Глава 14. Непредвиденные "приключения"
— Да, тайфарр… — вздыхаю я, устало смотря на практически парализованных шоком ребят, — чёрный и очень редкий, возможно последний представитель своего вымирающего вида. О котором я вообще ничего не знаю, потому что руководство проекта "Возрождение" об этом хорошо позаботилось. Не нужно ещё сильнее распахивать глаза — да, я одна из пробужденных. Кстати, думала вы это поняли ещё когда я говорила про Гаррона и его истекающий контракт сопровождающего.
— О тайфаррах уже лет сто вообще ничего не слышали. Мы поэтому и решили, что у вас импланты. Из крылатых в нашей вселенной лишь тайфарры были. Ну и ксантарианцы. Но у последних крылья имеют совсем другое строение. А о черных тайфаррах вообще не слышали уже пару сотен лет. Даже о полукровках. А, судя по отсутствию у вас клыков и характерных длинных ногтей, то вы, Кира, именно полукровка. Вот только к какой расе принадлежал второй родитель я сказать затрудняюсь…
— На меня не смотрите, я не знаю… — тут же расставляю точки над "и". — Я вообще о себе ничего не знаю. Какой-то системный сбой при пробуждении. Память пуста и вся жизнь с чистого листа. И никто не спешит меня просвещать. Вся информация о тайфаррах из доступных мне источников информации тщательно подчищена. И поэтому, когда выдастся свободная минутка после спасения парней я бы с удовольствием послушала то, что известно вам. А пока…
— Д-да, конечно… — сбивчиво бормочет Кай, кося глазом на мои крылья. От такого внимания последние начинают нервно подергиваться и заметившие это оборотни, наконец, окончательно приходят в себя и берутся за дело.
Минута и Кай начинает спуск, Брейдан его страхует, а я… Я просто кручусь под ногами у последнего, нетерпеливо и нервно перебегая с места на место и заламывая руки. Как тут усидеть когда не знаешь, что там внизу, живы ли ещё?
Странную вибрацию под ногами я ощутила когда Кай не преодолел ещё и трети пути вниз. И Брей ее тоже почувствовал, потому как напрягся и заработал руками в несколько раз быстрее.
— Кай, будь готов, возможно придётся прыгать! Связь по частоте три восемь.
— Понял… — доносится вполне разборчивое, но мрачное снизу.
Как "прыгать"?! А мы? А мои парни, которых могут погрести под собой все эти конструкции и обломки?!?
— Брей…?!
Ответить мне оборотень не успевает. Странная вибрация повторяется, а вслед за ней слышится ещё более странный, всё нарастающий и, будто приближающийся, треск.
Предупреждающий крик Брейдана "Кай!" и веревка обвисает в его руках. А секунду спустя он уже на ногах и, без предупреждения перекинув меня через плечо как мешок с картошкой, стремительно несётся куда-то.
Но видимо мы всё же не успеваем…
Оглушительный треск и грохот за спиной, в одно мгновение ушедший из под ног пол и мы, задыхаясь в клубах поднявшейся пыли, летим куда-то вниз.
— Господи, помоги! — только и успеваю мысленно крикнуть я и вцепиться в крепкие плечи Брейдана.
Болезненный удар…
Темнота…
* * *
Когда во второй раз подряд приходишь в себя после обвала, испытывая при этом снова не только боль в основательно ушибленном теле, но и признаки удушья — это, наверное, знак задуматься о своей жизни и что-то в ней поменять…
Кислорода катастрофически не хватает, удушливый кашель буквально раздирает горло. Первой мыслью было "Тот мужчинка выжил и решил отомстить за экспроприированные тряпки!" И лишь пару мгновений спустя я понимаю, что в этот раз меня никто не душит. Ничьи костлявые пальцы не сжимаются капканом на моей многострадальной шее. Это просто пыль, которая успела забиться в нос, рот и, кажется, в лёгкие, вызывая удушливый кашель. Даже глаза от нее слезились. Просто пыль. А ещё…
А еще нежный, едва ощутимый и ненавязчивый аромат, напоминающий аромат ландышей, от которого вдыхаемый воздух мгновенно превращается во что-то густое и вязкое, обволакивающее не только тело, но и сознание. И вот уже сердце начинает биться медленно и натужно, а следом не слушается тело и тяжелеют конечности… Как у мухи, попавшей в клейкую паутину… Ещё один жадный глоток воздуха и обжигающий жар несётся по моим венам вместо крови… Пересыхают губы… Становится одним сплошным комком чувственности тело…
Я поворачиваю потяжелевшую голову и сквозь рассеивающуюся в воздухе пыль смотрю широко раскрытыми глазами на лежащего рядом без сознания Брейдана, ещё находящегося в блаженном неведении и не понимающего как сильно мы с ним попали…
А мы попали…
Как же сильно мы попали!
Собственное тело, которое сотрясали волны чувственной дрожи, сейчас напоминало мне один сплошной оголенный нерв. Кожа стала настолько чувствительной, что, казалось, тронь пальцем и меня дугой выгнет над полом. Сжимая зубы, проклинала чёртово белье из нежнейших вуаларских кружев, которое я успела полюбить здесь и надела сегодня утром. И которое превратилось сейчас в инструмент изощренных пыток. Кожа горела, губы пересохли, кровь прилила туда, куда совсем не следовало. Тяжело дыша, я пыталась вернуть ясность сознания, которая не покидала меня когда Рейн использовал на мне свои феромоны в первый раз, на крыше. Но в этот раз сделать это было гораздо труднее. Тяжелее. Паутина, в которой я, как муха, увязла, оказалась более липкой, густой и прочной. Похоже мой змей в этот раз не мелочился и выдал полную дозу своего убойного средства.
Брейдану, хоть он и находился пока без сознания, приходилось не легче. Если не хуже. По крайней мере, судя по его виду. Дыхание мужчины было тяжёлым, грудная клетка лихорадочно вздымалась, лицо блестело от пота, над губой выступила испарина. А ещё…
Я непроизвольно округлила глаза, когда мой взгляд скользнул ниже пояса мужчины. Он просто не мог туда не скользнуть. Потому что кое-что просто притягивало внимание, притягивало взгляд. А конкретно, натянутые до предела в районе паха темные форменные штаны и грозящая вот-вот сдаться под напором изнутри ширинка на магнитных застежках.
Да эти природные феромоны соурри любой земной "Виагре" приличную фору дадут!
Господи! Не о том думаешь, Кира!
Брейдан жив, но что если ранен? Крови вроде не вижу, но бровь рассечена и возможно травма головы. Не просто же так он до сих пор без сознания валяется. А ещё непонятно где Кай и жив ли. Про Гаррона с Рейном уже молчу. Пережили ли они второй обвал…
Одна… Посреди разрушенного, возможно вследствие теракта, рабовладельческого рынка… Попавшая сначала под действие токсинов, а затем и феромонов… Все мужчины, что защищали меня, либо пропали, либо без сознания. Про их возможную гибель даже думать не хочу… Вокруг вероятно бродят вырвавшиеся на волю преступники, успевшие, по примеру моих спутников, разжиться оружием погибшей охраны… И преступники эти могли попасть под тот же, что и я, эротический заряд…
Некогда разлеживаться! Надо действовать! И возбуждение это не смертельное ранение, двигаться не мешает. К тому же я могу его контролировать. Кажется…
Преодолевая тяжесть и томную негу в теле, я попыталась приподняться и… Тут же со стоном откинулась назад. Со стоном далеко не удовольствия, а боли.
Мои крылья!
Мой бедный хвост!
Кажется я сломала себе при падении всё, что могла. А что не сломала, то хорошенько отбила. Болело абсолютно всё! Но ощутила я это, находясь под ударной дозой феромонов соурри, далеко не сразу. Неплохая такая анестезия. Надо взять на заметку в будущем. Вот только использовать подобное средство желательно имея под боком хорошего любовника. Чтобы тут же лечиться уже от побочных эффектов самой анестезии.
Ха! Шутить могу — значит жить точно буду. Возможно даже счастливо. Если постараюсь…
Ещё раз застонав, выгнула спину и осторожно вытянула из под себя смятые крылья. Хвост скользнул следом, вызвав очередную вспышку боли. Твою же!
Облизав пересохшие губы, предприняла ещё одну попытку подняться и она… увенчалась успехом! Прогресс. Тяжело дыша, огляделась по сторонам.
Большое помещение, примерно десять на двенадцать метров с закрытой наглухо металлической дверью. Мы с Брейданом почти в самом углу. Возле огромной насыпи из камней, металла и покореженного пластика. На потолке над нами огромная дыра, заваленная какой-то плитой и ошметками того же пластика. Похоже рухнул не только пол у нас под ногами, но и потолок. Чудо то, что нас не завалило. Чудо, что мы вообще живы.
И это везение может оказаться лишь временным если мы не уберемся из под этой шаткой конструкции как можно быстрее!
Ползу к Брейдану и, уцепив его за руку, тяну что есть силы за собой в сторону. Угу, проще слона транспортировать в одиночку, чем этого оборотня, состоящего на ощупь, кажется, лишь из одних литых мускулов.
Но одним из отличительных моих качеств, перманентно превращающихся в зависимости от конкретной ситуации то в достоинство, то в недостаток, является ослиное упрямство. Если вбила себе что-то в голову, костьми лягу и горы сверну, но добьюсь, сделаю.
Сделала… Семь потов сошло и вспомнила весь запас земных матов, но сделала. Оттащила и рядом упала, устраиваясь головой на широкое мужское плечо. Я только минуточку отдохну, отдышусь только…
Идея с "отдышаться" была так себе. И поняла я это уже в следующие мгновения. Когда в нос ударил терпкий и будоражащий аромат мужчины. Приятный аромат. Теплый. Мускусный. Почему-то успокаивающий и возбуждающий одновременно. Хотелось дышать и дышать им. Чаще… Дольше… Всегда…
Облизав пересохшие губы, чуть подтянулась и уткнулась носом в крепкую шею, где запах был особенно сильным. А ещё лихорадочно пульсировала, в такт моему собственному заполошному сердцу, маленькая жилка.
Уммм…
Но и этого казалось мало. Уткнулась носом сильнее, положила ладонь на грудь мужчины.
Черт! Что я творю?!
Сопротивляйся, Кира! Это не ты. Это всё чертовы феромоны!
И я это прекрасно понимала. Разумом. Но тело словно жило собственной жизнью. Оно хотело… Хотело многого. Того, чего я так давно уже была лишена. А рядом был мужчина, с которым это "многое" хотелось сотворить. И, кажется, даже не смущал тот факт, что сам мужчина был на этот момент без сознания…
На несколько долгих мгновений я замираю, сражаясь сама с собой.
Вдыхаю медленно и глубоко, а затем выдыхаю резко. Снова. Снова. И снова. Напоминаю себе, что это лишь действие безжалостных к своим жертвам феромонов соурри. И проигрываю!
Непроизвольно облизываю пересохшие губы и подаюсь вперед. Медленно сокращая расстояние между нами. Между нашими губами… лицами… телами… Это самый настоящий магнетизм, которому я практически не в силах сопротивляться. Рваное мужское дыхание теплым ветерком проходится по моей щеке, вызывая щекочущие мурашки по пояснице и позвоночнику. Усложняя и без того непростое мое положение. Ох!
А ведь так легко сейчас поддаться этому чувственному дурману, отпустить себя, выпустить на свободу все затаенные, очень долго сдерживаемые желания и снова ощутить себя живой, молодой и красивой. Чувственной. Так легко и абсолютно безопасно для собственного спокойствия. Ведь потом всё можно с почти чистой совестью списать на феромоны. Обвинить во всем именно их. Рейна. Обстоятельства, что сложились именно так и никак иначе. Я их жертва. Просто не смогла противиться. Просто не хватило силы воли. Я ведь всего лишь слабая женщина…
Можно… Но я не стану. Не стану изображать жертву стечения обстоятельств. Не стану притворяться перед самой собой. Он мне нравится. Брейдан. Сразу понравился. Как и его безбашенный, но не менее соблазнительный брат. А ещё… Мы сейчас в чертовски сложной и опасной ситуации. Бомбежка нейротоксинами… обвалы… нападения… сбежавшие преступники, рыскающие где-то поблизости… очередной обвал…
Неизвестно выживем ли мы вообще. Так стоит ли бороться с самой собой?
Словно ответ на вопрос, перед внутренним взором тут же появляются знакомые ярко-синие глаза. Глаза одного невозможного змея, которого я никак не могу выбросить из головы с момента знакомства и который сейчас неизвестно где и в каком состоянии и эти чёртовы феромоны единственный признак того, что он жив. Его феромоны! От которых меня ведет. И его глаза как упрек для меня. Упрек за интерес к другому мужчине. А точнее мое необъяснимое чувство вины перед ним, хотя между нами толком и не было ничего кроме мимолётного едва ощутимого поцелуя. Почему я должна чувствовать себя виноватой перед Рейном? По законам этого мира, мира где распространено многомужество, он лишь мой наложник. Раб, которого я только вчера приобрела на аукционе, а проще говоря купила как породистого скакуна. А ещё мой телохранитель… с сегодняшнего дня. Вовсе не муж. Но даже будь он законным мужем — и тогда, наверное, было бы глупо испытывать чувство вины перед ним, учитывая сколько в итоге мужей у меня должно быть! Плюс неограниченное число наложников…
Стоп! Я что, пытаюсь оправдаться?! Только вот перед кем? Собственной совестью или самим Рейном?
К черту! Я если что и кому и должна, так это только себе!
К тому же я ничего не теряю. Как и он. Он вообще об этом не узнает!
Мной управляют симпатия, импульсы и желание. Частично, только частично, наведенное. Но я поддаюсь ему. Сдаюсь. Улыбнувшись, хоть эту улыбку никто и не увидит, я накрываю рельефные мужские губы своими…
И тут же буквально растворяюсь в ощущении этих упругих, теплых губ и их вкусе. Теряюсь в нем.
Этот поцелуй… Он был совсем не таким, как я его представляла. Пусть односторонний и почти безответный, но он что-то если не перевернул, то затронул во мне. Это не был просто поцелуй. Слишком ярко, слишком остро, слишком чувственно. И прерывать его не хотелось совершенно. Наоборот, до дрожи хотелось ощутить ответную реакцию мужчины, почувствовать его отклик. Понять, что "зацепило" не только меня.
Рука скользит по крепкой груди Брейдана, поднимается, изучая ее твердость по пути, обнимает за шею. Я притягиваю его к себе ближе, углубляя поцелуй.
— Ммммм…
Собственный низкий стон был подобен удару в гонг над самым ухом. Я вздрагиваю и шарахаюсь в сторону.
Чёрт!
Тяжело дыша, отодвигаюсь от парня и неверяще качаю головой. Докатилась ты, Кира, докатилась! Охмуряешь бессознательных парней! А что дальше, ты его спящего оседлаешь?!
В шоке от самой себя, трясу головой, пытаясь избавиться от действия треклятых феромонов. Глубоко и часто дышу, злясь на себя. И заодно на Рейна. И это, вкупе с дыхательными упражнениями, помогает. Злость помогает. Она действует и в голове постепенно проясняется. Дурман медленно, но верно рассеивается, отпускает. Позволяет мне снова стать самой собой. Но вот беда. Прислушавшись к собственным ощущениям, я понимаю, что дурман уходит, а влечение остается. Желание. Я всё ещё хочу продолжить начатое. Что и требовалось доказать!
— Брат! Брат, ответь! — раздается неожиданно где-то совсем рядом, пугая меня до чёртиков. — Брейдан, не молчи! Как там Кира? Вы успели? Брей…?!
Кай?!?