Глава 9. Неожиданная находка или два в одном
Не знаю чего именно я ждала от рабского рынка в мире будущего, но уж точно не кунсткамер с живыми экспонатами в декорациях к космоопере.
Торговая арена… Да какая к чертям арена! Базар живой и измученной плоти, за которую цеплялись из последних сил такие же искалеченные души. Как и говорил Рейн, я увидела здесь мужчин разных рас, совсем не похожих на отбросы и уголовные элементы. Молодые и среднего возраста. Всевозможных рас, о многих из которых я даже не слышала (ну, или благополучно прослушала). Абсолютно непохожие друг на друга как внешне, так и по темпераменту. Но всех их объединял похожий взгляд. Отчаяние, и лютая тоска в глазах. У кого-то приправленные смирением, а у кого-то яростью.
О ярости… Видела я и тех, о ком меня предупреждал Гаррон. Животная злоба на лицах, зачастую не обремененных интеллектом. Ненависть ко всему и всем. Готовность выбираться по чужим головам, утапливая тех, кого использовал в качестве ступеньки и трамплина.
Я медленно шла вдоль рядов прозрачных клеток из сверхпрочного пластика и всматривалась в их обитателей. Изнутри, как и у любого нормального цивилизованного человека, поднималась волна возмущения и протеста, но на лице, прикрытом полупрозрачной вуалью, не дрогнул ни мускул. Возмущаться на моем месте могла бы самодостаточная личность с сформировавшимися принципами и… здоровой памятью, которой есть с чем подобную реальность сравнить. А не юная девушка, едва достигшая совершеннолетия, пролежавшая четыреста лет в почти коме и не помнящая, не знающая ничего даже о своей собственной жизни. Самая бурная реакция, которой от меня закономерно ожидают — это удивление. Так что глубоко дышим и лишь слегка удивляемся…
Мужчины в клетках реагировали на меня по разному. Большинство просто смотрели, чаще с нескрываемым удивлением на лицах. Ловила я и восхищённые взгляды. Были и ненавидящие. Не знаю уж, ненавидели ли меня просто как одного из покупателей и возможного будущего владельца или как женщину и это было что-то более глубокое, личное. Не знаю. Но…
Абстрагироваться от всего этого негатива было гораздо легче, ощущая за спиной присутствие Гаррона и… Рейна. Особенно его. Я ощущала присутствие этого мужчины всё время. Особенно остро, ярко. Каждый миг. Рассматривала ли клетки с узниками, разговаривала ли с Гарроном, выслушивала ли предложения услужливых продавцов живого товара. Я не забывала о его присутствии ни на миг. Не могла забыть. Это было похоже на какое-то наваждение. Ни с чем, даже отдаленно похожим, я в своей далеко не короткой земной жизни еще не сталкивалась. И дело было совсем не в феромонах. Не в них. Теперь я это знаю точно. А значит дело было в самом мужчине. И во мне. В нас обоих. В том притяжении, что появилось с момента знакомства и действовало на нас обоих с одинаковой силой. И в этом я тоже была уверена. Во взаимности этого странного и пугающего чувства. Притяжения, с которым бороться становилось всё труднее. Всё труднее сопротивляться. И всё меньше хотелось сопротивляться вообще…
Мы уже прошли все ряды и проходили последний, когда я чётко и ясно поняла — я не найду здесь никого. Гаррон был прав.
И тут…
— Ух ты! Только посмотри какая красавица, брат! Ты ведь тоже ее видишь?! Не смей говорить, что у меня просто побочки от транквилизаторов, которыми нас накачали! Видишь же?!? — красивый мужской голос, полный энергии и неиссякаемого задора, вывел меня из мрачной созерцательности. Он так диссонировал с густой аурой отчаяния и уныния, царивших в этом месте, что я поначалу даже решила, что мне померещилось.
— Вижу я, вижу. Успокойся только, неугомонный, — послышался другой голос. Тоже мужской и молодой, но другой. Неспешный, уверенный, теплый. Немного усталый.
Не показалось?!
Я остановилась и заозиралась по сторонам, пытаясь понять с какой стороны звучали голоса.
— Ты не меня ищешь, красавица?
Дешёвый подкат, избитый, не сработает. Но сам голос…Такой живой, яркий, насыщенный эмоциями. Его хотелось слушать и слушать. Мне стало любопытно. Захотелось увидеть того, кому принадлежал этот голос… оба голоса…
— Там, — подсказал без слов понимающий меня Рейн, лёгким кивком головы указывая направление. И я увидела. Стандартную для этого места прямоугольную банку, а в ней мужчину… нет, двоих. Один стоял, упершись ладонями и практически вжавшись лицом в прозрачную стену из сверхпрочного полимера. А второй сидел за его спиной на полу, устало откинув голову и согнув одну ногу в колене. На обоих серая, безликая роба. Оба высокие и крупные, мускулистые. Как и все оборотни привлекательные настоящей мужской красотой. И похожи друг на друга как могут только родные братья. Тот, что стоял, со светло-медовыми волнистыми волосами до плеч. Второй коротко стриженный, с более темными чем у первого, золотисто-каштановыми. Этот сидел с закрытыми глазами, а вот первый… Он смотрел прямо на…
Постойте. Так он ко мне обращался?!
Нескоро видимо ещё привыкну, что в этой новой жизни я "красавица"…
— Двуипостасные, — слышу я едва различимый голос Рейна над ухом. — С крупным зверем. Сильные самцы. Они бы подошли, но… я не понимаю, что они здесь делают. Молодые, с хорошим телом, смазливые. Таких обычно выставляют на аукционе. И всегда покупают. Должен быть подвох. Не может не быть…
— Нет тут никакого подвоха. Нелегалы. Скорее всего контрабандисты. И, видимо, те ещё проныры. Перешли кому-то дорогу, товар какой интересный из под носа увели. В их среде это обычное дело. Вот и прохлаждаются тут теперь. Видимо кому-то серьезному дорогу перешли. Я бы не связывался, госпожа… — голос Гаррона слышится у другого уха.
Они что, сговорились? Я как между ангелом и бесом! Только кто есть кто? И кого слушать?!
Пока принимаю решение, делаю несколько медленных, неуверенных шагов в направлении интересующих меня персонажей.
— Не бойся, красавица, подходи ближе. Мы не кусаемся. Ну, если сама не попросишь.
И вроде бы говорит банальную пошлость, скажи которую мне кто на земле, то был бы послан далеко и надолго. Но говорится это без какой-либо сексуальной интонации, по доброму как-то и смешливо, к тому же с по-настоящему умильной рожицей на мужественном лице, что не улыбнуться просто невозможно. Кот в сапогах из "Шрека" отдыхает!
— Ох, брат. Поднимай свой накачанный зад и ковыляй сюда! Хвост даю на отсечение, такой улыбки ты ещё не видел! — Моя вышеозвученная улыбка непроизвольно становится ещё шире, а сама я качаю головой и шагаю ещё увереннее.
Я не ведусь на подкат, нет, я просто не могу устоять перед этим обаянием. Мне весело и любопытно. К тому же я кажется нашла, что искала…
— Думаешь не видел? — усмехается второй, открывая глаза, неожиданно яркие, зеленые. Их теплый и лукавый, полный любопытства взгляд останавливается на мне.
— Точно нет! Будет, что вспоминать, когда нас с тобой продадут в какой-нибудь третьесортный бордель.
— Угу… Накаркал ты в очередной раз. Лучше б не мне ногу, а тебе язык придавило в том крушении…
О чем именно мрачным голосом говорит второй оборотень я поняла уже в следующее мгновение, когда путь к интересующей клетке мне беспардонно перекрыла тощая мужская фигура в каком-то ярком одеянии. А мужик ли это? Рядом с ним шла ещё одна фигура, это вот уже точно мужская.
— Я возьму этих, — смутно знакомым голосом пропел тот, в чьей принадлежности к мужскому полу я успела усомниться. — Мне бы ещё парочку, но ассортимент у тебя в этот раз…
— На границе нашего сектора последнее время неспокойно. Сам знаешь. Вездесущие ксантарианские патрули практически перекрыли все пути поставок. Так что тут в основном только местный товар. Ну, не считая этих двух…
— Да уж. Большая удача, что мне хотя бы двух тут удалось найти. Неплохо смогу на них заработать.
А я этот голос знаю! Как и мужика! Этот тот самый, у которого я увела прямо из под носа Рейна! И слава богу! Он бы через неделю и сам выбрался, но неделя в борделе для извращенцев…
Взгляд скользнул на лица тех, чью судьбу сейчас так хладнокровно и цинично решали. Обаятельных улыбчивых мужчин в клетке больше не было. Лица оборотней больше не сияли добротой и жизнью. Замершие напряжённые тела. Окаменевшие лица. И цепкий, обжигающий яростью взгляд неожиданно засветившихся зеленью глаз. А от проявившейся звериной ауры даже у меня, стоящей чуть в отдалении, дыхание перехватило. Поразительная метаморфоза! И впечатляющая. Совсем непростые ребята. Но их реакция меня нисколько не удивила. У оборотней особое отношение к извращениям и тем, кто их практикует… особенно принуждает к этому других. Не будь сдерживающей их клетки, думаю, от слащавого сутенёра не осталось бы и мокрого места. Как и от продавца…
— Дам за них 5 тысяч сорров, — передернувшись от гармонично убийственных взглядов оборотней, пропел мужчинка.
— Хорошая попытка, но нет. Пятнадцать!
— С ума сошел?! За этих бродяг?!? Семь!
Я, не сводя взгляда со спин до сих пор не обративших на меня внимание торгующихся, прошептала Гаррону:
— Сколько точно у меня на счету осталось?
— Чуть больше ста тысяч… Но я вам одолжу если что… — так же, шепотом, отвечает мне Гаррон. И голос у него в этот момент такой…
Да, он похоже, как и я, таких личностей не особо любит.
— Я тоже помогу, но… мне нужно как-то добраться до своего счета… — слышу уверенный голос Рейна с другой стороны.
Ясно. Голодными не останемся, да и очередная выплата скоро.
Торг двух моральных уродов между тем выходит на новый уровень.
— Бродяг? Это молодые, только вошедшие в полную силу оборотни! С их то природным темпераментом, да если хорошенько обработать феромонами, они тебе за день месячную выручку сделают! Двенадцать!
Из клетки тут же слышится жуткое, пробирающее до самых поджилок, рычание. В ту сторону я боюсь даже смотреть. Да и неловко мне, что я стала свидетелем унижения этих парней.
— Десять! И ни сорра сверху. Ты знаешь, что это максимум, что можно за них получить. Десять тысяч!
— СТО ТЫСЯЧ! — Хватит с меня! Да и с них. Может и можно было отделаться меньшей суммой. Сойтись в итоге на тридцати, максимум сорока тысячах. Но мне было противно торговаться. Вставать в один ряд с этими… Хочу поскорее со всем тут покончить и выбраться на свежий воздух. И так чтобы наверняка, без осечек. — СТО ТЫСЯЧ СОРРОВ!