8.3

– Что вы хотите сказать? – и я, и Нейтон постоянно сбивались с ”вы” на “ты”.

Наверное, от волнения. А, может, просто не могли определиться с личными границами.

– Бора, я... – он полез в карман сюртука и достал оттуда маленькую бархатную коробочку.

– Гра-а-а-а-афиня! – чужой окрик заставил меня вздрогнуть, а Нейтон почти сразу же поднялся с колена и убирая коробочку обратно к себе в карман.

К нам, покачиваясь, явно пьяный, шел Подрик Ширм. Маркграф поморщился.

– Принесла нелегкая... – пробормотал он.

– Доброй ночи, лорд Ширм, – поздоровалась я, когда Ширм приблизился, а мужчина растянул губы в сальной улыбке.

– Де-е-еби! Графи-и-и-иня! – отвратительно растягивая слова и ужасно воняя перегаром, Подрик протянул было ко мне руку, непонятно зачем, но Арчибальд заслонил меня, шагнув вперед, между мной и Подриком.

– Графиня Дебора Августа Присцилла ив Оуэн собиралась ложиться спать. У вас что-то срочное к ней? – холодно сказал мужчина.

– Я хотел сказать, что она – цве-е-еток моего счастья, что она, лишь одна может сделать меня счастливым! И смел надеяться да-а-а-аже, что она пы—пы... По... Пыдарит мне свой... Ик! Поцелуй!

Меня чуть не вырвало. Поцелуй с Подриком Ширмом! Ох, нет... Даже если напьюсь каких-нибудь трав, отключающих разум, ни за что! Даже одна мысль об этом вызывает омерзение.