Глава 5

Глава 5.

Несколько секунд мы с Элиотом смотрели друг на друга круглыми от удивления глазами. Я лично готова была себе язык откусить за ту глупость, что вылетела из моего рта. В своем уме я точно бы такого никогда не сказала! Вот никак! Вообще!

Очнулся Элиот быстрее меня, и пока я попросту не удрала от него, просиял и снова подхватил меня на руки. Выглядел при этом мужчина настолько важно, что складывалось ощущение, что он наконец-то получил желанную конфету, которую ему никто не хотел давать.

Ага, благодетельница Маша Соболева! Просто слоган на лбу: «Защита слабых и обездоленных мужчин».

От своих же мыслей я притихла, решив подумать о своем не в меру длинном языке потом. Да и что толку убиваться? Что сделано, то сделано. Точнее, что сказано, то сказано. Назад я свои слова никак забрать не смогу. К тому же в объятиях этого мужчины я не чувствовала себя уязвлённо. Возможно, все из-за того, что я сама его об этом попросила, а может просто от его несвойственного и не поддающегося моей логике поведения.

Да и, в конце концов, я же не затворница какая-то. Видела за свою, пусть и не слишком длинную жизнь, разных мужчин. От нарциссов, которые замечали только себя, до кобелей, которые ни одной юбки не пропускали мимо своего важного взгляда. Элиот не подходил ни под одну категорию, вот совершенно. И это… делало его другим.

Впрочем, что можно понять из разговора в полчаса?

Глупые мысли и ситуация глупая. Вообще все глупо и нелогично. И самое главное, я не знаю, что мне делать? Как поступить? Согласиться на кота в мешке, а после трагично лить слезы, причитая, что я не соглашалась на это?

Увы, но нет! Раз уж я здесь и могу, как оказалось, родить ребенка, то не вижу смысла кидаться на первых мужчин, которых здесь увидела. Без моего согласия никто и ничего не заставит меня сделать!

Решив все для себя, я с удивлением поняла, что сижу на коленях Элиота, удобно устроившегося в кресле. Кристофер и Даллас, с улыбкой посматривают на своего друга, присев на большую кровать, иногда кидая взгляды на меня. Просто интимная идиллия!

Соскочив с колен мужчины, словно меня в прекрасное место ужалила пчела, я сложила руки на груди, хмуро посмотрев на напрягшихся мужчин. Неужели они и вправду думали, что все будет так просто? Призовут тридцатидвухлетнюю «девочку» Машу и она, приплясывая, кинется к ним на шеи, едва с трусов не выпрыгивая?

— А теперь поговорим, — решительно выдохнула я. — У меня скопилось слишком много вопросов.

— Что именно ты хочешь узнать? — настороженно уточнил Кристофер.

— Все, — пожала я плечами. — Я и узнала все-то, как мир называется, и какие расы тут живут. Этого мало для полной ясности, а я не собираюсь кидаться в омут с головой, не смотря ни на что.

— Мы все расскажем, — кивнул Элиот серьезно.

— Прекрасно, — посмотрев на мужчину, я улыбнулась уголком губ. Элиот невообразимым образом очень ловко зарабатывает очки в моих глазах. — Круг — это, как я понимаю, несколько мужчин.

— Да, мы называем союз, в котором несколько мужчин, кругом истины.

— Истины?

— Да. Это связанно с нашей магией. У каждого из нас разная магия, но вместе мы можем познать истинную суть магии и с помощью нее создавать то, что не подвластно нам поодиночке.

— Хм… — сказать, что я ничего не поняла — это ничего не сказать. Впрочем, отдаленный смысл того, что вместе они круты, я, конечно, уловила. — Ладно, думаю, позже я смогу в этом разобраться. А как насчет якоря?

— Якорем у нас называют супругу круга мужчин. Она замыкает круг и становится своеобразным якорем для своих мужчин.

— Супруга… — протянула я, чувствуя, как в горле появляется колючий ком. — А без якоря никак? Ну, в смысле, смогу ли я забеременеть, если просто… ну…

— Просто переспишь с мужчинами, которые состоят в круге?

— Да.

— Нет, наше семя просто не приживется в тебе, — ох ты ж, быки-осеменители!

Кивнув, поджимая губы, я ушла на несколько секунд в себя, даже не став отдергивать мужчину за то, что я как бы еще ни на что не соглашалась. Ладно, пусть гипотетически будет их семя.

— И как вы определяете, чей это ребенок? — чисто из любопытства спросила я, не совсем понимая, как они после делят детей? Да и если одному и тому же мужчине повезет несколько раз, а кому-то ни разу?

— Ребенок общий.

— То есть?

— С помощью магии наши жизни в некотором роде едины и ребенок тоже единый.

Зависнув, переваривая информацию, я с трудом смогла справиться с этим, решив, что у мужчин попросту «моносперма», то есть, одна сперма на троих. В принципе, умно! Никаких тебе разборок, чей ребенок, никаких претензий или еще чего-то.

— А в круге бывает только трое мужчин? — зацепившись за мысль, заинтересованно поинтересовалась я.

— Нет, не только. Еще бывает четыре мужчины в круге, у стихийных магов.

— Ясно, — приглушенно пробормотала я. — Круг создают только драконы?

— Нет, — качнул головой Кристофер и нахмурился, подозрительно посмотрев на меня.

Отведя взгляд, заинтересованно рассматривая комнату, я делала вид, что не замечаю внимания мужчины. Комната, впрочем, была интересная, в темных тонах.

— Ладно, оставим круг, — хмыкнула я, чувствуя себя, по меньшей мере, Шерлоком. — Лучше расскажите о мире.

— Что именно рассказать? — отозвался Элиот, пока Кристофер буравил меня взглядом.

— Что рассказать… — протянула я, реально задумавшись об этом, ведь тему нужно было выбирать не из пустой болтовни, а что-то действительно важное. — Расскажи о правах женщины в вашем мире. Есть ли какие-то ограничения для женщин? В плане учебы, работы, например…

— Зачем тебе все это? — вскинулся Кристофер.

— А почему нет? — хмыкнула в ответ я. — Я должна понимать, куда попала и что меня может ожидать.

— Понимать или…

— А это время покажет, — не стала лукавить я, ведь ложь — это то, что я не люблю больше всего.

Конечно, есть разные ситуации, можно недоговаривать, можно что-то утаивать, без вреда для кого-то. Что-то свое, личное, не предназначающееся для чужих ушей. Вот только, если уж спросили прямо и это не лично твоя важная тайна, будь добр, ответь, как есть. Без глупой «сладкой» лжи.

— Я что-то не понял, — хмыкнул Даллас, отчетливо скрипнув зубами. — Мы тебя призвали, сейчас рассказываем о мире, чтобы ты, невероятно, нашла себе других мужчин?

Потупившись, прекрасно понимая, что звучит это не очень красиво, я, тем не менее, пожала плечами, без слов отвечая на вопрос мужчины. С их стороны, конечно, все понятно. Призвали, свои шаманские обряды совершили, и давай ребенка делать, а я? Как быть мне?

— Супер! Вообще! — все больше распалялся мужчина, из-за чего мне реально было не по себе. Вот лучше бы соврала, честное слово. — Элиот! Можешь больше не смотреть на Мари с восторгом в глазах, потому что ее благосклонность к тебе, ничего больше, чем просто тактический ход!

— Даллас, — протянул угрожающе Элиот и его туман, в который раз вырвался из него, показывая, что кто-то сейчас не в духе.

— Что Даллас? — фыркнул мужчина и, к моему удивлению, вокруг него образовался ореол из белого тумана.

Да, туман, как же! Магия это. Еще бы четко осознать в голове, что она существует на самом деле и вообще будет хорошо.

— Успокойтесь, — рыкнул Кристофер и как только мужчины отвернулись друг от друга, посмотрел на меня.

Поджав губы, я упрямо смотрела мужчине в глаза. Мне стыдиться нечего! Я мужчин специально не стравливала и даже мысли такой не допускала, а то, что они не в меру порывистые, так это не мои проблемы. Им я, в свою очередь, сказала чистую правду, хотя могла затаиться, соврать и думать, как сбежать.

Впрочем, я искренне не понимаю, зачем люди придумывают себе в голове многоходовые манипуляции, особенно в книгах, если можно ясно и точно обозначить свою точку зрения. Не прикуют же меня к кровати, в самом деле! Я не иголка в стоге сена, да и чутье подсказывало, что мужчины неволить меня не станут, пусть я совершенно не доверяла мужчинам в принципе.

— Мы все понимаем, — кивнул серьезно Кристофер, заставляя меня удивленно вскинуть брови. Понимают? Реально? Что-то я не заметила. — Но и ты нас пойми, — вздохнул он, и я приготовилась к какой-то форменной дичи, — для нас в нашем мире девушки нет. Я этот ритуал по призыву не один день готовил и шанс на то, что нам еще раз повезет настолько незначительный, что я даже говорить о нем не хочу. Ты для нас не просто девушка, Мари, ты для нас единственная девушка

— Сомнительный комплимент, — буркнула я в ответ. — Да и не особо вы рады были, когда впервые меня увидели.

Да, каждая женщина хочет услышать, что мужчина желает быть с ней только из-за того, что вариантов нет! Вот сто процентов! Впрочем, мне ли жаловаться? На моей улице в коем-то веке настоящее счастье, я смогу стать мамой, так какое мне дело до мужчин?

— Признаю, нас дезориентировала твоя магия на лице. Это было несколько неожиданно, да и чего скрывать, ребенку было бы сложно найти себе друзей, собратьев, если бы у него было зеленное лицо. С девочкой, конечно, проще, но…

— Я поняла, — кивнула я.

Да они на самом деле еще затянутей, чем я на вопросах материнства. Инстинкты у них какие-то проснулись, что ли, раз они только увидев меня, сразу ребенка с зеленым лицом представлять начали!

— Да, — поджал губы Кристофер. — Но не об этом сейчас. Лучше объясни, пожалуйста, а то я не понимаю. Почему ты хочешь уйти? Что не так с нами? Мы не достаточно привлекательны? Тебе не нравится что-то определенное? Если это можно изменить, то мы, конечно, постараемся…

Мужчина еще что-то говорил, а я буквально рот открыла от происходящего. Недостаточно привлекательны? Серьезно?

Скользнув украдкой взглядом по мужчинам, я прикусила губу. Что ни скажи, но они были действительно очень красивы. Я бы даже сказала — слишком красивые мужчины.

Кристофер — высокий, поджарый, с темными волосами и аристократическими, точеными чертами лица и зеленными, притягательными глазами. Он в буквальном смысле олицетворял мечту женщины.

Элиот — немного ниже Кристофера, тоже поджарый, с темными волосами, которые были в каком-то «творческом» беспорядке, с красивыми чертами лица и темно-карими гипнотическими глазами. О щетине я вообще молчу, она ему безумно шла, делая мужчину каким-то брутальным хулиганом.

Даллас — точная противоположность Кристофера и Элиота. Высокий, статный мужчина с пшеничными, немного вьющимися волосами и яркими голубыми глазами. Мне он реально напоминал какого-то графа, особенно, когда прищуривал свои глаза или поджимал тонкие губы.

И они мне еще будете говорить о привлекательности? Да любая девушка уже б запрыгнула им на головы и отказывалась бы слезать. И не то, чтобы я считала себя чем-то лучше других, вовсе нет. Мужчины действительно красивы и привлекательны, просто я, если уж быть честной с собой, откровенно боюсь.

Одно дело просто ребенок, а совсем другое семья, якорь и все, вытекающее отсюда. А если окажется, что их манера поведения со мной не показушное желание быть лучше, а они такие на самом деле? Хорошие, ответственные и надежные. Тогда, что, это я буду тем «прекрасным парнем», который сам себе на уме. Я лично не хочу никому делать больно, но и обещать что-то мужчина не могу. Я попросту не в состоянии этого сделать.

О том, что они что-то там исправят, даже думать не хочу. Что исправлять? Вспыльчивый характер? Так все мы со своими заскоками. Лучше уж вспылил и остыл, чем копить злобу в себе, а после делать какие-то уж откровенно скверные вещи.

— Мари, ты слышишь меня? — ворвался в мои мысленные метания обеспокоенный голос Кристофера.

— Да… я…

— Ты устала, — вздохнул мужчина.

— Давай поговорим завтра, когда первый шок перемещения немного пройдет, и все выясним? — предложил миролюбиво Элиот.

— Конечно…

— Прости, комната не совсем подходящая для девушки, — виновато отозвался Даллас, заставляя меня удивленно вытаращиться. — Завтра мы пригласим мастеров, и ты сможешь сделать все так, как тебе нравится.

— Э-э-э…

— Пусть твой сон будет спокойным, — кивнул Кристофер, и мужчины просто взяли и вышли из комнаты.

— И что это было? — пробормотала я, обняв себя за плечи.

Вот я совершенно не понимаю мужчин. Вообще…

* * *