Глава 43

– Все в порядке? – приобняв за талию, уводил меня Кай в сторону от странной парочки. – Не знаю, – ноги не слушались, в ушах шумело. Мне хотелось понять, что задумал Крестовский, спросить его, что это за представление. Но я понимала: посреди приема не время и не место для этого. А как только мы вернемся в особняк, фарс закончится и я из принцессы-невесты превращусь в Рапунцель, которую запрут в башне. Вот только надеяться на спасение принцем мне не придется. – Говори, – нажимал на меня Кай. – Это… – я набрала в легкие побольше воздуха, – тот самый, о ком я подумала? – Да. Это все, что тебе нужно знать, – подвел меня к столу Крестовский. – И постарайся выглядеть так, будто не грохнешься вот-вот в обморок. – Считайте, это результат воспитания вашей крестной. Приличные девушки не привыкли, что их готовят к браку, где супружеский долг муж будет исполнять с другими женщинами. – Не обольщайся, – спокойно проговорил Кай, выдвигая для меня стул. Я опустилась на сидение и осмотрела людей, сидящих за столом. Представительные мужчины и степенные матроны. Один из незнакомцев сидел рядом с молоденькой девушкой, но я перевела взгляд на их руки, обнаружив обручальные кольца. Значит, действительно жена. Все с официальными парами. Теперь понятно, для чего Кай устроил этот фарс с помолвкой. Крестовский опустился рядом со мной, привлекая всеобщее внимание, и следом за ним под прицел незнакомых глаз попала и я. – Кай Августович, – заговорил пожилой мужчина, – неужели вас можно поздравить? – скользил взглядом с него на меня и обратно. – Да, Аркадий Борисович, можно, – улыбнулся Крестовский, бросив на меня многозначительный взгляд, от которого у меня мгновенно зарделись щеки. – Поздравляю! Удивлен таким вашим шагом и поражен красотой вашей невесты. – Благодарю, – коротко ответил Кай. Пустующие места заполняли другие гости, и началась программа в честь дня рождения губернатора. Виновника торжества и его семью встретили бурными овациями. После вступительных слов начался благотворительный аукцион. Все вырученные средства с которого пойдут детям-сиротам нашего региона. Продавали картины, раритетную мебель и украшения. Когда я увидела колье из нити прозрачных крупных бриллиантов и одним огромным камнем по центру, дух перехватило. Смотрела на его блеск и не верила, что такое великолепие может носить кто-то на шее. – Семь миллионов рублей, – кивнул ведущий в сторону Кая, и только тогда я заметила, что Крестовский вступил в борьбу за украшение. – Семь миллионов двести, – указал на другой столик. Но Кай не отступился. Он делал новые и новые ставки с невозмутимым видом. У меня же сердце заходилось в груди от волнения. Я не понимала, зачем ему это баснословно дорогое колье, и боялась даже допустить мысль, будто оно предназначено для меня. – Колье уходит за пятнадцать миллионов рублей господину под номером тридцать три! Крестовскому Каю Августовичу! – стукнул молотком о подставку ведущий, и зал наполнился аплодисментами. – Нравится? – обернулся ко мне Кай и спросил так, что его могла слышать только я. – Безумно! Но это так дорого! – удивленно вскинула на него глаза. – Для меня не может быть слишком дорого, если я этого хочу, – уголки его рта приподнялись, а зрачки расширились, когда он опустил взгляд к моим губам. – Пару танцев, и мы сбежим отсюда. Если ты захочешь, – вопросительно посмотрел на меня. И когда на сцену вышла известная певица, вопрос о том, хотела ли я сбежать, отпал сам собой. Крестовский пригласил меня на танец, под чудесный вокал поп-дивы прижимая меня к себе за талию так плотно, что я чувствовала его желание, рвущееся из брюк. И когда он повел меня в танце, не отрывая взора от моего лица, я испытала что-то, чего не испытывала раньше. Я ощущала себя обожаемой и желанной. Словно Крестовскому и правда было не наплевать на меня и он испытывал какие-то чувства. – Почему мне хочется спрятать тебя от взглядов этих похотливых стариков и съесть? – сказал он, закружив меня по танцполу. – Вообще, думаю, что было ошибкой показывать всем тебя. – Так не показывал бы, – я чувствовала его руки на себе, обжигающие даже сквозь шелк платья, и упивалась теми неизведанными чувствами, что полыхали в груди. – Нашел бы другую фиктивную невесту. – Нет. С другой бы не поверили, что я решил жениться. – А ты решил? – Слишком много вопросов, – усмехнулся он. – Хочу знать, к чему готовиться, – я не могла оторвать глаз от его идеального, мужественного лица и не думать о том, что пока он всецело мой. – Ты узнаешь, если что-то изменится. – Значит, кольцо нужно вернуть? – у меня кружилась голова от танца или близости Крестовского, но сегодня между нами все ощущалось иначе. – Не городи ерунды и лучше поцелуй меня, – приблизил свое лицо к моему, скользя взглядом от глаз к губам. – При всех? – хотела обернуться, но Кай плотнее прижал меня к себе. – Целуй, – он приблизил свое лицо к моему и впился губами, горячим, страстным поцелуем сминая мои губы и сплетаясь языком. Когда Кай отпрянул от меня, мы стояли, не двигаясь, по центру зала, а медленная мелодия сменилась на другую, более быструю. Он чмокнул меня в губы и пару секунд смотрел темным, почти черным взором, восстанавливая дыхание. – Поехали отсюда, – хрипло проговорил он. – Если не хочешь, чтобы я отымел тебя где-нибудь за углом.