Глава 12. Янина.

Когда творческая парочка хромосом покинула мой кабинет, я долго не могла взять себя в руки. Все внутри вибрировало от слишком нахальных и, что уж говорить, горячих пожарных.

Поразмышляв еще немного, я поняла, что трясло меня от одного конкретного индивидуума, который упорством напоминал танк! А дальше размышлять я отказалась, потому что слишком нервное занятие это оказалось, да и ученик пришел.

Следующие несколько уроков прошли на автомате, я проводила последнего ученика и потопала к Татьяне Ивановне на разборки.

Главбуха на рабочем месте не было, зато была Данелия.

— Это невыносимо, — с порога выдохнула я.

Дана всегда была понятливой, поэтому сделала мне чай с каплей успокоительного коньяка, села напротив и приготовилась слушать.

— Еле выгнала, — закончила я свой пламенный монолог, с тоской глядя на бутылку коньяка.

— Выпей, мы с Хасаном отвезем, — предложила Данелия, утирая слезы, которые скопились в уголках глаз от смеха.

— Я не пью, — честно призналась я, — на меня алкоголь очень своеобразно влияет.

— Как? — заинтересовалась подруга.

— Я что-то покупаю. Или продаю, — глядя в стену, произнесла я. — В последний раз купила бейсбольную биту, пару шерстяных носков, спрей от тараканов и грунт для привередливых растений. А в истории браузера последняя строчка поиска была «где купить оленя».

— Зачем? — не поняла Данелия, удивленно округляя глаза.

— Понятия не имею. Учитывая, что в бейсбол я не играю, носки были явно мужские, тараканов у меня нет, а оленя мне негде парковать.

— А что продавала?

— Зимнюю резину Романа, — вздохнула я.

— Продала?

— Конечно. Мужчине из соседнего дома. Втридорога. Рома до сих пор меня не простил. Наверное, поэтому алименты не платит. Ну и в тот же вечер я зачем-то читала скороговорки с соседом-алкашом на щелбаны. Он мне до сих пор улыбается и подмигивает.

— Ты победила?

— Очевидно, потому что сосед картавит, — нервно хмыкнула я, — и самое веселое, что все это за один вечер. Покупки, продажи и скороговорки. С того дня у меня сухой закон. Представь, как я утром обалдела, когда мне все мои заказы привезли. Спасибо, что на оленя у меня не хватило денег.

— Дай угадаю, это было на вашем учительском корпоративе?

— Да. Мы пешком домой решили пойти. Но знаешь, меня успокаивает, что не я одна отличилась. Завуч наша вот где-то дорожный знак умыкнула, утром всем коллективом пытались вспомнить где, и вернуть... Не вспомнили.

— Янина, — задумчиво позвала Данелия, — когда я рожу — мы с тобой на свой корпоратив пойдем.

— В такие приключения я влипаю раз в год, — прикинула я, глядя на животик подруги, — поэтому договорились. Только заранее Хасану не говори.

— Я ему после скажу, когда все закончится, — прыснула подруга, а я покосилась на часы. — Домой пора?

— Да. Нужно еды наготовить и Элину заставить хоть немного позаниматься. Скоро в школу.

Я поднялась со своего стула, вымыла чашку, аккуратно поставила ее на место и засобиралась домой. Ехала, то и дело озираясь по сторонам в поисках Колдуна или его товарищей с цветами, но никого не встретила.

Облегченно вздохнула и поднялась к себе. Элина вышла из своей комнаты надутая и задумчивая.

— Что случилось? — испугалась я.

— Ничего, — отрезала дочь, скрещивая руки на груди, — ты закончила?

— Закончила, — кивнула я. — Дочь, что произошло? Я же вижу, ты расстроена.

— Ничего! — отрезала Элина и ушла в свою комнату.

Я решила дать ей время успокоиться. Переоделась в домашние шорты и футболку, расчесала волосы, убрала в небрежный пучок на голове и отправилась на кухню — готовить ужин.

Когда борщ и пюре с котлетами были готовы, ко мне присоединилась дочь.

— Голодная? — заботливо спросила я.

— Не очень.

Элина с размаху села на стул и сдула с лица длинную челку.

— Мам, а можно я волосы покрашу?

— В какой цвет? — уточнила я.

— В розовый. Или фиолетовый. Или зеленый.

— Лина, я не против, но скоро в школу, — напомнила я.

— А я оттеночным шампунем, он смоется как раз к началу занятий, — воспарила духом дочь.

— Если смоется — крась в какой хочешь цвет, — разрешила я, вспоминая себя.

Мне красить волосы мама не разрешала, но тогда меня ее запреты не останавливали. Так кто я такая, чтобы мешать дочери экспериментировать?

— Тогда завтра я куплю шампунь оттеночный, а ты меня покрасишь, да? — наконец-то улыбнулась Элина.

— После работы, — согласилась я, — а теперь садись, будем есть. Я уверена, что днем ты перебивалась только бутербродами.

— Мы с Кирой были заняты. И, мам, спасибо.

— За что? — не поняла я.

— Кире не разрешили волосы покрасить, а ты сразу согласилась.

— Лина, что я тебе всегда говорю? Главное — голова на плечах, а какого она цвета, мне неважно. Садись.

— Я тебе завтра блинчики пожарю, — решила Элина, — сегодня хотела, но муки нет.

Я взяла тарелку, налила дочери борща, поставила тарелку перед ней и...

— Хлеба нет, сметана тоже закончилась, картошку последняя в пюре, — задумчиво перечисляла я.

— Сходить в магазин? — уточнила дочь.

— Я сама прогуляюсь, — решила я, — и муку тебе на блинчики куплю.

— И сгущенки возьми, — попросила дочь.

— Хорошо. Что-то еще?

— Нет. Я посуду помою, потом вместе поужинаем.

Я послала дочери воздушный поцелуй и пошла переодеваться. Надела свои старенькие спортивные штаны, накинула тонкую мастерку, шлепки, в которых я обычно совершала променады в магазин, взяла телефон и отправилась в ближайший минимаркет на перекрестке.

Солнце клонилось к закату, а я медленно шла, подставляя лицо прохладному ветру и рассматривая многочисленные гуляющие парочки.

Людей в магазине было немного. Я взяла тележку и покатила ее по рядам, собирая все, что мне нужно. Консервы, сгущенное молоко, большой мешок картошки, печенье...

Остановилась у полок с красками для волос и оттеночными шампунями и решила, что у меня сегодня достаточно сил, чтобы порадовать дочь.

Набрала Элине по видеосвязи и уточнила:

— Лин, смотри... Какую взять?

Элина нахмурила брови, а я переключила камеру, показывая ей коробочки, стоящие на полке.

— Вот этот, розовый, — указала дочь.

— Хорошо, — улыбнулась я.

— Мам, поверни камеру обратно, — потребовала Лина.

Я вернула свое изображение на камере, а дочь выпалила:

— За твоей спиной какой-то довольный маньяк лыбится!

Я резко обернулась и...

Маньяк был довольный, высокий и очень знакомый. До боли просто! Сверкая наглючими глазами, он осматривал меня с ног до головы и перекатывался с пятки на носок.

— Это не маньяк, дочь, не волнуйся, — успокоила я Элину. — Жди, я скоро буду.

Тихон сверкнул глазами и выдал мне новую улыбку, которая, по его мнению, должна была меня очаровать. Однако волшебство романтического момента немного портил пакет с тремя картофелинами и банка кошачьего корма в его руках, которые не вязались с образом романтичного мачо.

— Вот так встреча, добрый вечер, — пропел он, когда я сбросила вызов.

— Поэт в тебе не умер, — пробурчала я. — Колдун, ты за мной следишь?

— Ну да. А чтобы меня принимали за радостного маньяка, а не грустного, вот в качестве прикрытия картошку с собой ношу и кошачий корм. Потому что котиков все любят и на меня не подумают. Да живу я недалеко, бунтарка, не злись. Ты, кстати, когда не в образе училки, такая уютная. И вот этот баклажан на голове тебе идет.

— Тихон, сейчас я стану маньяком. Очень радостным, потому что побью тебя, — пообещала я.

— А что, взять меня силой уже не в моде? Или это потом? — уточнил он со смешком.

— Сегодня я не в настроении, — выдохнула я.

— Тогда завтра в это же время, в этом же месте? — предложил он.

Я молча развернула тележку и попыталась вспомнить, зачем я пришла в магазин. А это чудо медленно топало за мной, не упустив случая сунуть нос в мою тележку.

— Янина, а ты давно тут живешь? — пристал он, пока я выбирала печенье.

— Давно.

— Странно, я тебя здесь не видел.

— Ты за чувством собственной привлекательности вообще хоть что-то видишь? — отмахнулась я.

Резко развернулась, задрала голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и выпалила:

— Тихон, вот если бы ты со мной не поспорил, меня не знал, то прошел бы сейчас мимо и даже взглядом не остановился.

— Да, — серьезно и честно ответил он, — но я тебя знаю. И остановился. Потому что хочу узнать еще ближе, а ты не позволяешь. Знаешь, может, если ты узнаешь меня лучше, то изменишь мнение обо мне и перестанешь думать, что я способен только на себя в зеркало любоваться.

— Маньяки теперь не нападают, а уговаривают? — развеселилась я.

— Вообще обленились, — согласился Тихон, — Янина, а ты правда натуральная блондинка?

— Натуральная, — согласилась я.

Бросила в корзину печенье и заторопилась в сторону кассы. Тихон шаг в шаг следовал за мной. Непривычно собранный и какой-то очень задумчивый он был в тот вечер.

Встала у кассы, выгружая продукты на ленту, пока Колдун джентльменски доставал из-под ленты пакет.

В ответ на мой строгий взгляд парень просто захлопал длинными ресницами. Я только тяжело вздохнула, а когда кассир начала пробивать мои покупки, стала укладывать их в пакет. И не сразу обратила внимание, что держу в руке кошачий корм, а Тихон уже прикладывает карту к терминалу.

— Корм для меня, — выдохнул он, сгребая мой пакет в одну руку, а банку с кормом в другую.

— А ты в еде неприхотливый. С кошкой не забудь поделиться, — съехидничала я.

— Да ты видела, сколько там витаминов, минералов и белка? — хмыкнул он, подхватывая шутку.

— Как-то не интересовалась. Отдай пакет. И скажи, сколько я тебе должна?

— Янина Сергеевна, мы с тобой сейчас прогуляемся немного, я твой пакет до дома донесу, и мы нормально поболтаем. И ты мне ничего не должна, оскорбляй словами, а не деньгами. Я это… личность твою хочу узнать.

— Какую из моих десяти личностей ты хочешь узнать?

— Все! — блаженно выдохнул Тихон и с веселым озорством посмотрел на меня.

Мы остановились у входа, а я снова потребовала:

— Не нужно меня провожать!

— Кошка, я радостный маньяк, а не чокнутый сталкер, в окно к тебе могу забраться только с твоего разрешения.

— В дверь твое самолюбие не проходит? Или азарт?

— Ну дурной я, да, — совершенно неожиданно повинился он, — совсем дурной и бешеный со всех сторон. Есть такой. Но пакет тяжелый, а я хочу тебе помочь. Нельзя?

— Ты тактику сменил, да, Ален Делон карманный? — подозрительно уточнила я.

Колдун ничего не ответил. Молча развернулся и вышел на улицу. Мне пришлось идти за ним. Мы спустились по лестнице и...

Я не сразу поняла, что случилось. Мое падение, резкая боль в колене, странный звук, мат Тихона...

Последнее, что я увидела, уже сидя на земле, — как Тихон точным броском попадает банкой кошачьего корма в спину самокатчику, который меня сбил и пытался слинять.