Глава 31

— Прием пищи, справление естественных потребностей, проверка оружия. Затем выдвигаемся.

Голос проводящего последний перед выходом на поверхность инструктаж Рона звучал непривычно сухо и четко. Полностью исчезли привычные ехидные нотки, зато откуда ни возьмись появились командные. Да и не только в голосе было дело. Мой циничный нянь неожиданно предстал передо мной совсем в другом свете. Собранный, но при этом обманчиво расслабленный. Точно хищник перед решающим прыжком. Такой он вызывал мурашки по позвоночнику и причина была далеко не в том, что в новом образе он был определенно хорош, я бы даже сказала горяч. Что-то в нем неуловимо изменилось. Словно некий потерянный пазл встал наконец на свое место. Посетившая голову мысль была довольно здравой — я о нем ничего не знаю, он так ничего и не рассказал пока. Какой сюрприз меня ждёт?

— Отдохнуть бы не помешало. Мы не знаем, что нас там, наверху, ждёт. Связь так полностью и не восстановилась. Может попадём сразу в самое пекло…

Я повернулась на голос Брея и поймала на себе его задумчивый взгляд. Отводить свой не стала. Смысла уже нет. Кай рассказал ему о нашей "сделке" пока поднимались на этот последний, а точнее первый подземный уровень. Я думаю, что рассказал. Слов не слышала, шла далеко позади. Но Кай наклонился к нему слегка и, продолжая внимательно смотреть по сторонам, что-то негромко сказал. Брей замедлился, а потом и вовсе остановился. Обернулся и посмотрел на меня. Пронзительно так посмотрел. Понял, что я за ними… за ним… напряженно наблюдаю и… В очередном коридоре, по которому мы пробирались, царил полумрак, но могу поклясться, что он улыбнулся едва заметно. Ещё один неадекватный, хотелось крикнуть мне. Они же были свободными до того, как попали сюда! Определенно были! Что за реакция на потерю уже маячившей на горизонте свободы?!

— Если ты, говоря об отдыхе, на меня намекаешь, то не стоит. Я справлюсь. Не нужно из-за меня лишнее время здесь задерживаться. Свежий воздух и чистое небо стоят того чтобы поторопиться. У меня, считай, второе дыхание открывается от одной мысли о них!

Видимо я слишком эмоционально кинулась убеждать в своей способности незамедлительно продолжить, подходящий к логическому завершению, путь потому что Брейдан с улыбкой покачал головой и выставил руки ладонями вперёд в примирительном жесте.

— Уверена? — это уже Рейн. В его голосе звучало хорошо различимое сомнение. — Может и правда отдохнёшь немного?

— Нет. Уверена.

— Ладно, — вздохнув, сдается мой телохранитель. — Тогда готовимся к последнему подъему. Выход наружу не завален и не заблокирован. Укреплённая ферридием дверь открывается с пульта охраны, что находится там же. Нам остаётся преодолеть лишь небольшой коридор и помещения охраны.

Рон и отец Слайка остались стоять с двух сторон коридора, в котором устроили последний привал. Братья, раздав всем пайки и воду, чуть отошли в сторону и о чем-то тихо переговаривались. Судя по тому, что я видела, Кай на что-то подбивал Брейдана, а тот в ответ пытался что-то втолковать рисковому младшему брату. Видимо придя к какому-то согласию, эта парочка решительно завернула за угол. Кай на ходу пытался извлечь из своего необъятного рюкзака какой-то маленький медицинский кейс, один из тех, что они прихватили до этого из медотсека. Что эта парочка задумала? А точнее на что Кай подбил Брейдана?

С трудом подавила порыв пойти за ними. Вовремя мозги включились. Как бы я объяснила им этот поступок? Особенно после последних событий? Может они просто раны решили обработать. Вдруг застану их за… справлением тех самых естественных потребностей?

Покачав головой от осознания масштабов собственной паранойи, я огляделась по сторонам. Слайк сидел рядом и с аппетитом уплетал выделенный ему паек. А Рейн… Черный хвост Рейна в этот самый момент как раз исчезал в открытом проёме какого-то помещения чуть дальше по коридору.

Я замерла в нерешительности, прикусив изнутри нижнюю губу. Выдохнула, решаясь. Заставила себя переждать пару мучительно длинных минут, а затем двинулась следом. Рон проводил меня слишком уж понимающим, смущающим взглядом и вернулся к обеспечению нашей безопасности.

Перешагивая условный порог, я очень сильно надеялась, что Рейн успел сделать то, ради чего он отлучился. Увиденное меня не смутило, оно озадачило. Мой соурри стоял у какого-то рабочего стола и тяжело опирался о него сжатыми кулаками. Сжатыми настолько сильно, что побелели. Широкая спина была напряжена, плечи непривычно опущены, а черноволосая голова безвольно свисала на грудь.

Он напрягся ещё сильнее, услышав за спиной мои осторожные шаги.

— Рейн? Ты в порядке? Глупый вопрос… — тут же спохватилась я, чуть с досады не хлопнув себя по лбу. — Понятно, что ты не в порядке. Но… Случилось что-то ещё? Что-то… о чем я не знаю?

— Ничего нового, — с каким-то странным выражением протянул он в ответ, так и не оборачиваясь.

Понятно. Легко не будет.

Приблизившись к нему, осторожно, словно имела дело с динамитом в горящем лесу, переступила через кольца гигантского хвоста, положила ладони на широкую, обтянутую прочной кожей, спину чуть ниже лопаток, а затем, тяжело вздохнув, упёрлась в нее ещё и лбом.

Большое, сильное тело под моими ладонями словно окаменело. Мгновение, глубокий вдох и напряжение покидает мужчину.

Я тут же, словно стараясь закрепить успех, скольжу ладонями по его бокам и замыкаю их в замок на не менее твердом, чем спина, животе.

— Что ты делаешь? — чуть хрипловатый голос заставляет меня на мгновение прикрыть глаза.

— Обнимаю тебя… — мой тихий шёпот в ответ.

Мужская шероховатая ладонь накрывает сцепленные мои. Но не разрывает дерзкую хватку, а слегла, очень осторожно и мягко сжимает.

Я облегчённо выдыхаю. С трудом признаюсь себе, что боялась. Боялась, что оттолкнет. Я у него на глазах с тремя другими мужчинами флиртовала. И не только флиртовала. Всё-таки не покидало меня странное ощущение, что я изменяю, предаю… разрушаю. Сглотнув вставший в горле сухой ком, решаюсь:

— Что между нами, Рейн? Кто мы друг для друга?

Понимаю, знаю, что поступаю совсем не мудро. Слишком нетерпеливо. Показываю свою зависимость от мужчины. Ставлю себя в заведомо уязвимое положение. Ничем хорошим в прошлой жизни это для меня никогда не заканчивалось. К тому же зарекалась уже.

— Я твой наложник и телохранитель… — слышу сдержанный ответ, который заставляет занервничать.

— Твой чип вышел из строя… — напоминаю я осторожно.

— Никем другим для тебя я быть не могу… пока… — Мое глупое сердце почти успевает рухнуть с обрыва и долететь до острых камней внизу, прежде чем снова воспарить, пусть и с трудом набирая высоту, от одного единственного слова, добавленного совсем тихим голосом.

— Почему? — кто бы знал как тяжело мне далось это одно единственное слово. — Я тебе недостаточно сильно нравлюсь? А совсем недавно ты, не моргнув и глазом, предлагал мне составить компанию в моей спальне.

Последнее говорить определенно не стоило. Тем более так насмешливо, дерзко, с такой горечью.

Рейн выдохнул и обернулся, невольно вынуждая меня отступить на шаг назад. Но я тут же оказываюсь притянута обратно и крепкие ладони ложатся уже на мою спину, скользят к пояснице и там замирают, словно не решаясь последовать ниже.

Яркие синие глаза смотрят на меня, словно пытаясь прочитать что творится сейчас в моей душе. А у меня нет сил отвести взгляд. Да и не хочется.

— Это была бы всего лишь близость. Но ты ведь хочешь большего, я прав? Ты и достойна большего, куда большего. Того, что я пока не в силах тебе дать. Проклятье! — Рейн с силой взъерошил свои темные волнистые волосы и посмотрел на меня с сожалением и хорошо различимым чувством вины.

Не поняла…

— Почему?

— Я не могу тебе сказать, прости. Я связан по рукам и ногам. В том числе и клятвой о неразглашении.

Лёгкий холодок по позвоночнику превращается в лопату снега за шиворот. Выговорить вопрос получается далеко не сразу.

— Ты… ты женат?

Он качает головой.

— Ваши традиции запрещают отношения с женщинами других рас?

— Нет…

Чертова тайна о неразглашении! О чём именно он не может мне сообщить? Что мешает нам быть вместе?! Неправильный вопрос!

— Это… это решаемо?

Красивые губы изгибаются в лёгком подобии улыбки:

— Да. Но для этого мне нужно попасть на свою планету. Мне нужно кое-что решить.

Я облизываю губы и шепчу:

— Мне… мне с тобой можно?

Медленно дышу в ожидании ответа.

— Это может быть опасно. Не от всего я, как бы ни хотел, смогу тебя защитить.

— У вас так опасно? Много криминала?

— Нет. Опасность совсем другого рода. Будет лучше тебе остаться здесь, под защитой "Возрождения". Я решу проблему и вернусь.

В ответ на это, в принципе абсолютно логичное предложение изнутри поднялась неожиданно яростная волна протеста. Но слова возражения я сумела удержать. Примирительно сказала:

— Давай вернёмся к этому вопросу когда наконец выберемся отсюда.

— Хорошо, — говорит он, крепче прижимая меня к себе. Запрокидываю голову и смотрю в ставшие, как бы банально это ни звучало, родными для меня синие глаза. Больше ничего сделать не успеваю…

Этот поцелуй даже близко не напоминал то едва ощутимое, хоть и безумно нежное, соприкосновение губ, случившееся на крыше моего пентхауса. Он вышибает из меня итак жалкие остатки сил, заставляя колени подогнуться. Чтобы удержаться на ногах я отчаянно цепляюсь пальцами в крепкую кожу мужской куртки. Пальцы судорожно сжимаются, скользят, соскальзывают. Земля уходит из под ног. Рейн тут же подхватывает меня, прижимает к себе сильнее, но поцелуй не разрывает. Я и сама, кажется, готова по-настоящему убить любого за одну только попытку провернуть подобное.

Этот поцелуй не был похож на другие. Он был невероятен, головокружителен, а ещё, ко всему прочему, присутствовало абсолютное ощущение правильности происходящего. Никаких лишних мыслей, никаких сомнений и угрызений совести. Не после того, как долго я этого хотела, как долго ждала.

— Кира! — в помещение, лихорадочно сверкая глазами, врывается Рон и, не церемонясь, хватает меня за руку, а следом, без промедления, утягивает за собой в коридор!

Хлопая растерянно глазами и жадно хватая ртом воздух, я пробежала по инерции за чокнутым дайго пару шагов на подгибающихся ногах, а затем натурально зарычала, выдергивая руку. Хотела высказать тут же всё, что думала о некоторых неадекватах, но замерла, всматриваясь в неестественно бледное лицо Рона.

— Что случилось?!

— Быстро!

В одном этом слове было столько всего намешано, что спорить сразу расхотелось. Лишь кинула растерянный взгляд за следующего за нами позади разом подобравшегося Рейна.

Что на этот раз?

Гадать долго не пришлось. В коридоре наткнулась на обеспокоенные взгляды остальных. Обеспокоенные и непонимающие.

Тааак. Ещё интереснее.

— Рон… — начинаю я и тут же замолкаю, потому что дайго вдруг огорошивает меня.

— Понимаю, что задавать такой вопрос после того как я утаивал правду о том, кто ты теперь для меня, глупо, но… Ты мне веришь? На ответ у тебя есть пара секунд. Если уже не поздно…

Я фыркаю нервно. Верю ли?

— В разумных пределах. Если скажешь со скалы прыгнуть — пошлю куда подальше. А в остальном … в разумных пределах. Как и говорила.

Он протягивает руку, указывая на мой коммуникатор:

— Отдай его мне.

Смотрю на него пару мгновений, а потом, вздохнув, снимаю с руки браслет и протягиваю. Доступ ко всей информации обо мне у него итак есть. А на счету у меня в данный момент пусто так, что ветер гуляет. Да и к нему у Рона всегда доступ был как у моего сопровождающего. Так что даже если кое-кто доверие не оправдает, терять мне будет нечего.

Особо не церемонясь, мой комм бросают на пол, чуть в сторону от собравшихся, а затем метко запекают залпом из штурмовой винтовки!

Ээээ?!?

Но, как оказалось, сюрпризы на этом не закончились, точнее, только начались. Буквально вырвав у опешившего Кая из рук его рюкзак, дайго стремительно извлёк из его бездонных недр местную аптечку, а из нее какой-то инъектор со странной серебристой жидкостью. Следом ещё один с уже ярко-желтым содержимым. Достал и решительно развернулся ко мне.

?!?!?!?!?!?!?!?!

Я не менее решительно попятились.

Травма головы у моего сопровождающего оказалась серьезнее, чем мы все думали!

— Даже не думай!

Передо мной, оттесняя от похоже слетевшего с катушек Рона, стеной выросли две мощных спины в элитной броне, а рука дайго, в которой он сжимал шприцы, оказалась перехвачена Рейном.

Стоящий рядом Слайк смотрел на нас, широко распахнув глаза, его отец же задумчиво разглядывал инъекторы, а затем перевел изучающий взгляд на меня. Кажется, до него дошел смысл, который ускользал от меня.

— Успокоительное и… блокатор способностей? Средства, используемые на буйных рабах… — в голосе Рейна бушевала метель, оседая инеем на позвоночнике. Он кинул взгляд на выглядывающую из-за напряжённых фигур оборотней меня, затем зачем-то посмотрел на потолок и процедил холодно. — Это то, что я думаю?

Рон сжал зубы, а затем нехотя кивнул.

Оба как-то странно посмотрели на меня, я поежилась.

— Кто-нибудь объяснит мне какого хрена здесь происходит?! Слайк, прикрой уши!

Паренёк хмыкнул, но сделал вид, что закрывает уши ладонями… с растопыренными пальцами. Поймала на себе почему-то сочувствующий взгляд его красноволосого отца. Ещё веселее.

— Времени нет, Кира! Возможно даже уже поздно и смысла нет делать это, но шанс не использовать мы не можем.

— А объяснить по-человечески прежде чем меня какой-то убойной химией травить?! Ты нормальный вообще?!?

— Нет времени!

— Тут и правда парой слов не объяснишь, — как-то едко хмыкает Рейн.

— Что изменилось пока меня… нас с Рейном… не было? — ничего не понимая шепчу я, кося глазом на инъекторы.

— Ему сигнал на комм пришел, сообщение как я понял, — слышу тихий голос Брея. — Он его прочитал и аж посерел весь. А учитывая, что парень не из особо впечатлительных — что-то там серьезное было в том сообщении. Но если хочешь знать наше мнение, он не опасен для тебя. Думаю, довериться ему можно. Он точно больше нас о происходящем снаружи знает.

— Ага, — вторит старшему брату хмурый Кай. — Далеко не простой тебе, красавица, попался сопровождающий…

Я обречённо смотрю на мрачного соурри.

— Рейн?

Он смотрит на меня, а затем медленно, словно всё ещё сомневаясь, кивает. Я вздыхаю и перевожу взгляд на напряжённого Рона.

— Надеюсь я об этом не пожалею. Иначе… пожалеешь ты.

Он кивает и обойдя живые препятствия подходит ко мне. Смотря в глаза, решительно отводит волосы мне за спину, открывая шею. Я непроизвольно дергаюсь, отшатываюсь назад, а затем поворачиваюсь другой стороной. Кожа с той стороны, на которую он изначально нацелился, всё ещё покалывает после крови варлока.

Рон вскидывает удивлённо брови, но ни слова не говоря подносит первый инъектор к моей шее с другой стороны. Ловлю на себе подозрительный взгляд Брея, а затем шею обжигает болью. И тут же, не давая мне даже перевести дыхание, за первым следует второй укол.

Твою же…! Кислота там соляная что ли?!? А может серная? Как же жжет!

И тут же в итак измученном, изможденном теле появляется слабость. Все проблемы вдруг начинают казаться незначительными, не стоящими убитых нервных клеток. Нестерпимо хочется отдохнуть, а лучше поспать. Можно даже прямо тут, на полу. Камни и мусор не кажутся стоящим внимания препятствием, так сладки мысли о заслуженном отдыхе. Меня неожиданно ведёт в сторону и я хвастаюсь за плечо стоящего сбоку Кая.

— Тихо-тихо, сейчас немного отпустит. Потерпи пару минут… — голос Рона звучит так, словно он пытается докричаться до меня из глубокого колодца. Перед глазами появляются яркие радужные круги, которые почти сразу сменяются мутными серыми. Глаза закрываются.

— Ты какую дозу ей вколол?!? — слышу не менее далёкий рык Брейдана, за которым следует яростное шипение Рейна.

Последняя моя сознательная мысль — "Горе-спасатели. Как бы живой после такого спасения остаться…"

* * *

"Мама! Мамочка! Где ты, мама?!"

Я снова, в который раз за свою не слишком короткую жизнь, бегу по странному, заполненному густым, бирюзовым туманом, помещению. Я ищу кого-то, но так и не могу найти. Кого-то по-настоящему важного для меня. Кого-то, кого я когда-то потеряла. Сердце болезненно заходится от боли и всепоглощающего страха.

"Мама, мамочка!" — испуганный детский голосок звучит уже совсем с другой стороны и я, резко развернувшись, бросаюсь туда. Длинное платье цвета индиго от быстрого бега и резких маневров закручивается вокруг моих ног. Я сердито отбрасываю его в сторону, ощущая мелкие камни и вышивку под пальцами.

"Мама, я здесь! Я совсем рядом! Мама, найди меня! Мне плохо, мама…"

От отчаяния в детском голосе на глаза наворачиваются слезы беспомощности. Теряя надежду, кручу головой по сторонам, стараясь разглядеть в этом проклятом, ярком тумане хоть что-то.

— ГДЕ ТЫ?!?

Замечаю впереди размытый детский силуэт, бегу к нему изо всех сил, протягиваю руку и…

Просыпаюсь!

Сердце так и норовит вырваться из груди, щеки влажные от слез, ресницы слиплись, я вся в холодном поту.

Снова этот сон! Странный, необъяснимый, преследующий меня много лет. Странный потому что детей у меня никогда не было и уж тем более я их не теряла. Но собственные боль и отчаяние во сне такие сильные, такие реальные, что потом весь следующий день после подобных снов я пытаюсь прийти в себя и снова войти в привычную жизненную колею. Странные игры разума, на которые я убила не один десяток часов в креслах психоаналитиков. Наряду с кучей денег.

— Ты плакала. Всё время звала кого-то. Мы не могли тебя разбудить как ни старались. Всерьез подумывали убить этого идиота дайго, но так и не решились. Ты бы первая нам не простила.

В привычно насмешливом голосе Кая слышится невероятное облегчение, которое он и не пытается скрыть.

— Это просто очередной кошмар… — хриплю я и тут же откашливаюсь. — Хотя я тоже сейчас не отказалась бы его хорошенько поколотить. Он что, успокоительное со снотворным перепутал? И, к слову, боль от инъекций была просто адская…

Открываю глаза и вижу над собой скульптурное лицо младшего оборотня. Лежу я головой на его коленях. Неплохая такая подушечка…

Окидываю мутным ещё взглядом окружающее и почему-то абсолютно незнакомое пространство. Отключилась я точно не здесь. Хотя… Это место мне всё же знакомо, хоть и кажется, что в последний раз я была здесь очень давно. А ведь прошло не больше суток.

— Мы на первом наземном уровне?! Как я проморгала переход и подъем?! Хотя, глупый вопрос — мне помогли. Неплохое такое успокоительное.

— В инъекторах, наряду с блокатором было действительно обычное успокоительное, только этот умник не рассчитал дозировку, не учел, что ты хрупкая девушка, чей организм полностью истощен. Вот тебя и отключило.

Я устраиваю голову удобнее на мужских бедрах и смотрю в глаза склонившегося ко мне блондина:

— Кто из вас меня на себе тащил?

— Рейн, — улыбается оборотень. — Соурри никому эту важную миссию не доверил. Шипел и рычал на любого, кто пытался тебя у него забрать. Знаешь, до сегодняшнего дня не знал, что эти высокомерные в большинстве своем ледышки могут быть такими… Если бы не змеиный хвост, сказал бы что перед нами оборотень в период полового созревания. Необычное, скажу я, зрелище ты пропустила.

Я усмехнулась, пытаясь приподняться. Мне помогли и… На мускулистых бедрах оказалась уже не моя многострадальная, словно набитая ватой, головушка, а бедовая пятая точка!

— Эй! Ты что творишь?

Я возмутилась, но как-то не слишком убедительно даже для себя самой. А нахальный оборотень вообще лишь рассмеялся мне прямо в ухо, вызывая щекотную волну мурашек.

— Резко вставать нельзя — голова закружится.

Какой заботливый, вы посмотрите.

— А так закружится у тебя…

Ещё один смешок. Вот зараза!

— А где остальные?

— Пытаются починить панель управления, замкнуло там что-то. Но ты не переживай, Брей специалист по этой части, быстро всё восстановит. Не существует того, что он не в состоянии починить.

— Да вы оба, как я посмотрю, мастера на все руки.

— И не только на… — договорить этот похотливый кошак не успевает, мои пальцы ложатся на его губы, мешая продолжить.

— Перегибаешь, — усмехаюсь я, осторожно поднимаясь. Кай мне помогает, придерживая за спину и под руку.

Голова действительно пару мгновений сильно кружится, но пережидаю пару мгновений и ощущаю как головокружение вместе с лёгкой тошнотой отступают. Слабость в теле есть, но незначительная. А ещё какая-то необычная легкость в теле и голове. Словно дунь на меня и я взлечу. Неужели действие того самого блокатора. Зачем вообще его нужно было использовать? Я своими силами итак пользоваться не умею. Да и сильно впечатлительной эмоциональной барышней я бы себя не назвала. Зачем тогда успокоительное? Во сне оно мне, кстати, успокоиться не помогло. Сказать об этом или не стоит? А вдруг этот доктор Пилюлькин мне ещё одну дозу вкатит?!

— Готово! — слышится радостный и полный гордости голос Брейдана откуда-то из-за поворота. Ему вторят оживленные, но более тихие голоса остальных.

— Что я говорил? — усмехается Кай, продолжая страхуя приобнимать меня пока я делаю осторожные шаги в нужном направлении. — Для него невозможного нет.

— Я уже поняла, что вы ребята умелые и очень упорные. А ещё голова у вас хорошо работает. Слушай… — я поднимаю голову и с прищуром смотрю в зелёные глаза. — Зачем он меня всем этим обколол? Для чего? Сила у меня хоть и есть, но пользоваться я ей не умею. Контролировать тоже, но она и не спешить проявляться. Один раз только был сильный всплеск когда я очнулась в комплексе после четырехсотлетней спячки. Испугалась тогда, растерялась. Ну и всё хрупкое и бьющееся в приличном радиусе разнесло на осколки и разметало в стороны. Включая медперсонал. Нет, не смотри так. Медиков не разнесло на осколки, то есть ошметки, только разметало! Шуму тогда было, весь комплекс на уши своим незапланированным пробуждением поставила. Но с тех пор тихо.

Кай смотрел на меня во все глаза. Так и знала, что с моей силой не всё так гладко и дело совсем не в ее редкости!

— Очень необычные способности для тайфарра, даже для редкого черного. Подобное не свойственно вашей расе. Это больше на боевые способности ксантарианцев похоже. Вы же обычно либо целители, либо стихийники узкой направленности. А тут взаимодействие с энергией напрямую. Темнит дайго. И эти инъекции, блокировка дара. Похоже он испугался, что при очередном спонтанном всплеске силы кто-то может это отследить и выйти на тебя. А с тобой и на нас.

С трудом переставляя непослушные ноги я недоуменно посмотрела на оборотня.

— А что в этом плохого? Ну отследит "Возрождение" мое местонахождение, пришлёт за нами помощь и…

Я запнулась так и не закончив предложение. Перед глазами встало то огромное насекомое, начиненное мощнейшим нейротоксином, сводящим разумных с ума. Испуганно посмотрела на Кая, а затем с опаской в ту сторону, где предположительно находились входные, пока ещё запертые, двери.

— Обнаружить может не только центр… — шепчу я, начиная понимать, что расклад наш ещё хуже, чем мне казалось до этого. Сосредоточенная лишь на одном стремлении — выбраться как можно скорее на поверхность, я совершенно забыла подумать о том, что может ждать нас там. — Только не говори мне, что у ксантарианцев тоже нехватка женщин…

— Нет, — усмехается Кай, очевидно понимая в каком направлении ускакали мои перепуганные мысли. — Они решили эту проблему много столетий назад. Их исследования в области генетики и генной инженерии намного опережают наши. Благодаря тайфаррам, кстати. Без них у ксантарианцев ничего бы не вышло. Целительские способности твоих соплеменников существенно облегчили им работу. Только вот численность самих тайфарров после того открытия начала стремительно уменьшаться. Сейчас они сами по себе редкий вид, а уж черные и подавно. Мало кто связывает эти два события, но по мне так параллель вывести не трудно.

— Занятно. И с остальными расами ксантарианцы не спешили делиться столь значимым открытием… — это был не вопрос. Всё итак было понятно.

Черт! Как-то нехорошо всё это попахивает. Не по мою же души эти таинственные ксантарианцы пожаловали? Да нет, бред! Пусть тайфарр, пусть редкого черного окраса, но…

Я спотыкаясь и, подхваченная подмышки Каем, замираю, смотря на него во все глаза.

В моей голове яркими вспышками начинают собираться кусочки разрозненного пазла.

Ага, просто редкий тайфарр… С очень редкими способностями, расе тайфарров вообще не свойственными!.. Со слов Кая больше характерными для ксантарианцев… Ксантарианцев, которые спецы в генной инженерии и сумели (при помощи тайфарров!!!) решить проблему, которая грозит вымиранием многим расам! И не поделились важнейшим открытием с остальными… А я живу под охраной в комплексе проекта "Возрождение", занимающегося как раз решением проблемы с восстановлением численности населения!.. Я странный тайфарр с огромной силой, которому эту силу запретили развивать и осваивать, но выделили целый пентхаус и громадное содержание… Ко всему прочему, меня грамотно настроили против немногочисленной родни, которая у меня якобы есть, но которую я никогда в глаза не видела!.. А ещё ко мне приставили лишь одного сопровождающего, но совсем непростого, жутко гордого и таинственного, наделенного слишком большими полномочиями…

Рон…

Боль разочарования, в одно мгновение накрывшая меня с головой, была гораздо хуже той, что смогли причинить инъекции и все полученные мною в этом многоуровневом подземелье синяки и ссадины вместе взятые.

Держать лицо не было сил и смотрящий на меня в упор Кай смог увидеть всё, что я чувствовала сейчас. Зелёные глаза смотрели испуганно, непонимающе. Но лишь пару мгновений. А затем лицо оборотня резко ожесточилось. Почти обжигая, полыхнула яркая зелень глаз.

Замерли живописной композицией мы как раз на пороге большого, роскошно обставленного фойе. Кай окинул взглядом помещение и резко дернулся вперед. Я удержала, не знаю как хватило сил. Вцепилась намертво в крепления брони, повисла на мужчине.

Конечно же наше появление не осталось незамеченным. Я вижу искренние, радостные улыбки ещё ничего не знающих Рейна и Брейдана. Слайк улыбается и машет мне, его отец обозначает скупой кивок, приветствуя. Впервые я не вижу на его лице настороженного угрюмого выражения, адресованного мне.

Рон…

Он стоит чуть в стороне, почти у дверей. Смотрит на меня сдержанно, но не понять, что он ощущает свою вину за просчет с лекарством, трудно. Моя усмешка, адресованная ему, больше похожа на оскал. Не о том ты переживаешь. Совсем не о том…

До остальных начинает доходить, что что-то не так. Буквально пышущий ненавистью Кай, который тяжело дышит и одним взглядом уже раз сто успел расчленить дайго… Моя безвольная тушка, буквально повисшая на мужчине и лицо, с которого схлынули все краски и убитый неожиданным открытием взгляд…

Улыбки стекают с лиц наших спутников. Брейдан хмурится, наверняка как никто другой понимая, что чтобы его всегда насмешливый балагур брат вот так вышел из себя должно произойти что-то из ряда вон. Рейн смотрит лишь на меня и буквально каменеет, осознавая в каком я состоянии. А затем медленно поворачивается к Гаррону. Если конечно это вообще его настоящее имя. Теперь я знаю, чем более холодно и безэмоционально выглядит соурри, тем он опаснее в этом момент.

Рон смотрит лишь на меня. Я чутко улавливаю момент когда в его глазах отражается осознание. Он понимает, что я знаю. И я понимаю, что он это понял. Что-то яркое мелькает в его взгляде, а затем на лицо мужчины тут же возвращается хорошо знакомая мне по первым дням после знакомства холодная маска.

И меня от этого буквально выворачивает наизнанку! Отгородиться от меня решил?! Отмолчаться?! Не выйдет! Сволочь!

Ярость, обжигающая, нестерпимая, накрывает меня. Оттолкнувшись от Кая, сопровождаемая мертвой тишиной, накрывшей помещение, я решительно плетусь к дверям.

Первая оплеуха прилетает ему когда я делаю последний шаг. Я не жалею сил, бью от всей души.

— Сволочь!

На красиво очерченной нижней губе проступает кровь. Я внутренне вздрагиваю и тут же бью снова, уже наотмашь, с другой стороны. Его голова дёргается в сторону, он снова поворачивается и продолжает молча смотреть на меня. Крови на губе гораздо больше.

— Кто ты такой?!?

Ещё один удар и мой всхлип. Он не сопротивляется, просто позволяет мне бить себя, позволяет выплеснуть ту боль, что он мне своей ложью, своим предательством причинил.

— Кто ты на самом деле?!?

Ещё удар…

— Кто я?!?

Удар…

— Как вы меня заполучили?!? Как я попала в ваши лапы?!?

Удар… Удар… Удар…

— Почему сразу не разобрали на такие ценные составляющие?!?

Удар…

Кисть горит огнем, но внутри боль намного сильнее. И каждый собственный удар отдает внутри дополнительной болью. Я ощущаю его боль как свою, словно саму себя бью. Сволочь!

— Доволен?! Приручил ценный подопытный образец! Можешь гордиться!

Удар…

— Я ведь тебе почти поверила…

Удар…

Морщусь и он тут же перехватывает мою руку. Осторожно. Бережно держит пострадавшую кисть. Смотрит с грустной улыбкой в глаза.

— Побереги руку. Пусть лучше он…

Кивает на стоящего за моей спиной устрашающим ангелом возмездия, частично потерявшего человеческий облик, Кая.

А я смотрю на дайго и закусываю губу. У него из носа вытекает тонкая струйка крови, левая бровь рассечена и кровоточит. Губы разбиты в кровь.

Вся ярость, что ещё пару мгновений назад пожирала меня, вдруг рассеивается и я стою расстроенная, дрожащая, ненавистная самой себе. Он ведь предал меня, обманывал с самого начала, планировал использовать, а дрянью себя сейчас чувствую я!

Беспомощно всхлипнув, разворачиваюсь и утыкаюсь лицом в грудь Кая, который тут же обнимает меня, прижимая к себе и начинает осторожно поглаживать по растрепанным волосам.

— Кто-нибудь объяснит нам, что здесь происходит? — в голосе Брейдана полное непонимание ситуации и шок от моих жестоких действий.

Ничего особенного на самом деле. Ещё один "не тот" мужчина в моей жизни. Ещё одно предательство. Мне ведь не в новинку. Почему тогда так больно?

— Кто ты? — повторяю я вопрос, не оборачиваясь. Дико больно и хочется бежать отсюда без оглядки, но мне жизненно необходимо понять как сильно я во всём этом увязла. Закончить жизнь подопытным кроликом или лабораторной мышью в мои планы на входит. А ведь совсем недавно я жаловалась на жизнь, где мне всего навсего предстояло выбрать себе мужей по душе и гарем!

Я слышу как вздыхает обречённо как-то за моей спиной Рон. А следующие его слова заставляют потрясённо выдохнуть уже меня.

— Глава службы безопасности этой планеты…

Потрясение сменяется желанием смеяться. Или это и есть реакция на потрясение? Как бы то ни было, я не могу удержаться, да и не горю желанием. Нервный смех перемежается, едким, полным горечи.

— Целого главу безопасности планеты мне в сопровождающие, ещё и с дополнительной функцией в виде постельной грелки! То-то ты бесился первое время. Вынужденный прислуживать какому-то гибриду, результату генетических экспериментов!

Я чувствую как поражённая тишина в фойе сменяется изумлённой, шокированной. Такого поворота явно никто из присутствующих не ожидал.

— Ведь я и есть результат эксперимента. Собственность ксантарианцев, которую вы украли? Так, да? Поэтому и не позволяли мне силу развивать, чтобы они меня не почувствовали. Поэтому и обколол меня этой дрянью. А они всё равно почувствовали, да? Видимо ещё тогда, когда я неожиданно для всех очнулась и у меня произошла спонтанная инициация дара. Работорговец вчера говорил тому извращенцу, что последнее время на границе сектора неспокойно из-за вездесущих ксантарианских патрулей. А последнее время это, скорее всего, последний месяц. Они почувствовали свою собственность и искали ее. Искали меня. То, что произошло здесь… То, что нас никто не рвется спасать… Отсутствие связи… Ксантарианские дроны… Они здесь. За мной прилетели… Единственное, что выбивается из логической цепочки это тот факт, что меня саму чуть не убили тут вместе со всеми. Хотя может я и не нужна им живая, достаточно чтобы вы не сумели воспользоваться тем, что я в себе несу. Вам ведь так и не удалось этого добиться? Иначе я бы не жила так свободно в пентхаусе, а гнила где-нибудь в застенках медцентра "Возрождения".

— Я думал ты ссскрываешь от нее только ссссвое положение и в планах у вас лишь подобрать ей мужей породовитее как осссобо ценной пробужденной ссс редким набором генов. Подопытный обрррразец?!

Рейн в бешенстве. Мощные кольца его хвоста то сжимались то разжимались в жутком гипнотическом танце. Таким я своего телохранителя ещё никогда не видела и не предполагала, что могу увидеть. Но реакция у него ещё интереснее. Он знал кто Рон, не знал лишь кто я сама и об их грандиозных планах на меня. Ну да, а чему я удивляюсь. Ещё тогда, во флаере, когда за оружием для Рейна заезжали, они узнали друг друга и оба промолчали, словно негласно договорившись молчать. Неужели сюрприз ждёт меня и в отношении Рейна?

Я устало смотрю в глаза дайго:

— Рассказывай, Рон, всё рассказывай. Это твой последний шанс не сдохнуть в корчах из-за разорванной привязки.