Глава 21. Марина

Мы с Настёной довольно быстро нашли общий язык. Почти сразу перешли на «ты». Мужики обустроили стол. На веранде мы с Настей готовим закуски. Она шинкует зелень, я делаю нарезку из сыра и колбасы.

— Зачем колбаса, если будет шашлык? — удивляется Настя.

Она брюнетка. Внешность такая… Я бы сказала, смазливая! Не слащавая, и не вульгарная. Женственность, тонкость. Наверное, именно так выглядит счастливая женщина? Ведь главное украшение — это не макияж, не причёска, и не наряд. Это блеск в глазах и загадочная улыбка.

Интересно, как выгляжу я? Как несчастная женщина? С потухшим взглядом и натянутой мимикой. Нет! Я уверена, нет. По крайней мере, сейчас моё сердце стучит громче прежнего.

Я любуюсь Русланом, когда он не видит. Тем, как виртуозно он вертит шашлык на мангале. Как следит за ним, параллельно ведя беседу с Эльдаром. Как держит сигарету в правой руке. Он — левша. А брызгалку с неким «особым составом» сжимает в левой.

— Итак, вы друзья? — интересуется Настя с хитрой улыбкой.

Я тоже улыбаюсь и ощутимо краснею:

— Да, просто друзья.

Настя кивает, отводит прядь от лица и заправляет её за ухо:

— Мы тоже с Эльдаром… дружили. Так что, дружба — хороший фундамент. А вот страсть — совершенно не то.

«А была ли у меня в жизни страсть?», — вспоминаю. Давным-давно, с мужем! И любовь с ним была. Мне казалось. И дружба. Да только фундамент от времени крошится, если его не латать.

Накрыв на стол, мы идём на полянку с бокалами вина, и занимаем два стульчика, точно поставленных так, чтобы видеть закатное солнце. Наши девочки, Дина с Алисой, суетятся на пляже, ловя в объективы смартфонов последние всполохи дня. А Катюша с Викулей на пледе, который мы им расстелили, играют во что-то своё. Тут же «булочки», как мы их дружно прозвали! Пирожок и Пончик, гоняют друг друга, а заодно и жуков.

— Господи, как хорошо, — я вздыхаю, пригубив красного вина, — Давно не чувствовала себя так спокойно.

— Да, — произносит Настёна, — Я тоже душой отдыхаю только здесь! Приезжаем сюда, и как будто груз с плеч.

— А вы же недавно женаты с Эльдаром? — решаю я поинтересоваться.

Настасья кивает, задумчиво глядя на мужа:

— Да, недавно. Я долго его мурыжила, ну, а после — сдалась! Он у меня терпеливый, настойчивый, очень упрямый.

— А как вы познакомились? — склоняю я голову на бок.

Она смотрит, сперва на меня, затем вдаль. Словно там видит нечто такое, чего я не вижу. Историю жизни своей. А история Насти весьма необычная, трудная, яркая. И у нас много общего! Начиная с того, что ей тоже пришлось пережить предательство мужа. Правда, он ещё и ребёнка зачал той, другой. Ну, а после — развод. И ещё один бурный роман с неким Витей. От которого девочка и родилась.

— Господи, Насть! — говорю, когда она делает паузу. И вижу, как слёзы блестят в её тёмных глазах, — Это же просто сценарий для фильма.

— Ну, как минимум, книгу можно создать. И назвать её «Твоя случайная измена», — улыбается Настя сквозь слёзы, — Так что, всё в моей жизни было. И любовь, и предательство. И страсть сумасшедшая! Подумать только, — глядит она в сторону, где наши крохи забавно жужжат, — Я ведь хотела аборт делать, ты представляешь?

— Судьба уберегла, — говорю.

— Но, какой ценой? — выдыхает она.

— Да, — вторю ей, — У всего есть своя цена. Ну, зато у тебя есть чудесная дочка!

— Ну, а ты, Мариш, тоже в разводе? — вскинув брови, глядит на меня.

Я киваю. Теперь мой черёд излагать свою версию жизни. Измены. И боли.

Настёна вздыхает:

— Ты знаешь, вот если бы мой так пришёл и сказал: «Я полюбил другую, и ухожу», — мне было бы легче. Чем так! Он метался, туда-сюда. Ну, какая любовь, если там у него есть ребёнок, Марин?

— У моего детей нет, — отвечаю, — Насколько я знаю! Но от того не легче. Он говорил мне, что мы жили с ним… Как соседи. А я-то глупая, думала, это и есть настоящий семейный уют.

— Ты простила его за измену? — смотрит Настя в траву, чуть качая в руке недопитый бокал.

Я, глотнув вина, пожимаю плечами:

— Не знаю, Насть. Что такое «простить»? Это значит, не мстить? Не ненавидеть его? Так у меня нет к нему ненависти! Я даже судиться не стала. Зачем? Пусть идёт. Не держу!

— Ты очень сильная женщина, Мариш, — произносит Настёна, — Никто не знает, как это больно, пока сам не пройдёт через это.

— Ну, тебе грех унывать! У тебя есть Эльдар. Он хороший и любящий, — я, мельком обернувшись, смотрю на мужчин. Судя по запаху, шашлык на подходе.

— Ты знаешь, сама не верю! Мне кажется, я не заслуживаю его, — Настя смотрит на мужа.

«Вот и мне кажется, я не заслуживаю такого мужчины, как Руслан», — вторю ей про себя. Так что наша «френд-зона» едва ли изменит локацию.

— Девочки! — кричит Эльдар, — Хватит нас обсуждать! К столу!

Мы, взглянув друг на друга, смеёмся. Я уверена, что они тоже обсудили нас. Так что, ничья…

Шашлык просто искрится, скворчит. У меня текут слюнки! Диана с Алисой приходят. Викулю, Настасья сажает к себе на колени. А я Катю — рядышком, чтобы кормить.

Эльдар и Руслан гасят огонь в мангале. Эльдар вынимает из сумки-холодильника, что стоит под столом, бутылку слегка запотевшего коньяка. Ставит на стол, возле нашей винной бутылки. Попутно хватает её, оценив содержимое:

— Руся, смотри! Эти скромницы выдули уже половину!

Руслан усмехается, глядя на нас. Он не чувствует себя также раскрепощено, как Эльдар. Оно и понятно! Ведь мы — не супруги. Мы — просто друзья…

Ужин проходит чудесно. Шашлык просто божественный. Салат, маринады, закуски. Всего очень много, всё свежее, вкусное! Как устоять?

Эльдар искромётно шутит. Руслан излагает историю нашего с ним знакомства. Все мы уже, чуть подвыпивши. Отчего разговор льётся, точно из крана вода.

— И вот! — произносит Уваров, — Сижу, размышляю, какой ход сделать. Врывается женщина. Вид такой, будто ей наступили на хвост.

— Что?! — бросаю в него веточкой укропа.

— Стоит! — продолжает Руслан, — Гордо выпятив грудь!

Я смущаюсь. Ведь там и выпячивать нечего…

— И излагает таким повелительным голосом! — далее он берётся копировать мой голос и речь.

Настя с Эльдаром буквально покатываются со смеху. А я размышляю: разве можно сильнее краснеть? Оказывается, можно!

Руслан произносит:

— Вот так, отчитала меня перед всеми и ушла.

— Да, — отирает слёзы Эльдар, — Все истории большой любви начинаются с малого. Но ваша история, ребята, конечно — что-то! Захочешь, не придумаешь!

Я буквально жую свои губы. Большая любовь? Это он всерьёз, или в шутку?

Однако Руслан не берётся перечить. С улыбкой бросает:

— Я даже не знал, что ответить. А потом обнаружил ещё этот стикер с сердечками.

Я закрываю лицо:

— Прекрати!

— Ну, а что? Ведь с сердечками был?

— Это знак! — изрекает Эльдар.

Девчонки ушли наверх, в спальню Дины. Очевидно, там смотрят кино. Малыши, Вика с Катей, уложены спатки. А «булочки» наши сопят на веранде. Набегались, видимо?

Я делю посуду поровну, хотя Настя меня заверяет, что помоет сама. Но я, не без помощи Руслана, уношу часть немытой в наш дом. А, вернувшись, прощаюсь с ребятами.

— Доброй ночи! Надеюсь, птицы с утра не разбудят! Так поют, так поют, — произносит Эльдар.

Настя, слегка задержавшись, бросает мне на ухо:

— А я добрых снов не желаю! Надеюсь, уснёте под утро, и на одной кровати.

— Ой, ну тебя! — я прикрываю ладонью горящую щёку. А сама до безумия просто боюсь оставаться с Русланом один на один.

— Гоните домой нашу Алису! — напутствует он.

Мы уходим в наш домик. Свет на веранде горит, привлекая ночных мотыльков. Я домываю посуду, тихо себе напеваю под нос. Руслан, докурив сигарету, встречает Алису. Та сонная, с планшетом в руках. Да ещё в макияже!

— Это кто ж тебя так разукрасил? — пеняет отец.

— Ну, а что? Очень даже красиво! По-взрослому, — я изучаю красавицу, — Только сотри перед сном, хорошо? У меня на тумбочке возле кровати стоит косметичка, в ней есть мицелярная вода и салфетки ватные.

Алиса кивает:

— Хорошо, тёть Марин! — и, чмокнув в щёку, уходит.

— Ну, вот, — говорю, — Я уже тётя Марина.

Приятно, однако. Как будто впустили в семью.

— Идём, посмотрим на звёзды? — предлагает Руслан.

Он стоит, сунув руки в карманы. Большой, статный, с проседью в тёмных густых волосах.

— Только плед прихвачу, — вытираю я руки. Ощущаю, как мелко дрожат. И в груди что-то сильно клокочет. Даже голоса нет.

Руслан ожидает меня, пропускает вперёд, на веранду с навесом. Где спят наши «булочки». Сбоку, в соседнем домишке, ночуют друзья. Могу ли я так называть теперь Настю с Эльдаром[1]?

— Давай, я расправлю? — Руслан берёт у меня из рук плед. И, встряхнув, окружает им плечи. Мы стоим теперь рядом. Он смотрит на меня сверху вниз. А я, задрав кверху голову, вижу звезду. И одна из них падает…

— Господи! Глянь! — тычу пальцем.

И жмурюсь скорее, чтобы успеть загадать. Только, что? И на ум приходит то первое, что я хочу. Пусть он влюбится! Вправду. В меня. Если это возможно. Ну, а я? Я уже…

— Загадала? — смеётся, поймав мой растерянный взгляд.

Я киваю, кусая губу:

— А ты?

Его ладонь, оказавшись у моего лица, лёгким движением пальцев отводит назад мои волосы. Я распустила их вечером. Ветер слегка растрепал…

— И я, — тихо шепчет одними губами.

И кажется мне, что сейчас поцелует меня! Я даже глаза не хочу закрывать, чтобы видеть и чувствовать это касание…

Вдруг в нашу близость вторгается звук, посторонний, шуршащий. Как будто змея по траве! Я пугаюсь, смотрю себе под ноги. Ёж, выйдя из- за кустов растущих поблизости к дому, как ни в чём не бывало, спешит поперёк, сквозь дорожку, минуя светящийся луч фонаря.

— Ну, вот, — произносит Руслан с лёгкой долей досады, — А я уж надеялся, ты поцелуй загадала. А ты просто хотела увидеть ежа?

Поняв всю комичность ситуации, я тихо смеюсь, утыкаясь ему в грудь лицом. Я впервые так близко! Я чувствую запах мужчины. И хочется верить тому, что он — мой.

[1] Настя и Эльдар — герои первой дилогии о Самойловых.