54

Все никак не приду в себя. Разглядываю Макса, не веря в такую встречу.

Я ее даже представляла себе в самом начале беременности. Да, ждала, хотела… гадала — обрадуется он или нет, узнав о моем интересном положении? К которому напрямую причастен он. Но потом я перестала представлять. Потом я стала желать, чтобы эта встреча не состоялась. И на тебе…

Макс совсем не изменился, да и времени с нашей последней встречи прошло не так много. Все та же белоснежная улыбка, пухлые губы и глаза, глаза цвета спелой вишни. Макс лишь поменял стрижку, волосы совсем короткие.

Мое сердце бешено колотится в груди, в ушах аж стучит. Ступни леденеют, и кажется, что волосы на теле встают дыбом.

Вот как так? Вот почему?

— Почему не рассказывал, что ты гинеколог? — спрашиваю пересохшими губами.

— А ты и не спрашивала, — пожимает он плечами и подходит ближе, берет стул у окна и садится на него напротив меня. — На самом деле я редко кому признаюсь в своей специальности, это почему-то отпугивает девушек.

— И я их понимаю.

— Ну вот, — он опускает глаза в карту, — так, посмотрим…

— Что посмотрим? — повышаю я голос.

— Историю твоей беременности, — фыркает он, — ого, у тебя двойня. Кто-то сильно постарался, — он смотрит на меня, улыбается, — хорошо выглядишь, кстати, будущее материнство тебе к лицу.

— Ты когда вернулся? — тихо спрашиваю я.

— Месяца два назад. И тут же из этой клиники позвонили, я места у них долго ждал, — он обводит взглядом пространство, а потом возвращается ко мне. — А ты переехала, да?

— Да. Купила квартиру побольше.

Макс кивает и вдруг смотрит на мою правую руку:

— Замуж не вышла?

— Нет.

— Решила родить для себя?

— Именно. Для себя, — инстинктивно наглаживаю живот, а малыши продолжают сидеть в нем тихо. Папу не почувствовали… или, наоборот, почувствовали, вот и не пинаются? — А ты женился? Отец же тебе среди аборигенов невесту вроде как подобрал.

— Как много ты знаешь, — усмехается Макс.

— Со Светой как-то встретилась, вот она и просветила. Очень переживала она, что ты ее навсегда бросил.

— Так я ее и бросил. И возвращаться к ней не собираюсь. А еще нет, я не женился… а как там друг детства Родион?

Фыркаю, отворачиваюсь.

— Понятия не имею, — вру я.

Ведь знаю, как он и что. Как только я самолично сообщила Лебедевой о своей беременности, разумеется, как адвокату, Василиса тут же подыскала племяннику "новую жертву". На которой Родион женился пару месяцев назад. Однако и тут они просчитались, новоиспечённая жена и ее представительный отец отказались финансово помогать Лебедевой. Так что сейчас она готовится выступать по другую сторону баррикад, не в качестве защитника, а в качестве обвиняемого. Суд уже назначен. И я точно на него не пойду.

— Плановое кесарево, значит, — возвращается Макс к чтению моей карты, — неправильное предлежание одного из плодов… срок…

Вот тут меня словно кипятком ошпаривает. Срок, конечно же, можно же высчитать…

Хотя нет, не высчитает. По моим подсчётам срок один, а врачи ставят другой, недели на две меньше. Так что, может, и не узнает… пока детей не увидит.

Нет, нельзя, не хочу. Жила себе спокойно, смирившись со своей судьбой, а тут Макс неожиданно появляется, да еще в таком месте и в такой роли.

Резко вскакиваю с места, слишком резко, меня немного ведет. Но на ногах удаётся устоять, и когда рябь перед глазами рассеивается, я быстрым шагом покидаю палату и иду к стойке администратора.

— Я хочу другого врача! — заявляю я девушке.

— Почему? — хлопает она ресницами. — Максимус Адисаевич наш лучший специалист.

— Вот именно, он… — я запинаюсь, не знаю, как объяснить, но быстро нахожу причину: — Он мужчина, а я хочу врача женщину.

— Но врач — это существо бесполое…

— Я хочу врача женщину, — чуть ли не по слогам повторяю я. Слышу шаги сзади, оборачиваюсь и вижу Макса.

— Что случилось? — спрашивает он.

— Роженица просит другого врача.

Макс смотрит на меня, и если взглядом можно было бы что-то сказать, то взгляд мужчины напротив говорит, что он негодует. Вот чему? Неужели непонятно, что, даже если бы дети были не от него, нормальная женщина не захотела бы, чтобы бывший любовник принимал у нее роды.

— Яна, не глупи, — спокойно Макс, — ничего личного, я сейчас профессионал.

— Верю, но я не хочу, чтобы ты принимал у меня роды! Чего непонятного? — повышаю я голос. Девушка за стойкой странно на нас косится:

— А вы что, знакомы?

— Да, — отвечаю я, — вот вам бы хотелось, чтобы ваш бывший был вашим гинекологом?

Администратор качает головой.

— Ладно, — бросает Макс, — тебе лучше сейчас не нервничать. Наташ, посмотри, с кем я могу поменяться.

Девушка администратор тут же лезет в компьютер.

— Если только с Еленой Юрьевной, но она будет только через час.

— Ничего, я подожду, — киваю я.