Глава 2
— Теперь ты будешь жить в этом доме, киса.
Рука Саида задерживается на талии, потом резко щиплет меня за зад, когда мы оказываемся внутри сказочных владений. Здесь всё такое дорогое и модное, что глаза разбегаются.
— Ой!
— Шмотки другие носить будешь! Добро пожаловать в новую жизнь!
Я отскакиваю от него, потираю ущипленную задницу. Зверье. До синяков схватил! Про какие вещи он говорит? У меня и вещей других при себе нет. Только халатик и трусики, плюс тапочки. Мерзавец выхватил меня из дома отца и даже не позволил одеться! Наверное, хотел страху нагнать. Запугать. Я помню, как отец бежал следом и дергал себя за волосы… От отчаяния. А этому, Саиду, плевать. У него вместо сердца — глыба льда.
— У меня вещей же нет… — шепчу.
Глаза сами предательски рассматривают жестокого криминального авторитета. Его раскачанные бицепсы угадываются и под костюмом. От мужчины веет властью и жестокостью. Его дом напоминает дворец, а он здесь просто как шейх.
— Милена!
Я накрываю голову руками и съеживаюсь от громкого крика. Словно рев дикого зверя.
— Да, да… я здесь!
К здоровяку вниз по лестнице сбегает высокая, стройная блондинка. Ухоженная, красивая. Звезда “Инстаграм” просто. Ее здоровенные сиськи подпрыгивают как мячики. Она подскакивает к Саиду и тянется к его щеке.
— Куда? — рычит мужчина, отстранив её за горло. — Ты мне с утра сосала, сперму лизала, а теперь тянешь свой спермоприемник? В прошлом, так ведь не мне одному болты вылизывала! Забыла, что я не целуюсь в губы? С простыми шлюхами. Отойди…
Блондинка Милена покорно отходит в сторону, потупив взор. Наращенные ресницы дрожат, ложась на щеки. Я в шоке… как можно так обращаться с человеком? Хуже, чем с собакой! В какое ужасное место я попала?!
— Дай этой девке шмотья, — командует Саид.
— Моих вещей? — уточняет Милена, приосанившись. Потом проводит рукой по груди и упирает ее в бок. — Мои вещи ей не подойдут. Болтаться будут.
— Мне похер. Это временно. На одну ночь. Потом… приодену.
Лицо Милены капризно вытягивается, она смотрит на меня со злостью. Решила, что альфа-самец захотел сменить фаворитку.
— Че стоишь? Пошла!
Саид придаёт Милене ускорения, шлёпнув по сочной жопе широченной ладонью. Шепчет на ухо что-то. Милена хохочет и поднимается по лестнице, усиленно крутя круглой задницей.
Саид смотрит ей вслед, довольно поглаживая свою черную бороду.
— А ты чего стоишь? Иди за ней, — кивает. — Покопайся в ее шмотках. Выбери что-нибудь… поскромнее, а то моему херу все равно, на кого напрягаться! Ночью вдруг случайно наткнусь на тебя бухой, забуду, что ты залог, проданный мне на время, не сдержусь и выдолблю.
Бандит будто невзначай роняет ладонь вниз. Я смотрю туда и замираю от шока. В районе ширинки огромный бугор. Неужели бывают такие огромные и толстые члены? Бейсбольная бита…Вниз живота устремляется жидкая лава. Шумно сглатываю…
— Не делай так, — порыкивает. — Встает. Вообще на глаза мне не попадайся. Целее будешь… Мышью где-нить в углу затеряйся! И не провоцируй зверя на грех… — чёрные глаза коварно сверкают.
Я стою как вкопанная, не могу шевельнуться. Так сильно им впечатлена…
— Ты меня слышала?! — дёргается в мою сторону сжав кулаки. — Или… ещё раз повторить?!
— А-а! — взвизгнув, я бросаюсь прочь. Туда, куда он мне пальцем тычет. Краем глаза вдруг вижу, как он за ширинку на штанах хватается, как набухший бугор нервно поправляет. У него там конкретно так жмёт. Наверно поэтому он такой злой!
— Долбанный стояк. Утром же два раза выплеснулся… — цедит сквозь зубы гневно. — И опять пёхаться охота.
Домина настолько огромный, что можно затеряться. Я бегу вверх по лестнице. Поскорее убраться из-под порочного взгляда черноглазого монстра. Чудовище! А эти намеки. Ужас просто. Ничего приличного, аж внутри все загорелось. От возмущений, наверное.
Мне нужно прогнать блудливые мыслишки прочь и сосредоточиться на Марке!
“Я верна ему. Верна! У нас скоро свадьба. Он обязательно вытащит меня из западни” — как мантру себе твержу снова и снова, снова и снова… чтобы подавить гадкие желания.
Мне нельзя любить такого ужасного человека, как Саид Ахмедов. Он ведь бандюган. Ещё и старше меня на пятнашку лет. А может ещё и убийца. Это неправильно! Я должна быть послушной и хорошей девочкой.
— Сюда, — командует Милена, стоя у двери. — Заходи.
Конечно, она недовольна. Смотрит на меня, как на соперницу. Но приказа ослушаться не может.
— Это твоя спальня? — спрашиваю в надежде поговорить по-человечески. Дать понять, что я здесь временно. Угрозы нет. Пусть сама Саида ублажает. Верно, она здесь только для этого и находится.
— Шкаф там. Выбирай. Только трусы не трогай!
Меня передергивает от сильного омерзения. Как можно вообще подумать, что я буду брать ее нижнее белье? Милена садится на кровать, заложив нога на ногу. Наблюдает за мной.
— Просто скажи мне, где лежит одежда. Закрытая, желательно. Костюм спортивный или что-то такое…
Любовница Саида не шевельнула и пальцем, закатив глаза. Но потом цокает языком. Решила избавиться поскорее, сама начала рыться на полках.
— А ты кто такая? — спрашивает ненароком. Как будто неинтересно. Но сама внимательно смотрит и даже лицо напрягается.
— Алиса.
— Что ты здесь делаешь? Как оказалась у Саида? — требовательно спрашивает Милена, выудив спортивный костюм из велюра цвета баклажан.
— Я здесь временно. Как… заложница. Папа вытащит меня.
— Ну-ну…
***
Потом меня отвели комнату. Сглотнув, я переступаю порог спальни, которая станет моей тюрьмой. Даже не знаю, сколько времени пройдёт, пока папа найдет деньги. Уверена, он меня не бросит в беде. По сути, я здесь из-за него. Я еще ни в чем не провинилась. Птичка в клетке. Так сказал Саид, обшаривая моё тело наглым, собственническим взглядом. Он напугал меня в машине, сказав, что будет трахать. Но в доме приказал держаться от него подальше. Запугивает просто. Ни мне, ни ему проблемы не нужны… Нет, не так. Ему не нужна проблема в виде меня. Разве я проблема? Просто пыль под его ногами. Такие, как он, не считаются с жизнями других людей. Он меня раздавит и не заметит. Даже глазом не моргнёт…
Невеселые мысли в голове. Даже аппетита нет. Поэтому когда в дверь стучат и предлагают еды, я трясу головой. Не веря. Неужели меня будут кормить как гостью или просто бросят кашу с потрохами в миску как собаке?
— Я не голодна, спасибо.
Пищу как мышь. Едва дышу. Боясь наказания. Ничего не происходит.
Я осматриваю комнату. Она просторная и светлая, даже балкон имеется. Но душ и туалет отсутствует. Наверное в другом месте. Что ж, и так у меня полулюкс, можно сказать.
Запереться в комнате не получится. Это логично. Меня привезли быть залогом, а не заботиться о моем комфорте. В комнату в любой момент может войти кто-то. Упав на мягкую постель, пахнущую приятным кондиционером для белья, я пытаюсь расслабиться и хоть немного отдохнуть.
Я волнуюсь. На новом месте тяжело уснуть. Мерещатся всякие ужасы. Очень беспокойно, ворочаюсь с боку на бок. Но потом я засыпаю, измученной, словно век не спасала.
Внезапно! Посреди ночи. Слышу крик… Вой животного!
Крики не прекращаются. За криками следует грохот.
Мамочки! Что здесь творится?! Нигде нет покоя!
Я выскакиваю из комнаты. Едва ли соображаю, что этого не стоит делать. Но ноги несут меня быстрее разумных мыслей.
Несусь на звук. Крики только усиливаются. Кто-то орёт. Дико и неудержимо. Орет женщина. Неужели насилуют?! От этого жуткого человека всего можно ожидать. Он и свидетеля беззакония, то есть меня, может убрать. Играючи. И не моргнёт. Прихлопнет, как комара.
Я замираю. Идти или бежать? Очередной вой подстегивает. Я хотя бы буду знать, что именно творится.
Я выглядываю из-за угла. Рот открывается. Едва не падаю от увиденного. Порочное зрелище, но завораживающее. Я словно смотрю… порно-ролик.
Я не должна подсматривать. Но не могу сдвинуться с места. Ноги словно приросли к полу. Каждая мышца одеревенела!
С моего места видно всё… почти всё.
Никого не насилуют. Никого не убивают.
Просто трахают. Жёстко долбят… как автомат! Ох, я никогда не видела секс вживую. Тем более, с таким Мужчиной.
Саид стоит ко мне вполоборота. Я вижу его мощную спину. Его плечи просто огромны. Руками не обхватить. Мышцы играют под кожей, как волейбольные мячи при каждом движении. Я не могу оторвать от него взгляда. Разглядываю алчно. Его спина лоснится от пота. Ниже… Ещё ниже. Его ягодицы — настоящий шедевр. Округлые, хорошо прокачанные. Наверное, твёрдые как орех. Не задница, а произведение искусства. Боже, стыдоба-то какая! Я пялюсь на мужской зад, на широченные бёдра, покрытые тёмными волосами. Он стоит, широко расставив ноги, двигает тазом. Как автомат! Робот! Не человек, а машина для секса. Мамочки… С такой силой, как он долбит Милену, наверное, только гвозди заколачивают!
Уходи, Алиса… Уходи! Шепчет разум. Но моё тело не слушает этого приказа. Саид стонет и отборно матерится. Он мешает русский мат со словами на родном языке. Разобрать ничего не получается, но он так низко и утробно произносит эти слова. По телу пробегает вибрация. Она тянется вниз и коварно концентрируется в трусиках… Оммм, это непередаваемые ощущения, когда всё женское естество напрягается. Я становлюсь влажной.
Подглядывая за сексом других людей. Я бы никогда!
До наша с ним встреча изменила многое…
Теперь я испорченная девочка. Очень…
Однако отойти в сторону не могу!
Мне, стыдно признаться, нравится то, что я вижу. Я не должна любоваться этим жестоким человеком, настоящим ублюдком. Но я… любуюсь им.
Я приклеиваюсь взглядом на его обнаженном теле. Он весь — груда мускулов. Каждый из них перекатывается на его огромных предплечьях, на рельефной груди. Она покрыта порослью тёмных волос. Это смотрится дико первобытно и очень мужественно.
Я никогда не видела такого огромного мужского органа. Только в порно и то краем глаза, стыдясь того, что смотрю на такое. У Марка вообще так тростинка, по сравнению с мамонтом кавказца. Однако сейчас я жадно вбираю глазами каждый сантиметр его великолепной длины.
Мамочки!
Неужели он такой длинный… как у настоящего жеребца!
Уфф… Как жарко натоплено в доме. Дышать совершенно нечем!
Он прекрасен. Как бог. Очень плохой бог. Но я бы такому поклонялась и ходила на все службы, не пропуская ни одной!
Саид запрокидывает голову. Рычит, сквозь стиснутые зубы. Его глаза прикрыты. Рот открывается.
— Ещё! Ещё! Выдолби меня! — повизгивает Милена, руша очарование момента.
Саид грубо дёргает её за волосы.
— Кому сказал, рот прикрой. Не говори во время секса! — угрожает он.
— Да-да, я всё поняла, — охает Милена, крутя своей задницей.
У меня челюсть отваливается до пола. Я не знала, что можно так хотеть секса. Саид отводит бёдра. Он вытаскивает член из тела Милены. С губ срывается изумлённый вздох. Член Саида толстый и длинный. Вздувшиеся от похоти вены перекачивают кровь к набухшей головке.
У него обрезана крайняя плоть. Отчего багровая головка кажется просто огромной. Величиной, с кулак. Не меньше. У меня глаза вылезают из орбит. Не верю… Может быть, у меня просто галлюцинации?!
Это же не член. Это инструмент для пыток! Он, наверное, Милену в клочья порвал, поэтому она так визжит. Я словно загипнотизирована порочным зрелищем. Не могу и с места сдвинуться. Хотя надо! Я должна соблюдать приличия. Хотя… Какого чёрта он их не соблюдает. Дом Саида огромен, но он разложил Милену на столе в гостиной и трахает так, что стены трясутся от их стонов и визгов. А эти шлепки… С которыми бёдра Саида хлопаются о бёдра Милены.
Как будто взрывы. Бум. Бум. Бум. И каждый из них отдаётся гулом в моих ушах.
Я смотрю на него и мне прикоснуться хочется. Потрогать его бронзовую кожу, под которой будто разлита сталь мышц… Просто потрогать. Больше ничего. Честное слово. Но откуда столько жара в трусиках? Явно же не от температуры воздуха в доме! Не могу противиться этому желанию. От мужчины веет бешеной энергетикой. Его аура подавляет даже на большом расстоянии. Я смотрю, как он трахает свою шлюху, Милену. И…
Оказаться на её месте.
Эта мысль проскользнула быстро и неясно. Но меня проняло стыдом до самого нутра. Во рту мгновенно пересохло, как в пустыне. Но не от жары, а от собственной реакции на этого мужчину.
Ох, это плохо. Трясу головой, чтобы прогнать чёртово наваждение. Я не должна забываться. Но игнорировать жар, стягивающий между ног, становится всё сложнее! Ощущаю как ноют складки и судорожно сжимается лоно. Как будто… вокруг его члена.
Хлопаю себя по щеке. Нет-нет! Ужасней этой мысли и быть не может.
Внезапно Саид поворачивает голову в мою сторону. Его тёмный, хищный взгляд безошибочно находит меня. Дурочка. Высунулась из любопытства слишком сильно! Меня застукали на подглядывании. Хуже и быть не может. Я становлюсь цвета варёных раков.
Но Саид… раздвигает губы в ухмылке. Надрачивает свой член рукой, а потом прижимается им между ягодиц Милены. Толкается и срывается с губ любовницы животный крик! Она орёт, её тело трясётся как в конвульсиях электрического тока. Мой пленитель… трахает Милену в задницу.
Мамочки…
Наверное, это жутко больно, но Милена закатывает глаза, как в припадке удовольствия. Саид ускоряется. При этом он смотрит на меня. Чёрными глазам. Не знала, что бывают такие чернющие омуты с ядовитыми демонами. Он трахает другую женщину, но взглядом смотрит так, будто меня имеет. Всюду!
Меня трясёт, как в лихорадке. Я отшатываюсь. Назад. Прилипаю спиной к стене. Стекаю по ней, как будто капля воды. Едва не падаю.
Утробный ор становится запредельно громким.
— Вон пошла… — рычит Саид.
Слышится звук шагов в моём направлении. Я словно просыпаюсь и решаю бежать прочь. Это, конечно, очень глупо. Ведь меня уже застукали, но я ничего не соображаю. Мои разумные мысли испарились.
Саид настигает меня в два счёта. Хватает! Я застываю в его руках. Он прижимается ко мне сзади, к моей спине.
— Я сказал. Быть тихой. Сидеть.
— Прости… те. Я хотела попить водички, — мямлю, как будто мой язык варёный.
— И как?! Попила или… — он прижимается ко мне бедром. Его толстый, здоровый орган снова будто оживает и толкается напряжённой, толстой дубиной мне в поясницу. — Или потекла?
— Нет! Да как вы смеете?
Но Саид уже задирает край моего халатика и щупает трусики. Резко дёргает, срывая крошечный клочок ткани, разворачивает к себе лицом и делает жест руками, будто выжимает мои трусики.
— Мокрющие. Как после стирки…
Саид проводит моими трусиками по члену.
— Вон пошла! — порыкивает он. — Иначе я тебе устрою… Весёлую ночку!
Я убегаю прочь, заливаясь слезами. Меня так опозорили, просто нет слов! К тому же Милена… всё видела. Она встала как раз тогда, когда Саид резко сорвал с меня трусики.
Уснуть потом, конечно не получилось. Я всю ночь прорыдала в подушку. Такой грязной я себя ни разу не чувствовала. По мне как будто танк проехался и втоптал меня в болотную жижу. С головой. Сон сморил меня только под утро!
Саид был зол. Теперь он мне отомстит. Он ведь сказал, чтобы я вела себя как мыша. А я к нему в ночной рубашке заявилась. да ещё и подглядывать их дикое порно осмелилась! Они вели себя как животные… Ни в одном порно, которое я видела, люди так извращенно и жёстко не занимались сексом, как они!
Но едва я склонила голову на подушку, как ощущаю сильный тычок в плечо.
Это то, о чем я думала полночи. За непослушанием последует расплата.
Я разлепляю глаза. Тут же в лицо летит скомканная одежда! Зажмуриваюсь и автоматически щупаю грубоватую ткань. Что это?!
— Вставай! — грубо говорит женщина. Я рассматриваю посетительницу. Восточной внешности. Высокая и толстоватая. Грозное лицо, почти мужское, широченные брови, сросшиеся на переносице. Родинка над верхней тонкой губой, размером с горох. Одним словом, не красавица! Мужик какой-то. Разукрашенный. С косметикой, она конечно же перестаралась. На бабу ягу похожа.
— Хватит дрыхнуть! — рявкает незнакомка. — Развалилась она, барыня-белоручка, как на курорте!
— Кто вы? — недоумеваю. Что за вторжение и наглый тон?!
— Я твоя начальница. Господин Ахмедов пожелал, чтобы тебя поучили манерам. К тому же ты должна отработать свой хлеб. Вставай! — рявкает женщина. — Вся прислуга уже давно трудится, а ты жирные бока отлёживаешь.
— На свои посмотрите.
Я не хотела. Честно! Но сорвалось с языка. Меня же папа любит и балует. Я и работу чёрную никогда не делаю. Ручки у меня белые. Только постель застелить могу. Больше ничего. Хамского отношения никогда не было.
Хлопок! Ещё один! Здоровенная бабища со всей дури лупит меня по щеке. Потом по другой. Я ору и захлёбываюсь в слезах и боли.
— Ты тут никто. Запомни! Сегодня будешь сидеть на хлебе и воде. Усекла?
Кричит мне в лицо и брызжет слюной.
— У тебя две минуты. На сборы. Спустишься вниз. На кухню. Не явишься, будешь на горохе стоять! — угрожает толстуха и выходит, вихляя толстой задницей.
На горохе? Серьёзно?
Вот ведь… Как школьницу какую-то попустила.
Что у них за методы такие? Воспитания. Средневековые. Мы в каком веке живем?
В аду! Напоминаю я себе. Королевство Ахмедова — это отдельный мир. Беспощадный и могущественный. Центр преисподней.
Я в ступоре. В аффекте. Что это такое? Потом вспоминаю слова Саида: “Трахать тебя не стану, но работу найду!”
Вот какая это работа, значит? Чернорабочая на кухне? Или ещё хуже — унитазы чистить заставят?! Как в армии.
Всхлипываю. Слышу смешок. В комнату вплывает Милена, разодетая в короткий халатик сливового цвета. Она трогает пальцами длинную нить жемчуга, а на шее красуются свежие синяки.
— Подарок Саида, — ехидно говорит она, гладя перламутровые горошинки. — А тебе не стоило выходить из комнаты. Саид не любит, когда его не слушают. Тебя отдали под управление Заремы. Это не баба, а просто кошмар. Желаю успехов… — хихикает Милена и выходит.
Я натягиваю униформу. Как в тюряге строгого режима! Даже хуже…
Торопливо сбегаю вниз. Сразу же получаю тычок в бок здоровенным кулаком от Заремы.
— Зови меня Зарема-ханым. Я — твоя госпожа здесь, — трубит громко, на всю кухню. Потом толкает меня в угол и показывает на гору овощей. — Чисть живенько! Помощница заболела. Теперь ты будешь делать работу за неё.
— Какую?
— Какую скажу. Рот на замок! И за работу…