадры рекламы. Я так давно не была в кинотеатре, что смотрю трейлеры с удовольствием, отмечая про себя, на что ещё можно будет сходить с ребёнком, если меня не отстранят... конечно. Сглатываю горькую слюну, и вдруг в зале резко начинает реветь пожарная сирена.
Свет вспыхивает. Испуганные дети начинают плакать.
Я хватаю Ваську в охапку и бегу к выходу.
Кто-то вальяжно рассуждает, что это учебная тревога и можно не торопиться. Но мне проверять рассуждения ленивых, диванных аналитиков совершенно не хочется.
Хорошо, что Васька просто молча слушается, и только его широко распахнутые глаза выдают шок.
-Внимание! - Разрываются динамики новой волной сирены. - Это не учебная тревога...
Кто-то начинает кричать, чтобы не забыл попкорн. Мне хочется думать, что это они от шока.
Мы с Васькой выбегаем из зала почти первыми, и в коридоре нас чуть не сносит толпа обезумевших людей.
Работники вместо того, чтобы координировать движение, протискиваются к выходам первыми.
- Не открываются! - Ропот прокатывается по толпе. - Запасные выходы заблокированы и не реагируют на центральный замок!
Несколько мужчин пытаются вынести двери, навалившись. Толпа шумит, топчется и давит на ноги...
И вот на этом месте мне становится по-настоящему, по-животному страшно... Потому что автоматически двери не сработают, если их установку так и не исправили по пожарным нормам...