Глава 56. Последний из списка

Эйран

Прежде чем старая фея ответила мне, аккуратно вмешался Лас:

— Ну, я вас покину. Удачи вам в любовных делах, Эйран. – Он улыбнулся, а его фейские крылья встрепенулись.

— Она мне пригодится, – кивнул я.

— И в следующий раз всё же запросите разрешение, прежде чем вторгаться в закрытый мир. А то наказания не избежите.

С этими словами странный дракон исчез. Я же перевел взгляд на Целестию. Она хмуро указала на вход в дом.

— Заходи. Кое-что тебе покажу.

Я был в предвкушении. Впервые за десятилетия поисков у меня в руках была настоящая ниточка, которая может привести к избавлению от проклятья. Однако всё получалось слишком легко. Это настораживало. Но я пытался отмахнуться от подобных мыслей. В конце концов, мне не везло столько времени. Должна ведь и в моей истории появиться надежда на счастье?

Дом изнутри показался куда больше, чем снаружи. Целестия пригласила меня за стол, который уже был накрыт на двоих. Словно она заранее почувствовала, что я прибуду сюда.

Я сел на стул, но не спешил чаевничать. Мне не терпелось узнать, где же я могу найти Люсильду. Однако я молчал и ждал, когда фея сама заговорит. Будто боялся спугнуть столь редкое в моём случае везение…

Целестия медлила. Она прошла к какому-то стеллажу и вытащила оттуда небольшой сундук. Молча поставила его на стол, отчего чай в чашках всколыхнулся, но не пролился. И лишь после хозяйка дома села напротив и указала на этот странный ящик.

— Открой.

Я не понимал, что происходит.

— Что там?

— Лучше один раз увидеть.

Фея сделала глоток из чашки. Я не стал медлить и открыл сундук. Сначала мне показалось, что внутри обычный песок или совсем маленькие камушки. Но, присмотревшись, я понял, что это уменьшенные свитки. Взял один из них, и тот вдруг увеличился до полноценных размеров.

Раскрыл.

— Это договор. – Я начал бегать глазами по знакомому почерку. Момент, когда я подписываю подобную бумагу, снился мне в кошмарах очень долгое время. Без сомнений. Его составляла Люсильда. Но условия совсем другие. Что-то о смене расы. И подпись чужая.

— Это не мой.

— Конечно, – Целестия медленно кивнула, – твой остался последним.

Она указала взглядом на полку справа. На ней стояла подставка для большого количества свитков, однако сейчас все отделения были пусты. Кроме одного.

— Я могу взглянуть?

— А ты его не помнишь? – Целестия усмехнулась. – Конечно. Но знай, что это просто копии. Если порвешь – ничего не изменится.

— Я не сомневался, – с сожалением ответил, подошёл к полке и выудил свиток. Пальцы зажгло, словно в первый день. Когда я вот так же прикоснулся к подобной бумаге. Только тогда то был жар предвкушения. Я думал, что меня ждёт великая жизнь, полная свершений. А теперь… теперь пламя сожаления жгло руки.

Конечно, сила и бессмертие наполнили мою жизнь и величием, и свершениями. Всё, как я хотел. Вот только цена оказалась слишком велика.

Я пробежался глазами по договору. Всё, как я помнил. До запятой. Я тысячи раз возвращался к нему, чтобы найти лазейку. Увы, тщетно.

— Что это всё значит? – спросил я наконец, вновь садясь за стол. – Почему я последний?

— Ко мне до тебя приходили все они, – Целестия указала на сундук, – и все узнали правду. Остался один ты. Как только с тобой будет покончено, я смогу уйти на покой.

Я нахмурился. Эта фея связана каким-то обязательством? Поэтому она всё ещё жива? Ведь если они с Люсильдой дружили… она уже давно отжила свои годы, которые положены природой.

И всё же это было странно. Тысячи людей смогли отыскать эту фею до меня?

— Я очень долго искал хоть какие-то ниточки, которые могли бы привести меня к Люсильде. И о вас узнал недавно. Причем почти случайно…

— Ну, мой дорогой, во всём есть очередь. Люсильда составила список. И ты в нём был последний. Потому и узнал обо мне только сейчас. Видимо, договор с тобой занимал особое место в её сердце, – Целестия сделала особый акцент на последнее слово.

— И не только в её, – со вздохом кивнул я. – Ведь моё эта ведьма натурально украла.

— Ты сам его отдал.

— Это нюансы. Я хочу вернуть всё на свои места. Скажите, наконец… где я могу найти Люсильду?

Фея смолкла, опустила взгляд, и на её лицо опустилась печаль скорби. Я сразу понял, что ничем хорошим этот разговор не закончится.

— Ты уже не найдёшь Люси.

— Почему?

Во мне начинало нарастать чувство тревоги. Не было гнева и злости. Был лишь страх. Страх оказаться в абсолютно безвыходном положении…

И Целестия оправдала мои опасения. Следующие её слова стали выстрелом:

— Милый мой, Люси мертва. Прости, но ты уже никогда не сможешь разорвать с ней договор и вернуть своё сердце.

Она говорила шепотом, но эти фразы оглушили меня. Я потерялся в пространстве. Целестия продолжала что-то рассказывать, но я уже не слушал. В ушах стояли лишь гул и скрип, как когда кусочки стекла трутся друг об друга. Это моё искусственное, каменное сердце пыталось как-то реагировать на все те чувства, что родились внутри.

Оно не билось.

Лишь безжизненно скрежетало.

— Значит, это конец, – произнес я, безвольно смотря в сторону.

— Мне очень жаль, – с тоской ответила фея. – Перед смертью она попросила меня рассказать всем об этом. Наверное, в этом её желании оказалась особенная сила. Я не могу умереть, пока не исполню его. Поэтому я рада, что ты пришёл…

Целестия взмахнула рукой, и свиток с моим договором оказался возле неё. Он уменьшился и такой же песчинкой упал к куче других историй разрушенных судеб.

— Прости, что не смогла помочь тебе.

Я слушал, но не слышал. Во мне разом всколыхнулось столько эмоций, что в итоге не осталось ничего. Лишь пустота и чувство безысходности.

— Как наивен я был, когда думал, что можно поиграть с силой, а после вернуть всё на свои места, – тихо шепнул я скорее сам себе, но Целестия всё же ответила:

— Не вини себя. Ты был юн. Все мы совершаем ошибки. Однако мне жаль, что свою ты уже не сможешь исправить так просто, – она смолкла на какое-то время. – Я надеюсь, ты ведь не оборвешь свою жизнь здесь и сейчас после столь ужасной новости?

— Нет, – я мотнул головой и медленно поднялся. – У меня ещё остались дела. Мне теперь придется очень много всего поменять…