Глава 45

Дома, едва поднявшись на второй этаж, Крестовский сдернул с меня платье, оставляя только в трусиках и том самом колье. – Кай! – возмущенно крикнула я, прикрывая грудь руками и подставляя ему шею под поцелуи. – Нас никто не видит, – мужчина накрыл мои ладони своими и развел их в стороны, так, что мою грудь обдало прохладным воздухом. – Хотел увидеть меня только в колье? – вырвалась из его рук и немного забежала вперед. – До сих пор хочу, – хрипло проговорил он, наступая на меня. – Стойте на месте, Кай Августович, – выставила я руку вперед, едва оттолкнув его. – Что ты задумала? – улыбнулся он. И в полумраке сверкнули белоснежные зубы. – Выполнить ваше желание, – запустила пальцы под резинку трусиков и, не прерывая зрительного контакта с Крестовским, медленно спустила белье по ногам, переступая через трусики. Кай замер, пожирая меня голодным взглядом. А я подцепила белье каблуком босоножек, согнув ногу так, чтобы было удобнее перехватить его рукой. Схватила трусики и кинула в мужчину. – Только колье и обувь, – тихо проговорила я, чувствуя, как кровь хлынула по венам и устремилась вниз, к лону. Я никогда не позволяла себе ничего подобного. Но сегодня хотелось шалить и дразнить, доводить до исступления и заставлять сходить с ума от желания. Впервые за все время, что я провела с Каем, чувствовала на душе легкость и какой-то подъем. Казалось, что теперь все будет иначе между нами и вся жизнь изменится к лучшему. – Блядь! Я создал сексуального монстра, – усмехнулся он, обжигая меня взглядом. – У меня был хороший учитель, – поманила его пальцем и пошла, виляя бедрами, в сторону спальни. Слышала его шаги позади себя и бешеный стук своего сердца в груди. Но только перешагнула порог спальни, как Крестовский поймал меня за талию, прижимая к себе. – Чертовка, – прошипел, обхватив мое ухо губами и лаская ушную раковину языком. – Буду трахать тебя до тех пор, пока ты ходить не сможешь, – развернул к себе лицом и резко поменялся со мной местами, прижимая спиной к двери и запечатывая мой рот своим языком и губами. – Нечестно, – проговорила ему в рот. – Я без одежды, а ты одет. – Исправь это, – ухмыльнулся он, и я принялась расстегивать его рубашку, снова потянувшись к губам, чьи поцелуи сводили меня с ума. Закончив с последней пуговицей, распахнула сорочку, спуская ее по плечам и одновременно с этим целуя грудь и плечи мужчины, уделив внимание шраму от пулевого ранения. Спускаясь ниже по торсу, я целовала кубики пресса, разделываясь с пряжкой ремня и ширинкой. Спустила брюки вместе с боксерами вниз и увидела прямо перед глазами покачивающийся, тяжелый член. Обхватила его ладонью, проведя вверх-вниз, и приблизила лицо к лиловой головке. Облизала ее и взяла в рот каменный ствол, проталкивая глубже, до упора. – Блядь, – прошипел Кай, опираясь рукой о дверь позади меня. – Так, моя девочка, так. Я посмотрела вверх, встретившись с затянутым пеленой желания взглядом, и начала двигаться, делая возвратно-поступательные движения, помогая себе кулаком. Наблюдая за реакциями Крестовского, за тем, как мои ласки сводили его с ума, ощутила, как по внутренней стороне бедра стекла смазка. И с еще большим наслаждением принялась сосать и облизывать толстый орган. – Какой кайф, – говорил он, не отрывая от меня глаз. И в этот момент я чувствовала свою власть над этим мужчиной. Чувствовала, что очень скоро доведу его до кульминации. Но вместо этого он потянул меня вверх. Поставил на ноги и впился в мой рот, подхватывая под ягодицы и поднимая на руки. Прижал спиной к двери и одним движением заполнил мое лоно. По телу прошла дрожь, и я ощутила легкую боль, которая тут же исчезла, как только Крестовский начал двигаться, вколачиваться в меня резко, с оттяжкой, на всю длину, постепенно наращивая темп. Я обнимала его за шею. Острые соски царапали мускулистую грудь. Мысли превратились в желе, и остались лишь чувства, ощущения. Каждая моя клеточка, каждый атом сейчас казались одним целым с этим сильным мужским телом. Мы словно стали единым организмом, преследующим удовольствие. Он вколачивался в меня отбойным молотком. Я билась спиной о дверь, и она стучала о косяк, но нам было плевать. В действиях Кая невозможно было разглядеть ни капли нежности, и все равно я не чувствовала до этого с ним такой близости, как в это мгновение. – Моя! – рычал он в промежутках между поцелуями. – Моя девочка! – и долбил меня дальше, до тех пор, пока меня не прострелил электрический разряд и я не начала содрогаться на крепком члене, все еще двигающемся во мне. Видела перед собой разноцветные пятна и, обняв крепче Кая за шею, вжалась лицом в угол между его плечом и шеей. Кай замедлился и, загнав член как можно глубже, излился внутрь, спрятав свое лицо на моей шее, так же, как и я на его. Несколько мгновений мы стояли молча, а затем он, скинув до конца брюки, понес меня в ванную, поставил на кафель и включил воду, набирая ванну. – Колье, – внезапно вспомнила, что оно еще на мне. И я испугалась, что могла его испортить водой. – Плевать! Оно уже свою функцию выполнило, – потрогал он воду в ванне. – Нет. Мне оно нравится, – провела пальцами по камням. – Тогда давай снимать, – нежно улыбнулся Крестовский и, встав позади меня, снял украшение. Опустился на колени и посмотрел на меня снизу вверх, скинул с моих ног босоножки и, подняв меня на руки, поставил в ванну, залезая следом за мной. – Передохнем немного, котенок, – поцеловал меня в висок, усаживая спиной к себе между своими ногами. – И продолжим дальше, – прошептал горячо, и я не сомневалась, что он сдержит обещание.