Глава 4.

Чернокожий громила, который мне угрожал, умер первым. Едва я разорвал наручники, как почувствовал, что сила ко мне вернулась и, вскинув руки, ударил его сразу двумя огнешарами. Один попал в грудь, а второй в голову.

И я сразу увидел разницу между одаренными и нет. Мои огнешары не шли ни в какое сравнение с теми, что швырял в меня князь Григорий, но я жив а этот негр умер мгновенно с развороченной до позвоночника грудной клеткой и снесенной до основания головой.

А потом пришла пора и остальных. Одарённых среди них не оказалось, какими-то артефактами или так популярными в Америке имплантами они тоже не обладали, просто здоровенные громилы, так что расправился я с ними быстро. Еще шесть огнешаров и вот я уже стою забрызганный кровью в окружении трупов.

Теперь нужно найти свои вещи и выручать Леру. На экране, который каким-то чудом уцелел пока я тут швырялся огнем, я видел, что пока что слава Богу с ней ничего не произошло. Один из тех уродов, что находились с ней в одной комнате, склонился к девушке и что-то говорил. Но это ладно.

А вот то что двое за ним расстегивали штаны было очень, очень плохо и с этим надо что-то делать, притом быстро.

Я окинул взглядом комнату, и взгляд зацепился за труп бармена. У него на поясе висела рация. Отлично, то что надо!

Она оказалась очень простенькая, работающая на одной частоте. Я её включил, и громко по-русски сказал:

— Эй, ублюдки, отошли от неё. И тогда вы, может быть, не сдохните. Иначе… тут несколько ваших дружков рассказали бы какая участь вам грозит, если бы могли.

Видимо в этом помещении видеокамер не было, так что та бойня которую я устроил осталась незамеченной. Но вот мои слова произвели нужный эффект, и часть несостоявшихся насильников выбежала из комнаты, а остальные, четверо, если быть точным, достали оружие и стали ждать. Правда, что было дальше я не видел, так как изображение пропало. Зато из рации на меня обрушился поток отборнейших ругательств смысл которых и так понятен.

Своих вещей я в комнате не нашёл. Тут вообще ничего не было кроме стула на котором я сидел, телевизора и трупов. А на то чтобы обмародерить подходящий труп и разжиться одеждой и обувью времени мне не дали. Хотя не больно то и хотелось, если честно.

За дверью послышался топот, и в комнату вбежали сразу двое головорезов, вооружённых чем-то похожим на УЗИ. Хорошо, что они вот так вот вломились сюда и не успели воспользоваться своим оружием. Совсем не хотелось проверять как на меня подействуют пули. А так я снова вжарил своими безотказными огнешарами и начисто спалил обоих.

Высунувшись из комнаты я увидел коридор, освещенный тусклыми желтыми лампами. Грубая кирпичная кладка стен, шершавый пол и капающая кое-где с потолка вода придавала этому место сходство с дешевыми декорациями фильма ужасов.

Впрочем, я в магическом Новом Орлеане, городе, где по улицам периодически шастают самые настоящие живые мертвецы. Так что аналогия очень уместна.

А вот куда идти было совершенно не понятно. Ладно, на этот счет есть одна идея.

Я вытянул руку ладонью вверх, и вот уже мой соболь с любопытством смотрит на меня.

— Приятель, мне нужна помощь. Куда мне? Где Лера?

И это сработало! Я уже давно понял, то что изначально казалось всего лишь продвинутым навигатором по территории Академии, на деле было чем-то намного большим.

Соболь крутанулся на месте, а потом уверенно повел меня по коридору. Смотрелось это, наверное, странно, здоровенный голый парень с объятыми пламенем руками, а впереди милый призрачный зверёк.

Я дошёл до поворота, и соболь резко остановился, а я за ним. И точно, на меня выбежало сразу трое. Переднего я встретил ударом в челюсть, огненная аура сработала всё так же прекрасно, и он упал.

А вот двое других оказались не так просты, скорость их движений выдавала в них одарённых, или как минимум людей под какими-то бафами. Плюс они явно умели работать в команде, так как синхронно подпрыгнули от меня метра на четыре, и открыли огонь сразу из двух автоматических винтовок.

Правда и я решил не искушать судьбу и не побежал за ними, а укрылся за углом. Стрельба сразу стихла, эта пара выпустила буквально по две очереди на три выстрела каждая.

Тупик, я не мог выйти за угол чтобы не нарваться на очередь, а они совсем не горели желанием идти мне навстречу. И это было выгодно им, а не мне, я то один, и понятия не имею, где я и сколько тут на самом деле этих головорезов. Да и кто они вообще?

Но и ждать я не мог, кто знает что там с Лерой? Так что оставалось одно. Идти вперед и надеяться на крепкую шкуру и высокий болевой порог одарённых. В конце концов, Бубун меня ломал постоянно, и я, чаще всего, на своих двоих добирался после этого в мед. центр.

В этот момент мой взгляд еще раз скользнул по стенам, полу и потолку. И на потолке я увидел то что нужно, какую-то арматуру, которая заворачивала за угол. Теоретически, если я попробую допрыгнуть и уцеплюсь за неё, то можно проползти по потолку за этот самый угол и атаковать сверху. Шансов тоже не много, но сверху они меня точно не ждут.

Я отошёл подальше, разбежался и прыгнул. Мне повезло зацепиться одной рукой, потом второй, а затем и ногами. Держаться параллельно потолку было не то чтобы легко, но особых сложностей не доставляло, и, глубоко вдохнув, я завернул за поворот.

Моя хитрость удалась, стрелки заметили противника только когда я разжал руки и выстрели в них двумя огнешарами. Одного убило сразу, а второго прикрыла его винтовка, тут же расплавившись и залив его руки жидким огнём. Добить безумно кричащего мужчину было милосердием.

Вот тут я уже решил, что хватит тут голым задом сверкать, благо один из только что убитых оказался примерно моей комплекции, и я стянул с него обувь и штаны. Через несколько секунд я уже был готов двигаться дальше. Винтовку я решил не брать. Всё равно не умею пользоваться, да и у меня есть дальнобойное оружие которое меня вполне устраивает.

Вызвав соболя я трусцой побежал вслед за ним надеясь, что еще не поздно…

По пути к комнате где держали Леру я убил еще не меньше десятка головорезов, их тут набилось ну очень много, как будто целая база мафии, хотя нет, учитывая полувоенную одежду со знаками различия это скорее повстанцы, что ли, но не важно.

То, что я ошибался и это никакие не повстанцы я выяснил, как только наконец добрался до комнаты с Лерой. Она была заперта, но дверь помехой не стала. Я отошёл от неё, влепил очередной огнешар по замку, а потом добавил ещё один. Удар ногой, обутой в увесистый ботинок на толстой подошве, и я вот я уже внутри.

Прямо по центру комнаты на стуле сидела обнаженная Лера, примотанная к этому самому стулу веревкой, руки девушки были закованы у неё за спиной наручниками, а во рту я увидел кляп.

А вот за ней стоял, прижав к шее девушки нож, молодой пацан, чья внешность показалась мне смутно знакомой.

Присмотревшись я узнал того обделавшегося мажора из клуба Пангея в Москве, как там его? А вспомнил! Фред Томас Ли, сын президента КША.

— Попробуй сделать хоть одно движение русский ублюдок, и я перережу глотку твоей шлюхе-подружке! — А парень-то явно под чем-то, вон как ноздри расширены и глаза без зрачков. Да и он весь потный, хотя в помещении очень даже прохладно, хотя это может быть и от страха. Зная его, хорошо, что здесь ещё хотя бы экскрементами не воняет.

— Тихо, тихо, успокойся. Я не сделаю тебе ничего плохого, — нарочито медленно и распевно ответил я, — убери нож и давай поговорим.

— Я её сейчас как свинью вскрою! — кричал он, — не двигайся!

Этот нарик стоял вплотную к Лере, если я сейчас ударю, то огнешар и её наверняка заденет, притом попадёт в голову, а её дар это бафф моих способностей, а не резист, да и сейчас на ней эти долбанные наручники, блокирующие магию, если огнешар её заденет, то наверняка убьёт. Думай, Лёха, думай!

Хотя о чём тут думать! Всё очевидно и элементарно.

Я закрыл глаза и сосредоточился. Перед глазами четко встала картина которую я только что видел, и я отдал мысленную команду:

“Брось нож, отойди от девушки и встань на колени сложив руки за голову”, — мысленно произнес это я и открыл глаза.

И увидел, как пальцы правой руки президентского сыночка разжались, нож упал на пол, а сам он послушно отошел к стене и встал на колени.

Я подошёл к нему и вырубил ударом сверху вниз. Никаких угрызений совести я в этот момент не испытывал. Это наверняка он стоит за нашим похищением, и это его люди хотели изнасиловать Леру, а потом убить нас обоих. Так что, какие уж тут сомнения.

— Потерпи, скоро всё кончится, — сказал я Лере и обыскал лежащего без сознания ублюдка.

Да. Вот и ключ от наручников!

Первым делом я расковал руки Котовой, а только потом, тем же ножом, которым ей угрожал этот урод, аккуратно разрезал веревки. Буквально полминуты, и вот она уже свободна.

Едва Лера встала со стула, то тут же подскочила к лежащему на полу американцу и как следует вломила ему ногой по ребрам.

— Ах ты ублюдок! — прозвучали ее первые слова после своего освобождения.

Она, ничуть не смущаясь своей наготы ударила его несколько раз, к тому моменту охотник, в одну секунду превратившийся в жертву пришёл в себя и, скрючившись на полу в позе эмбриона, пытался прикрыть руками всё самое ценное.

— Тихо, тихо. Ты так его убьешь, — сказал я Лере, правда, даже и не думая самому лезть, не хотелось в очередной раз попасться под её когти, да и усталость навалилась просто чудовищная.

Очень похожая на то, что со мной происходило, когда мои способности пробуждались, наверняка и теперь произошло тоже самое. Сейчас мне хотелось только поесть, вернее нет, пожрать.

— Всё? Ты закончила, спросил я девушку, когда она нанесла ублюдку очередной удар.

— Закончила, — грубо ответила она, и тут у неё что-то перещёлкнуло и она, ойкнув, попыталась прикрыться руками. Вышло у неё это очень плохо.

— Эй ты, урод, — обратился я к так и лежащему на полу мажору. Где наши вещи? Отвечай давай, а то моя подруга продолжит.

— Всё в соседней комнате, — простонал он, — она мне ребра сломала, тварь.

— Давай скажи это еще раз, и у тебя будут сломаны не только рёбра.

За соседней дверью оказалось еще одно помещение, более уютное, что ли, огромная двуспальная кровать, платяной шкаф, и несколько больших металлических ящиков, закрытых на замки с определением отпечатков пальцев.

В шкафу на одной из полок и обнаружились наши вещи, причем все. Одежда, документы, телефоны и мои артефакты: браслет защиты, кольцо ледяных копий и линзы, я их до сих пор ни разу не использовал, но постоянно таскал с собой, не знаю зачем.

— Иди сюда, — позвал я Котову, тут наши шмотки, одевайся, а я пока покараулю этого урода.

Вскоре оба были одеты и решали, что делать дальше, американца мы пока решили связать. Понятное дело, что от двух одарённых он никуда не убежит, просто чтобы не отвлекал.

— Может просто свалим отсюда, — предложила Лера, — сколько ты тут положил народу? Десять человек?

— Больше, намного. Но я был в своём праве. Они же нас похитили.

— Так-то оно так, но всё-таки мы не дома. Да и говнюк этот сынок местного президента. Понятное дело, что ничего серьёзного нам не предъявят, но проблем не оберешься. А так по-тихому свалим, как будто тут нас и не было, и рванем к нашим. А там уже этот, как его… Эдгар разберётся.

— Ты знаешь, наверное, так и нужно сделать. Только давай узнаем, что в тех ящиках.

А дальше произошло странное, этот вопрос испугал американца буквально до потери сознания, и он категорически отказался отвечать на это. Делать нечего, пришлось потратить чуть ли не последние силы на то чтобы приказать ему открыть ящики. И, к моему удивлению, этот урод послушался не сразу. Сначала я почувствовал его сопротивление. Что ж, значит там действительно что-то важное. Пришлось напрячься, хотя меня уже основательно вело. Но всё получилось, и, когда Лера его развязала, американец деревянной куклой подошел к ящикам и открыл всё-таки открыл их.

Мы подошли ближе и тут же в ужасе отпрянули. Там пересыпанные гранулами сухого льда лежали расчленённые человеческие тела. В первом женские, а во втором мужские. В третий мы даже не стали заглядывать опасаясь увидеть его содержимое.

Видимо, Леру замутило, и она, дыша открытым ртом, выскочила в первую комнату, туда где её держали связанной. Через мгновение оттуда послышались характерные звуки.

— Нет, просто свалить не получится, тут явно произошло что-то ужасное, — сказал я, когда Котова вернулась, — нам нужно сообщить о случившемся.

— Наверное, звони своей Алексе, — ответила Лера.

— С чего это она моя? И зачем мне ей звонить?

— С того что у неё есть контакт Эдгара, да и других сотрудников спецслужб наверняка тоже, — ответила она на второй вопрос проигнорировав первый.

В принципе это было логично, и я набрал Алексу.

На наше счастье она ответила буквально через несколько секунд, выслушала и сказала, что перезвонит.

Еще через минуту раздался звонок, номер был неизвестен, но буквально сразу же на экране телефона отобразилось кто это. Эдгар Росомаха, прочитал я и с облегчением ответил.

Ну а еще через двадцать невероятно долгих минут в этом чёртовом подземелье было уже не протолкнуться от местных полицейских, правительственных агентов КША и наших дипломатов, коих приехало аж пятеро.

В итоге нас даже не задержали и не предъявили никаких обвинений, просто допросили в ближайшем полицейском участке и вручили подписки о невыезде.

Ни о каком моём участии во второй половине американской части суперсерии речи уже не шло, и мы с Лерой следующие две недели безвылазно провели на территории консульства Империи в Новом Орлеане. По договорам между Империей и КША консульство являлось экстерриториальным, так что здесь нам ничего не угрожало.

Эти две недели, проведённые наедине с Лерой, здорово нас сблизили, ну и плюс то, что я фактически спас её от изнасилования и смерти.

Само собой, консул выделил для нас уютный одноэтажный домик с двумя спальнями на территории консульства, и, если первую ночь мы провели порознь, то дальше уже не расставались.

Несколько раз нас допрашивали, не вызывали куда-то, нет. Агенты сами приезжали в консульство и предельно вежливо и корректно уточняли кое-какие детали. А потом всё закончилось, и мы смогли покинуть страну на одном из правительственных бортов империи.

Как оказалось, Фред Томас Ли, несколько лет промышлял похищениями, изнасилованиями и убийствами. В тех ящиках как раз и хранились тела его жертв. Сына президента КША арестовали, предъявив обвинение по серьёзной статье. А затем и сам президент Ли угодил на скамью подсудимых. Очень быстро выяснилось, что он был в курсе всех дел своего отпрыска и даже покрывал его с помощью секретной службы. В том бункере я убил троих агентов этой службы.

В результате КША погрузились в глубокий политический кризис, ну а нам были принесены официальные извинения, а меня даже наградили какой-то подходящей к этому случаю висюлькой конфедератов.

А Американскую часть суперсерии наши выиграли и без меня. Организаторы пошли навстречу нашей команде, и на два оставшихся гоночных вечера меня заменил срочно вызванный из России Цаплин. Это ничего не изменило и перед началом нашей части Имперская сборная вела 4:0

А по прилету нас с Лерой настигла настоящая слава, куда там гонщикам горячего льда. История о неудачном похищении двух молодых аристократов очень быстро обросла такими подробностями, что, когда мы появились в зале прилёта аэропорта Орлов-1, на нас с Котовой набросились несколько десятков журналистов. Пришлось практически час от них отбиваться и только вмешательство одного из администраторов сборной спасло от дальнейших расспросов.

В итоге в МИМА мы попали только к десяти вечера. Завтра должен был состояться первый гоночный вечер в России, а пока мы сразу по приезду упали в кровать, и я даже не достал из кармана куртки телефон, на котором набежала почти сотня сообщений от Мисы.

Если бы я не был столь невнимателен в тот момент, возможно, трагедии которая произошла на следующий день удалось бы избежать.