31

Настя

— А не слишком ли это жестоко? — ухмыляется Матвей. — Разрядом по пистолету!

— Это только начало! — угрожающе бурчу я.

— А вдруг он тебе еще пригодится? Не торопись, подумай…

— Ты совсем охренел? — вырывается у меня. — Убирайся! Из моего кабинета, из клиники и из города!

Моему возмущению нет предела. Я четко и ясно сказала Матвею, что у нас ничего не может быть. Я уже выгнала его один раз. Но он снова явился, как ни в чем не бывало!

Еще и пистолетом своим заряженным размахивает.

Нахал!

Он совсем рядом. Я держу в руке электроды. На самом деле они не могут нанести существенного вреда, заряд тока слишком слабый. Это же аппарат для лечения.

Но я надеялась, что Матвей этого не знает. И испугается.

Он не испугался!

Стоит рядом со мной, рискуя своим пистолетом. Близко-близко. Но ничего не делает.

Пусть только попробует! Я его покусаю и исцарапаю, если будет нужно. Я буду отбиваться всеми возможными способами. Я больше не поддамся его нахальному обаянию и не сдамся под напором его наглости.

Жар его тела, его тигриный запах и волны сексуального напряжения, исходящие от него, никак на меня не действуют!

— Проваливай отсюда! — повторяю я.

— Тс-с-с! — Матвей мягко прикладывает палец к моим губам. — Тихо, Кошка. Не шипи.

Разряд тока.

Только получает его не Матвей, а я. От его прикосновения.

Я выпускаю из руки бесполезные электроды и толкаю его в грудь. Изо всех сил.

Но он даже не шелохнулся! Стоит, как скала.

Я бью его по рукам, по плечам, по груди. Колочу сжатыми до боли кулаками по чему попало. Ему прилетает и по голове, и по лицу. Я просто не могу остановиться!

— Я ненавижу тебя! — повторяю я. — Ты даже не представляешь, как я тебя ненавижу!

Кажется, это истерика. Я исступленно луплю Матвея, а по моим щекам катятся слезы.

Я думала, что давно их выплакала. Я думала, что забыла этого мужчину. Я была уверена, что все отболело и мне плевать на него…

Так и есть! Мне плевать.

Это просто… Прошлое. Оно внезапно накрыло меня с головой. И я ничего не могу с этим поделать. Не могу остановиться…

— Тихо, тихо.

Матвей обнимает меня. Гладит по спине. По волосам. Прижимает к себе. Как раньше. И я не сопротивляюсь. У меня нет сил на сопротивление.

Я всхлипываю у него на груди. Мне больно. Но есть в этом и какая-то сладость…

Когда-то в его объятиях я чувствовала себя счастливой.

С Матвеем я впервые в жизни ощутила, как это — быть с настоящим мужчиной. Который берет на себя все твои проблемы, снисходителен к твоим слабостям, готов выполнить любую твою прихоть. Который смотрит на тебя с нескрываемым восхищением, как на богиню. А ночью проявляет свою любовь с невероятной мощью…

В его объятиях уютно и безопасно, как в коконе. Его сильные руки дарят чувство защищенности… Но это ложное чувство! Он меня обманул пять лет назад.

Это все было обманом.

Я была счастлива, когда он появился в моей жизни. И мне было так больно, когда он исчез!

А сейчас он снова… Как он может вообще? Как я могу?! Прижиматься к его груди, позволять гладить меня по волосам… Я совсем рехнулась!

Я отталкиваю Матвея. На этот раз у меня хватает сил. Говорю:

— Уходи. Пожалуйста.

И он уходит. Выходит из кабинета, осторожно закрывая за собой дверь.

Я бросаюсь к раковине. Умываюсь холодной водой. Смотрю на свои опухшие глаза и покрасневший нос.

Ужас!

Это полный провал!

Как я могла так опозориться? Разрыдаться на груди у того, кого ненавижу! С кем должна быть холодной и неприступной.

Я снова оказалась не готова к встрече с ним. Он застал меня врасплох.

Опять…

Я иду к столу и нахожу карточку Матвея среди других карточек, принесенных мне медсестрой. Если бы я просмотрела их раньше, я была бы готова к встрече…

Так. Курс восстановительной терапии. Две недели… Он собирается пробыть тут целую вечность!

Собирался. Надеюсь, теперь передумал. Может, моя несдержанность к лучшему. Матвей приехал развлечься. А я его напугала своими рыданиями. Плачущая истеричная женщина — явно не то, что ему нужно.

Он уже сбежал…

Дверь снова открывается. Я вздрагиваю. Бросаю быстрый взгляд в зеркало. Выгляжу я так себе…

Это опять Матвей.

Вернулся, держит в руке пластиковый стакан с водой. Видно, сгонял к кулеру. Заботливый какой…

— Что вам нужно, пациент Иванов? — холодно спрашиваю я. — Я отказываюсь заниматься вашим лечением.

— Ты плакала, — говорит он.

И идет ко мне.

Я не собираюсь отступать. Я буду вести себя так, как должна была с самого начала — холодно и отстраненно.

— Да, — спокойно отвечаю я. — Это была истерика.

— Но почему…

— Потому! Хочу и истерю. Люблю, знаешь ли, устроить истерику в понедельник после обеда. Заряжаюсь энергией на предстоящую неделю.

Матвей растерянно таращится на меня.

— Настя…

Да, я несу откровенную дичь. Но делаю это уверенно. Беру пример с него. Наглость — второе счастье!

— А что это тут у тебя? Ты мне водички принес? Как мило!

Я беру стакан с водой из его руки и… опрокидываю ему на голову.

Матвей еще более растерянно хлопает глазами. Просто стоит столбом, и капли воды стекают по его лицу на рубашку.

— Если тебе действительно нужен курс восстановления, тобой займутся мои коллеги. Я поговорю с главврачом. А ты забудь дорогу в мой кабинет!