Глава 31

И все-таки затея идти в клуб вместе с Женей, мягко говоря, не самая лучшая. Что я буду там делать среди ее одногруппников? Абсолютнейший дискомфорт. Это еще и милым надо притворяться, ну или хотя бы нормальным. Вымученно улыбаться и делать вид, что я их не знаю и не ставил кому-то неуд.

Первый порыв поехать туда вместе с ней был исключительно для того, чтобы, ну чего уж греха таить, проконтролировать Женю. Это уже после бодрящего душа я отмел эту мысль. Ну не такая она, искать в ней подвох и шлюховатую натуру, это уже крайняя степень идиотизма. Второй порыв уже осознанный – заявиться с ней, дабы она не вляпалась во что-нибудь этакое. Как ни крути, хорошие девочки чаще всего попадают в какую-нибудь задницу. Пить-то она не будет, но что мешает кому-то ей что-то подлить?

А сейчас у меня третий порыв – завалить ее в койку и дело с концом. Женя традиционно заснет и очухается только под утро, напрочь забыв о каком-то там клубе. Проблема в том, что это путь в никуда. Ну не могу я убрать из ее жизни все и всех, кроме себя любимого. Если ей правда хочется подрыгать задницей в танцах и попеть на людях, ну с какого хера я должен лишать ее этого?

Надо просто бухнуть, чтобы не ляпнуть ничего гадкого при ее одногруппниках и выглядеть своим. Усмехаюсь в голос, отпивая виски. Кого я обманываю? Милее я после алкоголя не стану. Да и своим уж точно. Возраст не тот, да и характер в жопу не засунуть.

– Ты что передумал? – поворачиваюсь на Женин голос.

– Нет, – обвожу взглядом ее наряд.

Ничего открытого и развратного. Платье даже отдаленно не напоминает тот шлюшский наряд в баре. Более того, оно полная ему противоположность. Чуть ниже колен, с рукавами и закрытое в области груди. Этакая домашняя штука, но облегающее. Допиваю виски и ставлю бокал на столик. Подхожу ближе и приподнимаю платье вверх.

– Чулки? За окном минус пятнадцать.

– А в клубе плюс двадцать.

– Почему не колготки?

– А вдруг приспичит поддаться плотским утехам? Удобно, не надо стягивать как колготки. Да ладно, я шучу, – усмехается, но это не совсем шутка. Я, кажется, даже в юности со своей первой «любовью» не трахался столько, как за время проведенное с Женей. Нет, не кажется, а совершенно точно. Так что не удивлюсь, если все закончится неприглядным трахом в сортире клуба. – Просто у меня колготок здесь нет, а чулки с нового года у тебя остались. Слушай, а если ты не передумал ехать, почему тогда пил? – надев сапоги, озадаченно интересуется Женя.

– Мы на такси поедем. Ты что думала я буду петь и танцевать на трезвую голову?

– А ты что собираешься это делать?

– Ты хотела сказать, а что, кроме как трахать мне мозг, будешь еще и это делать?

– Я бы так не сказала, – снисходительно бросает Женя.

– Ну да, вместо трахать, было бы компостировать. Снимай сапоги, рано еще. Такси будет через минут десять.

***

Почему-то раньше об этом не задумывался, а сейчас, когда до клуба осталось совсем не много, перед глазами встал «пони». Как-то и думать не думал про него несмотря на то, что он работает в моем отделении. Рядом с Женей я его особо не видел или просто не замечал. Почему-то только сейчас на ум пришло, что он ей нравился, возможно, даже что-то большее чем просто симпатия. Она ведь с ним целовалась. А, собственно, какого хрена она это делала? Полный дебилизм вспоминать об этом спустя больше, чем полгода, однако вспомнилось. Да чего уж там, это вообще маразм о таком думать.

– Ты чего такой хмурый? – резко перевожу взгляд на Женю, точнее на ее губы. Причем вышло это совершенно случайно.

– Вспомнил, как ты храпишь. Думаю, что тебя надо все-так показать ЛОРу.

– Не больше тебя, – парирует в ответ, вздернув свой веснушчатый нос. – Вместе пойдем.

– Можно и вместе.

– Ну ты же врешь, ты не об этом сейчас думал.

– Да я думал о том, что мне не место в клубе. Уже не тот возраст. Не представляю, как я буду вести себя с твоими одногруппниками.

– Ну со мной же ты как-то себя ведешь и чувствуешь вполне комфортно.

– Наверное, потому что тебе с легкостью можно накинуть десятку.

– В смысле? – с возмущением спрашивает она.

– В прямом. Жень, ты зануда, тихоня и прочее.

– Может, сразу меня здесь обосрешь во всем и в клуб не пойдем? – обиженно бросает она.

– Жень, – обнимаю ее за плечо. – Я не имею в виду ничего плохого. Просто ты домашняя, не девка зажигалка, которой требуется какой-нибудь допинг в виде постоянных гулянок. Так себя ведут уже женщины за тридцать. Вот что я имел в в виду, но меня это как раз и устраивает.

– Ясно.

– Не обижайся.

– И не думала. Слушай, меня только осенило. Они же тебя знают. Кто-то да вспомнит, что ты вел у нас занятия. А потом пойдут слухи. Что-то я об этом не подумала. Дура.

– Подозреваю, что многие и так в курсе наших неслужебных отношений. Не загоняйся.

– Тебя это реально не напрягает?

– Ну не убивать же тебя, чтобы слухи оказались ложью.

– Оригинально.

– А то.

Не припомню, когда в последний раз испытывал на себе столько любопытных взглядов. Каюсь, даже немного кайфанул от этого. В особенности, когда понял, что пони за столами нет. Удивило то, что никто ничего не сказал.

– Ну вот, а ты боялся, – шепчет мне на ухо Женя.

– Прям-таки боялся?

– Ну попа, мне кажется, у тебя жим-жим.

– Ты вроде один бокал шампуня выпила, не должно было развести.

– А меня и не развело. Пойдем наверх, там караоке. Я хочу что-нибудь спеть.

То ли для храбрости, то ли хрен пойми для чего, Женя залпом допивает мой виски и, скривив лицо, берет меня за руку, и ведет на верх. Почему-то никак не мог представить ее поющей, не вяжется она у меня с таким действием. Когда Женя подошла к сцене заказывать песню, я был уверен, что будет что-то лирическое в ее исполнении, но нет, ошибся. «Мой ненаглядный» в ее исполнении вышел значительно задорнее, особенно запомнился ее «бум».

– Браво, Женя, это было круто.

– Это что комплимент?

– Просто констатация.

– А ты не хочешь попеть?

– Нет. После тебя боюсь опозорюсь.

– Тем более, я тебя хоть в чем-то обскачу.

– Когда ты уже научишься иногда умалчивать?

– Когда-нибудь. Я хочу шампанского.

Не лучшая идея пить его после вискаря. Однако, сейчас, видя приподнятое Женино настроение, не хочу его ей портить нравоучениями. В конце концов, два бокала – ни о чем.

Когда я понял, что Женю развезло? Минут через десять. По взгляду. Он стал другим. Ничего такого она не делает, но смотрит на меня по-другому. Вот сейчас, в окружении многих, я понимаю, что все здесь лишние. Уединиться бы и самое то.

– Пойдем потанцуем, – беру ее за руку, как только в зале заиграла старинная лирическая песня из восьмидесятых.

Танцоры из нас так себе. Кажется, мы почти не двигаемся, только смотрим глаза в глаза, обнимая друг друга.

– Что? – первой нарушает затянувшуюся молчанку Женя.

– Что? – парирую в ответ.

– Ты на меня странно смотришь. Что-то хочешь мне сказать?

– Спросить.

– Спрашивай.

– Ты целовалась до меня? – на мой вопрос Женя открыто усмехается и с ответом не спешит. А зачем в принципе отвечать на идиотский вопрос? Ребячество какое-то с моей стороны.

– Нет, не целовалась.

– А зачем с «пони» сосалась?

– Я с ним не сосалась. Он сам меня… и без языка. Я сама не ожидала. Он хотел тебя подразнить, зная, что ты ко мне неравнодушен. Хочешь еще кое-что скажу?

– Хочу.

– Я тебя… хочу. Поехали к тебе домой, – выдыхает мне в рубашку.

Я тридцатичетырёхлетний придурок, готовый отплясывать ламбаду. Не это она хотела сказать, не это.

– Поехали.

***

«Хочу», как и предполагалось закончилось крепким, почти мертвецким Жениным сном после выпитого шампанского. Правда, недолгим сном.

– Леша, – сквозь сон чувствую толчки в плечо. – Мне плохо.

– Что? – нехотя разлепляю глаза, включая на ощупь ночник. – Тошнит?

– Нет. Живот болит.

– Мы вроде одинаково ели.

– Нет, это что-то по-женски. У меня была киста полгода назад, может, это она?

– Где именно болит?

– Внизу живота.

– Жень, я в гинекологии почти полный профан, – встаю с кровати и натягиваю на себя джинсы. – Ты одеться сможешь или так хреново? Поедем в больницу.

– Смогу и нет.

– Что значит нет?

– Я к нам не поеду, там тетки злые. Фу, они отвратительные.

– Мы туда и не поедем. Давай в ближайшую клинику. Тут минуты две на машине.

– А если это разрыв яичника? Ой, мамочки.

– Успокойся.

Если бы мне кто-то сказал, что через час я буду как в жопу ужаленный нарезать круги вокруг пустынного коридора клиника, я бы ни за что не поверил. Почувствовал себя пустым местом. Вроде и клиника платная, и облизывать меня должны по всем статьям, а вот ни хрена. И девка на ресепшене дура дурой.

– Вы можете хотя бы узнать на каком этапе обследования находится поступившая девушка.

– Как только что-то будет известно, вам обязательно сообщат.

– Я – врач.

– И что? – херов тебе сто. – От меня здесь ничего не зависит. Я намеренно от вас ничего не скрываю. А вот и врач.

Киваю подошедшей женщине лет сорока.

– Говорите, как есть, я врач, – зачем-то добавляю я.

– Ну это не имеет особого значения. Вы ее муж?

– Нет, ну...

– Значит вы отец.

– Я что настолько херово выгляжу, что меня можно назвать ее отцом? Гражданский муж, так вас устраивает? Какое это вообще имеет отношение к делу?

– Успокойтесь. Я имела в виду не ее отец. У вашей не супруги, – как будто специально подчеркивает «не». – Угроза прерывания беременности.