Глава 4

Резкий поворот машины вдавил меня в сидение. Почти не снижая скорости, Рокотов лихо свернул с трассы. Под мощные звуки «Реквиема» мы въехали в село Любимцево. Дорога была новая, гладкая, как взлетная полоса. Вдоль нее высажены молодые березы — очень патриотично. И, надо отдать должное, красиво.

- Дорогу пришлось полностью делать заново, — не без гордости сообщил Рокотов. — Она была совершенно убита за многие годы, пока село находилось в запустении. Сейчас здесь все меняется — реконструируем школу, построили поликлинику. Я продолжу вкладывать деньги в дальнейшее развитие Любимцева.

Не мог не похвалиться. Конечно, в его имение должна вести живописная березовая аллея. А село будет романтичным фоном, чтобы взгляд радовался.

- Очень разумно, — кивнула я.

Покосившиеся дома с резными наличниками и мезонинами говорили о том, что когда-то здесь жили зажиточные люди. Несколько домов из красного кирпича до сих пор хранили былую красоту. Кусты в палисадниках начинали весело зеленеть. Очевидно, что село оживает — дома ремонтируются, заборы новые, перед ними скамейки. Просто идиллия.

Для полноты пасторальной картины не хватало крестьян вдоль дороги, которые кланяются в пояс и радостно кричат: «Барин приехал!» На холме виднелись развалины большой церкви с колокольней. Живописно.

- Дел здесь много, — продолжал Рокотов. — Сначала надо восстановить поместье. Позволил себе отпуск впервые за несколько лет и решил заняться реконструкцией. Но, похоже, быстро ничего не получится. И все надо держать под личным контролем.

Мы миновали село и въехали в сосновый лес. Рокотов приоткрыл окно и глубоко вдохнул:

- Какой воздух!

- Красивая роща, — мне всегда нравились темные леса. Они такие таинственные, загадочные, и немного страшные.

- Посажена больше двухсот лет назад. Граф Рокотов, хозяин имения, разбил ее для своей любимой жены — у нее были слабые легкие. Вроде бы это спасло ей жизнь. Поэтому и имение называется Любимцево — мой давний предок хотел увековечить свое чувство для потомков.

- У него это неплохо получилось, — улыбнулась я. Хороший мужик был, похоже, этот граф, раз так любил жену.

Корабельные сосны вздымались к небу и погружали в сумрак дорогу, прямую, как стрела. Грибов здесь, наверное, много. Скоро мы миновали сосновую рощу, и перед нами открылся живописный вид на имение. Кованые въездные ворота открыты настежь. Ограда была уже почти восстановлена и смотрелась очень внушительно. Справа размещалась приземистая сторожка для привратника, стилизованная под готику. Сразу за воротами асфальт заканчивался, и начиналась блестящая старинная брусчатка. Шины зашуршали по граниту.

Дворец был огромен и зиял пустыми окнами как череп глазницами. Он был построен в неоготическом стиле. От былого великолепия остались одни стены, кровлю только начали восстанавливать. Деревянный каркас центрального купола и правда, был заметно смещен в сторону.

У когда-то роскошного парадного подъезда располагался большой фонтан. Разбитая скульптура прекрасной Дианы с гончими собаками разместилась посредине давно пересохшей мраморной чаши.

Рокотов остановил автомобиль перед подъездом. Машина сопровождения стояла метрах в десяти он нас. Темные тонированные стекла скрывали сидящих в ней. А говорят, тонировка запрещена!

Александр Олегович обошел автомобиль и помог мне выбраться из высокого внедорожника. Я на это, однозначно не рассчитывала, просто долго возилась с сумкой — потеряла в ней лазерную рулетку. Формальная галантность, но все равно приятно. Я огляделась и задержала взгляд на фонтане — когда-то он был очень красив.

- Раньше здесь размещалась психиатрическая лечебница, персонал по мере сил следил за порядком, поэтому садовые скульптуры и фонтаны сохранились неплохо. В парке их довольно много. — Рокотов заметил, что я с интересом рассматриваю фонтан. — Потом лечебницу перевели в современное здание ближе к городу, а этот дворец пришел в окончательное запустение. Когда я купил его, рамы, двери, балки перекрытия, и все, что можно унести, уже растащили местные жители. Пришлось долго собирать и выкупать секции от ограждения. Зато забор теперь почти полностью восстановлен в первоначальном виде.

- Он производит впечатление, — искренне призналась я. — Решетка великолепна.

Рокотов расплылся в довольной улыбке:

- Позже, если захотите, покажу Вам имение.

- С удовольствием посмотрю, — обрадовалась я. Люблю старину. — Но, давайте, начнем в крыши. Сначала дело, потом все остальное.

- Да, разумеется, — он продолжал улыбаться. Похоже, мой подход к работе ему нравился.

Лениво виляя пушистым и толстым хвостом, к нам подошел огромный черный пес с желтыми подпалинами. Он был лохмат и совершенно беспороден.

- Пират, Пиратка, — Рокотов ласково потрепал его по загривку и достал из кармана лакомство. Хвост Пирата пришел в неистовство. Пес зачавкал и благодарно лизнул руку Рокотов. После этого Пират подошел ко мне и уставился на меня выразительными черными глазами. Но лакомства у меня, увы, не было. Рокотов вручил мне конфетку:

- Угостите его, и он Вас полюбит всем сердцем.

- А он мне руку не оттяпает? У него пасть как колодец, — опасливо поинтересовалась я.

- Нет, Пират сама доброта. Приблудился уже давно, теперь охраняет поместье.

- Вид у него солидный.

- Что есть, то есть.

Я протянула псу на раскрытой ладони конфету. Пират очень деликатно и осторожно взял ее, облизнув мою ладонь влажным языком. Я погладила его большую голову, и он дружелюбно завилял хвостом в ответ.

- Теперь вы друзья, — улыбнулся Рокотов и протянул мне влажную салфетку, которую извлек неизвестно откуда. — Он чувствует хороших людей.

Пес улегся в тени гелендвагена и поглядывал на нас умными глазами.

— Ритка, ты?! — заорал кто-то сбоку от меня. Я невольно вздрогнула и выронила салфетку.

На меня, широко раскинув руки, несся Сергеич — отличны прораб и мой давний приятель. Мужик лет сорока с богатым опытом работы. Он сгреб меня в охапку и крепко обнял:

- Сколько лет, сколько зим! Кака краля в бежевом польте! И не обнимешь как следует таку королевишну — замарать можно.

- Рада тебя видеть, — я тоже обняла его. — Ты тут прорабом?

- Типа того. Недавно пригласили. Пытаюсь исправить косяки Славика-рукожопа. Не поверишь, его наняли бригадиром делать крышу.

- Славика? — не поверила я своим ушам. — Его до сих пор не пришибли разъяренные заказчики?

- Как видишь!

- Так я, судя по всему, прибыла тебе в помощь?

- Будем в очередной раз спасать объект. Ритка и Сергеич против Славика-рукожопа, — он заразительно заржал и стукнул меня в плечо, отчего я едва не свалились с ног.

- Постойте, постойте, — Рокотов был не на шутку обеспокоен. — Как вы назвали мастера Станислава?

- Славик-рукожоп, — снова заржал Сергеич. — Какой он мастер Станислав? Чести много. Как Вас, Александр Олегович, угораздило нанять этого урода и его гастарбайтеров?

- Это моего управляющего угораздило. А теперь поподробнее, — потребовал Рокотов. — Я, похоже, один не в курсе про Славика.

- Славик считает себя крутым прорабом. Только это, само собой не так, — радостно сообщил Сергеич. — Он набирает гастарбайтеров, договаривается с посредником-подрядчиком. По смете материал одни, покупают другой, дешевый. Деньги делят с посредником. Все просто. Много на этом не заработать, но на жизнь хватает. Его уже не раз били, но ничему не научили. Взять с него нечего — квартиры давно нет, живет нахлебником у какой-то одинокой бабы. Не убивать же убогого.

- То есть меня развели, как последнего… — Рокотов не договорил и начал судорожно тыкать в смартфон.

Мы с Сергеичем понимающе переглянулись — обидно, когда олигарха разводит Славик-рукожоп.

Со связью, тут, похоже, проблемы. Рокотов раздраженно метался по площадке перед дворцом, пытаясь дозвониться. Наконец, он сумел найти место, где связь была устойчива.

- Михаил Семенович, добрый день! — вкрадчиво начал Рокотов и это не предвещало ничего хорошего. — А кто у нас мастером на крыше?

- Станислав Андреевич? — ласково произнес он и через мгновение в его голосе послышался металл. — Завтра, в восемь ноль ноль у меня в кабинете со всеми сметами, счетами и нашим экономистом! Ах, Вы не можете? Тогда что предпочитаете — повестку в суд за мошенничество или Ахмеда и его бравых джигитов? Уже нашли время? Вот и чудно! Завтра в восемь! — рявкнул он напоследок.

Рокотов сердито выдохнул и зло сунул смартфон в карман:

- Придурки!

- Возможно, все поправимо, — было заметно, Сергеич искренне сочувствует Рокотову. — Полезли на крышу, посмотрим, что можно сделать.

- Сергеич, у тебя спецовка найдется? Мне бы переодеться… — попросила я.

- Конечно, прелесть моя, — фамильярно промурлыкал прораб. — Сейчас принесу. Только размерчик не твой.

- Любой размерчик сойдет. Не хочу пальто уродовать.

Спецовка была огромна, я в ней утонула и стала похожа на чучело. Рокотов метнул на меня короткий взгляд, но не улыбнулся. Значит, все не так страшно. Или у него отличная выдержка?

Я снова поддернула юбку повыше и смело шагнула к лестнице. Стремянка качалась и вибрировала при каждом движении. Первым лез Сергеич, потом я и завершал нашу небольшую процессию Рокотов. Его взгляд жег мои ноги. Я это просто физически чувствовала. На втором этаже Рокотов взмолился и попросил меня забираться на крышу последней. Я усмехнулась — было понятно, что мои чулки сильно его смущали, а может и возбуждали — юбка была опять чуть ниже талии. Сам виноват — я же предупреждала, что одета неподобающе.

Вид с крыши открывался великолепный. Поместье лежало, как на ладони. Вдали серебряным зеркалом блестел пруд. Заброшенный парк уже начали потихоньку приводить в порядок — часть поросли вырубили, кое-где посадили молодые деревья, начали разбивать клумбы.

Весенний ветерок ласково трепал мои волосы. Я с наслаждением втянула в себя запах влаги, молодой зелени и свежих стружек. Как же я люблю апрель!

Я развернула свои чертежи и расчеты. Мы с Сергеичем быстро поняли, что балки и стропила имеют меньшие сечения. Отсюда и проблемы — они едва выдерживали даже собственный вес. Я делала необходимые замеры и наброски.

Рокотов с интересом наблюдал, как я лазаю между стропилами и балансирую на балках, задрав юбку почти до подбородка. Петрович тоже пялился на мои чулки и неодобрительно хмурился. Очевидно, для него подобные изыски равны извращениям. Все равно, как если бы я гонялась по крыше за ним и Рокотовым в кожаном белье и с плеткой. Но Сергеич благоразумно молчал.

- Все понятно, — через полчаса сообщила я заказчику. — Как и следовало ожидать, заменили на более дешевый материал. Наших ошибок тут нет. Я сделаю перерасчет и посмотрим, что можно сохранить, а что придется заменить. Мне потребуется день-два.

- Так быстро поняли, в чем проблема? — недоверчиво усмехнулся Рокотов.

- Вообще-то я в этом специалист и работаю не один год. Опыт.

- Да, конечно. Просто мне до сих пор сложно поверить, что молодая девушка хорошо разбирается в этих сложных конструкциях. Ну что ж, приятно удивлен и снимаю перед Вами шляпу.

- Вы мне льстите, — я расплылась в довольной улыбке. — Не скрою, мне это тоже приятно.

- А теперь скажите, насколько все серьезно?

- В смысле денег? Заменить придется много чего. Надо будет переосметить купол, тогда и станет ясно, как дорого встанут переделки.

- Запишите мой номер, я буду работать с Вами напрямую. Ваш босс, уверен, возражать не станет. И я хотел бы получать Ваши консультации по другим вопросам, если в этом возникнет необходимость. Чувствую, для конструктора тут работы немерено. Будите вести проект поместья полностью?

- С удовольствием, — кивнула я в ответ.

Отличная работа мне привалила. Денежная и интересная. Повезло, так повезло. Я забила номер Рокотова в смартфон и протянула ему свою визитку:

- Здесь и мой электронный адрес. Напрямую работать мне тоже нравится больше — нет недопонимания. Шеф к таким вещам относится положительно.

- Вот и чудно, — кивнул он в ответ.

Мы спустились с крыши, и я облегченно вздохнула — чулки не порвала, платье не перепачкала.

- А теперь, как и обещал, могу показать Вам свое родовое гнездо. Это поместье очень давно принадлежало моим предкам. Поэтому, когда появилась возможность, я сразу же его выкупил.

- Так Вы из графов? — я не смогла сдержать свое недоумение.

- Как уже упоминал.

- Я подумала, вы просто дальние родственники, без титула.

- Нет, по прямой линии. Со стороны отца, как недавно выяснилось. У графа Рокотова было два сына. Старший неудачно женился на какой-то певичке. Детей у них не было. Эта певичка, его вроде, отравила. Потом сбежала за границу с любовником и там сгинула. Говорят, была настоящей ведьмой. Умела колдовать и насылать порчу.

- Надо же, местная легенда!

- Да, с Любимцевым связано еще много легенд. Расскажу, если пожелаете.

- Пожелаю. Люблю такие истории.

- Я тоже. Мой непутевый предок, младший граф Рокотов, проиграл поместье в карты. Ужасно глупо. Легкомысленный был человек, и безответственный. Оставил семью без копейки, но с дворянским титулом. А у матери предки из мещан. Дворянство для меня не особо важно, но, безусловно, приятно. Тщеславие мне не чуждо, как видите. Так что я потомственный дворянин. Позвольте представиться — граф Рокотов.

Он галантно поцеловал мне руку.

- Приятно познакомиться, дворовая девка Ритка, — улыбнулась я в ответ, отвесив поклон. — Я тоже интересовалась своей родословной — все мои предки из крестьян. Никакого намека на благородное происхождение.

- Для дворовой девки Вы очень умны и делаете неплохую карьеру.

- Стараюсь.

- Позвольте предложить Вам руку и показать красоты имения «Любимцево»? — шутливо осведомился Рокотов.

- Позволяю, — в тон ему милостиво ответила я и взяла кавалера под руку. — Расскажите все, что знаете об этом поместье. Обожаю такие места.

- С удовольствием, но это затянется на несколько часов. «Любимцево» моя гордость и моя слабость. Я много времени посвятил, изучая его историю и историю моей семьи. Увы, сегодня я занят, и наша экскурсия будет недолгой. Видимо, Вам придется еще не раз вернуться сюда, чтобы узнать об имении больше. Буду рад поделиться с Вами всем, что знаю о нем.

Я поймала себя на мысли, что не возражаю. Похоже, Рокотов вовсе не сноб и не зануда. Мы прошли по центральной аллее, и вышли к пруду. Зеркало воды сверкало под лучами весеннего солнца.

- Здесь будут жить лебеди. Белые и черные. Как когда-то давно, лет двести назад, — мы прошлись по краю пруда в сторону развалин на его берегу. Рокотов переполняла гордость за свое детище. — Это руины беседки. Представьте, ее чертежи сохранились. Я хочу восстановить все максимально близко к историческому облику поместья. Разумеется, модернизировать придется многое, но экстерьер и интерьер должны быть сохранены до мельчайших подробностей.

- Это прекрасно. Редко, кто ценит историю. Многие старинные здания просто сносят или переделывают так, что и не узнать.

- Приятно, что Вы меня понимаете. А вот архитектор из Вашей фирмы как раз предложила все построить с нуля.

- Она хороший специалист, просто хочет сэкономить Ваши деньги. Восстановление намного дороже нового строительства.

- Вот уж не думал, что одна девушка может похвалить другую, тем более, свою коллегу. Она о Вас совсем другого мнения.

И вот зачем он мне это сказал? Ждет, что я тоже начну ее хаить? Ну, уж нет. Я благородна и снисходительна к другим, в отличие от Даши. Зря он считает, что все женщины одинаковы и готовы поливать друг друга грязью. Хорошо же он о нас думает!

- Это ее право. Я догадываюсь, что она обо мне говорит, и что думает. И мне это, поверьте, безразлично. К тому же конструктор — главный враг архитектора, — улыбнулась я.

- А ведь она дочь Вашего босса?

- Да.

- Ну, тогда это много объясняет.

- Повторю, она очень даже хороша в своей профессии. А ее личная неприязнь меня не волнует.

- Вы так уверены в себе?

- Я лучший конструктор в нашей фирме.

- Даже так?

- Именно. У нас работают еще три специалиста этого профиля — две пенсионерки и мужчина средних лет. Отличные конструктора, но старой закалки. Они принципиально не выезжают на объекты. А к работе с заказчиками напрямую их не допускает шеф — они любого отпугнут своим умением разговаривать с клиентом, — рассмеялась я. — Желаете с ними пообщаться? Они быстро объяснят Вам, что Вы не правы во всем. Вообще во всем.

- Однозначно, нет. Раз шеф Вас порекомендовал мне, значит, Вы и правда, лучшая.

Мы прошли по боковой аллее. На ней ландшафтные работы шли полным ходом. Восстанавливалось мощение из дикого камня. Вдоль аллеи тут и там виднелись старинные мраморные статуи.

- Их привезли из Италии очень давно. Удивительно, что не все разбиты, — Рокотов любовно погладил постамент одной из них. — Флора. Даже надпись сохранилась.

Богиня цветов была крупна, с небольшой грудью, похожей на перевернутые чашки и прямым римским носом. Толстая мраморная бабочка сидела не ее сандалии. Флора была бесстыдно обнажена и совершенно не эротична. В руках богиня держала букет размером со сноп из всевозможных растений, включая ананас. Не слишком изящна, зато подлинник.

- Немного наивна, но мне нравится, — поделилась я впечатлением.

- А Вы резки в своих суждениях, — усмехнулся Рокотов.

- Нет, что Вы, я ничего не сужу. Наивность не пошлость, и не кич. Это вовсе не плохо в моем понимании.

- Вы интересная девушка, со своим мнением. И не боитесь его высказывать.

- И чего мне бояться? Что Вы смените специалиста? — подковырнула я Рокотова.

- После того, что я успел узнать о Вас, Вам это не грозит, — располагающе улыбнулся Александр Олегович.