Глава 32

Не знаю, то ли моя божественная угроза подействовала, то ли я просто никому не сдалась этим утром — но проснулась я выспавшаяся и в отличном расположении. Тут же в голову стукнуло, как там мои помощницы. Выскочила проверить — вдруг пока я дрыхну, Ирсалу умыкнули наказывать. Ну или они с Тайлири поубивали друг друга.

Но обе «жрицы» были на месте. Целы и невредимы, хотя несколько напряжены. Встретили меня с искренней радостью. Видимо, общество друг друга им приелось.

— Доброе утро, девочки. Который час?

— Полдень миновал только что, божественная, — ответила драконица.

— Пусть принесут завтрак. Или обед, неважно. Ирсала, твой муж может прийти присоединиться к нам, если не занят. Или в любое время в течение дня.

— Я передам ему, божественная, — поклонилась драконица.

Я напутствовала ее, чтобы не выходила сама — мало ли, как настроены другие драконы. Понятия не имела, каким образом она передаст ему приглашение, и не собиралась заморачиваться. Если Ирсала подобралась к Джарре и плеснула в лицо кислотой или чем — до мужа и подавно достучится.

Так что я ушла в ванну, потом переоделась, и когда вышла снова, меня ждал накрытый стол — и мужчина, помимо моих помощниц. Ирсала сидела рядом с ним, Тайлири на другом краю стола. Я села на свободный стул.

— Полагаю, Кейлас? Рада тебя видеть.

— Божественная… Ты спасла мою супругу. Благодарности моей нет предела. Прими мое служение, молю тебя!

Я чуть не поперхнулась завтраком, который не стала откладывать. Если так пойдет и дальше, мой штат служащих будет расти в геометрической прогрессии! И куда мне всех девать? На Земле я не была женой или дочкой олигарха, жила в однушке-студии, а не в хоромах на Рублевке.

И что со всеми делать? Был бы свой замок — там им нашлось бы применение. А тут у Рендора есть свои слуги, и они прекрасно справляются. Устраивать очередь на право подать мне ночнушку или нажать слив в туалете, как у средневековых монархов, как-то не хочется.

Но отказать мужу Ирсалы я не могла, если хотела исполнить свое обещание и не разлучать их. Если оба окажутся у меня в услужении, как раз и не разлучатся. А потом, может, по-тихому избавлюсь от обоих. Отправлю «на удаленку» к себе домой.

Довольная собой, я пафосно возвестила:

— Принимаю твое служение, Кейлас. И первое мое поручение — расскажи, какие настроения у твоих товарищей после вчерашнего? Сердятся ли они на твою жену или на меня?

Дракон покачал головой:

— Что ты, божественная! Никто не посмеет сердиться на тебя. Что до нас с Ирсалой…

Он замешкался, и жена пришла на выручку:

— К нам всегда хорошо относились, Владычица. Некоторые — с жалостью, и это было тяжело для нас.

Я поняла, что она сказала — для нас, чтобы не задеть Кейласа. Конечно, тяжелее всего мужчине, которого жалеют за недееспособность.

— И сейчас никто не станет требовать, чтобы тебя отдали Джарре? Что насчет Скрижалей? Джарра и ее маг упомянули их, когда требовали твоей казни. Что это такое?

Ирсала бросила на мужа быстрый взгляд и опустила глаза. Я поняла, что таким образом она предложила ему объяснить самому — как мудрая женщина не желает лезть поперек супруга. Кейлас заговорил:

— Скрижали — это древние наставления наших богов, Владычица. Они запечатлены в самом большом храме всех драконов. Высечены прямо на стенах. Некоторые — в виде текстов. Некоторые — картинками, которые магически оживают и изображают ситуацию, когда кто-то из драконов обращается к ним.

Я насторожилась.

— И что, обратиться может любой дракон? И Лазурный, и Черный?

— И Красный. Древние боги покровительствовали всем драконам, не разделяя нас. До сих пор каждый год мы собираемся на служение все вместе, оставив все распри.

— Скажи… Джарра может потребовать, чтобы эти Скрижали подтвердили, богиня я или нет?

Кейлас задумался.

— Такого никогда не случалось. Никто никогда не оспаривал божественную сущность.

Ага. Если эта сущность сразу шарашила молнией по дерзкому еретику. А я только и могла что корчить высокомерную физиономию и надеяться, что дерзкий сдуется сам. Но Джарра не сдулась.

Королева психов недвусмысленно выразила намерение испортить мне жизнь. И с ее уровнем психического расстройства она любой ценой постарается это исполнить…

— А если случится? Она может заставить Рендора привести меня в этот храм?

Тут подала голос Тайлири:

— Никто никого не может заставить привести куда-то богиню против ее воли. Богов не принуждают.

Я удержала вздох. Меня-то скрутить и притащить куда угодно легче легкого. А там и доказывать не надо, что я не богиня. Само станет понятно, раз не наказала ослушников. Но я не стала упираться. Незачем твердить это драконам, не то так и будет откладываться в подсознании. Уточнила другой важный момент:

— Допустим, Джарра потребует такой проверки. Допустим, я соглашусь. Что помешает ей нарушить ваше священное перемирие и перебить всех, кто собрался в храме?

Супруги-драконы рьяно помотали головами.

— Это исключено, божественная. Кровопролития в Храме Всех Богов запрещены, нарушителя покарают.

— Кто? Боги?

— Сами драконы.

Ну да. При условии, что будет кому карать. А если Черные подпалят или взорвут этот храм с остальными драконами, кто покарает? Перед глазами встала похожая сцена из сурового американского фэнтези-сериала. Там тоже никому и в голову не приходило, что одна нездоровая, жадная до власти истеричка взорвет главный храм своей страны, когда в нем соберутся почти все ее недруги…

Поведение Джарры выдавало в ней конченую психопатку. Такую ничто не остановит. Какие-то там храмы, договоренности… Если захочет отомстить — потребует явиться перед этими Скрижалями… и отыграется за все мнимые и реальные оскорбления.

Я должна поговорить об этом с Рендором. Если Джарра затребует проверку, он должен понимать, что может стоять за этим.

— Как мне передать государю, что хочу с ним поговорить?

Передать-то было проще простого — вон в спальню к нему постучаться, прямо за стенкой. Но таким способом я не собиралась общаться с Его Драконьей Наглостью. Богиня я или нет?

Кейлас вызвался посыльным. Я предложила сначала закончить трапезу. До конца нашего позднего завтрака я расспросила точно, что Ирсале не грозила опасность от самих Лазурных. Потребовать ее выдачи Джарра не сможет, не опровергнув мою божественность.

Убедившись, что сами Лазурные не станут наказывать женщину за покушение на королеву, я разрешила супругам жить в своих личных апартаментах, а свои обязанности моих служителей исполнять «по запросу».

Поддержка обоих, знакомство с жизнь драконов мне ой как пригодится. Тайлири, как и я, здесь чужачка, хоть знает и побольше моего. А тут двое местных, да еще из высшей прослойки, приближенные самого короля. Ирсала, похоже, еще и сильная магичка.

Я спросила это у самой женщины. Та с достоинством кивнула.

— Я обладаю чародейским и знахарским даром. Потому и создала такое зелье, которое не смог залечить чародей Черных.

При упоминании чародея я вспомнила еще кое-что.

— Он называл себя — Хранитель Драконьих Скрижалей. Что это?

— Нужен особый дар и навыки, чтобы обращаться к Скрижалям. Они раскрываются лишь при определенном ритуале. Проводить его должен тот, кто специально обучен.

— У Лазурных Драконов это Вейтар?

— Да. Генерал Вейтар и еще несколько драконов. Хранителей всегда несколько, чтобы они могли передавать свое знание и оно не пропало.

— Вчера он мог бы и смолчать, когда Джарра с ее магом принялись твердить про эти скрижали!

Ирсала улыбнулась.

— Генерал такой человек. Никогда не станет лгать или молчать.

Сказала бы я, что думаю про неуместное правдолюбие. Но не видела смысла. Ситуация миновала — и теперь надо смотреть в лицо будущему, а не оглядываться в прошлое. Закончив завтрак, Кейлас отправился к королю. Вернувшись, сообщил, что государь будет счастлив видеть богиню через два часа, когда завершит прием просителей.

Я подумала, чем бы себя занять в это время, и попросила Кея с Ирсалой показать мне дворец. Драконы с радостью согласились. Они были полны энтузиазма отблагодарить меня и исполнить свои новые обязанности.

Мельком я бросила взгляд на Тайлири. Если жрица и была недовольна тем, что у нее появилось так много соперников за мое божественное внимание, да к тому же я чаще обращаюсь к ним, чем к ней — виду она не подала. Но попросилась пойти с нами, и я не видела причин отказывать.

Так вчетвером мы отправились исследовать замок. Снова меня удивил контраст с прозрачным храмом фейри. Там все было легкое, воздушное, будто сотканное из эфирных нитей. Здесь же было ощущение, что сама драконья натура воплотилась в кребане — могучем сплаве, который мог выдержать даже атаку драконьим огнем. Массивная, тяжелая, непрошибаемая.

Кейлас провел меня по нескольким этажам замка, пояснив, где находились залы для разных торжеств и государственных дел, где жилые апартаменты дружинников и чиновников с семьями, где жилье прислуги. Меня порадовало, что при дворе Лазурных не было всяких придворных прихлебателей просто для красоты и потому что так положено. Каждый исполнял свои обязанности, участвовал в управлении королевством или защищал его от врагов. Все было устроено разумно и без излишеств.

Когда он вел меня в драконью библиотеку, из-за угла вдруг вылетел ребенок. Увидев меня, остановился и уставился с раскрытым ртом, как на ходячее божество… Впрочем, я им самым я и была для драконов, и все никак не могла привыкнуть.

— Ты Иллари, — заявил паренек безапелляционно, словно уличил меня в чем-то. — Богиня из другого мира.

— Из другого мира — это точно, — подтвердила я. — Насчет богини, так говорят жрецы фейри.

— Сделай так, чтобы папа меня не наказывал за то, что я подкинул Армине в спальню жуков!

— С чего бы это? Подкладывать девочкам жуков нехорошо. Пусть папа тебя накажет, может прекратишь.

Мальчишке было лет восемь-девять, и он кого-то мне напоминал. Возможно, я уже видела его отца среди драконов. В подтверждение из-за угла донесся знакомый голос:

— Мартин! Куда удрал, негодник? Ну-ка вернись, а то схлопочешь еще больше!

Из-за угла стремительным шагом вышел отец хулигана. Завидев своего отпрыска, бросился к нему. Мартин ойкнул и отскочил, да не куда-нибудь, а за меня, прячась от сердитого папочки за моей юбкой.

Мужчина попытался обойти меня сбоку и выхватить сына из такого ненадежного убежища. Но проказник Мартин не собирался так легко сдаваться. Он отпрыгнул еще дальше — при этом не выпустил из рук края моего платья.

Тонкая ткань с треском порвалась. Я взвизгнула и повернулась, чтобы влепить нахаленку подзатыльник. И не устояла на ногах. В неловком повороте я завалилась набок и саданулась бы головой об угол стены, если бы генерал Вейтар не успел ловко подхватить меня.

Я даже не осознала толком, что только что произошло… как вдруг с противоположного края коридора донесся другой знакомый голос, еще злее и разгневаннее, чем у Вейтара, сердитого на выходку сына:

— Чем вы тут все изволите заниматься?

Надо мной нависло лицо его драконьего величества. Глаза полыхали самым настоящим бешенством. А я, в разорванном платье, беспомощная и лишенная всякого божественного достоинства, повисла на руках генерала Вейтара.