27

– К–какой отец? – начинаю заикаться от испуга. – У меня нет никакого отца. Ой! То есть есть, но ты–то откуда об этом знаешь? Моего отца ты не мог раньше видеть, ты что–то путаешь! И какая еще война? Не говори глупости.

– В окно посмотри, принцесса моя дорогая, – приторно произносит Кай, подходит ближе, обхватывает меня за талию и подталкивает к проему. – Видишь? – он указывает за ворота резиденции Герберта. – Они уже здесь. Картонная преграда у входа в город ожидаемо не сдержала их. Я, правда, немного удивлен. Не могу понять, как относятся к тебе в семье. Вроде родитель отправил на два года в ссылку без какой–либо помощи, а тут взял и быстро прибыл с целым войском.

– Это не целое, лишь малая его часть. Папа никогда не оставил бы Кевларию без защиты, – автоматически поправляю принца, забывая, что только что отпиралась от утверждения, что за воротами именно мой отец.

– Хм, теперь ясно, почему мой родитель хотел породниться с вами. Дело тут явно не в одной древней крови, – задумчиво тянет Кай.

– Папа выдает Ниту замуж? – хмурюсь. – Но у тебя ведь уже есть Виола. Отец из–за этого приехал? Он знал, что ты будешь здесь?

Принц смотрит на меня с досадой.

– Да что не так с твоей памятью?! Я буду требовать большего от наших родителей, они поступили с нами обоими некрасиво, но с тобой просто чудовищно. И я пригласил твоего отца, сообщив, что ты тут, со мной. Своего я тоже позвал, но он не столь быстрый. У вас в семье сплошные таланты, как я посмотрю.

– Ты?! – снова отскакиваю от Кая, как кипятком ошпаренная. – Зачем? Как ты мог? Ты меня предал!

Слезы застилают глаза, а в душе поднимается обида.

– Лия, я не предавал тебя, – медленно произносит Кай, – все не так. Воспользуйся своим даром, излечи себя!

Он делает шаг в мою сторону, но я истерично визжу.

– Не подходи! – и от чего–то принца отбрасывает назад, хотя я его и пальцем не коснулась. – Что это было? – спрашиваю с благоговейным ужасом. – Неужели это я? Я пожелала, чтобы ты не приближался.

– Очевидно, твое желание исполнилось, – спокойно произносит Кай, поднимаясь на ноги. – Я ведь говорил, у тебя дар, и сильный причем.

Но слова принца подвергают меня в еще больший ужас, чем был до этого.

– Нет, – отрицательно качаю головой, – нет, пожалуйста, только не это. Я опасна, проклятие окончательно взяло власть надо мной. Я способна лишь на разрушения, – с каждым сказанным словом я медленно оседаю на пол, – меня нужно нейтрализовать, я опасна для мира.

– Лия, ты не права, – Кай осторожно шагает в мою сторону, – позволь мне подойти.

– Зачем? Верглаве нужен живой принц, я сама дойду до отца и сдамся ему, не волнуйся, – равнодушно жму плечами, меня охватывает апатия. То, чего все так долго боялись, произошло. – Я не хочу причинять тебе вред, но руковожу балом не я.

– Какая же ты дурочка, – внезапно злится Кай, подходит и резко ставит меня на ноги, – заканчивай с жалостью к себе, ненужное это дело. Возьми себя в руки и вспомни все! Не ты порченная! А твоя сестра! – он повышает голос. – Я устал тебе это говорить. Видит Свет, как же я устал.

А потом он берет и целует меня, только в прикосновениях принца нет прежней нежности, лишь злость и отчаяние. Но грубая ласка все равно отзывается в моей душе, я расслабляюсь и подчиняюсь и поцелую, и приказу Кая.

Меня затягивает в водоворот эмоций и, неожиданно, воспоминаний. Искренне упиваюсь и тем, и другим, и не знаю, сколько бы времени мы еще стояли вот так вдвоем, стремясь выпить друг друга до дна, но только нас прерывают.

– Очень добрый день, – произносит сердитый голос со стороны двери. – И как это понимать?!