Глава 2

Пересматриваю снимок и чувствую, как внутри поднимается волна негодования. Хочется позвонить по этому номеру и все этой выскочке высказать. Что она себе думает, что может присылать мне сомнительные снимки, и я тут же поверю в этот бред?

И все же, я фокусируюсь на этом. Настроение — ниже плинтуса. У нас с мужем сегодня годовщина. Четыре года брака. Я надеялась на завтрак в постель или хотя бы приятные слова, поцелуй в щечку и признание в любви, а Миша просто ушел, не оставив даже записки на столе.

В очередной раз забыл? Но я ведь в этом году предупреждала. Буквально вчера ему об этом говорила и он кивнул. Это же значит, что не забыл? Мечусь в сомнениях и все-таки набираю мужа, хотя у нас с ним уговор — посреди рабочего дня я ему звоню только по очень важной причине.

Решаю, что беременная баба, утверждающая, что беременна она от него, очень важная причина и слушаю гудки. Один-второй-третий. Миша не отвечает. Я звоню еще раз, но ситуация повторяется. Тогда я не нахожу ничего лучше, как позвонить по номеру, с которого пришел снимок УЗИ. И вот там, к счастью, мне отвечают!

Тот же голос нервной испуганной девчонки, которая звонила мне вчера. Я узнаю ее сразу, потому что заикается она точно так же.

— Что это за шутки? — иду в наступление. — Тебе родители телефон купили и ты решила пошутить?

— Я не…

Решаю, что так и есть. Продолжаю читать ей нотации и резко замолкаю. Выдохлась.

— Я вам не вру, — вдруг очень уверенно говорит она. — Не вру. Миша и правда меня любит и ребенка мы ждем. Я могу доказать. Приходите сегодня в кафе рядом с вашим домом, я вам все покажу и докажу.

— Никуда я не приду. И только попробуй еще раз позвонить или написать.

Сбрасываю. Выдыхаю. Вот так меня учила мама разбираться с теми, кто пытается влезть в мой брак. Я на ее пример достаточно насмотрелась, чтобы принимать меры сразу же. Ей вот точно так же когда-то звонили. Только вот ничего у той девушки не вышло. Мои родители по-прежнему живы и здоровы, и живут вместе счастливо.

Я как раз собираюсь заблокировать ее контакт, когда следом за снимком УЗИ прилетает еще пара фотографий. На ней — мой Миша вместе с девушкой. Красивой, но слишком молоденькой. Если бы я увидела его с ней на улице, решила бы, что он помогает ребенку. На вид ей хорошо, если есть восемнадцать. Но она действительно беременна. И живот уже большой. А еще мой Мишка держит руку на этом огромном животе и улыбается так довольно-довольно.

Ну это же фотошоп…

Невооруженным глазом видно. Я присматриваюсь и действительно нахожу сходство с фотошопом, так что блокирую девушку, потому что она еще что-то печатает. Как только блокирую — двигающаяся ручка на экране исчезает.

Ну вот и все.

Начинаю готовиться к годовщине. Принимаю поздравления от близких друзей, которые знают о празднике, от мамы с папой. Уверена, что Миша домой придет пораньше, так что успеваю приготовить нам ужин и даже сбегать в соседний магазин за свечами, чтобы устроить нам романтический ужин.

Как раз собираюсь одеться, когда слышу щелчок замка. Выбегаю в коридор в одном нижнем белье, радостно улыбаюсь, когда вижу Мишу, а перед глазами неожиданно возникает чертов чужой снимок УЗИ. Я так и замираю. Улыбка сползает с лица, желание что-то праздновать пропадает.

Но тут же возвращается, когда вижу в руках у мужа букет из трех роз. Он улыбается, подходит ко мне и протягивает мне букет:

— С годовщиной, любимая!

Это первый. Первый раз, когда Миша вспомнил о нашей годовщине. Да, я ему говорила, напоминала, но ведь не забыл! Пришел с розами!

— У меня ужин уже готов.

— Нет, милая, ужинать мы будем не дома, — сообщает мне. — Одевайся красиво, мы поедем в очень хорошее место.

Сказать, что у меня от его слов челюсть едва не падает от удивления на пол — ничего не сказать! Мы всегда праздновали годовщину дома, я готовила, зажигала свечи, Миша ел и шел со мной спать. А тут… какое-то место!

Я в предвкушении срываюсь с места и бегу в спальню. Вываливаю из шкафа все платья, перебираю.

— Надень вот это, — говорит Миша, достав из вещей красное платье.

— Это? — неуверенно смотрю на слишком откровенное платье.

— Почему нет? Сегодня особенный вечер.

Я киваю, но все же немного неуверенно надеваю это платье. Глубокое декольте меня смущает, а еще открытые руки. Мише обычно не нравятся мои руки, хоть я и ношу эску, а не эмку.

— Миш… — зову его, когда застегиваю платье.

— Что? — появляется на пороге кухни, смотрит на меня.

— Ты же точно не хочешь ребенка?

— Что за вопросы странные? — хмурится.

— Просто… ты же знаешь мою ситуацию и…

— И что? Прекращай уже, какие дети. Не время для них. Нам пора выходить.

Я быстро набрасываю на плечи черный пиджак, хватаю сумочку и надеваю туфли. Они не особо подходят под этот наряд, потому что старые, но других у меня нет, так что я спокойно надеваю их и улыбаюсь Мише, который почему-то недовольно меня осматривает. Сам же просил так одеться.

— Миш… — зову его снова и зачем-то достаю свой телефон. — Это кто? — показываю ему переписку с фотографиями.