28

Сердце замерло, а потом забилось с бешеной скоростью.

Больше всего на свете я боялась, что это Аэрон пришел потребовать расчет за свое «гостеприимство». С него не убудет.

Пошатываясь, я поднялась с кровати. Ватными ногами я почти доползла до двери. Дрожащими руками повернула ручку и осторожно приоткрыла ее.

Чему суждено случиться, того не избежать. Сейчас я не была готова вступать с ним в споры или борьбу. На это нужны были силы, которые, кажется, иссякли уже.

Уже готовая на всё, я застыла, как статуя.

На пороге стоял мой Матью. Мой маленький герой. Пусть бледный, но глаза искрились радостью.

— Леди… Мама! — прошептал он, спохватившись, что совсем забыл нашу вымышленную.

Он шагнул мне навстречу, и я крепко прижала его к себе.

— Матью, как же я боялась, — выдохнула я.

Прижимала его к себе так крепко, как только могла. Боялась снова потерять.

Не знала даже, кто кому больше нужен: я ему или он мне.

— Не бросайте меня снова, — шепнул он.

Я отстранилась, чтобы посмотреть на него.

— Ни за что. Теперь всё будет хорошо, — сказала я, хотя сама не была до конца уверена в своих словах. — Мы ведь вместе.

Правда, насколько долго, я не знала, но была уверена, что Матью появился тут, чтобы подарить мне чувство безопасности, а затем манипулировать мной через него. Так ведь просто дать желаемое, чтобы потом этим шантажировать.

Служанка, стоявшая чуть позади Матью, чуть выступила вперед и замялась.

— Госпожа, я провожу мальчика в соседнюю комнату. Там приготовлено всё для его отдыха.

Я кивнула, не отрывая взгляда от Матью.

Короткая встреча, чтобы я не расслаблялась.

— Иди, — улыбнулась я. — Скоро мы увидимся, обещаю.

Матью кивнул. Он нехотя отпустил мою руку и поплелся за служанкой.

Я поймала себя на мысли, что все происходящее воспринимаю как будто со стороны. Как будто все это происходит не со мной.

Стояла и просто глядела, как Матью уходит вслед за служанкой. Сердце разрывалось от тоски и тревоги.

Я прислонилась к стене, пытаясь собраться с мыслями.

Пленница и рабыня. Безвольная кукла, которую перекладывают с полки на полку. Сломают и выкинут.

Возможно, это не самая худшая участь. Может, стоит сдаться и принять участь рабыни? В худшем случае наложницы. Но все же лучше, чем трупа в море.

А мне было ради чего жить. И ради кого.

Вошла в спальню и снова вернулась в кровать. Укрылась мягким одеялом и только закрыла глаза, как дверь снова открылась. Но в этот раз без стука.

Я вздрогнула от неожиданности. На пороге стоял Аэрон. Его появление не было неожиданным, но я так и не смогла сдержать дрожь.

Ничего с собой поделать не могла. Он вызывал во мне весьма противоречивые чувства.

— Я выполнил твое желание, — хищно улыбнулся он. — Теперь твоя очередь. Утром я жду тебя нарядной и готовой выполнять роль, которая тебе отведена.

Я молчала, не зная, что ответить.

Хотелось и поблагодарить, и задать миллион вопросов, но в его присутствии я не могла выдавить и слова из себя. Как минимум потому что не была уверена в чистосердечии его поступков.

Аэрон остановился в нескольких шагах от меня. Глаза блеснули синевой.

— Так, когда, говорите, вас похитили? — произнес он, размышляя вслух. — Мне вдруг стало жутко интересно.

Так вот где я прокололась. Я сжала кулаки, стараясь не выдать своих эмоций. Теперь он мне точно не поверит.

— Он мой названный сын, — ответила я, стараясь избегать его взгляда. — Он спас мне жизнь.

Аэрон медленно кивнул, словно оценивая мои слова.

— Интересно, — произнес он, растягивая слова на слоги. — Теперь мне интересно всё о тебе. Абсолютно всё.

Он сделал шаг ближе, и я невольно вздрогнула. Почему-то в компании этого синеглазого я чувствовала себя странно. Как будто меня подвесили за ниточки и пытаются дергать.

— Боишься? — Аэрон хищно растянул губы в улыбке. — Стоит бояться только в том случае, если тебе есть что скрывать…

Перед глазами живо встала картина, как он насильно влил в рот той девчонке свое зелье. Ее крики и муки никогда не сотрутся из моей памяти.

Нужно быть полной идиоткой, чтобы себя самой сдать с потрохами. Разумеется, все тайное рано или поздно становится явным, но пока я была не готова к

— У всех есть тайны, — я посмотрела прямо ему прямо в глаза.

Аэрон улыбнулся и отступил на шаг назад. Затем на второй.

— Скоро между нами не останется тайн, — ответил он. — А пока… отдыхай. Тебе понадобятся силы.

Он повернулся, чтобы уйти, но на пороге остановился, когда я его окликнула.

— Будете принуждать?

— Возможно, — усмехнулся он, не оборачиваясь. — Я еще не решил.

Дверь тихо закрылась за ним, оставив меня одну с множеством вопросов и ни одним ответом.