Глава 5

Как только мы с Маратом помирились, я учинила брату допрос.

– Да не знаю я ничего! – отбрыкивался он.

Но я не унималась, будучи уверенной, что братишка знает всё.

– Не ты ли меня пугал? Говорил – «ты не знаешь, что это за люди» и бла-бла-бла!

– Ну… да! – он нахмурился, точно уже и забыл, – Ну, ясно же, что не простые, как мы с тобой. У богатеньких рыльце в пушку!

Решив отшутиться, он весело ткнул меня локтем в бок.

– Что тебе ясно? Марат! Давай колись, кто он и чем занимается?

Брат погрустнел:

– Ну, руководит нашим филиалом.

– Это я и сама знаю, спасибо! – съязвила я, – А кроме?

– Да не знаю я, Марин! Он со мной не делится, – взвился Марат, приканчивая сигарету.

– Конечно, ты же его шестёрка! – скривилась я в сторону братца. Он сжал челюсти, бросил на меня враждебный взгляд.

– А что, не правда? – я решила поднажать.

– Не правда, – выдавил он сквозь зубы и замолчал, усмиряя раненое самолюбие.

– Ну, тогда расскажи мне, откуда долг? За что? Наркотики? Разбой? Или… может, убийство?

– Сдурела?! – Марат уставился на меня. – Ты че, Марин?

– Говори! – процедила я, стойко выдерживая его взгляд.

Брат пребывал в нерешимости. На щеке его дергался мускул, а глаза шарили по комнате, точно в поисках подсказки. Он открыл, было, рот, затем снова поник…

«Господи», – взмолилась я, – «неужели может быть что-то хуже того, что я уже озвучила?».

– Да проигрался я! – раздраженно, словно в том была моя вина, бросил он.

– Ему?

– Да… ну, не совсем! – он вынул из пачки сигарету, я отобрала её и закурила.

– Продолжай.

Он секунду смотрел, удивлённый моим жестом, затем неохотно продолжил:

– Он сказал, что будет крышевать, если я стану делиться. Ну, я и делился! А чего? Зато знал, что выручит, если что. Вот он и выручил!

Марат замолчал, передёрнул плечами.

– И… что он сделал?

– Выкупил мой долг, и сказал завязывать с картами.

– И ты завязал? – усмехнулась я, наблюдая, как его лицо покрывает испарина. Конечно, нет! Инстинкты сильнее здравого смысла!

– Нет, я думал отыграться! Но… короче, там вышла хреновая история. Вообще пизд*ц! Один чел меня спалил, началась драка…

– Подумать только, отец бы тобою гордился!

Сказав это, я моментально пожалела. Однако Марат замолчал. И молчал ещё с минуту. Пока мы оба курили, не решаясь взглянуть друг на друга. Он понимал, что я сказала это в желании сделать ему больно. А мне уже хотелось извиниться за эту неоправданную жестокость.

– А ты сама у него спроси! – процедил он сквозь зубы, – Ты же с ним спишь, не правда ли?

«Ах, вот как», – я почувствовала, как наполняюсь гневом. Решил ударить в ответ? Не по-мужски это, братик! Эта его реплика послужила отправной точкой очередной нашей ссоры…

Конечно, я спрашивала! Чёрт возьми! Спрашивала, и не раз. Да толку то…

Разговорить Олега было нереально. Как будто шпион, он выдавал информацию дозировано. И наиболее разговорчивым был… после секса. В эти короткие моменты, мне казалось, он был настоящим со мной. Как будто приоткрывалась завеса, и он представал в естественном, незащищенном внешней бронёй обличии. Мне так хотелось продлить эти моменты! Но они заканчивались слишком быстро…

– Олег… а ты, – начала я как-то раз.

Он лежал, откинувшись на спину, демонстрируя свое тело во всей его первобытной красоте. Широкая грудь, словно выточенная из камня, мерно вздымалась. Дорожка волос устремлялась вниз, минуя рельефный живот, превращаясь в густую поросль в районе паха. Утомленный, но не потерявший силу член, устроился в ложбинке скрещенных бедер. Еще влажный от близости…

– Что? – сонно отозвался он.

Я решилась:

– Ты убивал кого-нибудь?

Олег открыл глаза, сменил позу и внимательно посмотрел на меня.

– Нет, – это прозвучало искренне, – я даже никогда никого не бил.

А вот последняя фраза вызывала сомнения!

– Ну, да, только смотрел, – вырвалось у меня.

Он хмыкнул, как будто услышал шутку:

– До каких пор ты будешь вспоминать это?

Я пожала плечами и отвела взгляд:

– А кто тогда были эти люди?

Он протянул руку и поддел прядь моих волос:

– Одолжил у знакомого.

– Одолжил? – эхом отозвалась я.

– Ну да, взял ребят на время, провёл инструктаж.

– А если бы они… не послушались тебя? – робко вставила я, вспоминая, как живо эти рослые гопники реагировали на его команды.

– Они бы послушались, – ответил он тоном, пресекающим дальнейшие расспросы.

Было не просто поверить человеку, который однажды причинил тебе боль. К тому же, учитывая его замкнутость. С самого первого дня он был для меня, как закрытая книга. Захочешь – не прочтешь! И я надеялась, что со временем это изменится…