Глава 47

В первый миг меня словно обдало дурманом. Я чуть не лишилась сознания, потерялась в губах Рендора, в пьянящем мужском запахе. Я не отвечала на поцелуй, но и сопротивляться не могла.

Его руки жадно стиснули мои плечи, крепко прижали к груди. Так, словно он обрел что-то безмерно дорогое и ценное… и сейчас боялся это выпустить.

Не знаю, сколько он так меня целовал, а я принимала поцелуй и не вырывалась. Кое-как я опомнилась, попыталась его отпихнуть. Да куда там. Хрупкая я против груды мышц весом больше центнера.

Так Рендор и продолжал терзать мои губы, алчно вторгаться жестким языком в рот. А потом нехотя отстранился. Снова захватил ладонью мои волосы. Второй ладонью провел по щеке с внезапной нежностью.

— Что ты со мной творишь, Лариса?

Творю? Я?! Да вы что-то попутали, ваше драконье величество! И… он назвал меня по имени! Не человечка, даже не ироничное «божественная». Лариса. Мое земное имя, такое привычное, такое родное.

По спине пробежали мурашки. Это ты что-то вытворяешь со мной, государь Рендор! Его прикосновение подействовало на меня как наркотик — и это пугало…

— Отпустите меня немедленно…

Я думала, что выкрикну это требовательным тоном — но мой голос прозвучал жалко и беспомощно.

— Куда? — хрипло рыкнул Рендор. — К Вейтару? Хочешь, чтобы на моем месте был он? Не отбивалась бы тогда?

— Что вы несете?! Я никому не позволю надругаться надо мной!

Он провел ладонью по моей спине. Меня тут же обдало фонтаном мурашек.

— Никто над тобой не надругается…

Теперь его голос прозвучал ласкающе, чуть ли не мурчаще.

— Я хочу доставить тебе удовольствие… такое, которого ты не знала никогда в своей иномирной жизни. Которого никто не даст тебе здесь. Расслабься… Не вырывайся. Позволь себе получить наслаждение, просто отдайся мне…

Что?! Да ты совсем офонарел, король кобелей! Вот прямо взяла и отдалась, шнурки не погладив.

Я со всех сил лягнула его обеими ногами по коленям. И рванулась из-под него. Но не тут-то было. Рендор уже привык к моим сюрпризам и был готов. Плотнее навалился на меня, прижал мощными бедрами к кровати. И рванул ночную сорочку.

Тонкая ткань треснула, обнажая мою грудь. Я зажмурилась: голодное вожделение в его глазах ослепляло. Неужели сейчас он просто возьмет меня против воли?!

В этот момент моя босая ступня уткнулась в какой-то островатый уголок под кроватью Рендора. Не знаю, каким чудом я сейчас могла соображать, но мне удалось вспомнить: книга!!! Злосчастный томик с наущениями гаремным господам, как надо муштровать наложниц. Именно сюда он упал, после того как я запулила его. До сих пор никто не убрал, слуги не посмели тронуть настольную книгу государя?

Я тут же обмякла в руках драконьего короля. Притворилась то ли разомлевшей от ласк, то ли потерявшей сознание. Одержимый похотью Рендор продолжал терзать мое тело — то гладить, то сминать… то целовать всюду без стыда и стеснения, точно я была одной из его одалисок, а не свободной женщиной, которая так и не сказала ему «да».

Я приложила всю свою волю, чтобы изобразить из себя бесчувственное бревно. Не дергаться и не вырываться… и в то же время не дрожать от непонятного огня, охватившего меня с головы до ног.

Хитрость сработала. Рендор вдруг остановился. Я почувствовала, как упругие мускулы напряглись еще сильнее.

— Ты что? Что с тобой? Ты в порядке?..

В его голосе послышалась неподдельная тревога. Я не открывала глаз и не шевелилась.

— Лариса! — воскликнул он почти испуганно.

И в этот миг я скользнула с кровати вниз, молниеносно подняла с пола тяжеленную книгу… и со всей дури огрела ею Рендора по лобешнику!

Твердолобый драконище даже не шелохнулся. Только поморщился. Схватил меня за руку, здоровый талмуд с глухим ударом выпал на пол. Сузившиеся от ярости глаза короля приблизились к моему испуганному лицу.

— Хочешь поиграть? Я тебе это устрою… богиня.

Он вновь толкнул меня на постель. Но на этот раз — переворачивая на живот. Заломил руки мне за спину… и задрал обрывки ночной сорочки до поясницы. Я завизжала как резаная, понимая, что он намерен сделать. Этот ненасытный кобелина уже не собирается тратить время на поцелуи и ласки — пусть даже принудительные.

Я больше не вопрошала мысленно с испугом: ай-ай, неужели он сейчас возьмет меня силой?! И так было понятно, что он сделает, да еще и грубо, по-животному. И тут прозвучал гневный, спасительный голос:

— Рен!! Ты спятил, придурок?! Немедленно остановись!