Вирайн

Я смотрел вслед удаляющейся Эллине и ощущал в груди неприятное ноющее чувство, подозрительно напоминающее сожаление.

Похоже, на этот раз я всё-таки перегнул палку. Надо всё же не забывать, что ей всего восемнадцать. В этом возрасте юношеский максимализм цветёт буйным цветом, и весь мир видится исключительно в чёрно-белых тонах. А в случае с моей принцессой на это ещё и наслаивается некоторая избалованность и эгоцентричность.

Моя принцесса…

Скажи мне кто-нибудь ещё пару месяцев назад, что я, точно в омут с головой, ринусь в отношения с собственной студенткой, да ещё и королевских кровей, я бы назвал его сумасшедшим. А сейчас на полном серьёзе строю планы по завоеванию крепости по имени Элли.

В какой момент она перестала быть для меня адепткой Лоуи, а стала просто Элли?

Пожалуй, с самого первого занятия. То, как дерзко она отвечала на мои едкие замечания, как горели яростью её глаза, когда она обвиняла меня в недостойном преподавателя поведении… Ни одна девушка так со мной себя не вела.

Так уж вышло, что в нашем обществе сложился стереотип об идеальной женщине как о тихой, нежной и покладистой. И именно такую невесту мне старательно подыскивает мать, даже не догадываясь, что все эти услужливые хорошенькие мордашки с широко распахнутыми «невинными» глазами вызывают у меня лишь глухое раздражение.

А мне хочется совсем иного. Хочется видеть рядом с собой незаурядную личность, сильную и независимую. Ту, что будет прислушиваться к моим словам, но и с готовностью станет отстаивать свою позицию, если сочтёт нужным.

Мать желает для меня тихую гавань, а я мечтаю о бушующем шторме.

Поэтому я не смог устоять перед Эллиной. Она была тем самым штормом. Порывистая и импульсивная, с впечатляющим магическим потенциалом и безграничным упрямством, она с самого начала заставляла кровь в моих жилах буквально вскипать от желания. Хотелось заставить её смотреть только на меня. Хотелось прикоснуться. Присвоить. И только жёсткий самоконтроль позволял мне держать себя в руках.

Пока она сама не начала преследовать меня.

Разве можно устоять, когда добыча сама бежит в твои руки? Я, в конце концов, не железный.

Только вот как долго продлится эта её увлечённость? Подростковые влюблённости столь недолговечны… А я не желаю выпускать Элли из своих рук. И поэтому вынужден тщательно взвешивать и продумывать каждый шаг, хитрить и манипулировать, чтобы добиться желаемого.

Да, я осознанно играю с ней в увлекательную игру «горячо–холодно». Да, я вижу, что она сгорает от ревности, и подбрасываю дров в этот костёр.

Потому что Эллина из тех, кто добивается желаемого любыми путями. Сейчас она думает, что хочет меня. Что ж, замечательно. Пусть пытается «завоевать» мою любовь. А я приложу максимум усилий, чтобы у неё не возникло даже мысли, что она уже достигла поставленной цели.

Эллина должна быть моей. Точка. Ни Алану Белинусу, ни принцу Торбиану, ни тем более Алкуру Хайоту она не достанется.

— Выглядишь так, словно строишь коварный план по свержению власти, — раздался рядом чуть насмешливый голос.

Погрузившись в свои размышления, я даже не заметил, как ко мне подошёл Тарий.

— Ты практически угадал, — в тон ему ответил я. — Только свержение власти стоит заменить на покорение сердца одной крайне строптивой особы.

— Это ты на Её Высочество Эллину намекаешь? — Тарий весело фыркнул. — Что ж, могу только пожелать тебе удачи. Она производит впечатление девицы, способной даже каменному истукану устроить эмоциональные качели.

Я лишь улыбнулся. О, да, моя Элли такая. Но в этом, пожалуй, и заключается её главное очарование.