Глава 33

Конечно, Изабелл ко мне не пришла, а я на самом деле была готова затеять очередную пакость для Лазарро. Не думаю, что Изабелл отказала бы мне в маленькой просьбе, потому что я не верю Лазарро. Он может убеждать меня в чём угодно, но точно не отдаст без боя. Хотя я до сих пор не понимаю причин, почему он держит меня рядом с собой. Лазарро не делает намёков на секс, но каждый раз пытается вновь забраться в моё сердце или разум, чтобы получить удовольствие от признаний страданий, которые сам мне причинил. Ему не нравится, что я в порядке, а он нет. Если мучиться, то обоим. А одному ему скучно, вот для этого он и повторяет постоянно о том, что у меня нестабильное состояние. Это ложь. Я в полном порядке, не считая ещё красных швов под волосами. Но со временем они станут менее заметными, тошнота тоже пройдёт, головокружений уже стало меньше, так что я и это переживу. Было бы только ради чего. Если честно, то я считаю, что не нужна своей семье. Не нужна ни отцу, ни матери, ведь моя судьба иная. Я давно уже стала для них чужой и выполнила свой долг перед ними. Отплатила за всю любовь и заботу, которые они мне подарили. Я больше ничего им не должна. Признаюсь, что сейчас мои чувства к ним попросту отсутствуют. Это плохо, наверное, для обычного мира, но я поняла, что прежде всего нужно думать о себе. Потому что если тебе плохо, то плохо и твоей семье. Никак иначе. Ты источник проблем, которые могут отразиться на всех. Поэтому думать о себе тоже сложно. Причин для этого я до сих пор не нашла.

К утру я полностью подготовила дизайн квартиры и дома. Для пентхауса выбрала холодные и приглушённые оттенки серого, чёрного и тёмно-зелёного, а для дома тёмный дуб и примерно такого же вида ткани. Большего из интернета я ничего выудить не смогла. Тем более нужно было помнить, что это не мои места жительства, а Лазарро, и он уж точно был бы против лавандового цвета штор.

Я спускаюсь на завтрак с огромной папкой, в которой собрала записи и размеры требуемой мебели. Лазарро уже ждёт меня, и я поскорее хочу закончить это дерьмо. Он издевается. Опять. Знает, что я ни черта не смыслю в дизайне, но решил поймать меня на словах.

— Не выспалась, Белоснежка? — нагло интересуется, оглядывая мой понурый и уставший вид. Я пыталась спать, но мыслей было слишком много. Чересчур. В итоге я вернулась к ноутбуку и решила добить саму себя долгим изучением материала.

— Я прекрасно спала, Босс. А ты? Не тревожили признаки прошлого? — ехидно отвечаю и сажусь за стол.

— Меня, вообще, ничего не тревожит. Выглядишь паршиво, так что ложь не удалась. В следующий раз хотя бы косметикой воспользуйся или спроси совета у Изабелл, она подскажет.

Стискиваю зубы от его слов.

— К слову, об Изабелл. Она снова не завтракает с нами? Жаль, я бы как раз последовала твоему предложению, может быть, чему-то ещё научилась. Она не придёт? — цепляюсь за эту возможность.

— Она слишком устала за ночь. Отсыпается. Нужно давать своим работникам выходной. Ты не слышала шума этой ночью?

— Никакого шума. Абсолютно. Я спала, и уж точно никто не мог нарушить мой сон. Надеюсь, что работа Изабелл стоила её сил. Обычно люди не ценят того, что делают другие, но обожают орать о своих мелких победах, раздувая из них спасение человечества. На самом деле один мой знакомый именно так и делает, — бросаю красноречивый взгляд на Лазарро и улыбаюсь, жуя тост.

— Какой идеальный мудак. Не познакомишь? А то мне скучно без новых лиц, — отвечает он ядовитой усмешкой.

— Двух королей в одном царстве не бывает. Начнёте драться, ругаться и убьёте друг друга. Хотя идея отличная, меня вдохновляет концовка. И я с радостью вас познакомлю. Сейчас позову его. — Подскакиваю с места и направляюсь к себе в спальню.

Врываюсь в комнату и хватаю мобильный. Спускаюсь вниз и с коварной улыбкой подхожу к Лазарро. Он прищуривает взгляд.

— Я как раз позвонила ему, чтобы вы могли пообщаться. — Включаю камеру и поворачиваю телефон к лицу Лазарро. Его улыбка сползает с лица, и он раздражённо смотрит на меня.

— Думаешь, это смешно? — фыркает он.

— А кто виноват в том, что у тебя паршивое чувство юмора. Надеюсь, что вы с ним всё же подерётесь, это будет очень эпично. Я даже приглашу зрителей, они будут болеть за одного из вас, — хихикая, убираю телефон и сажусь обратно за стол.

— Белоснежка, переходишь все границы, — цедит он.

— А у меня их нет и никогда не было. Жаль, что у тебя и с памятью теперь проблемы. Но есть Изабелл, она всегда будет рада подсказать тебе. Увы, не сейчас.

— Разве при абсолютном безразличии к мужчине женщина ревнует? — Лазарро отрезает кусочек бекона и с интересом смотрит на меня.

— Изабелл ревнует тебя ко мне? Какая глупость. Зачастую женщина ревнует, когда не уверена в своём партнёре, а ты… Как бы сказать мягче и не задеть твоих нежных чувств, Босс, чересчур неразборчив и натягиваешь свой член на всё, куда можно его натянуть. Так что, да, у неё есть причины для ревности, но уж точно не ко мне. Поэтому тебе нужно пересмотреть тех, кого ты натягиваешь на себя, и определиться, стоит ли Изабелл лишения всех радостей и букета болезней.

— И это ты называешь мягче?

— Очень мягко. Я бы могла выразиться по-другому, но ты же Босс, не дай бог, корона свалится и придавит твой член. Я ведь беспокоюсь именно о тебе.

Мы улыбаемся друг другу, как самые паршивые актёры в мире, пока я не замечаю, как взгляд Лазарро становится настолько тёмным от злости, что его рука резко поднимается вверх, и нож летит в мою сторону. Успеваю отклониться и откинуть назад волосы, хотя всё внутри трепещет от неожиданного скачка адреналина.

— Нервные тики, Босс? Это всё влияние антиквариата. Чем ближе человек к плесени и пыли, тем быстрее сам превращается в рухлядь. Но не переживай, Босс, мы тебя реанимируем, и я бы хотела поскорее начать. Я полностью готова к обустройству твоего места жительства. — Радостно поднимаюсь с места и отпиваю на ходу чай.

— Молись, чтобы мне понравилось, иначе тебе никакая Испания не светит, — рычит он, бросая салфетку прямо в тарелку.

— Поверь мне, в себе я полностью уверена, а в тебе нет. Ой, ни одна женщина в тебе не уверена, какое совпадение. Хотя это уже факт. Плевать, в общем, свои капризы засунь в задницу Изабелл, и ты примешь всё, что я запланировала с улыбкой. Иначе я сделаю всё, чтобы кто-нибудь умер. Мне терять нечего. Мой смысл жизни, вероятно, в Испании, и если я туда не доеду, то смысла и нет, — прищурившись на секунду, угрожаю ему и не страшно. Даже если ударит, не страшно. Унизит, не страшно. Толкнёт, тоже не страшно. Ничего не страшно, мне насрать на то, что будет со мной. Хоть смерть.

— Так ты идёшь или нет, Босс? — спрашиваю, оборачиваясь и бросая на него взгляд.

— Непременно, — с отвращением выплёвывает он.

— Я смотрю, у тебя поднялось настроение, только чур не горланить песни в машине. Я схожу за пальто, и можем ехать, — хихикая себе под нос от мрачного выражения лица Лазарро, поднимаюсь наверх и хватаю пальто из гардеробной.

Набрасываю на плечи пальто, укладываю папку в сумку и довольная собой возвращаюсь. Один из ребят провожает меня на улицу, где возле машины ожидает Лазарро.

— Я слишком хорошо поработал ночью. Ты ведёшь, Белоснежка, — хмыкая, он садится на пассажирское сиденье.

— Если ты думаешь, что я буду возмущаться, то нет. Я обожаю водить, а красивые и дорогие машины ещё больше. Потрясающе. Куда едем? — Бросаю сумку на заднее сиденье и завожу мотор голосом. Пристёгиваюсь, ожидая дальнейших инструкций. Лазарро называет координаты, и для меня строится маршрут. Прилично ехать. Четыре часа.

— Неужели, поближе не нашёл мебельного салона? — недовольно бурчу, выезжая из ворот.

— Я как раз высплюсь.

Он притворно зевает и закрывает глаза, немного опуская сиденье.

— А почему ребята не едут? Я не вижу их машины. — Притормаживаю и снова проверяю. Нет, никого нет.

— В последнее время я предпочитаю ездить сам. Один. Я умею себя защищать, так что не вижу необходимости в охране.

— Итан в курсе? — спрашивая, скептически изгибаю бровь.

— Он недоволен. Сильно недоволен, считает, что это глупо.

— На самом деле он прав. Ты Босс, вроде как значимая персона в вашем криминальном мире…

— Вроде бы? — обиженно перебивает он.

— Если тебе будет легче, то это исключительно моё мнение, и для других ты можешь быть светилом небесным, но не для меня. Так что… Итан прав. Не просто так вы набираете охрану и постоянно ходите с ней. Тем более тех, кто напал на тебя, ещё не нашли…

— Ты хотела сказать напали на тебя, Белоснежка? А я просто удачно был рядом, чтобы спасти тебя? — едко напоминает.

— Я не просила, так что не считаю это спасением. Тебе просто нравится повышать свою значимость. Если бы я хотела, то могла бы справиться сама. Без тебя. Одна я отлично справляюсь с киллерами, — отвечаю, хотя это довольно самонадеянно с моей стороны. Но пусть думает, что и я тоже ничего не боюсь.

— Без проблем, Белоснежка. Я тебя услышал. И больше я палец о палец не ударю до тех пор, пока ты не будешь умолять меня о жизни, — гадко улыбаясь, произносит он и закрывает глаза.

— Я никогда искренне тебя не умоляла. Всё было фальшью, и ты на неё повёлся. Тебе важнее слова, а не правда. И я буду рада, если ты даже не шелохнёшься и посвятишь всё своё внимание Изабелл. Женщина может зачахнуть без внимания, а потом начнёт его требовать, — поддеваю его. Да, мне нравится это говорить, но мои слова никак не продиктованы ревностью. Пусть хоть затрахает её до смерти, мне плевать.

— Как ты сейчас? Постоянно упоминая Изабелл, ты пытаешься уязвить меня, но всё никак не получается. Изабелл шикарная женщина, которой не жаль давать поблажки.

— Это называется диалог, придурок. До сих пор не купил словарь. Пора бы уже, Босс. И уж точно я проживу без твоего внимания, его, как всегда, слишком много, — кривлюсь я.

— И поэтому ты перешла к оскорблениям. Конечно, исключительно из-за того, что ненавидишь меня и хочешь показать своё отвращение ко мне, а не потому, что Изабелл до сих пор не имеет ни единого синяка, и я не хочу причинять ей боль, как тебе раньше.

Вот это уже низко.

— Но подвалы так манят, не правда ли, Босс? Они часть тебя. Они то, что ты так и не можешь забыть. Они твоё прошлое и начало твоей дороги боли. И раз Изабелл до сих пор не видела их и не была там, то я никогда не поверю в то, что ты изменил своим привычкам. А из всего этого получается, что она для тебя временная шлюха, которую ты натягиваешь на свой член и не собираешься допускать до самого сокровенного. До своих тайн, а их, скажу, слишком много, и никакой шикарный вид этому не поможет. Подвалы. Эти знаменитые подвалы Ромарисов, — ядовито растягиваю слова, прекрасно отомстив за ту попытку унизить меня и за прошлое, которое было между нами.

— Мужчина меняется, Белоснежка. Нужна определённая женщина, которая будет не толкать в темноту, а вытаскивать из неё. И видеть восторг в глазах такой женщины бесценный подарок. Я богатый ублюдок, искавший что-то такое, что сможет мне помочь. А выходит, что не стоило искать. Женщина сама придёт к тебе в самый неожиданный момент. Он наступил. — Туше.

Мне противно слышать это от Лазарро. Его высокую оценку об Изабелл. Это я прошла с ним через ад и вытаскивала его демонов. Я переживала их и сносила многое от них. Я сделала это. А какая-то мымра пришла и решила прибрать к рукам то, на что я потратила уйму сил. Да ни черта! Это чисто из принципа нечестно. И уж точно я сделаю всё, чтобы уязвить каждого из них. Я буду открывать тайны Лазарро ему самому и…

Неожиданно для себя понимаю, что огонь в моих венах неправильный. Если я ничего не чувствую к Лазарро, то меня это, действительно, не должно волновать. Как, к примеру, это было с Карлом. Да, то, что я увидела, было противно, да и только. Я не испытала сильную боль, как сейчас от слов Лазарро. Мне не хотелось свернуть ему шею. Мне, вообще, было не особо-то интересно. Так кто врёт? Я или Лазарро? Или оба?

Долгое время мы едем в полной тишине, и я украдкой постоянно поглядываю на него, обдумывая то, что пришло на ум. Нет, я до сих пор не боюсь смерти, и у меня пропала искра, но факт остаётся фактом. Я ревную. Это плохо. Может быть, мне просто обидно? Ведь я много сил, слёз и даже крови отдала за него. Мда, прекрасно понимаю Бруну. Но она не сдалась, а я отошла в сторону и каждый раз пытаюсь уязвить и Лазарро, и Изабелл. Разве они виноваты в том, что меня сильно оскорбило то, что Лазарро остыл? Нет. Я сама так решила. Он решил. И я в порядке.

Дорога заняла больше времени, чем показывал навигатор из-за платной дороги, пробок, и грязи на них. И наконец-то, мы подъезжаем к огромной фабрике, находящейся рядом с водохранилищем и окружённой сплошным каменным забором. Притормаживаю перед воротами, и Лазарро открывает глаза. Он спал. Не притворялся, как я думала, а спал. Чёрт…

— Посигналь, хотя они уже нас видят. Я не сообщал о том, что приеду лично к ним. — Подавляя зевок, Лазарро дёргает головой и проводит ладонями по лицу.

Как только хочу нажать на сигнал, так ворота открываются, и мы проезжаем дальше. Лазарро инструктирует меня, где нужно припарковаться. Он выходит, а я за ним, прихватив сумку.

— Что это за место? — шепчу, когда к нам выбегают сотрудники и приветствуют Лазарро.

— Моя фабрика по изготовлению мебели, — отвечает Лазарро, спокойно пожимая плечами, и проходит вперёд, оставляя меня в полном недоумении.

В голове появляются воспоминания из Италии, где я видела странные записи и вычисления. Дуб… Лазарро обдумывал что-то вроде концепции своей фирмы. Да сколько их у него? Это незаконно совать свой нос в каждый бизнес!

— Мисс Браун, Босс приказал нам сопровождать вас и помочь с выбором мебели. Если вы хотите, то мы можем провести вам экскурсию по фабрике? — мелодичным голосом предлагает мне женщина лет за пятьдесят. Она одета удобно. В джинсы, футболку и кардиган. Да и, вообще, сотрудники, пялящиеся на меня во все глаза, работают в комфорте. Хотя это можно проверить.

— С радостью. Это такая удивительная возможность увидеть всё самой. Я полностью готова, — широко улыбаясь, принимаю предложение, и мне отвечают улыбкой.

Экскурсия начинается с выставочных залов, которые расположены прямо у входа на фабрику. Сотрудники здесь одеты в классическом стиле. Я узнаю, что сюда приезжают особые клиенты для того, чтобы изучить составы тканей, сделать особые заказы и придумать эксклюзивный дизайн. А также мебель сегментом ниже и дешевле поставляют в салоны и магазины не только Америки, но и Канады, Мексики и Бразилии. Используются исключительно итальянские ткани для всех видов мебели, вне зависимости от цены. Также экологически чистое дерево и обработка его не химикатами, а щадящими препаратами. Я не запомнила всех названий, но, видимо, они очень значимые и популярные, раз мне с гордостью рассказывают о них.

Мне выдают маску и халат, а затем проводят в сам цех, где изготавливается мебель, высыхает после покрытия или просто отстаивается.

Лазарро заказывал здесь мебель в мою комнату, в пентхаус. Я узнаю руку мастера, его работу и точное исполнение, к которому не придраться. Также я спрашиваю об условиях работы, и все радостно отвечают мне, что Босс помог многим американцам, и не только им, найти здесь место. Таких в Америке фабрик много, чтобы было удобнее клиентам. Меня поражает и, наверное, восхищает то, что люди работают с радостью, и она вовсе не наиграна.

Мы ходим очень долго. Мне показывают буквально всё. Начиная от выбора дерева, металла, камня, ткани, драпировки, наполнителя, крючков и заканчивая изысканными драгоценными камнями, которые можно использовать в дизайне. Теперь я чувствую себя дурой со своей никчёмной папкой с самыми паршивыми дизайнами в мире. Но у меня есть задание, и я его выполню на отлично. Я хочу в Испанию.

Открываю расположение комнат и переигрываю всё, что задумала, но оставляю те же цвета, дополняя их холодной платиной для пентхауса и тёплым розовым золотом для дома. У меня голова идёт кругом после ещё двух часов выбора, и я готова взвыть, но мне помогают, предлагают множество вариантов, советуют и даже рисуют эскиз, как всё это будет выглядеть в деле.

Под шум и разговоры откидываю голову назад и замираю, когда вижу Лазарро, стоящего на мостике над отделом дизайна. Рядом с ним двое солидных мужчин в костюмах, и они что-то говорят ему, но он смотрит на меня. Наверное, ждёт, что сдамся, а я не собираюсь этого делать.

Уже темнеет, когда я заканчиваю выбор и отдаю всё для реализации. Я прощаюсь с сотрудниками, и меня даже обнимают, благодаря за такой интересный день.

— Мне понравится то, что ты задумала, Белоснежка? — интересуется Лазарро, когда мы выходим на улицу.

— Мне понравилось, а если тебе не понравится, то выбора у тебя всё равно не будет.

Его лицо становится суровым.

— Прекрати, я пыталась сделать всё, что в моих силах, и очень устала. Если бы ты заранее дал мне каталог, то было бы проще, но именно это ты и задумал. Я старалась выбрать всё, что будет подходить для твоей личности. Хотя, — делаю паузу и тяжело вздыхаю, — я больше не знаю, каким ты теперь стал, и кто ты такой. Я полагалась лишь на воспоминания, поэтому уже готова к поражению. Сдаюсь прямо сейчас, ведь вы вместе с Изабелл высмеете меня, и я никогда не буду свободной от тебя. Таков твой план.

Пожав разочарованно плечами, направляюсь к машине.

— Ты уверена, что хорошо знала меня в прошлом, Белоснежка?

— Мне казалось, что да. Но я не могу тебе сказать точно. Сама не знаю. Вероятно, я просто обманывала себя и видела в тебе то, что хотела. Я идеализировала тебя, как бы ни отрицала это, но всё же делала так. Больше нет. Мы едем? Я, правда, очень устала и сильно голодна. — Бросаю на Лазарро измученный взгляд.

— Едем. Я поведу, ещё не хватало нам разбиться или угодить куда-нибудь.

Кривлюсь от его замечания. Плевать. Сажусь на сиденье и пристёгиваюсь. Подавляю зевок, бросая сумку на заднее сиденье.

— Мне нравилось, что ты меня идеализировала. Ты давала мне стимул быть лучше, чем я есть. Поверить в себя и в то, что я не грёбаный ублюдок, а мне просто не повезло в жизни.

У меня даже кровь останавливается в жилах от признания Лазарро. Озадаченно поворачиваю к нему голову.

Он заводит мотор, не ожидая от меня никакого ответа, а у меня его нет. Он никогда этого не говорил раньше, так зачем сейчас? Это ведь уже не важно. Мы выезжаем с территории фабрики и, не спеша, едем по дороге. Лазарро увеличивает скорость, а я всё думаю о его словах.

— Ты ненавидел, когда я тебя идеализировала, и постоянно винил меня в этом, — нарушаю тишину.

— Не мог же я сказать, чтобы ты это делала постоянно. Это не поведение Босса, — хмыкает он.

— А что сейчас изменилось? Ты всё ещё Босс…

— Да, но ты не моя. Ты чужая и уже довольно давно. Как бы я ни пытался доказать себе обратное, но вышло то, что вышло.

— Ты издеваешься? То есть вместо того чтобы поговорить со мной, ты превратил меня в дворняжку, ради своего убеждения в том, что я ещё твоя? Да я была твоей, даже когда ты приехал в Лондон. Я была твоей, когда мы сели в самолёт. Я была твоей, пока ты не начал вести себя, как подонок, — зло шиплю.

— Не хрен было уходить от меня! — выкрикивает Лазарро.

— А чего ты ждал? Ты убил невинных людей у меня на глазах, а обещал мне не делать этого!

— Они не были невинными! Меня, блять, подставили!

— Но я не знала! Я! Не! Знала! Ты не сказал мне! Не предупредил меня! У тебя была сотня шансов это сделать, но ты не сделал! Это не моя вина! Это твоя вина! — обвинительно ору.

Лазарро ещё больше увеличивает скорость, стискивая руль руками.

— Признай, что ты не в порядке. Так не вопят, когда находятся в порядке. Ты не в порядке. Ты живёшь прошлым, как и я. Признай, — требовательно шипит он.

— Я в порядке. Это всего лишь претензии из прошлого, и нам…

— Твою мать, — рычит он.

— Даже не думай, что я вру тебе. Я…

— Вызови мне Итана, — резко обрывает меня Лазарро. Удивлённо смотрю на него.

— Да как я…

— Контакт «Итан» на быстром наборе, — раздаётся компьютерный голос машины.

Ну, конечно. Теперь ещё и Итана нужно приплести сюда.

— Босс.

— Слушай внимательно. За нами машина. Она поджимает нас. Мы находимся у водохранилища. Объезжаем карьер. Ищи наши трупы здесь. — Звонок обрывается.

У меня кровь стынет в жилах. Уже вечер, и сумерки вот-вот нагрянут. Я оборачиваюсь и проверяю слова Лазарро. За нами, действительно, едет машина, и у неё выключены фары.

— Что происходит? — шепчу я.

— Твои друзья. Не мои, Белоснежка. А теперь перед тобой выбор, — тихо говорит Лазарро.

— Жизнь или смерть? Найдёшь смысл прямо сейчас, или мы оба погибнем…

— Что ты говоришь?

— Поверну направо, машина будет в лепёшку от столкновения с каменной стеной, а мы мертвы. Поверну налево, чтобы уйти от погони и поеду по снегу и грязи, машина взорвётся. Поверну на мосту налево, тоже взорвётся. Там всё заминировано. Есть вариант жизни. Поэтому выбирай. У тебя несколько секунд.

От слов Лазарро у меня шумит в ушах. В такой ситуации паника накрывает с головой, а впереди уже маячит ограждение.

— Что…

— Решай! Найди смысл, или мы сдохнем оба! Решай! Ты хочешь жить или нет? Сдохнешь ты, сдохну я! Решай! Белоснежка, решай!

У меня звенит в ушах. В этот момент заднее стекло машины неожиданно трескается, и холодный ветер врывается в салон. Они стреляют.

— Решай! Смысл! У тебя есть смысл, чтобы жить? Смысл! Я не буду вилять, я сдохну рядом! Ты нужна мне! Я не в порядке без тебя! — его крик застревает у меня в груди.

Лазарро явно нервничает. Он не смотрит на меня, и я вижу, как по его виску стекает от напряжения пот.

— Решай! Ну же, Белоснежка! У тебя есть смысл?

— Ты! — выкрикиваю я.

— Отлично! Значит, жить будем. Отстегнись. Держись крепко. Набери побольше кислорода. Я выстрелю в лобовое стекло, сразу хватай мою руку. Не схватишь, замешкаешься, останусь рядом. Готовься! — Лазарро несётся прямо на ограждение, а внизу вода. Ледяная, глубокая и тёмная.

Меня парализует от страха, а сзади раздаётся ещё очередь из выстрелов по нашей машине.

Автомобиль со всей скоростью вылетает вперёд. Задерживаю дыхание и отцепляю ремень безопасности, как и Лазарро. В его руке появляется пистолет.

Чёрт… почему-то сейчас я вспоминаю слова Итана о том, что поодиночке нас не убить, а вот вместе…

И мы вместе.