36

В обед спускаюсь в кафе, где меня застает Олег. Берет еду и садится рядом.

— Какого… ты зачем меня в командировку отправляешь? — спрашивает он тихо.

— Для повышения квалификации. У Евдокимова есть чему поучиться, — с усмешкой отвечаю я.

Сумский хмурится, приглядываясь ко мне:

— Но имей в виду, в понедельник я уже буду на работе.

— Конечно, будешь, обязан, — киваю я.

О том, что собрание переносится, Олег не знает и не узнает. Его я предупреждать не должна, а вот с сестрой поговорю, как с акционером, если в этом будет необходимость.

Олег продолжает приглядываться, а я старательно держусь, чтобы никак себя не выдать. Ем, пью морс.

— Зимовский предлагает еще более выгодные для нас условия, — произносит настырный Сумский.

— Видимо, у него все совсем плохо, — фыркаю я.

Олег играет желваками:

— Он просто заинтересован в сотрудничестве именно с нами.

— Но мы не заинтересованы.

— Решать не только тебе.

— Конечно, — киваю я и поднимаюсь. На ходу доедаю салат и покидаю кафе. Когда я поднимаюсь в лифте, мне приходит сообщение от Макса.

Это ММС. Шоколадный голый торс. Я даже издаю протяжный ах, любуясь фотографией. Хорошо, что в лифте я одна.

"Искуситель", — отправляю я. Тут же ответ:

"Искуси меня тоже".

Озираюсь по сторонам, сзади меня есть зеркало. Чуть натягиваю ткань блузки спереди, оголяя зону декольте, и фотографирую себя. Отправляю.

"Вах… жду с нетерпением вечера", — читаю послание Макса.

Губу прикусываю, понимая, что тоже жду вечера. И в его предвкушении чувствую, как внизу живота словно скручивается тугой узел.

Домой спешу, едва на часах бьет восемнадцать ноль-ноль. И иду не к себе, звоню в квартиру этажом ниже. Макс встречает меня с довольной улыбкой и искорками в глазах.

Эта ночь, впрочем, как и предыдущие, дарит мне множество волнительных моментов, перетекающих в бурю наслаждения.

Так проходит рабочая неделя. Утром я тружусь в офисе, вечером тоже тружусь, но уже над нашим удовольствием. Мне нравится делать Максу хорошо, я позволяю себе многое. Но и он не скуп на нежности и ласки. Мы уже ближе некуда. Мы все сильней растворяемся друг в друге.

Лишь в четверг я провожу ночь в одиночестве, потому что Макс опять поздно возвращается с работы.

Утром в пятницу проходит совещание акционеров. Являются все, никто не жалуется на перенос. Предложение Зимовского произносится одним из акционеров, но не находит отклика и поддержки. Так что для решения этого вопроса не требуется даже звонок сестре.

Однако она звонит мне сама, когда я уже собираюсь домой.

— Ты можешь ко мне приехать? — спрашивает сестра.

— Что-то случилось?

— На месте, Ян. И давай скорее, — отвечает сестра и кладет трубку. И я тут же спешу к Ане.

Она открывает дверь, едва я успеваю нажать на кнопку звонка. Рукой наглаживает свое большое пузо.

— Я рожаю, — тут же сообщает сестра.

— В смысле? — с непониманием спрашиваю я и захожу в квартиру. У двери стоят два рюкзака, голубой и розовый, и один почти прозрачный пакет.

— В прямом.

Смотрю на нее в небольшом охреневании. Анька спокойная на вид, ни капли паники. Я-то думала, что женщины, которые вот-вот должны родить, ведут себя иначе.

— Ты уверена? — с сомнением спрашиваю я.

— Конечно, — кивает Аня и слегка хмурится, — воды отошли, схватки начались. Срок ставили на следующую пятницу, но, видимо, ребенок решил родиться сегодня.

— Ты такая спокойная…

— Не в первый раз же. Пока все терпимо. Скорую я уже вызвала. Антошку заберёт свекровь. А вот Аленку мне не с кем оставить.

— Ты хочешь оставить ее мне?

— Больше некому. Это же ты отправила моего мужа в командировку, — она фыркает. — Так что до понедельника тебе придется побыть доброй тётей.

— А почему бы ее тоже не к свекрови? — наивно спрашиваю я.

— Ты же в курсе, что она… человек специфический? Сказала, что с мальчиком справится, а вот с девочкой ей трудно.

— Чушь какая, — качаю я головой.

Здесь сестра хватается за живот и начинает шумно дышать. Не знаю зачем, но я тоже громко дышу, стараясь попасть в ритм с сестрой.

— Схватка, — сообщает Аня, ее отпускает и она резко выпрямляется, после кивает на розовый рюкзак: — Все необходимые вещи я собрала.

Я открываю рот, собираясь возразить. Но, во-первых, не знаю, что именно сказать, а во-вторых, входная дверь открывается — и в квартиру заходит мать Олега.

Человек она действительно специфический. Колючий, злой взгляд у нее, вызывающий у меня всегда пугающее волнение. Вот ведьмой ее назвать хочется, причем чёрной, как ее одежда. Меня эта женщина как будто не замечает, как и внучку, которая вместе с братом появляется в прихожей на зов Ани. Молча, да еще с явным недовольством свекровь сестры забирает внука и уходит. Я немного теряюсь от такого, замерев на месте. В себя прихожу, после того как в доме сестры появляется врач скорой.

— Все будет хорошо, — улыбается Анька, а я смотрю на нее, хлопая глазками. Затем на племянницу, расчесывающую волосы своей куклы. Похоже, самая напуганная здесь сейчас я.