65. Анжела
Никогда в жизни я не хотела секса так, как сейчас. Поэтому сама приподнимаю бедра, но Артур не торопится войти в меня. Делает всё медленно, как будто ему нравится мучить меня.
Конечно, нравится. Вижу это по его самодовольной улыбке. Водит членом мне по складочкам, а сам смотрит.
Вот, наконец, приставляет головку. Прикрываю глаза и сама прошу его сделать это. Никогда не просила. А его прошу. Потому что безумно хочу.
Хотя и страшно. Член у Артура большой. И такой твердый.
А если мне будет больно?
И все равно хочу его. Это какое-то безумие. Чтобы я так хотела?
Жду.
А этот... вредный человек, в общем, опять убирает головку со входа, кладет ее на складки и поглаживает. Я с ума сойду.
У меня между ног все зудит. Да меня разорвет просто от желания, если он сейчас не окажется во мне.
Поэтому приподнимаюсь и сама беру член в руку, сжимаю его пальцами, ощущая всю мощь.
Как член может быть таким каменным?
Не сводя взгляда с Артура, приставляю ствол ко входу.
Артур часто дышит, приоткрыв рот. И теперь уже серьезно смотрит на меня.
Мощная грудь часто вздымается. Вижу, как он напряжен. Вон, как кубики на прессе выступают.
Отпускаю член, почувствовав горячую головку у себя между ног, и кладу обе ладони на накачанные ягодицы Артура. Давлю на них.
Артур чуть улыбается уголком губ и опускается на меня. Опирается на локти.
И потом я приоткрываю рот в немом крике и запрокидываю голову.
Потому что он входит в меня. Медленно заполняет собой, не оставляя ни миллиметра свободного пространства.
Боже, я так чувствую его. Словно он часть меня.
Но разве может быть так хорошо от одного проникновения?
- Черт, Синеглазка, ты такая узкая, - хрипит Артур, наклонившись к самому уху. - Ты точно не девочка? - усмехается.
А я и ответить не могу. Теряюсь от собственных ощущений.
И потом толчок. И я понимаю, что он уже полностью вошел, потому что яйца ударяются в меня.
Я выгибаюсь. Вернее, пробую выгнуться. Но это просто невозможно из-за той мощи, которая сейчас придавливает меня к кровати.
Убираю руки с задницы Артура и скребу ногтями по шёлковой простыне.
Слышу хрип Артура:
- Синеглазка, сука, ты ахуенная.
Потом его горячие и жёсткие губы скользят по моим скулам, переходят на шею.
И он начинает кружить бёдрами. Стон вырывается из меня.
- Синеглазка, - Артур приподнимается и смотрит на меня. Отрывисто дышит. - Ты в порядке?
Я облизываю губы и едва могу произнести:
- Какой же ты большой...
Он улыбается и опять наклоняется ко мне.
- Тебе не больно? - замирает, больше не кружит бедрами.
А мне не хватает этого. И я обхватываю его ногами и мотаю головой.
- Тебе хорошо? - хрипит он, чуть приподнимая бедра и опять резко толкаясь.
И я вскрикиваю вместо ответа. Обнимаю его за шею и прижимаюсь сама.
До слуха доносится рык и дышать не могу. Потому что Артур жадно впивается в мои губы. Сразу проталкивает язык и буквально насилует мой рот. Меня никто так не целовал. Как-то по-дикому, неистово. Словно желая съесть меня.
Но и эти ощущения тут же отходят на второй план. Потому что Артур начинает двигать бедрами. Толкаться в меня, повторяя движения своего языка у меня во рту.
И я разрываюсь от ощущений. Он сейчас имеет меня сразу в два места.