Глава 16

Только начав танцевать, поняла, что это дурацкая затея. Я хотела это делать не с ним. Вот только, если подумать здраво, я вообще не продумала сценарий сегодняшнего дня. С какой вероятностью Зорин пригласит меня танцевать на людях, если он четко дал понять, что наши отношения какими бы они ни были, должны остаться между нами? Даже если чисто теоретически предположить, что он мне уступит, все равно я та, которую надо скрывать.

– Не хмурь лоб, тебе не идет. Кстати, забыл сказать, у тебя офигенные глаза, – поднимаю взгляд на псевдоэкстрасенса. – Даже без штукатурки. Если бы не Леша и твои коленки, я бы точно взял тебя в жены. Какие-то страшилки выходят замуж, меняют мужиков как перчатки, а ты не при делах. Удивительно. Нет, я, конечно, понимаю, что детство и юность откладывают свой отпечаток, но все же. Как тебе удалось с такой мордашкой и задницей остаться в девочках? – когда я понимаю смысл его фразы, меня не только бросило в краску, но и появилось непреодолимое желание ударить его. Как он… как это вообще возможно? Пытаюсь вырвать из его руки свою ладонь.

– Ой, да тихо ты, я на твою писечку не покушаюсь.

– Вы… у меня просто нет слов!

– Как у тебя получились такие глаза? Ты такая родилась? – как ни в чем не бывало продолжает интересоваться беспардонный мужик.

– Нет. В детстве я случайно выпила флакон с краской и пошла какая-то аномалия.

– А что за краска? Надо попробовать на ком-нибудь, – совершенно непонятно серьезно ли он спрашивает или придуривается.

– Это была шутка. Я ничего не делала для этого. Оно само. И если хотите, чтобы у вашей женщины была разного цвета радужка, купите ей цветные линзы. Прекратите!

– Что? – невозмутимо интересуется он.

– Верните свою руку туда, где она была, – грубее, чем стоило бы, бросила я.

– А где она была?

– На талии или то, что у меня на этом месте имеется.

– Ладно, ладно, это была проверка, – возвращает руку на место.

– Вы что-нибудь интересное мне расскажете или так и будете говорить обо мне?

– Это некрасиво по отношению к Леше. Я же тоже не говорю ему все, что узнал о тебе. Даже у такого как я есть границы.

– Какое благородство с вашей стороны, – язвительно отметила я. – Ну хоть ответьте на один вопрос.

– Ладно, давай.

– Почему он развелся? – не надо быть экстрасенсом, чтобы не понять – мой вопрос его напряг. – Она ему изменила, да?

– Ага.

– У вас я смотрю третье очко закрылось, от того и поток информации иссяк?

– Ну вот зачем ты все портишь как типичная баба?

– В смысле?

– Любопытная, потому что.

– Ну так что там?

– Гуляла, пока Лешка делал первые шаги в медицине. Наверное, и не узнал бы, если бы не дочка.

– Она ее нагуляла? Как так, я видела фотографию, девочка на него похожа. Точно похожа.

– Если бы дочка не пропала, когда мамаша ее оставила на детской площадке под присмотром типа старших девочек и не свинтила трахаться, то и не узнал бы. А так… пришлось разбирать, где в это время была женушка.

– Ясно, что ничего не ясно. Подождите, – вдруг осеняет меня. – Он сказал, что его дочка умерла. Это из-за этого, да? Что с ней случилось в итоге?!

– Ты начинаешь меня подбешивать, Женя. Закроем тему, – совершенно другим тоном произносит мужчина. – На один вопрос я тебе ответил. Давай уже лучше на генитальную тему поговорим. Это как-то более позитивно.

– Прекратите, – грубо бросаю я, а у самой картинки в голове одна хуже другой, что могло случиться с девочкой.

– Ты знаешь, что даже если самую аппетитную креветку передержать, она будут резиновая и потеряет свой вкус? – голос мужчины выводит меня из раздумий.

– Я никогда не ела креветки, поэтому нет, не знаю. Это вы к чему?

– Боже, какая прелесть, тут поле непаханое для очарования. Так, ладно, это я к тому, что ты, дорогая моя, можешь все прое… фукать. Креветки очень вкусные, когда не передержанные. Понимаешь, о чем я?

– Нет, – вполне серьезно произношу я.

– К тому, что если будешь еще долго выделываться, то станешь невкусной резиновой креветкой. Подразнила мужика и хватит. У него уже трубы горят.

– Вы сейчас о сексе?

– Святые небеса, догадалась. Я уже переживаю за ружье Леши.

– Ружье?

– Ну я не знаю, как с тобой нужно говорить, чтобы ты не обиделась. Вон на ласково произнесенную писечку обиделась. Писюнчик значит тоже тебе не подойдет. Тогда пусть будет копье. Пора копью уже наносить удар в креветку. Прицельный. Иначе оно заржавеет, к чертям собачьим. Копье в смысле. Такое платье просто обязано быть снятым. Не тобой, конечно. Надо решаться, Евгения.

– Никогда не мечтала быть проткнутой копьем. Вы что-то путаете, Петр Васильевич. И знаете что?

– Идти в сахасраку?

– Я не настолько дура, чтобы посылать человека, от которого зависит мое будущее.

– Вот, – наклоняется к моему уху. – Держись за дядю Петю, – не было в этом шептании какого-то сексуального подтекста, однако, в следующий момент он положил руку на мою ягодицу.

Не знаю, как мне хватило сил и такта не ударить его прилюдно. Возможно, сработало то, что музыка сменилась на быструю и он быстро убрал свою ладонь.

– Хорошего гулянья тебе, Женечка.

Смотрю вслед уходящему мужчине и становится как-то не по себе. Оглядываюсь по сторонам – Зорина нигде нет. И это, как ни странно, хорошо. Забираю свою сумочку и перевожу взгляд на бар. Цели напиться у меня нет совсем, но, когда я вижу Мишу, активно попивающего какой-то алкоголь с одной из медсестер, я, не раздумывая, подхожу к ним, и беру аналогичный напиток.

– Женька, ты красотка, – произносит Миша, как только мы остаемся одни. – Если я переметнусь на сторону девочек, ты будешь первая в этом списке.

– Ну, спасибо, – отпиваю коктейль.

– Хочешь я тебя зажму в танце, облапаю и обслюнявлю при нужном тебе объекте?

– Миш…

– Взамен ты познакомишь меня с мужиком, с которым танцевала.

– Эмм… как бы сказать, я подозреваю, что он натурал.

– Святая ты простота, – тянет руку к моему лицу и убирает со лба прядь волос. – Я в этом деле варюсь поболее твоего. Он стопроцентный гей.

– Я не буду тебя ни с кем знакомить и зажимать меня не нужно. Если ты предполагаешь, что он самый, ну познакомься сам. А вообще я его и не знаю. Так, прицепился зачем-то.

– Ладно, проявлю инициативу. Чего ты смеешься?

– Мне кажется, это какой-то бред.

– Сама ты такое слово.

Допиваю залпом коктейль и ставлю его на барную стойку. Просидев в совершенном одиночестве целых пять нескончаемых минут, настроение, несмотря на мой внешний вид и выпитый коктейль, испортилось. Да, это, конечно, не кино и не книга, где герой, видя преображение героини, падает к ее ногам, но герой-то хотя бы должен появиться.

Просидев еще несколько минут, я направилась к общим столикам и тут наконец увидела Зорина. Он мельком взглянул на меня, и… все. Так смотря на… стул, столб. На пустое место, в конце концов. И это после того, как он согласился мне уступить хоть в одной вещи?

Закрываю глаза и глубоко вдыхаю. Вот уж что что, но навязываться и что-либо демонстрировать Зорину я не буду, равно как и использоваться при этом Мишу. Потянулась за бокалом вина и отпила глоток. Место у меня получилось удобное, спиной к стене и весь обзор перед моим лицом. А вот лучше бы была повернута к стене и наблюдала исключительно лица тех, кто за столом, просто потому что мне не нравится наблюдать за столиком, где сидит Зорин. Как в цветнике каком-то, ей-Богу. Трое знакомых врачей, исключительно женского пола, и еще одна совершенно незнакомая. Симпатичная. Примерно одного возраста с Зориным. Да откуда вы все беретесь?

Хоть бы раз! Хоть единый разочек он повернулся бы в мою сторону. Может, я на самом деле невидимка, а все окружающее это последствие таблеток? Перевожу взгляд на тарелку. Нет, еда более чем реальная. Вот только время течет как-то по-другому. Оказывается, за столом я нахожусь уже полтора часа.

За вторым бокалом вина аппетит все-таки проснулся, и я стала поглощать еду. Правда, быстро остановилась, когда музыка в зале заиграла громче. Взгляд как-то сам упал на танцующих, а их всего-то три пары, в одной из которых танцует Зорин с незнакомой мне женщиной. Той самой, которая сидела рядом с ним. Танцуют они достаточно близко ко мне. К счастью, лица Зорина я не вижу, потому что вид у меня скорее всего говорящий. Не получается скрыть эмоции и сделать безразличное лицо.

Тянусь за бокалом, допиваю оставшееся вино и тут же перевожу взгляд на Зорина. Белая рубашка ему очень идет. Вообще, если быть объективной, он красивый мужчина. Почему-то только сейчас я замечаю, какая у него… попа. Это так примитивно – любоваться чей-то фигурой, но сейчас я делаю именно это.

– Женечка, тебе вина подлить?

– Да, – сглатываю, переводя взгляд на старшую медсестру. – Спасибо, Тамара Николаевна.

Отпиваю глоток уже с третьего по счету бокала и взгляд вновь совершенно случайно возвращается к заднице Зорина. Нельзя иметь такую попу. Ну просто нельзя! Так бы и сжала, а потом укусила. Хрум, хрум, хрум. Перевожу взгляд на стол и натыкаю на вилку кусок мяса. Да, примерно так же впилась бы зубами в его ягодицу. Прожевываю кусок и только потом понимаю насколько больна моя фантазия. Да что со мной такое?

А затем внезапно накатывает. Может он с кем-то танцевать на людях. Может! Просто я не его уровень. Не его… И даже если он мне в чем-то уступит, все равно я для него всего лишь «понедельник, четверг и суббота». И так тошно от этого стало. Хоть сейчас лезь в петлю. Вроде бы это такая ерунда, ничто, по сравнению с реальными проблемами. Однако дико неприятно от осознания, что он танцует и обнимает сейчас совсем не меня. Да, где-то там на задворках сознания я понимаю, что это банальная ревность, но от этого не легче.

Притягиваю пальцы ко рту и только сейчас понимаю, что такая дурная, пусть и не частая привычка, как кусание ногтей, мне сейчас не доступна. Просто потому что ногти наращенные. Пусть совсем небольшие, но красивые и аккуратные. Как я могу испортить такую красоту? Убираю ладонь от лица и тут же прихожу в себя. Да кому вообще нужны мои ухоженные ногти и вообще я? Клиническая идиотка, дубль два. Бар и ресторан…

Резко встаю из-за стола и, прихватив сумочку, выхожу на улицу. Иду, не глядя, до тех пор, пока на стоянке на глаза не попадается машина со знаком такси.

– Извините, а вы свободны или кого-то ждете?

– Уже свободен.

– Тогда мне до Питера, пожалуйста.

***

Ну не кино же это и не книга, чего я, собственно, ждала от этого юбилея? Предложение руки и сердца? Усмехаюсь в голос, на что водитель косо переводит на меня взгляд. А теперь и вовсе открыто пялится.

– Что?

– Мы приехали.

– Ой, – перевожу взгляд на дом. – Точно. Задумалась, извините. Сколько я вам должна?

Первая мысль – сейчас ошарашит и как в банальном кино такая лохушка как я обязательно попадет на деньги, но нет. Сумма, несмотря на приличное расстояние, оказалась вполне приемлемой. Поблагодарив водителя, вышла из машины и направилась в подъезд. Поднявшись на свой этаж, не поверила своим глазам.

– Ты что тут делаешь?!

– Тебя жду, разве это не очевидно?