Глава 26

Алена Домой мы собирались немного на взводе. Эти его слова, произнесенные на ушко, так взбудоражили. Они запустили во мне какой-то механизм, который уже невозможно было остановить. Я чувствовала, что мне нужна разрядка, и помочь с этим мог лишь мой муж. Только рядом с ним меня накрывало такое возбуждение, ни один мужчина на меня не действовал подобным образом. Не то чтобы я кого-то подпускала близко к себе, но были те, кто пытался. Майке одного взгляда на нас хватило, чтобы понять, что ехать вместе не лучшая идея, и попросила Фила отвезти ее обратно в город. Мне она сказала, что ей нужно с ним поговорить. Я тоже так считала, поэтому не стала настаивать. Как позже выяснилось, по дороге они знатно поругались и только чудом не поубивали друг друга и добрались до места. А там уж, как на зло, их поджидал Сева с порцией нового скандала. Драки избежать не удалось, и вместо того, чтобы идти к подруге зализывать раны и принимать от нее скорую медицинскую помощь, он послал Майку и уехал. В общем, у подруги жизнь кипела и бурлила, выстреливая яркими красками. Но и у нас с Митей все резко изменилось. По пути домой я старалась не смотреть в его сторону, чтобы не провоцировать раньше времени. Прекрасно видела, что он кидал на меня многозначительные взгляды. Я, хоть и девушка неопытная, не могла не понять, что именно было в голове у моего мужа. Да и сама уже осознала, что конфетно-букетный период нам уже не нужен, он был семь лет назад, и теперь как взрослые люди мы оба хотели большего. – Что это? – уставилась я на машину, припаркованную у нашего подъезда, выскакивая из Митиной тачки. Я в мгновение оказалась рядом, прикоснувшись кончиками пальцев к своей крошке. Я не могла поверить своим глазам. – Твоя машина, хотел сюрприз сделать, – ответил Митя, подходя ко мне. – Тебе удалось. Но как? На ней же ни царапинки, – восхищенно осматривала я свою машинку, которую успела уже похоронить. – Нет, ну, надо же было так замотаться, что даже не заметила пропажу машинки! Когда ты ее стащил из Майкиного двора? Я обернулась и бросилась в объятья ухмыляющегося Мити. – Спасибо! Ты невероятный! – воскликнула я и крепче обняла его. – Я так рада, что мы снова в месте, – шепнула, переполняемая эмоциями, хотелось сказать ему все и сразу. Подняла глаза и поймала такой пронзительный взгляд, направленный на меня. Он словно обволакивал, обнимал меня. Я первая потянулась к Мите за поцелуем, но он отступил от меня на шаг, взял за руку и повел в подъезд, ничего не говоря. – Что-то не так? – спросила я, пока мы ждали лифта. Створки открылись, мы шагнули внутрь. И только оставшись наедине, он заговорил: – Все так, но нам лучше поскорее попасть в квартиру, пока я не набросился на тебя прямо здесь, – сказал Митя, но вопреки своим словам сграбастал меня в крепкие объятия, накидываясь на мои губы, словно оголодавший, дорвавшийся до пищи. Простонав ему в рот, я обвила его шею руками, сама стараясь прижаться как можно плотнее к нему. Не хотелось, чтобы нас разделял даже миллиметр. Лифт остановился слишком быстро, заставляя нас покинуть его тесное пространство, которое так сближало. На этаже никого не было, иначе пришлось бы потом краснеть перед соседями. Ведь мы так и не смогли оторваться друг от друга. Ситуацию не спасал тот минимум одежды, который был на нас. Еще миг, и она бы полетела в разные стороны. Останавливало нас только то, что мы все еще были в подъезде. – Открывай уже эту дверь, – не выдержав, выпалила я, найдя в себе силы разорвать поцелуй. Спустя пару секунд мы были внутри, в темноте прихожей. Снова глаза высекали искры. Не сводя с меня взгляда, Митя стянул с себя футболку, одновременно скидывая кроссовки. Мои шлепанцы остались рядом с его обувью за секунду до того, как он подхватил меня на руки. Я даже залипнуть не успела на его идеальный пресс, так быстро все происходило. – Я так давно об этом мечтал, – пробормотал он, неся меня в спальню. – Вернуться в свою кровать? – хохотнув, спросила я. – Затащить в нее тебя и уже никогда не выпускать, – пылко заявил Митя. Что ж, я была не против. Он прочитал мои мысли, каким-то образом он знал, о чем я думала, а может, просто наши мысли и желания совпадали. Митя положил на кровать мое трепещущее тело и хищно улыбнулся. Еще не хватало, чтобы этот кот облизнулся, прежде чем опуститься сверху. Градус эмоций зашкаливал, слова были лишними, в дело вступили наши инстинкты, взгляды, вздохи, тихие стоны, тонущие в глубине поцелуев. Я таяла в руках Мити, позволяя ему все, о чем мечтала еще семь лет назад. А он и не спрашивал разрешения, брал то, что давно принадлежало ему. Лишь мое упрямство не позволило нам стать единым целым раньше. – Ты лучшее, что могло со мной случиться, – прошептал Митя уже позже, когда мы нежились на смятых простынях. Я посмотрела на него и прочитала в его глазах такие невероятные эмоции, в которых волшебным образом сплелись любовь, обожание и трепет. Мне даже слов не нужно было, чтобы понять, насколько я дорога была этому человеку. Сердце щемило от невероятного счастья, обрушившегося на меня. Уткнулась носом ему в плечо, не в силах выносить этот открытый взгляд. – Я тоже тебя люблю, – шепнула я, не представляя, что можно быть еще хоть немного счастливее. – Мм? – промычал мой уставший муж. Я хмыкнула, когда поняла, что мое признание пролетело мимо. Он просто заснул, слишком быстро, чтобы услышать, хотя, может, и уловил мои слова на границе сна. Об этом я не знала. Смотрела какое-то время на то, как спал мой любимый. Выводила узоры пальцами на его груди, пока он не заграбастал мою ладонь. Хихикнув, я поцеловала его в плечо, но он даже не пошевелился. Дыхание Мити было ровным и глубоким, а вот ко мне сон никак не шел. Скорее всего, потому что я успела выспаться за ночь, ведь меня никто не будил и не выгонял из домика. Повалявшись немного, я поднялась и направилась на кухню. Какие-то древние инстинкты меня туда погнали в желании накормить своего мужчину. Проинспектировав холодильник, поняла, что мне недостаточно продуктов для приготовления задуманного. Быстрее всего было сбегать за ними самой, чем заказывать и ждать доставку. В приподнятом настроении я быстро собралась и бодрым шагом направилась в ближайший магазин, который располагался буквально за углом, в соседнем дворе. Мурлыча чуть слышно какую-то мелодию, я шла вперед, с каждым шагом все больше ощущая на себе взгляды. Возможно, я просто светилась от счастья, вот и люди это замечали. Сперва именно так я и думала, но уже на входе в магазин тревожное чувство, что за мной наблюдают, только усилилось. Хотела обернуться, как телефон оповестил о входящем сообщении: «Добрый день, Алена. Ваша заявка на участие в конкурсе принята, одобрена и отобрана в финал конкурса. Вам необходимо с нами связаться, для прохождения следующего этапа…», – я даже дочитывать не стала, отправляя письмо в спам. Что за бред? Какая еще заявка? Перечитала еще раз и решила, что это какой-то развод. Ведь я никакие заявки никуда не подавала. Да, рассылала резюме в коллективы, но на конкурсы ни разу. Да и что за конкурс я могла выиграть? Как исполнитель я была, конечно, хороша, но до виртуозов, которые в мире существуют, все же, мне было далеко. В раздумьях, набрала два пакета с продуктами и направилась на выход. Тревожное чувство никуда не делось, я продолжала прокручивать в голове, какие же события могли меня так волновать, но ничего такого особенного вспомнить не смогла и успокаивала себя тем, что все хорошо, жизнь только начала налаживаться, и мне не о чем беспокоиться. Вот только вместо того, чтобы побороть волнение, оно нарастало с большей силой. Стоило мне только выйти из магазина и свернуть в безлюдный переулок, как я услышала быстрые тяжелые шаги позади. Конечно, попыталась себя успокоить и внушить, что это просто прохожий куда-то торопится, а не кто-то гонится за мной. А в следующую секунду почувствовала удар по голове и резкую боль. Темнота перед глазами, и дальше пустота. Не знаю, сколько времени я провела без сознания, только, очнувшись, была полностью дезориентирована. Я понятия не имела, где я и сколько здесь находилась, перед глазами была все та же темнота. Оставалось надеяться, что от удара я не потеряла зрение. Проверить я не могла, ощущая на глазах какую-то повязку. Руками пошевелить не удавалось, они были туго связаны за спиной. Сама я где-то лежала, до ужаса боялась представить, где и кто это со мной сделал. Попытавшись успокоиться, поняла, что не на сырой земле, а на кровати или каком-то матрасе. Но точно не на жестком. Запаха особого не было, сказать, что это был сырой подвал или какой-то заброшенный сарай тоже не могла. Скорее всего, меня держали в квартире или доме. Но кто это сделал и для чего, у меня не было ни единой догадки. Сперва я старалась не шевелиться и делала вид, что все еще без сознания. Вот только для кого я притворялась, если вокруг не было слышно ни шороха, ни дыхания, ни какого-либо присутствия. Лишь звенящая тишина, наводящая на мысль, что вокруг ночь, либо я где-то загородом. Ведь даже звука дороги не было ни единого. В общем прикидываться мне удавалось недолго. Быть в неведении еще хуже, чем встретиться со своими страхами лицом к лицу. – Эй, есть тут кто? – первое, что спросила я. Не услышав в ответ ни шороха, я занервничала, не хватало еще остаться в кромешной тьме. Хотелось хоть что-то видеть и понимать. А этого можно было добиться, только докричавшись до моих похитителей. – Меня кто-то слышит? – крикнула я погромче. Мне показалось, что где-то вдали за стеной послышалось какое-то движение. Хоть что-то. Чувства были настолько смешанными, что хотелось и плакать, и смеяться. Ведь я и ждала появления своего похитителя, и одновременно до ужаса боялась. Затаилась, но и звуки тоже затихли. Как бы я ни прислушивалась: ничего. Даже успела подумать, что мне показалось, или я услышала эхо своего голоса. – Эй, иди сюда, – крикнула я, что было сил, набрав полную грудь воздуха. – Кто бы ты ни был, – пробормотала уже себе под нос. «Лучше уж знать, кого я тут боюсь, чем строить жуткие предположения», – подумала я, пока слушала, как кто-то действительно послушался и спешным шагом приближался. – Чего разоралась? – скрипнул сонный голос, показавшийся мне смутно знакомым. – Развяжи мне хотя бы глаза, – рявкнула я. Подумала, что дальнейшие вопросы нужно задавать, глядя своему сопернику в глаза. – Как скажешь, – хмыкнув, прошипел тот же голос, сдернув грубую повязку с глаз. – Что? – вырвалось удивленное у меня. – Ты? Зачем?