Глава 6. О бессоннице и способах борьбы с ней

Уснуть в этот вечер мне не помогли ни суматошный день, ни принятая перед сном ароматная ванна с травяным концентратом, ни стакан с теплым молоком местного травоядного и парнокопытного.

В ушах всё время звучал низкий, обволакивающий голос "Мне прийти сегодня?"

Да чтоб тебя!

Ещё больше мешало уснуть осознание простой истины — он за стеной, лишь в паре метров от меня. Нужно лишь встать и сделать несколько шагов до смежной двери…

В сотый уже раз взбив несчастную, наполненную не пойми чем, подушку, я уткнулась в нее лицом и обречённо застонала.

Это наваждение какое-то! Я ведь никогда не была пустоголовой похотливой самкой! Даже не смотря на довольно горячий темперамент. Всегда в первую очередь головой думала, а не тем, что между ног. И никогда не ложилась в постель с малознакомыми мужиками. Секс на одну ночь это тоже не про меня. Чтобы по настоящему расслабиться мне нужно сначала узнать мужчину, начать доверять ему. Эмоционально настроиться друг на друга. Не могло же всё это произойти и уложиться в несколько несчастных часов?!?

Дурман какой-то!

Дурман…

Феромоны!

Я резко села на постели от неожиданно пришедшей в голову жуткой догадки.

Но ведь я запретила воздействовать ими на меня! Не мог же Рейн, находясь под контролем чипа, нарушить этот категоричный запрет? Может чип уже не работает?

Да нет, бред!

Или нет?

Поднявшись с кровати, я решительно направилась к гардеробной, но, проделав почти половину пути, затормозила.

Не стоит пороть горячку. Лучше обдумать всё на свежую голову утром. Вдруг я ошибаюсь? И буду тогда выглядеть в глазах Рейна ещё большей идиоткой. Хотя куда уж больше то…

Есть куда! В случае ошибки выглядеть я буду не просто идиоткой, а идиоткой озабоченной. На разглядывании его паховых пластин он меня уже поймал… "Ароматами" своей похоти спальню его перед сном пометила… Осталось дело за малым — обвинить его, не имея доказательств, в попытке соблазнения с использованием запрещенных приемов и веществ.

Вздохнув, в чем была — коротких пижамных шортиках и маечке из тончайшего нежно-сиреневого шелка, поплелась прочь из комнаты, волоча за собой по полу проклятые крылья и надоедливый хвост.

На крышу, медитировать на звезды! Если и этот проверенный способ не поможет — спрыгну вниз.

Шутка…

На крыше, миновав все живописные живые ниши и беседки, кресла и диванчики, направилась прямо к круглой площадке на небольшом возвышении. Моя личная взлетно-посадочная видимо. Я летать ещё не умела, но это место мне очень нравилось. Если встать вплотную к доходящему мне почти до пояса широкому бортику, то казалось, что стоишь на вершине мира и до звёзд рукой подать. Десять этажей это совсем не небоскреб, но более высоких зданий поблизости не было и это создавало определенную иллюзию, которая подогревала мою фантазию.

Вздохнув полной грудью, засмотрелась ярким звездным небом. Чужим небом совсем чужого мира абсолютно чужой вселенной. Но мне оно нравилось. Не замечала за собой раньше такой тяги к звездам, хотя тоже любила частенько постоять на балконе ночью, наслаждаясь уютной ночной тишиной и свежестью. Может быть Рейн прав и это крылатая сущность во мне тяготеет к небу? Ну тогда ее тяга просто бессмысленна потому что мои крылья как распахнулись в тот самый первый раз на эмоциях, сметя с ног перепуганных врачей, так больше и не оживали.

В голову вдруг пришла безумная идея, от которой я в первый момент отмахнулась, а потом…

Осторожно залезла на широкий бортик и, пытаясь сохранить равновесие, раскинула руки в стороны. Покачнулась под очередным порывом ветра и…

Меня неожиданно буквально сносит в сторону и обнаруживаю я себя в паре метров от края крыши… сидящей на руках у Рейна и тесно прижатой к его обнаженной (вот сюрприз-то!) груди. Открываю рот. Закрываю. Хлопаю глазами и снова открываю:

— Ты что здесь делаешь?!

— Я это у тебя хотел спросить.

Горячее дыхание мужчины согревает мое лицо, контрастируя с прохладой ночного воздуха, и вызывает волну мурашек от шеи и вниз по позвоночнику. А ещё я ощущаю ягодный запах собственной зубной пасты и аромат ставшего здесь любимым гелиевого концентрата для душа. Чистого, освежающего. И следом приходит мысль об этом самом мужчине в душе… под струями воды… мокром…

Всё, решено! Завтра на этом их невольничьем рынке поищу себе мужика! И не только для охраны! Будет работать на две ставки! А может даже на три, но молоком, за вредность, я обеспечу!

Так, о чем мы там говорили?

— Я спросила первая.

— А я второй и хочу получить ответ. Ты собиралась прыгнуть?

Я нервно фыркаю, а затем смеюсь. Надеюсь получается естественно и фальши не слышно.

— Делать мне больше нечего. Хотела ощутить каково это, летать. Думала может это пробудит какие-то внутренние инстинкты и крылья снова оживут.

— Странный способ. И опасный. Ты могла упасть. Порывы ветра слишком сильные. Тебя могло сдуть с крыши.

Я улыбаюсь в ответ на неприкрытое беспокойство в голосе мужчины и качаю головой.

— У каждого окна, с каждой стороны крыши установлены специальные защитные сетки. Они мгновенно активируются датчиками движения снаружи. Даже упади я, меня бы поймала сеть. Побарахталась бы там немного, а потом меня оттуда с позором вытащила бы охрана. Вот и весь экстрим.

— Я не знал… — говорит он тихо, смотря мне в глаза. И отпускать не спешит. Да и я на свободу не рвусь.

— Теперь знаешь… — шепчу я, наблюдая как мужское лицо все ближе и ближе. Что мы делаем?!?

— Твои феромоны! — Рейн вздрагивает от неожиданности и отшатывается. — Признайся. Ты ведь используешь их?!

Мужчина на это обвинение не обижается, оно его будто вообще не задевает. Лишь качает отрицательно головой:

— Нет. Ты ведь мне запретила.

Тогда я вообще ничего не понимаю!

— Но это притяжение между нами…

— Мои феромоны здесь не причем.

Я замираю, всматриваясь в его лицо. Пытаясь разобраться в том, что чувствую на данный момент, в своих противоречивых ощущениях. Еще сегодня утром я его не знала. А теперь вот так легко и спокойно позволяю держать меня на руках в одном белье… прижимать к его обнажённому торсу… почти целовать… и это меня совсем не напрягает.

Прежняя я, земная и до мозга костей циничная, сказала бы, что все эти симптомы похожи на последствия какого-то внешнего воздействия. Или на результат тотального промывания мозгов.

Теперешняя я, прожившая в этом мире целый месяц, была в смятении. Не понимала уже, что чувствую, что должна и что могу. У меня появились сомнения…

Я вздыхаю, так и не понимая, верю я ему или нет. И это не остаётся незамеченным…

— Ты сомневаешься… Послушай, воздействие моих феромонов… любых феромонов… его нельзя спутать с настоящим притяжением. Когда ты испытаешь это на себе, то поймёшь разницу. Обмануться невозможно…

Похоже это единственный выход. Единственный способ проверить. Но вот проводить подобные испытания я пока не готова.

И он это без слов понимает…

— Я отнесу тебя в твою комнату.

— Я в состоянии идти сама, — спорю я, но не сопротивляюсь. Наоборот. Осторожно обвиваю руками шею мужчины.

И неожиданно даже для самой себя выпаливаю:

— Я передумала!

Он замирает и поворачивает голову. Долго смотрит мне в глаза. Что-то ищет в них. Ту самую женскую логику? Зря теряет время. Земные мужчины ее до сих пор ищут, вряд ли у него получится лучше.

— Ты уверена? — спрашивает он наконец.

"Нет!" хочу ответить я, но говорю совсем другое, абсолютно противоположное:

— Да. И хочу это сделать прямо сейчас…

Прихлопните меня тапком!

Но логика в моем безумном на первый взгляд поступке всё же есть. Просто я знаю, что если не сделаю этого… пока не сделаю… не успокоюсь. Да и о сне забыть можно будет в принципе. А силы мне завтра понадобятся.

— Мы просто сделаем это чтобы ты убедилась… — интересно, он меня или себя так успокаивает?

— Угу…

Не знаю чего я точно ждала, может быть избитого "Один, два, три, начинаю!", но уж точно не того, что в один момент лёгкие вдруг на вдохе просто наполнятся чем-то густым, вязким и обволакивающим, сердце начнет биться то медленно и натужно, то тут же срываться в дикий галоп.

Словно муха, попавшая в клейкую паутину, я ощущала как становится неподвластным мне собственное тело и тяжелеют конечности…

А затем я ощутила настоящий обжигающий жар, который потек по моим венам, кажется заменяя собой кровь. Мгновенно пересохли губы… Налилась тяжестью, предательски приподнимая тонкую шёлковую ткань, грудь… И…

Черт!!!

Преодолевая тяжесть в теле, напряглась в руках Рейна и сжала бедра, буквально заставляя себя не думать о том, что он сейчас может чувствовать своим супер обонянием.

Всё это было похоже на прием каких-то супер сильных возбуждающих средств. И при всём при этом, разум оставался кристально чистым! Вернее при мне оставалось то, что было до этого.

Я подняла голову и посмотрела в лицо склонившегося ко мне Рэйна.

— Теперь я понимаю разницу, — шепчу тихо, переводя взгляд на его губы.

И слышу неожиданное:

— Странная реакция… Я выделил совсем немного феромонов, но даже это незначительное количество должно было сильно повлиять на тебя, учитывая уже имеющееся влечение.

— Я должна была начать рвать на тебе одежду… которой нет? — улыбаюсь я ему прямо в губы. Душная тяжесть неожиданно отпускает, тело снова становится лёгким и послушным, чистый ночной воздух снова заполняет лёгкие, но… Влечение к этому мужчине никуда не уходит. Оно остаётся со мной как и чистый, ничем не замутненный разум.

Кажется в таких случаях принято говорить "Засада!"…

— Что-то вроде того… — произносит тихо он, но даже не думает отодвигаться. Небольшой порыв ветра в спину и теплые упругие губы, невесомо словно перышко, касаются распахнутых в ожидании моих. Или дело совсем не в ветре?

Мы замираем так, словно согреваясь в дыхании друг друга, а затем он разрывает контакт и резко отодвигается.

А я неожиданно снова начинаю осознавать где нахожусь. Понимаю как мало на мне одежды и что прямо сейчас медленно коченею на пронизывающем ночном ветру.

Или дело снова не в ветре?

— Ты почти невосприимчива к моим феромонам. Лишь небольшая физическая реакция со странным седативным эффектом. А наша особенность действует на все без исключения расы, проживающие в содружестве. Похожая, только слабее, сопротивляемость есть у высших ксантарианцев, но…

Прервавшись на полуслове, он обеспокоенно выдыхает:

— Как ты?

— Спать хочу… — искренне и беззаботно улыбаюсь я. Теперь можно и баиньки. Всё, что нужно было, я узнала. Никто на меня против воли не воздействовал… Я возможно начинаю влюбляться и не безответно. Если конечно феромоны соурри не действуют и на них самих…

А еще…

Может всё в этой вселенной у меня сложится не так уж и плохо? Если и дальше так же или хотя бы не намного хуже будет везти с мужчинами…

— Я отнесу тебя в спальню… — почти жаркий, хриплый шепот в самое ухо.

Какие слова. Жаль ситуация совсем не та.

— Я в состоянии идти сама… — упрямо спорю снова я. Но снова не сопротивляюсь, а наоборот, уже привычно кажется, обвиваю сильную шею руками.

— Я знаю… — слышу тихий ответ и прижимаюсь щекой к горячей груди мужчины. Его сердце стучит сильно и размеренно. И под этот звук я наконец засыпаю…