Глава 3

Света

Так, начинать, как обычно, стоило с простого. Если я классическая попаданка и за мной не гонится демон, дракон или сумасшедший эльф, то стоит начать с того, чтобы проверить вообще мое ли это тело. Естественно, опустила глаза на свои ноги. Я, Светлана Тень, только два дня назад сделала себе педикюр и накрасила ногти ног ярко-красным, а на меня смотрели совершенно обычные ногти. Значит, тело не мое.

Ножки, кстати, были-таки ничего, оставалось только удостовериться, что все и остальное не подкачало, а то попасть в тело какой-то уродины меня как-то совсем не прельщало.

Нет, конечно, после определенного возраста красота — это про уход, да и вообще из любой можно сделать красавицу, были бы деньги и желание, но это у нас, а что тут — неизвестно и проверять на себе, как это работает в этом мире, прямо так сразу не хотелось.

Я еще раз огляделась вокруг. Да уж бардак страшный, деньги тут, если и водятся, то редко. Интересно, если я сейчас спрошу про зеркало, вызовет ли это подозрения у кактусов?

А то черт его знает, если вдруг я попала в мир, в котором водятся высокоинтеллектуальные кактусы-роботы, а я в их глазах вообще существо крайне подозрительное. Могут и донести, куда не стоит, а меня пока общение с официальными органами не прельщает от слова вообще и совсем. Тут бы с собой разобраться для начала…

— Пей, легче станет. — Кактус женского пола подполз ко мне на своих паучьих ножках и, кажется, как-то уж очень настоятельно моргал своим камерой-глазом.

— Мне бы сначала помыться, — канючила я, пить содержимое пробирки все еще не решалась, а то вдруг меня эти роботы усыпить пытаются, а потом на органы?

— Воды осталось на три душа по пятнадцать минут или одну ванну, — с важным видом заявил мне дед Пихтоа, а я задумалась. Это значило, что не сегодня, так завтра придется решить вопрос с финансами и водой.

— Тогда лучше душ, — заметила я, — и вообще, приберитесь тут, пока я буду мыться, — решила стрельнуть в небо в надежде, что попаду прямо в глаз. Если этот дед знает о воде, то, скорее всего, эти кактусы — домашние помощники или что-то вроде того.

— Свелиана, ты же сама всегда запрещала нам убираться, если в отсек было совершено постороннее вторжение.

Та-а-ак! Постороннее вторжение?! Это уже серьезно! На секунду даже то, что имя у меня почти не изменилось, и то, что у меня новое тело, потеряло свое значение. Все поблекло. Меня что, пытались ограбить? А возможно и убить?

От одной подобной мысли ком встал в горле, потому что не исключено, что и убили. Только не меня, а ту, что была в этом теле.

Плохо, очень плохо.

Не самое привлекательное попаданство из всех, о которых я читала ранее.

Но, кажется, мне просто не оставили выбора, а значит, глубоко вдохнуть, медленно выдохнуть и отложить панику.

— Кто вторгался? Есть ли запись? — поинтересовалась я деловым тоном.

Своих врагов надо знать в лицо! Да и вообще, не стоит пока вызывать подозрения у кактусов, может, они только на первый взгляд такие милые, а внутри встроенная функция уничтожения или бог знает что еще.

В ответ на этот вопрос дедовый кактус подъехал ко мне поближе и начал трансляцию прямо на белоснежную стену.

Надо придумать ему другое имя. Ну честное слово, не могу я называть кактус именем деда Пихтоа, уж не знаю, что это может значить в этом мире, да и не имеет это особого значения. Факт налицо, у меня просто язык не поворачивается его так называть.

— А почему на записи только я? — поинтересовалась осторожно. Потому что передо мной была красивая рыжеволосая девушка, не кудряшки, но приятные волны чуть ниже плеч, белоснежное лицо с россыпью веснушек и озорной взгляд. Она явно была моложе, лет двадцать от силы, хотя откуда я знаю о косметических возможностях этого мира? Может, этому телу двадцать последние триста лет?

Вот я открыла дверь и пригласила кого-то за стол и даже приняла из его рук напиток. А потом упала на пол.

Черт! Значит, меня как минимум усыпил, а скорее всего, просто отравил кто-то знакомый. Не стала бы Свелиана распивать пробирочки непонятно с кем, да и впускать к себе тоже…

— Есть ли картинка этого существа? — требовательно поинтересовалась я у кактуса, а он внезапно прекратил показывать хоть что-то и полностью погас.

Этого еще не хватало! Неужели сломался на самом важном и интересном моменте? Быть этого не может!

— Что это с ним? — поинтересовалась я у Иванки. Чем черт не шутит, может, тезка жены предпоследнего президента США в курсе. Женщины вообще потрясающие существа, они всегда все про всех знают. А уж с таким именем и вовсе его оправдывать. Кто, если не она?

Кактус с бантиком подполз к деду и многозначительно ткнул его одной из своих лапок. Никакой реакции.

— Перезагрузка с полным форматированием, — совершенно спокойно констатировала она.

— Как с полным форматированием? Будет же частичная потеря данных! — ужаснулась я, даже моих посредственных земных знаний хватало, чтобы понять: что меня только что настиг пушистый зверь, имя которому песец. Как будто без него проблем мало было!

— Полная потеря данных, — «утешила» меня Иванка.

Ну все!

Я словно, тигр в клетке, металась из угла в угол, позабыв и про душ, и про то, что у меня тут новое тело и оно не осмотрено. Моих знаний техники явно не хватало для решения подобного рода задач.

— А данные восполнимы хоть как-то? Мне очень нужна эта запись! — Я сделала выражение лица, как у котика из «Шрека», не уверена, конечно, что это хоть как-то сработает на роботов из другого мира, но других вариантов у меня все равно нет…Так что…

— Дед Пихтоа восполнит все полностью, я и Расмус поделимся нашей памятью, — сообщила Иванка, а я уже спокойно выдохнула. Хотя подождите, кто такой Расмус?

— А где Расмус? — осторожно поинтересовалась. Нет, еще больше мне хотелось знать, кто такой Расмус, но начинать надо было с простых вопросов, которые не могут меня случайно выдать даже роботам. Они, конечно, больше похожи на буйную смесь домашних питомцев и помощников, но рисковать как-то совсем не хочется.

— Так напился опять смазочного масла и валяется непонятно где, — проворчала Иванка, а мне от удивления даже икнуть захотелось. Простите, что? У меня в домашних питомцах ни много ни мало робот-алкоголик? Час от часу не легче! Это где же бывшая хозяйка этого тела такое счастье нашла?

— Понятно, а ты сможешь мне тогда видео показать? — поинтересовалась я осторожно.

— Нет, такая функция только у деда Пихтоа, — тут же поспешила меня огорчить Иванка, а я призадумалась.

— А какие особые функции есть у тебя и у Расмуса? — наконец решилась задать вопрос я. Рискованно, но…

— Я мастер по уборке и готовке, а Расмус как раз и записал разговор, несмотря на глушилки, — пояснила мне Иванка.

А я насторожилась. Глушилки? Получается, тот, кто приходил, изначально не хотел, чтобы о его приходе знали! Понимала и принимала ли это Свелиана? Это хороший вопрос. Было бы неплохо найти этого Расмуса и задать ему пару вопросов, ну и, конечно, пересмотреть видео, если это возможно, может, я что-то упустила или же просто не досмотрела до конца. А лучше сделать и то и другое.

— Сколько длится форматирование? — поразмыслив, задала я самый первый и логичный вопрос.

— Пару дней, не больше, — не утешила меня Иванка, а мне захотелось просто головой об стену побиться, если меня и в самом деле пытались отправить на тот свет, то у меня нет в запасе пары дней. Я бы на месте преступников точно бы пришла проверить. И что же делать?

Ответ на мой вопрос пришел неожиданно и совсем, откуда не ждали, он в буквальном смысле этого слова выкатился мне под ноги, весь увешанный одеждой.

— Барыня, не вели казнить, меня бес попутал, — бормотало непонятно что у меня под ногами. Впрочем, определенные подозрения у меня все-таки были, и я оказалась права…

Под ворохом непонятных тряпок оказался еще один кактус. Вот только выглядел он не очень, словно побывал в зоне боевых действий. Одна паучья ножка была сломана, и поэтому робот красочно покачивался, передвигаясь, часть колючек с одной стороны вообще полностью отсутствовала, словно в него плеснули каким-то растворителем, потому что верхнее покрытие потеряло свой яркий зеленый цвет и скукожилось, а глаз так вообще болтался на парочке проводов. Хорошо хоть провода не искрили, еще мне тут пожара для полного счастья не хватало.

И вот еще откуда у этого кактуса такой пафосный старорусский тон, точнее, манера речи? Все, что было вокруг, совершенно не походило даже отдаленно на параллельную Россию или что-то в этом духе. Или же вместе с новым телом, я так же получила возможность понимать местный язык? Может, еще какие-то когнитивные функции сохранились? Было бы неплохо!

— Что происходило после того, как я выпила с моим гостем? — тут же поинтересовалась.

— Ох, неужели вам память отшибло? Неужели вас вашим же зельем опоили? — Ивана забавно всплеснула клешнями. Мне же хотелось ей сообщить, что, скорее всего, тут не память вышибло, а сразу дух. Но оно явно того не стоило. Значит, пускай будет память. Вот только один момент меня во всем этом очень заинтересовал и немного напряг. Зелья? Кактус-робот в самом деле сказала зелья?

Это что же получается? Я что, зельеварка?

Это, конечно, многое бы объясняло, вот только, к сожалению, не в лучшую сторону. Если так, то я действительно либо могла сварить что-то не то или не тому человеку или даже просто отказаться варить и меня убрали, как ненужного свидетеля. Впрочем, сейчас хотя бы понятно, откуда здесь столько самых разных колбочек.

Хотя… Тут же явно что-то искали, вот нашли или нет, это уже другой вопрос…На будущее.

— Кажется, именно так и произошло. — Я наконец решилась подтвердить потерю памяти, которой на самом деле и быть не могло, но это уже дело десятое. Если мне сейчас расскажут, что, где и когда, то я ведь не совсем дурочка, чтобы от такого отказываться?

— Тогда выпейте вот это, — мне тут же сунули в руки еще один пузырек, — и память сразу вернется, — тут же обрадовала меня Иванка. Вот же попандос! Пить непонятную бурду мне совсем не хотелось, тем более я-то точно знала, что памяти мне это не вернет. Сколько ее на меня не изводи… Что же делать?

И тут в голову пришла простая мысль, впрочем, все гениальное просто!

— Пойду в душ, там и выпью, а ты сможешь на завтрак что-то приготовить? — есть хотелось, да и отвлечь Иванку тоже не помешает, чтобы точно не заметила, как я выливаю это зелье в раковину.