Глава 11

Аврора

Вцепившись в его крепкую руку, я пристально смотрела Марату в глаза. Он вновь облизнулся, но потом, что-то пронеслось в его взгляде, тень какого-то воспоминания, и мужчина, прочистив горло, отпустил мои волосы. Он отошел, повернувшись ко мне спиной, как будто боялся, что я могла разоблачить его эмоции.

— Укладывайся, — снова приказ. Марат оглянулся через плечо, вопросительно вскинув густую правую бровь, — особенное приглашение ждешь? Поторапливайся.

— Почему ты так поступаешь со мной? Что я сделала такого, чтобы заслужить подобное поведение и отношение к себе? — во мне бушевал ураган различных эмоций, но взяв себя в руки, я тихо спросила у мужчины причину своего непонимания всей ситуации. Марат холодно смотрел на меня, а потом молча оставил одну в своей комнате. Следом за ним выбежала псина, и я с облегчением выдохнула, потому что безумно боялась животное. Как только Крах убрался из спальни, за ним тут же закрылась дверь, и по всему помещению отчетливо разнесся щелчок замка. Марат запер меня тут, чтобы я наверняка не посмела сбежать. Даже не пыталась, иначе у меня были бы большие проблемы.

Делать нечего… как бы я не хотела поддаваться мужчине, он все равно подчинял меня себе. Утешало одно, что Марат не закрыл меня в каком-нибудь подвале, но я особенно не радовалась нынешней обстановкой. До ужаса боялась, что мужчина все-таки склонит меня к сексу, или вовсе возьмет меня силой вопреки моему нежеланию. И пусть мое тело реагировало на его прикосновения новыми для меня ощущениями, но разве другие девушки или женщины не так воспринимали мужчину?

Я тряхнула головой, затем провела по влажным волосам рукой. Мои кудряшки перепутались, черт бы побрал. Со вздохом поднялась с кровати и снова вернулась в ванную. Я нашла на полочке обычную расческу в виде гребня, и постаралась аккуратно расчесать свою вуаль длинных волос. Глядя в зеркало на себя, я отметила, что под глазами залегли тени. От недосыпа и недоедания за последние две недели мое тело начало реагировать на недуг, я походила на живого мертвеца. Сами собой глаза наполнились слезами, но я продолжала тянуть гребень вниз, распутывая на голове гнезда. Боже, в кого я превратилась… Зачем я только сбежала… Неужели не было другого выхода, твою мать! Сама на себя злилась, окончательно отчаявшись в своем побеге в никуда. Но прямо тогда я не видела путей отступления.

Как бы мне хотелось сейчас вернуться в прошлое на пару месяцев назад и сказать отцу все, что я о нем думала. Я винила его за смерть мамы. И считала, что именно он имел отношение к ее скорой кончине. Смахнув со щек мокрые дорожки, я отложила гребень и включила холодную воду. Набрав прохладу в ладошки, ополоснула лицо, остужая пылающие щеки. В глазах защипало от резкой смены температуры. Я выпрямилась и начала нащупывать полотенце, которое точно видела у раковины.

— Ты это ищешь? — за моей спиной раздался хриплый голос Марата. Я остолбенела, леденея от его внезапного появления. И как же я не расслышала его шагов, утопнув в своих мыслях?

Марат протянул мне махровое полотенце, пока наш пристальный взгляд, в отражении удерживал связь между нами. Мужчина был выше меня — намного. Я практически дышала ему в грудь. Его мощные плечи, обтянутые рукавами рубашки, напряглись.

— Могу я остаться ненадолго одна в ванной? — с претензией на наглость, спросила я.

— Можешь, — уверенно ответил он, швырнув полотенце на раковину. — У тебя пять минут, Аврора.

Я ничего не ответила ему, лишь схватила ткань и мигом стерла с лица остатки влажности. Украденный осколок я спрятала за крышкой унитаза, и, убедившись, что Марат вышел, вынула его. Только вот незадача, как мне его взять с собой в спальню… Черт возьми. Я оглянулась в поисках хоть чего-нибудь и наткнулась на халат, который намеревалась надеть чуть раньше, и там как раз были карманы. Осколок небольшой, и вряд ли будет замечен мужчиной.

С новообретенной уверенностью, я накинула его на себя, скрывая наготу от глаз Марата. Хватит, насмотрелся уже, и ложиться с ним я буду только в нем. Я тихонько приоткрыла дверь и выглянула в образовавшуюся щель: псины не было в комнате, скорее всего он его увел в другую комнату или на улицу. Сам Марат уже лежал в постели, закинув руки под голову. Он закрыл глаза, как будто уже спал. Но я знала, что он ждал меня. Тонкая простынь прикрывала его до бедер, и, конечно же, я не могла не заметить его полувозбужденный член, скрытый ею от моих глаз. Шумно сглотнув ком в горле, я еще раз разложила порядок своих действий в уме на случай, если Марат захочет большего от меня. Собравшись с духом, я преспокойно вышла и бесшумно продефилировала до его кровати. Мужчина продолжал лежать смирно с закрытыми глазами. По мере приближения, я разглядывала его черты умиротворенного лица, как будто передо мной лежал совершенно другой мужчина. Широкая грудь и небольшая поросль волос на ней, его пресс, накаченный до одури, узкий таз, но с такими же мощными, натренированными бедрами — не будь бы он сволочью, многие дамочки истекли б слюной.

— Так и будешь смотреть на меня? — он резко распахнул глаза, поймав меня с поличным. Я немедленно опустила глаза в пол, не желая того, чтобы он заметил во мне стеснение за подсматривание. — Ложись.

Во мне все противоречило, и другая я кричала сама на себя, чтобы не поддавалась, но умом я понимала, что находилась в совершенно безысходном положении. Либо я сама — добровольно, либо Марат применит силу. Обойдя кровать, я села на край, вцепившись в поясок. Нет-нет, только в хоть какой-то одежке, но только так.

— Сними его.

— Нет, — я мигом обернулась к Марату. — Разреши остаться в нем… прошу, — взмолилась я.

Марат с подозрением осмотрел меня, вновь возвратив свой взгляд на мое лицо. Молчание убивало во мне всю стойкость, а нервозность и тревога лишь возрастали.

— Ладно, — как-то легко согласился он, и я осторожно прилегла, касаясь головой подушки. Лёжа спиной к нему, я затаила свое дыхание, а тело предательски задрожало. Затем Марат сам повернулся ко мне и накрыл простынею, намеренно касаясь моего бедра. Я зажмурила глаза, вцепившись левой рукой в осколок, который удерживала в кармане. Перед тем как лечь, я сунула ладошку в него. Марат придвинулся ко мне еще ближе и теперь я ощущала жар его груди своей спиной. Он аккуратно убрал мои волосы в сторону, открыв доступ к моей шее… наклонился и начал ее целовать, постепенно оголяя плечо, попутно убирая мешающий халат. Я не шевелилась.

— Аврора…, — зарычал он, поворачивая меня лицом к себе, и наша зрительная связь вновь нами завладела. — Тебе ведь нравится, когда я прикасаюсь, не ври, куколка.

— Это не так, — зло ответила ему. Марат, судя по всему, ожидал именно то, что я сказала. Он ухмыльнулся, затем прошелся взглядом по моей груди и медленно повел рукой вниз, лаская мою кожу нежной пыткой. Наблюдая за мной, как я извивалась, словно в меня вонзали иголки, он не останавливался. Мы оба тяжело дышали, и, если он от возбуждения, то я от ожидания подходящего момента. Как только Марат добрался до пояса, и уже начал его развязывать, я не выдержала и резко вынула руку из кармана, приставив осколок к его горлу.