Глава 17
Как всегда, ранним утром добрый Риччи не дал мне понежиться в теплой постели. Ему все равно, что сегодня суббота, и я хочу спать. Я обреченно выползла из-под одеяла, поежилась от холода и кое-как напялила на себя одежду для утренней пробежки с лучшим другом человека.
Любителей погулять с питомцем на улице было уже много. Риччи опять смело напал на знакомого добермана и так же смело спрятался за моими ногами. Хорошо, что доберман уже привык к его выходкам и не стал преследовать маленького нахала. Риччи высунулся из-за моих ног и облаял противника, высказав все, что о нем думает. Потом мы немного побегали вдоль бульвара, заглянули в подворотню и попытались перейти лужу вброд.
Вернувшись домой, я первым делом направилась на кухню, мечтая выпить утренний кофе и согреться.
Неожиданно зазвонил смартфон. Кому еще не спится утром выходного дня? Звонил Алекс. Он извинился за ранний звонок и попросил поехать с ним в поместье — в другое время он не может, сегодня утром неожиданно появилось окно в его плотном графике. Я не стала отказывать — надо, значит надо.
На этот раз я оделась по-рабочему — практичные джинсы, легкая куртка, удобная обувь. Не будет сегодня чулок, не дождется!
Я решила взять с собой Риччи — пусть погуляет на природе. Рокотов приехал через полчаса.
- Еще раз простите, что потревожил в выходной. У меня возникла интересная идея. Хочу услышать Ваше мнение. Если это возможно, тогда в понедельник отдам распоряжение по разбору мусора в подвале.
- Не проблема. Я всегда готова проконсультировать заказчика, — мне же за это платят, так чего церемонии разводить? Поехали!
Риччи шустро запрыгнул в гелендваген и уселся на переднее сидение. Алекс бесцеремонно согнал пса и помог мне забраться в машину. Его взгляд с видимым сожалением скользнул по моим джинсам. Облом-с!
Ехали молча, я с трудом сдерживала зевоту. Спасть хотелось ужасно. Я мечтала немного поваляться в постели после прогулки с Риччи. Не вышло. Даже поесть толком не успела — проглотила бутерброд с сыром и все.
- Похоже, зря я Вас сегодня вытащил из дома, но по-другому никак не получается — дела, работа… — извиняющимся тоном произнес Рокотов, заметив как я зеваю и клюю носом. Будто раньше догадаться не мог, что зря. Что теперь сожалеть!
- Нет, все нормально, — бодро соврала я.
В поместье ворота были заперты, и никого не было видно. Алекс сам открыл тяжелые створки и подогнал автомобиль к главному порталу.
- Охрана в другом конце поместья, где сложены строительные материалы. Я запретил разводить свалку перед парадным подъездом. Они совершают обход территории раз в три часа. Так что мы тут, практически, одни. Никто мешать не будет.
Это он к чему? Но Рокотов, похоже, и сам понял, что сказал глупость.
- Не поймите меня превратно, я имею в виду только работу.
А жаль…
- Я ничего такого и не подумала, — опять соврала я. — Или Вы считаете меня испорченной?
- Нет, конечно. Просто не хочу, чтобы между нами снова возникло недопонимание.
На этот раз я промолчала. Снова возникло? А оно возникало? Облапал меня, потом извинился, что тут непонятного? А теперь мы будем только работать, и все, баста!
Мы зашли во дворец, перебравшись через завалы из битого кирпича, обломков балок и прочего строительного мусора. Рокотов предупредительно подавал мне руку и помогал преодолевать препятствия. Риччи пребывал в восторге от возможности совать любопытный нос во все дыры. Не без труда мы добрались до входа в подвал. Глубина была порядочная, метров пять. Деревянная ветхая лестница вела вниз. Из подвала веяло сыростью и холодом.
Спускаться было непросто и небезопасно. Но я лазила и не по таким руинам. Первым шел Алекс и помогал мне не свалиться с порядочной высоты. Резные перила лестницы почти полностью сгнили. Ступени были шаткими. Наконец мы достигли дна подземелья. Риччи тут же с лаем умчался изучать новую территорию.
- Как думаете, можно будет разместить здесь библиотеку и бильярдную? Не очень сыро?
- Думаю, можно, — я осмотрела стены. — Надо будет сделать дренаж. А что здесь было раньше, не знаете?
- Насколько мне известно — винный склад и просто подвал для хранения провизии. Того, что не надо было спускать в ледник. Здесь же вроде размещалась и кухня. Вот остатки от дымоходов, — показал мне хозяин на обуглившиеся фрагменты стен.
Мы прошли по обширному помещению, обходя груды битого кирпича.
- У меня большая библиотека, есть старинные книги. И неплохая коллекция гравюр. Хочу убрать их подальше от посторонних глаз и от солнечного света. Он им вреден. Но боюсь, не будет ли здесь слишком влажно.
- При современных технологиях возможно все, — заверила я клиента.
- А тут, — мы вернулись к лестнице, и Алекс задумчиво огляделся, словно прикидывая, что и куда поставить, — я хочу разместить коллекцию холодного оружия. Будут большие остекленные шкафы, а часть оружия развесим по стенам.
Он прошелся вдоль подвала и задумчиво положил руку на одну из деревянных опор, над которыми когда-то размещалась галерея или антресоль.
- Только эти опоры надо будет убрать, — Рокотов посмотрел на меня, ожидая экспертного мнения. — Не уверен, что балкон тут нужен. Или, может, все-таки заменить старые деревяшки и сохранить первоначальный облик помещения? Но они совсем ветхие. Как эта колонна, например.
Рокотов постучал по ней и толкнул рукой.
- Нет!!! — заорала я не своим голосом. — Не трогайте!!!
Но было поздно. Опора медленно начала заваливаться набок и повлекла за собой балку, которая на нее опиралась. Дальше все начало складываться как карточный домик.
Алекс схватил меня за руку и оттащил к дальней стене. Гнилые деревяшки роняли друг друга с треском и грохотом. Последней рухнула лестница, накрыв нас пылью из известки и трухлявой древесины.
Затем наступила оглушающая тишина. Из-за угла высунулся любопытный Риччи. Пыль ему явно не понравилась, он чихнул, осуждающе гавкнул и радостно убежал назад, вглубь подвала.
Я не сразу пришла в себя. Чудо, что нас ничем не пришибло. И тут меня прорвало:
- Какого лешего надо было ее трогать?! — начала я дико орать на Рокотова. — Нас могло в лепешку раздавить! Ты это понимаешь, идиот? Ты и твоя Милена не можете мимо опор пройти, ничего не сломав? Все вам непременно надо снести! Пространство им подавай! Получил пространство? Мы погибнуть могли!!! Оба!
Я не могла остановиться, как ни пыталась. Алекс молчал, видимо понимал, что у меня шок и что я абсолютно права.
- Я же не нарочно, — наконец попытался вставить он свое слово.
- Еще бы ты это нарочно сделал, придурок! Где твои мозги были, когда ты по колонне стучал? Мог и пустой головой об нее постучался!
Он подошел ко мне вплотную и взял за руку:
- Пожалуйста, успокойся… Все же обошлось…
Я перевела дыхание и замолчала. Шок не прошел, меня всю колотило, но я хотя бы перестала обзывать клиента и кричать на него.
Пыль потихоньку улеглась. На губах чувствовался мерзкий привкус известки. Я сердито вытерла их платком и начала отряхиваться. Гадость какая! Мы оба были покрыты ровным слоем белесой пыли.
- Поедем домой, зря я сегодня все это затеял, — виновато проговорил Рокотов, пытаясь очистить куртку и джинсы. Это у него получалось плохо. — Испортил выходной, прости.
И тут до меня дошло, что лестница была всего одна. И из подвала наверх выбраться больше никак нельзя — немногочисленные окна и второй выход давно заложили кирпичом. Очевидно еще в то время, когда тут располагалась психушка.
Видимо, Алекс увидел, как снова изменилось мое лицо. Он огляделся по сторонам и тоже понял, что без посторонней помощи выбраться отсюда будет сложно.
- Сейчас позвоню охране, — неуверенно сказал он.
Теперь я догадалась, почему он не уверен. Связь здесь паршивая. Алекс потыкал в смартфон, походил по подвалу и сунул смартфон обратно в карман. Я тоже попыталась набрать хоть какой-нибудь номер, включая экстренный вызов, но связи не было.
- Надо будет поставить около поместья вышку связи, — решил Рокотов.
- Надо для начала отсюда выбраться, — скептически заметила я, сердито поджав губы.
- Охрана регулярно обходит территорию имения. Они увидят автомобиль, поймут, что я здесь, начнут искать и вытащат нас.
- Не слишком ли длинная цепочка событий получилась? Увидят, начнут искать, вытащат… Ты и правда думаешь, что в субботу хоть один дурак будет ходить по этим руинам? — язвительно спросила я. — Оно им надо?
- Я им за это плачу.
- Ну-ну, будет возможность узнать, как охрана выполняет свои обязанности.
Я отвернулась от Алекса и пошла к Риччи. Злость переполняла меня. Конечно, он не хотел! Он не виноват! Он не специально! Он белый и пушистый! Прям козел пуховый!
А теперь сиди и жди, когда кто-то соизволит прийти на помощь. Сколько ждать? Час, три, или еще больше?
Алекс поплелся за мной:
- Я оплачу неудобства.
- Неудобства?! — снова взорвалась я, резко развернувшись к нему. — Я не выспалась, толком не поела. Притащилась сюда. И ради чего?! Чтобы застрять в холодном и грязном подвале? Хороший у меня выходной получается, ничего не скажешь! И перестань говорить о деньгах — не все можно купить!
- В данном случае «да», — обреченно согласился Алекс.
- И не только в данном, — огрызнулась в ответ.
Риччи подбежал к нам и с недоумением смотрел, как я ругаюсь на Рокотова. Он громко тявкнул, осуждая меня и выражая мужскую солидарность.
- Может, покричим, позовем на помощь? — неуверенно предложила я. — Вдруг услышат?
- Можно, но будка охраны далеко, — признался Алекс. — Что ж, попробуем.
Мы начали кричать, но только напугали Риччи и едва не охрипли. Пес убежал в дальний угол и смотрел на нас как на полных идиотов. Никто, конечно, не услышал наши вопли. Моя идея с треском провалилась.
- Вот какого лядова мы сюда полезли? — продолжила возмущаться я. — Сколько теперь здесь торчать?
- Не знаю.
- Так придумай, как отсюда выбраться, ты же такой умный!
Я подобрала доску, положила на выступ около стены и недовольно уселась на нее, скрестив на груди руки и пытаясь испепелить Рокотова взглядом. Алекс даже не задымился и нагло пристроился рядом.
- Мне и правда, жаль, что так получилось, — раскаяние в его словах показалось мне недостаточно глубоким.
- Еще бы тебе не жаль! — рыкнула я.
Мне хотелось стукнуть его чем-нибудь тяжелым. Если бы не он, сидела бы я дома, в тепле и уюте, пила кофе и смотрела передачу про путешествия. Или еще про что-то интересное и познавательное. А вместо этого торчу в сыром подземелье и жду, когда нас отсюда вытащат. Я почувствовала себя средневековой узницей самодура-графа. Впрочем, граф сидел со мной рядом. Он пал жертвой собственной опрометчивости и легкомыслия.
Прошел час, затем еще час. Мы чутко прислушивались к шуму наверху. Только ветер гулял по развалинам, да громко каркали вороны. Или кричали грачи? Хотя, какое это имело значение? Люди рядом не появлялись, и никто не собирался помогать нам в этом поистине, безвыходном положении.