Глава 4

Руслан – М-м, – что-то влажное тычется в лицо. И в этот момент мне снится рыжуля. И она целует. Нет, лижет… – Р-р, – звучит недовольное в ответ. Открываю глаза. Тайсон. Сон как рукой сняло, но в штанах все еще тянет. – Привет, друг, – треплю питомца между ушей, тяжело выдыхая. А ведь все как наяву было. – Твою мать, – кажется, выпрямиться не выйдет. – Все из-за моего доброго, ангельского характера и правильного воспитания, – спускаю ноги на пол и пытаюсь потянуться. Осторожно. Чтобы не дай бог ничего не заклинило. И когда мне все же удается вытянуться и практически не сломаться, смотрю на кровать. – Опа-на, – выдаю, поняв, что в комнате, кроме меня и Тая, никого нет. – И где наша рыжуля, Тайсон? – обращаю внимание на песеля. Тот забавно переставляет передние лапы и смотрит на меня. – Не понял, – поднимаюсь на ноги и выхожу из комнаты. – Рыжуля? – зову я, но в квартире стоит тишина. Смотрю на часы. Начало восьмого. Прохожу в ванную, там никого. В кухню – все так, как осталось с вечера. Возвращаюсь в коридор и только сейчас замечаю, что плаща нет. Обуви ее тоже. Сбежала. Чудесно. Даже номерок не успел взять. Оборачиваюсь к комоду с зеркалом и… – Опа-на, – усмехаюсь, читая послание. “Спасибо, “глазастик”, за прием…Ты правда не «маленький», прости…” Улыбаюсь как дурак. Телефончик бы оставила… От мыслей отвлекает звонок в дверь. Пес тут же гавкает. – Неужто надумала вернуться? – открываю дверь и… – Привет, – на пороге стоит Лена. – Привет, – отвечаю, и не тороплюсь пропускать ее в квартиру. – Не впустишь? – удивленно взлетают ее брови. – Мы с Тайсоном гулять собрались, – натягиваю улыбку. – Хочешь с нами? – предлагаю, а сам все еще думаю, как сделать так, чтобы Лена не увидела послания на зеркале. – Ты издеваешься, Рус? – упирает руки в бока. – Ты меня продинамил вечером. И сейчас отмазываешься выгулом псины? – Осторожно на поворотах, Лен, – предупреждаю. – Вчера были обстоятельства, – напоминаю. – Погода, видела, какая была? – Видела. А еще видела, что ты игнорировал всю ночь мои сообщения, – снова претензия. – И теперь тебе придется искупить свою вину, – толкает меня в грудь и я невольно пячусь в коридор. – Так что… – наступает на меня. Я понимаю, к чему она клонит. Но я не готов. Вчера да, хотел, но, кажется, как только свои пальчики к моему дружку приложила рыжуля, что-то пошло не так. Смотрю на Ленку и понимаю, что не хочу. Не так и не сейчас. Вот же ведьма рыжая. Наутро испарилась, а в мозгах поселилась. – А это? – она как назло обращает внимание на зеркало и видит то, что видит. Да. Блять. – Это как понимать, Юдин? – глаза девушки расширились. – Это, – ну и что мне сказать? – Я не буду оправдываться, Лен. – Значит, я его жду, а он тут с бабой развлекается? Так получается? – повышает голос. – Ты охренел? И что значит, не маленький? – переводит на меня взгляд. – Нет, это залет, Рус. – Можешь валить, – показываю на дверь. Почему-то именно сейчас мне наплевать на эту истерику. Остынет, будет жалеть. – Серьезно? – взвизгивает. – А, погоди, может, она еще здесь? – проходит в комнату. – Эй, тварь, я тебе сейчас волосы повыдираю, – но, естественно, никого она не видит. – Успел выпроводить, – поджимает губы. – Я ни с кем не спал, – говорю. – Ты думаешь, я совсем идиотка? – складывает руки на груди, поправив светлые волосы. – Такие сообщения оставляют явно не после обычных сказок на ночь, да? А я невольно прикидываю, пришла бы она ко мне голой? Не пришла бы. Но мало ли… И что меня так задела эта ситуация? – Ты все равно не поверишь, – качаю головой. – Нет, – усмехается. – Все, баста. С меня хватит. У тебя на первом месте все, что угодно, но только не я. То пес, то пацаны, гараж с тачками. Сколько мы вместе? Не помнишь. Поэтому я, пожалуй, поеду, – разворачивается и торопится к выходу. Тормозить ее? А смысл? Я же успеваю умыться и собраться на прогулку с собакой после ухода девушки. Лена сидит на лавочке у подъезда. Почему я не удивлен? – Рус, – поднимается. – Это значит все? – Я тебе сказал, что ничего не было, – говорю, а сам же был готов… нет, все это неправильно. Качаю головой и потираю шею. – В общем, я не знаю, – пожимаю плечами. – Рус, мы с тобой полгода то встречаемся, то расходимся. Я… – на ее глазах появляются слезы, – мне больно понимать, что ты можешь найти себе другую, понимаешь? Я люблю тебя, – ошарашивает меня признанием. Я же должен радоваться? Или что там испытывают при таких словах? Но в груди штиль, полный. Молчу. Мне сказать нечего. – Хорошо. Давай я поверю тебе. Сделаем вид, что этого не было. Но ты мне пообещаешь, что больше ничего подобного, хорошо? – заглядывает в глаза. И как я могу такое обещать? Снова пытаюсь подобрать слова. – Лен, не могу обещать, – она тут же вспыхивает. – И дело не в тебе. Дело во мне, понимаешь? Я не обещал тебе ничего серьезного. Да, мы спим. Нам удобно… – Да пошел ты на хрен, – и с размаху влепила мне пощечину. – Удобно ему, козел. И не ходи за мной, – кричит. Даже мысли не было. Разворачивается и торопится прочь. Потираю горящую щеку. Прекрасное начало дня. – Что? – ловлю взгляд пса. – И не говори мне ничего, – предупреждаю его. – Пойдем лучше пройдемся. Катя Еду домой, испытываю какие-то странные чувства. Кажется, все, что было проделано и прожито за последние пару лет, все зря, все в топку. Как взять и вычеркнуть этот эпизод из жизни? Въезжаю в свой двор, паркую машину. Я же сюда не заезжала практически, как съехались с Гришей. И не сдавала квартиру. Все руки не доходили. Вот и хорошо, как оказалось. А то думала бы сейчас, куда съехать. Выхожу из машины, достаю чемодан и ставлю на колесики, поправляю плащ. День разогревается и становится жарковато в таком одеянии. Смотрю на часы. – Черт, работу-то никто не отменял, – злюсь, когда вижу, как стрелки часов приближаются к девяти. Тороплюсь попасть в квартиру. А по пути набираю Ксюшу. – Да, – звучит голос коллеги в динамике. – Ксю, я опоздаю, прикрой меня, – прошу я. – Прикрыть? От кого? – не понимает. – От начальства, – удивляюсь тугодумству девушки. Подхожу к двери, достаю ключи из кармана плаща. – От твоего дяди? – снова вопрос. – Ксю, ты решила проверить мои нервы на прочность? Не стоит этого сейчас делать. Я попросила меня прикрыть. Как ты это делать будешь, мне все равно. Но Валерий Иванович не должен знать, что меня нет, – чеканю каждое слово, открываю дверь и вхожу в квартиру. Вкатываю чемодан, запинываю дверь и выдыхаю. Все, я дома. – Я поняла, – наконец, доходит до этой блондинки. – Спасибо, – и отбиваю звонок. Пробегаю по квартире, прикидывая, в какие магазины нужно забежать и что купить после работы. Раскрываю чемодан, рассыпая вещи на кровати. Надеваю брючный костюм цвета бирюзы, предварительно отпарив складки и, подхватив сумочку, выбегаю из дома. Рабочий день в целом как всегда. Все в темпе. Дела, бумаги и переговоры. Одно радует, что на этой неделе не предвидится ни одного совещания с иностранными партнерами. Я могу окопаться в своем кабинете, что и делаю. Переписываюсь с девочками в чате. Они все еще не верят в то, что я собираюсь все отменить. Мне жалко только одно, уж очень понравились те кексики… До меня пытался дозвониться Гриша. Но все его звонки переадресовывались на автоответчик и в итоге я просто внесла его в черный список. А себе дала пару дней на передышку, освоение нового статуса “свободна” и приступить к отмене мероприятия пошагово, начиная с платья. А ведь оно мне нравилось. Выходя из офиса после длинного дня, который не желал подходить к концу, я замечаю машину Гриши. Значит, все будет непросто. Делаю вид, что его не вижу, и направляюсь к своей машине. Снимаю ее с сигналки, дергаю за ручку дверь. – Катя, – голос мужчины. – Кать, – и я слышу приближающиеся шаги. Оборачиваюсь, наблюдая, как он ко мне подходит. В костюме. Весь такой свеженький и чистенький. Он всегда одет с иголочки. Но без галстука, про себя подмечаю. Неужто Юля не умеет завязывать их? Так придется научиться. – Ты что-то забыл? – спрашиваю первой. – Давай поговорим, а? – останавливается рядом, обдав шлейфом духов. Их я теперь тоже ненавижу. – Мы уже все обговорили. – Кать, не смешно уже, – впивается в меня своим взглядом. – Давай перешагнем через это недоразумение и пойдем дальше. – Перешагнули, Гриш. Вот прям вчера и перешагнули. А дальше наши пути разошлись. Прямо у развилки ног твоей секретарши, – отворачиваюсь и сажусь в машину. – Не глупи, – не дает закрыть дверь. – Это ты не глупи и отменяй все, пока можно вернуть предоплату, – все же захлопываю дверь и завожу машину. Выезжаю с парковки, оставляя Гришу одного, провожающего меня взглядом. Вижу его в зеркале заднего вида. Жалко ли мне его? Не знаю. Не торопясь гуляю по магазинам. Скупаю все, что приглянется. Много всякой ерунды. Тарелочки, вазочки, свечи ароматизированные. А потом в продуктовый закупать сладости. Если меня разнесет, то в этом будет виноват Мишуков. – Да, мам, – отвечаю, пока гуляю между полок в магазине. – Как дела, Катюш? Не позвонишь, – интересуется родительница. – Закрутилась, мам, прости, – извиняюсь, закидывая в корзину кое-что из фруктов. Запах сносит крышу. Не могу без запахов. Каждый ассоциируется у меня с определенным моментом в жизни. Кажется, запах персиков и спелой черешни будет напоминать мне начало новой жизни. – Как идет подготовка? Тебе не нужна помощь? – Нет, мам, помощь не нужна, – не готова я сейчас рассказать о случившемся. – Справляетесь? Гриша молодец, – именно, Гриша молодец, по словам и мыслям мамы – он тот самый настоящий вымерший вид. А мне вот повезло. В кавычках. – Как папа? – перевожу тему. – Да все хорошо. – Мам, я тебе перезвоню, в магазине просто. Отцу привет, – прошу передать. – Все, больше не отвлекаю, – чмокает в трубку и отключается. Мне предстоит серьезная миссия: выложить правду родителям. Они будут, мягко говоря, в шоке. Почему? Потому что в кои-то веки их непутевая дочь остепенилась и попала в руки настоящего мужика. Не он попал в мои заботливые ручки, а именно первый вариант. Будто этот Гриня таки снизошел до меня, такой-растакой. Будет сложно. Поэтому нужно набраться сил и поверить в себя и правильность своих мыслей и планов. С пакетами наперевес еле вхожу в квартиру, буквально не вмещаясь в дверной проем. Изворачиваюсь и прохожу боком. Вечер уходит на разбор пакетов. Потом добираюсь до вещей, которые убираю в шкаф. Меняю постельное. Стелю свежее. Готовлю салат на ужин, нарезаю фрукты и наливаю в бокал вина. Набираю ванну с пышной пеной и погружаюсь в воду. Тишина и покой. Когда вода остывать начала, выбираюсь из ванны, закутавшись в халат и убрав все, иду в постель. Засыпаю быстро, видимо, от переизбытка эмоций. Сначала меня будто швырнули на асфальт с безумной высоты, а потом прокатились на катке. Опустошена. Но надеюсь, не разрушена до основания.