Глава 8

Взгляд.

Алчный, грозовой, темный. Жаждущий.

Я ощутила его на себе и замерла, ощущая себя птицей, перед которой открыли клетку. А она — взяла и влетела. Смотрела — и не могла отвести взгляда. Понимала, умом, что мужчина гневается, что он воспринял мой прямой взгляд как вызов, что мне надо склониться почтительно — и бежать. Бежать как можно дальше.

Рядом с ним все казались мелкими и ничтожными. Хотелось опуститься на колени и почтительно прижать лоб к полу. Но я глядела в сверкающие злыми молниями серые глаза — и не могла оторваться.

Как же он хорош. Яростный. Сильный.

Изначальный. Звездный лорд. Нам же рассказывали и о них тоже. Главным образом про то, что от этих существ надо держаться подальше. Или — если тебе не повезет и Звездный лорд обратит на тебя свое внимание… Расслабиться и смириться.

Я же просто не могла взгляд от него отвести.

Огромный, какой же он огромный. Мощные плечи, торс… Каменное лицо, которое можно было бы назвать красивым — черты, хоть скульптору высекай, хоть поцелуями покрывай, шалея от восторга. Но дышащее яростью лицо, горящие глаза…

Но хорош…

Наша желтокожая орчанка дернула меня за руку так, что я думала — оторвет.

— Простите, высокочтимый лорд! Дикарка, мой лорд.

Она тащила меня подальше от Изначального.

— Ты совсем сумасшедшая, Каро! — остановилась она, ноздри гневно раздувались, — да лорд Рос одним взглядом тебе мозги выжжет. Хотя… Похоже, у тебя их и не было никогда.

Она втащила меня в комнату. И злобно фырча, заперла.

У меня кружилась голова, я готова была кинуться — и на нашу орчанку, и на дверь, и на охрану, если та появится. Кинуться и закричать: «Отведите меня к нему!»

Сумасшедшая? Да!

Без мозгов? Возможно.

Но жажда этого мужчины с каждой минутой была все сильнее и сильнее.

Единственно, что меня удерживало от крика — это странная уверенность, что он испытывает то же самое. И что меня отведут к этому странному человеку. Хотя какой там человеку! Каро! Ты же в космосе, бездна знает как далеко от дома.

Изначальный. Странная раса, что находится на самой верхушке власти, правит, по сути, всеми известными мирами.

Лорды. Лорды космоса, о которых отзываются со страхом и почтительными придыханием.

Но мне было все равно. Я поняла, что хочу его. Хочу этого странного гневного мужчину.

Шипения двери я ждала с… предвкушением. Хотя какое там предвкушение! Меня подтряхивало, опаляя огнем. В горле пересохло. И хотелось жалобно стонать.

Как же я жаждала его прикосновений!

И при этом прекрасно себе отдавала отчет в том, что на этот раз дело было не в возбуждающих препаратах, которые щедро использовали на сотрудницах.

«Каро, что с тобой?» — попытался робко промяукать внутренний голос.

«Хочу, хочу, хочу» — билось во мне что — то.

Дверь наконец открыли.

Я вскочила.

— Некуда бежать, дурочка, — тяжело вздохнула орчанка. — Ладно, делать нечего, пойдем. Сама виновата.

«Виновата! Виновата!!!» — чуть не закричала я, в последний момент прикусив язык. Вдруг к этому лорду с высокомерными и недовольными взглядами сумасшедших и перевозбужденных нельзя доставлять? Тогда я точно умру, потому что без его прикосновений…

Меня крепко схватили за руку — я застонала, что потому что прикосновения были не те. Не ЕГО…

Шаги, шаги, шаги.

Да куда же меня ведут, почему так долго.

«Интересно, — внезапно в голове забилась хулиганская мысль… — Если это будет лес. И если будет предполагаться, что он должен будет преследовать — этот самый лорд с горящими глазами сильно удивится, если я на него брошусь? А… смогу ли я его уронить… И воспользоваться его беспомощностью?»

Все — таки момент, как меня втолкнули куда — то, я пропустила.

Не было леса, не было еще какого — то антуража. Была тьма. И где — то — невозможно близко и невероятно далеко — хриплое дыхание, так созвучное с моим.

Я замерла, пытаясь что — то понять. Потом вдохнула запах мужчины — терпкий, вожделенный. Он подходил сзади. Выставила вперед руки — почувствовала стену, оперлась о нее, склонив голову, чуть захныкав.

Ну же, давай. Вот она — я, так жаждущая твоих прикосновений, да так, что слезы выступают на глазах. Давай же!

Возбуждение охватывало меня, уже просто причиняя боль, скручивая мышцы тугим узлом, но мужчина, находящийся от меня на расстоянии нашего дыхания, отчего — то медлил.

Ну уж нет!

Я перестала изображать покорность, и — развернулась к нему, в темноту, навстречу глыбе, в которую превратился лорд, которого я вожделела со странным, необъясним, сводящим с ума безумием.

Шагнула к нему, довольно поймала удивленный возглас.

Положила руки на каменные горячие плечи.

Потерлась о его божественно гладкую кожу.

Так, а почему мне не хватило ощущений? Что не так?

А, я же еще в тунике. Сбросить!

Мгновение — я трусь о него обнаженным телом, ловлю его судорожные вскрики. Как же гулко бьется его сердце. Прижимаюсь губами, чуть прикусываю. Там, где — то глубоко раздается барабанная дробь — это мне салютует его сердце.

Чуть отстраняюсь — он тянется за мной с долгим глухим стоном.

Да наклони же голову! Ощутить вкус твоих губ — самое важное во всех Галактиках, что существуют и не существуют! Неужели ты этого не чувствуешь?

На мгновение я пугаюсь: а что, если у них целоваться не принято? Если мне будет в этом отказано?

Но мужчина подхватывает меня под попку — я охватываю его торс ногами — и врывается жарким, страстным, поцелуем.

Да! Да!!!

Я запускаю пальцы в его жесткие волосы, трусь об него, рычу от нетерпения.

— Ты странная, — бормочет он.

В ответ кусаю его за губу. Зачем разговаривать?

Он не то смеется, не то стонет. А потом…

Потом… Долгожданное, прекрасное, доооолгоееее… Плавное движение… В меня.

Я задыхаюсь от восторга.

Этот бесконечно прекрасный момент все длится и длится. Потом также медленно и плавно, словно это и не он подрагивает от нетерпения, мужчина выходит из меня, чтобы ворваться снова — уже резко и мощно.

Я запрокидываю голову и кричу.

От восторга и… освобождения. Освобождения?

Тело бьется в сладостных, желанных содроганиях, Вселенная просто рассыпается, а потом собирается в ослепительные звезды.

— Какая горячая малышка, — шепчет мужчина. И я понимаю, что его гнев куда — то испарился — и он улыбается. — Я польщен.

А уж насколько я в шоке…

Но все мысли разбегаются прочь, потому что лорд несет меня куда — то. И осторожно, словно величайшую драгоценность опускает на постель. Я чувствую обнаженными лопатками прохладу простыни.

— Ты же не дашь мне погибнуть неудовлетворенным, девочка.

Яростно мотаю головой — ему? погибнуть? Да не в коем случае! И тянусь за новой лаской.

Мужчина нависает надо мной. И я вся раскрываюсь ему навстречу. Давай, милый! Я так хочу этого… По — моему, я произношу это вслух. Он смеется:

— Какие занятные препараты у Тима.

Не знаю почему, но меня это обижает. Ну при чем тут этот мерзкий работорговец? Я. Я хочу. Сама.

— Сама? — удивляется мужчина, подхватывает под колени — одним движением входит в меня. Как хорошо… С первого движения, с первого прикосновения.

Я замираю. Почему — то не закрываю глаз, не остаюсь сама со своим наслаждением, отгородившись от партнера. Я любуюсь, дышу с ним вместе, мы сливаемся криками и биением сердца.

Он хрипло и рвано дышит, но тоже не сводит с меня пылающего взгляда. И выглядит так, словно мы не любовью занимаемся, а сражаемся. Давай, милый, я не против.

Как хорошо!

Наши разгоряченные тела, танцуют, поймав ритм друг друга. Этот ритм барабанами грохочет в ушах, нарастает и нарастает, уводит за собой.

И в какой — то момент, на пике, в него вплетается властный голос лорда:

— Вместе! — рычит он.

Звезды… Они, оказывается, так близко… Надо лишь перелететь на другой конец галактики и познать мужчину. Звездного лорда.

Наши крики раздаются в унисон. Мы умираем и возрождаемся.

Наверное, сердца не могут биться в таком бешеном ритме, а тела — так сладостно содрогаться, но… У нас получается.

А потом… Потом он начинает сиять. Плечи словно обнимает пламя.

В первый момент я пугаюсь. Потом понимаю — это же засветились его руны.

— Красиво, — шепчу я и провожу по ним пальчиком.

— Ты… — голос у мужчины как — то пропадает, — как ты?

— Лучше, чем когда — либо, — отвечаю я в ответ.

Он с каким — то ожесточением трет лоб. И смотрит на меня с горечью, будто я вот — вот упаду замертво.

— Нет, — сообщаю я ему недовольно. Кровь еще бурлит во мне, сладкая истома растекается по телу. Я протягиваю руку — и глажу его нахмуренные брови, напряженный лоб. — Мужчина, который подарил мне такое, м — м–м-м — м–м, наслаждение, не должен хмуриться.

— Мне еще никогда не говорили, что я должен делать, а что — нет, — вдруг начинает смеяться он. Из глаз уходит напряжение и явное ожидание чего — то плохого. — Как — то не случалось.

— Может, пора?

— Ты очень странная.

— Ты это уже говорил, — смеюсь в ответ.

— Откуда ты? — он снова нависает надо мной.

Изворачиваюсь — и прикусываю его живот:

— А еще разочек? — пытаюсь смотреть на мужчину глазами котика из Шрека.

— В душе, — командует он — и подхватывает меня на руки.

— О! — сообщаю я ему, — от одного твоего голоса, да с такими интонациями можно достигнуть экстаза и без секса.

— Странная, — подводит он итог, на мгновение замирает, напряженно вглядываясь в мое лицо.

— В душ? — ворчу я недовольно. — Обещал же.

— В душ, — соглашается он.

Ночь была долгой. Волшебной. Я немножко сорвала голос, и все боялась заснуть. Потому что если заснешь — наступит завтра. Лорд улетит, меня ждет бордель и другие мужчины, которых — я почему — то была в этом уверена — я просто не захочу.

Поэтому… От этих невозможно сладких, невозможно звездных часов надо взять все. И как хорошо, что мужчина посчитал так же. И не был скуп на ласки.

Но утро пришло. С шипением раскрытой двери, с заглядыванием желтокожей орчанки и… двух бугаев, чем — то похожих на ящериц, позади нее. Один из них держал в руках какую — то тряпку.

Я тихонько поднялась — и прижала палец к губам. Звездный лорд только — только заснул. И не следовало всяким его тревожить.

Они уставились на меня с таким видом, словно привидение увидели.

— Каро? — одними губами проговорила орчанка.

Я подошла к этой живописной группе, забрала у ящерицы тряпку, закуталась в нее. Искать тунику не хотелось. Окинула последним взглядом спящего — все — таки он нечеловечески хорош! — и вышла.