Глава 52

— Прости, — так же рыдала она, не глядя ему в глаза. — Я не могу. Каждый раз, когда ты ко мне прикасаешься, я вижу, чувствую всё, что тогда пережила. Вижу его бьющее в предсмертных судорогах тело. Чувствую жуткий запах крови. Вижу остекленевший взгляд. Прости, я хочу развестись. И я хочу уехать. Сначала на время, а потом как получится. Мне невыносимо думать, что он мёртв, а ты жив, — сказала она напоследок. — Невыносимо знать, что тебе даже ничего за это не будет. Но вы же Линдберги! Вы Демидовы! Вам всё можно.

Так он узнал, что его родители решили замять скандал.

Они заплатили всем, кому смогли. Подняли все свои связи. Договорились со всеми: с прессой, правосудием, родственниками погибшего парня, своей совестью. Мама была настроена даже взять вину на себя, если бы делу дали ход, и угрожала, что не переживёт, если Саву посадят.

В итоге дело действительно замяли, выставив как самоубийство. Сава не пошёл родителям наперекор, но с тех пор с ними не разговаривал и не общался.

А Кристин… Кристин вернулась, они поговорили, не приняв никакого решения что же им делать дальше. Но тут Саве неожиданно предложили работу. И он решил: значит так тому и быть. Они расстались. Друзьями. И он уехал…

На экран вылетело сообщение, что анализ завершён.

Сава тряхнул головой и попытался сосредоточиться.

И у него даже получилось.

Магический танец цифр. Кардиограммы графиков. Головокружение диаграмм.

Вчера, когда Алекс за столом рассказывал про свои поездки, Саве пришла в голову мысль привязать покупки «Империал-Недвижимости» к географии и взглянуть на работу компании ещё под таким углом.

График взмыл ввысь четырьмя неожиданными пиками. Но Сава не успел разобраться…

Она влетела в кабинет.

Весенним ливнем. Летней грозой. Осеннем ветром.

Ознобом. Дрожью. Жаром по позвоночнику.

И всё, что он успел — просто встать ей навстречу.

А потом её руки крепко его обняли. Она ткнулась в его грудь:

— Я соскучилась.

Сава замер, понимая, что сквозь стеклянные стены его кабинета на них сейчас смотрят все. Александр Юрьевич даже привстал в своём кресле. И одна из девчонок с кофе в руках налетела на другую.

— Он знает, — сказал Сава, когда Эвита подняла к нему лицо. — Твой отец знает, что мы не пара. Всё это ни к чему.

— Дурак, — покачала она головой и разжала руки.

И только в это мгновенье он понял какой.

Но уже было поздно. Эвита развернулась, вышла из кабинета и направилась прямиком к отцу.