Глава 25

Света

Рассказывать о своих планах Витео тем не менее категорически отказался, и сколько я ни пыталась найти к нему подход, стоял стеной, совершенно игнорируя все мои уловки. Было обидно.

Но в какой-то момент я осознала, что горжусь его неприступностью. Есть у женщин такая черта, сначала мы приложим все возможные и невозможные усилия, чтобы сломать мужика, подмять его под себя, а потом гнобим его же. Мне попался не такой. Его только попробуй надкуси, все зубы обломаешь.

Поэтому, поразмыслив немного, я решила поступить как самая разумная женщина из всех существующих и вместо того, чтобы воспитывать будущего мужа, заняться своим воспитанием.

Тем более что пробелы в моих знаниях об этом мире были столь значительны, что могли реально подвергнуть мою жизнь опасности. Уж не говоря о том, чтобы позволить совершить какую-то несусветную глупость.

Именно поэтому я уединилась с Иванкой и решила поговорить с ней о своем девичьем, точнее, попыталась. Мой разговор сдох еще на первом предложении, когда я осознала, что система корабля совершенно точно этот самый разговор запишет и еще не факт, что не доложит о нем своему хозяину. Я бы, по крайней мере, именно так и поступила, а программа у этого корабля была умная. По крайней мере, явно более продвинутая, чем мои роботы, а они у меня ого-го!

Надо было срочно искать другую тему для разговора, и тут меня осенило!

— Иванка, а у тебя есть что-то в базе данных о моих зельях и работе в целом? — спросила напряженно.

Я замерла в ожидании ответа. Сложно сказать, что именно хотела услышать и чего боялась.

Если у Иванки есть данные, то, возможно, мне удастся каким-то невероятным образом восстановить зелье. Это было бы, конечно, замечательно для всех жителей этого мира. Вот только что это принесет лично мне?

Были серьезные сомнения в том, что это будет что-то светлое и хорошее.

С другой стороны, как я смогу жить в этом мире, а мне именно это и придется сделать, если я хочу замуж за Витео, зная, что могла бы вернуть сюда растения, но даже не попыталась?

Это противоречие буквально раздирало меня на части, злобным монстром сидело на груди, запуская острые когти в нежную кожу и медленно придушивая шею.

Прошло несколько секунд с моего вопроса, а казалось, что целая жизнь. События словно замедлили свой ход.

— У меня есть кое-что, но только небольшие записи, — порадовала меня Иванка, а я выдавила из себя улыбку.

— Давай показывай, что есть.

Я старалась говорить уверенно и спокойно, хотя совершенно так себя не чувствовала. Ни спокойствия, ни уверенности не было и в помине. Однако я сделала глубокий вдох и выдох и попыталась успокоить себя тем, что я могу просто не понять ничего, и дело с концом.

В конце концов, какие шансы, что тут будет в пользовании простейшая таблица Менделеева?

Да почти никаких! А значит, можно не париться и не расстраиваться раньше времени, просто посмотреть, и если ничего не понятно, то, вздохнув, принять, что попыталась, и продолжить спокойно жить дальше.

Я оказалась права: смотрела на записи Свелианы, словно баран на новые ворота, и совершенно ничего в этом не понимала. Хуже того, была совершенно не уверена, что хочу разбираться. Вот только все остальные темы, которые меня хоть сколько интересовали, были также недоступны.

— А у тебя есть основы зельеварения? — поинтересовалась у Иванки, тяжело вздохнув. Мне совершенно не хотелось начинать знакомство с наукой этого мира через химию, но, в конце концов, надо же хоть с чего-то начинать, радовало только одно, я умею вполне спокойно читать и соответственно разговаривать.

Мне хватило одного взгляда на ту информацию, что предоставила мне Иванка, чтобы осознать всю глубину моего падения. Вопрос был не в том, что я не понимала химию, все оказалось намного хуже. Все записи Свелианы, кажется, были зашифрованы, потому что основы зельеварения я могла читать и прекрасно понимала, а вот с записями прежней владелицы этого тела были проблемы.

— Вот же засада, — в сердцах воскликнула я т потерла переносицу задумчиво. Заниматься расшифровкой не было ни малейшего желания, поэтому я поступила так, как в моем случае поступила бы каждая разумная женщина. А именно переложила с больной головы на здоровую, точнее — пошла со всем этим к Витео.

В конце концов, он ведь у нас следователь, и это его миру нужны растения. Ну ладно, допустим, я бы тоже против них совершенно не возражала, но тем не менее. Он гораздо более заинтересованная сторона, чем я.

— Я нашла часть своих записей, — начала с позитивного, было просто необходимо привлечь к себе внимание, по-другому мне вряд ли удалось бы отвлечь Витео, который явно сосредоточился на написании чего-то в бортовом компьютере.

— Что, прости? — Следователь с трудом отвлекся от своей работы и уставился на меня непонимающим взглядом. Он совершенно точно не слышал ничего из того, что я уже успела сказать. М-да.

— Я нашла часть записей о моих исследованиях, но они, кажется, зашифрованы, — сообщила и протянула ему листы. Мужчина тут же вцепился в них двумя руками и споро пробежался глазами по тому, что для меня распечатала Иванка.

— Да, действительно зашифровано, — сообщил следователь после минутного молчания, — хорошо, сейчас посмотрим, что мы можем сделать.

Именно с этими словами он развернулся к своему рабочему месту. Что это вообще было? Я случайно не сильно побеспокоила этого очень занятого следователя?

Витео

С самого утра я работал над своим отчетом. Это было совершенно нелегким делом, потому что одну-единственную и, в принципе, довольно короткую бумагу нужно было написать так, чтобы достигнуть всех своих целей сразу. Не самая простая задача, если уж быть совсем честным. К тому же я совершенно не привык к подобному, точнее, даже не так: я был совершенно точно морально не готов к тому, чтобы недоговаривать, если не врать.

Я привык, что написание отчетов — это скучное, рутинное дело, где надо просто изложить то, что произошло, но не в этот раз. Теперь я крутил и вертел каждое предложение, каждую запятую. Мне было важно, чтобы Свелиана выглядела невинной жертвой, какой она на самом деле и была, но не только это.

Я совершенно однозначно подозревал, что кто-то из следователей является кротом. Это очень серьезное обвинение, и просто так его выдвинуть не смогу. Конечно, в первую очередь я подумал на Луку, но правда была в том, что он был слишком молод и глуп, потому его и удалось раскусить так просто. Он только пешка. Кроме того, у Луки совершенно точно нет доступа к той информации, которая была бы на самом деле интересна преступникам, а значит, за ним стоит кто-то гораздо более серьезный и опытный.

Я знал, что отчеты читают еще два следователя и один инквизитор, таковы правила. Какие у меня шансы, что все из них окажутся предателями?

Я не хотел даже думать о подобной возможности, но она была. Однако и надежда на то, что из всей этой истории удастся выйти без ненужных потерь, все еще жила в моем сердце.

Теперь я перечитывал уже готовый отчет, пытаясь еще раз все осмыслить и понять, все ли делаю правильно. Последняя проверка прежде чем отправить.

Именно за этим меня и застала Свелиана.

— Я нашла часть своих записей, — сообщила она с широкой улыбкой. Впрочем, она все делала с улыбкой и каким-то совершенно невероятным, почти детским счастьем и наслаждением, словно каждый шаг, каждый вздох мог быть последним, поэтому им надо было насладиться в полную меру.

— Что, прости? — переспросил я, мне было очень трудно мыслить связно в ее присутствии, особенно, после того что между нами было, точнее, не было, но очень хотелось. Я чувствовал себя очень странно, словно мне дали понюхать и даже немного попробовать кусочек торта, но теперь я совершенно не имел понятия, можно мне его есть ли нет.

— Я нашла часть записей о моих исследованиях, но они, кажется, зашифрованы, — повторила Свелиана и протянула листы бумаги, в которые я тут же поспешил уткнуться носом.

— Да, действительно зашифровано, — подтвердил, — хорошо, сейчас посмотрим, что мы можем сделать.

Не теряя времени, я тут же разложил листы на столе.

— Ястреб, просканируй и проведи аналитику, — попросил с улыбкой и подметил, повернувшись к девушке: — даже не сомневаюсь, что мой бортовой компьютер сможет расшифровать все, что здесь есть, и довольно быстро.

На лице Свелианы ровно на секунду отразилось недоверие, но этого с лихвой хватило, чтобы что-то болезненно кольнуло меня в районе солнечного сплетения. В самом деле, неужели после всего, что было между нами, она все еще мне не доверяет? Думает, я не справлюсь?

Это действительно оказалось для меня паршивым сюрпризом. Что же еще надо сделать, чтобы эта упрямица научилась мне доверять? И научится ли она вообще?

Я молчал, пока «Ястреб» искал шифр и пытался справиться с внезапно нахлынувшим на меня эмоциями. Я следователь. Я должен мыслить ясно и четко. Но как же это сложно рядом с этой девушкой, почему она так не похожа на всех остальных?

Совершенно неожиданно мозг как-то сам ухватился за эту мысль. Ведь и в самом деле Свелиана была совершенно необычной, все ее реакции совершенно отличались от любого нормального человека. Возможно, это можно было бы объяснить потерей памяти, но чем больше я об этом думал, тем больше понимал, что даже при полной потере памяти у человека все равно должны остаться хоть какие-то представления о мире, в котором он живет, о его традициях. Нет, я, конечно, не врач и не специалист, но, думаю, показать Свелиану врачу стоит.

— Расшифровка готова, — спокойно констатировал «Ястреб», но я уловил его сообщение только краем сознания, меня интересовал совершенно другой вопрос.

— Свелиана, меня очень тревожит твоя потеря памяти, непонятно, какой гадостью тебя тогда накачали. Давай сходим к врачу?