Глава 16

Илверт

Бегство Эйша стало для меня настоящей неожиданностью. Не могу сказать, что слишком на него рассчитывал, но Айк Эйш помог мне взять Самарин. Если бы не он, пришлось бы идти на договоренность с призраком отца, а это чревато последствиями. Я не был наивным ребенком и понимал: стоит Илверту Первому получить тело, и он начнет мстить. Причем не только матери или мне, но и целому миру. Это напоминало безумие. Всё, что сейчас происходило вокруг меня, но я все равно считал, что поступаю правильно.

Куда и почему уехал Айк? А главное: зачем оставил здесь свою племянницу-изельгардку? Шпионить? Или просто решил не взваливать камень себе на шею? Но он ведь искал её, забрал сразу, стоило девчонке оказаться у меня в плену, а теперь оставил. Ситуация казалась всё более и более странной.

А между тем, надолго задерживаться в Самарине нельзя. Самарин — еще не Литония, а лишь маленький клочок земли. Максимум, сколько здесь пробуду — неделю, пока не наведу порядок в городе, не наберу пополнение из горожан, сочувствующих моим целям, и не усилю посты, чтобы столицу никто не смог отвоевать, пока я пойду дальше. Изельгард слишком близко, и у воинов Осмонда куда больше опыта, чем у моих.

Об этом я думал, меряя шагами спальню. По привычке не спал всю ночь: некромантия предпочитает темное время суток, и я обычно бодрствовал тогда, когда нормальные люди спали, и наоборот. Хотя, в последнее время понятия сна и бодрствования и вовсе смешались в один ком.

Утром приказал прислуге доставить для лерины Эйш платья и всё, что нужно девушке. Думаю, намек будет понят. Собирался вызвать Янтеля и узнать, удалось ли что-то выведать у пленных изельгардцев, но Янтель опередил мой приказ и возник на пороге сам.

— Ваше величество, — поклонился он, — у ворот города ожидают люди. Говорят, что прибыли от короля Верании. Что прикажете с ними делать?

Янтель усвоил урок и говорил почтительно, но я уловил холодок в его голосе. Что ж, я не набивался ему в друзья, а оставался правителем. Мама всегда говорила, что у королей не бывает друзей, и Ник был с ней согласен. Янтель только подтверждал это правило.

А вот появление послов Верании — это любопытно. Что могут мне предложить веранцы? Впечатлены стремительным продвижением моих войск по территории, принадлежащей Изельгарду? Решили примириться раньше, чем я приду на их земли? В любом случае, их стоило выслушать.

— Пусть их впустят и проводят во дворец, — приказал Янтелю.

Он поклонился и удалился. Я же думал о том, как принять послов. Для нашей встречи переоделся в черное: они жаждут увидеть некроманта, так пусть видят. Накануне в сокровищнице, пусть и весьма скудной, мои призраки отыскали корону Литонии. Я надел её на голову, взглянул в зеркало и отметил, что после ранения и недосыпа выгляжу почти зловеще. Наверняка, собственная армия испугается, если увидит. Только вышел из дверей моих комнат, как нос к носу столкнулся с племянницей Эйша. Девчонка была в ярости и смятении, это было заметно. Она по-прежнему щеголяла одеждой с дядюшкиного плеча, но раз поняв, что передо мной девушка, можно было только удивляться, как не заметил этого ранее.

— Доброе утро, — сказал ей. — Вы чем-то расстроены?

— Да, — выпалила девчонка. — Утром для меня принесли одежду. Так вот…

— Она не подходит? — холодно спросил я.

— Совсем не подходит.

— Почему же?

— Она… женская.

— А вы предпочитаете мужскую?

Мы стояли и смотрели друг на друга. Девчонка сжимала и разжимала кулаки, а я думал о том, что даже имени её не знаю. Тео и Тео.

— Да, — тихо сказала она, а я даже не сразу понял, на какой вопрос ответила. Возникла неловкая пауза.

— Что ж, — я улыбнулся собеседнице, а она почему-то побледнела. Моя королева-мать считала, что мне вообще противопоказано улыбаться, у людей от этого возникают мысли, будто хочу их убить. — Я услышал вас, Тео. Вам принесут другую одежду, но, признаться честно, не понимаю вашего упорства. То, что вы женщина, для меня не секрет.

Теперь девчонка покраснела и стала хорошенькой. Злость была ей к лицу.

— Не понимаю, о чем вы, ваше величество.

— Всё-то она понимает. — Призрак Илверта, как всегда, выплыл из стены неожиданно, и я едва не шарахнулся в сторону. — Умная хитрая лисичка. Вся в Эйшей.

— Что ж, будем и дальше делать вид, что вы не понимаете, о чем я, — кивнул ей. — Как ваше имя?

— Тео Эйш.

— Упрямитесь? Упрямьтесь. Можно подумать, от этого ваш пол изменится. Увидимся за обедом, Тео Эйш.

И пошел прочь. Мне сейчас не до разбирательств с глупой барышней, которая неведомо зачем выдает себя за мужчину. С этим разберусь потом.

Веранцев пришлось ждать около получаса. Еще бы! Их должны были обыскать, убедиться, что мне не угрожает опасность, и потом только провести во дворец. Я ждал в тронном зале. От живой стражи отказался, ограничившись мертвой, и теперь за моим троном замерли два умертвия, одно из которых было в форме Изельгарда. Думаю, достаточно весомый аргумент для переговоров. А еще с десяток призраков незримыми тенями рассеялись по комнате.

Я успел заскучать, когда в зал неспешно вошел Беар Янтель и доложил:

— Ваше величество, по вашему приказанию мы привели послов Верании.

— Пусть войдут, — ответил я, стараясь казаться спокойным, хотя, на самом деле, о спокойствии говорить не приходилось.

Веранцев было шестеро. Один шел впереди — видимо, главный, еще пятеро — следом. Они вышагивали так важно, будто это у них на голове короны. Все шестеро — уже в годах. Видимо, чтобы внушить мне уважение и подчеркнуть собственную мою незначительность.

— Ваше величество, — поклонились гости.

— Рад приветствовать послов Верании в столице Литонии, — холодно ответил я, давая понять, что разговор простым не будет. — Что привело вас ко мне?

— Наш король, Августин Седьмой, — заговорил главный, — послал нас к вам с доброй волей и уверениями в искреннем уважении.

Да, я уже заметил. Послы даже не представились.

— С кем имею честь говорить? — поинтересовался я.

— Мое имя — Шерил Виккент, я прихожусь нашему королю двоюродным дядей.

Даже дядю не пожалел, послал в логово некроманта.

— Что ж, Литония и Верания всегда были добрыми соседями, — сказал я. — По крайней мере, до того момента, как Верания захватила большую часть литонских земель. Но я готов выслушать вас, лер Виккент. Что поручил вам мой венценосный собрат?

Послы глядели на меня настороженно, а я мысленно поблагодарил матушку. Поживешь с ней, станешь мастером ведения словесных баталий.

— Наш король готов протянуть Литонии руку помощи в кровопролитной войне с Изельгардом, — уже не так уверенно продолжил Виккент. — Мы можем предоставить вам войска и поддержку.

— И чего же Августин Седьмой желает взамен?

— Подписать договор о ненападении, — ответил посол.

— То есть, отказаться от территорий, которые принадлежат Литонии по праву? Давайте смотреть правде в глаза, лер Виккент. Под властью Изельгарда находится лишь крошечная часть территорий моей страны, все остальное завоевано Веранией.

— Это можно обсудить. Возможно, часть территорий…

— Часть? — Я даже привстал с трона, а посол непроизвольно попятился. — Вы сказали — часть?

— Прошу прощения, ваше величество, но ведь не рассчитывали ли вы, что мой король отдаст вам все завоеванные территории?

— Нет, — ответил я. — Не рассчитывал. Но я хочу, чтобы Литония снова стала целостной. Не те жалкие огрызки, которые я отвоевал и еще отвоюю у Изельгарда, но вся страна, которую разграбили и разорвали на части. Можете так и передать своему королю.

— Я понял вас. — Виккент покосился на умертвий за троном. — Позволите ли вы мне дождаться ответа от нашего короля и встретиться с вами снова?

— Пусть так. Лер Янтель!

— Слушаю, ваше величество, — поклонился тот.

— Проводите послов в северное крыло дворца. Пусть им обеспечат охрану и всё необходимое для того, чтобы в комфорте дождаться распоряжений их правителя.

Янтель поклонился, послы последовали его примеру и вышли из тронного зала, а я снял корону и повертел в руках. Да, мне нужна была поддержка против Изельгарда, вот только Верания ни за что не отдаст то, что упало ей в руки. И, победив Изельгард, мне все равно придется идти на Веранию. Можно сейчас согласиться на союз, а потом обернуть его против бывших союзников. Это был бы оправданный ход, вот только за это время веранцы успеют хорошо изучить мою армию, а может, и найдут способ ей противостоять. Хотя… Послушаем, на какие уступки согласен идти Августин Седьмой. Возможно, я и соглашусь на время, если это будет меня устраивать.

После переговоров я вернулся в свои комнаты. Хотел наконец-то позавтракать, а затем заниматься государственными делами. Да, пока что территория, которую получилось отвоевать, невелика, но постепенно она будет становиться больше. И порядок надо обеспечивать прямо сейчас, чем я и собирался заняться.

Рядом мелькала Рина, но я настолько привык к её присутствию, что перестал обращать внимание на свой подарочек. А она, между тем, пыталась позаботиться обо мне.

— Я распорядилась по поводу завтрака, ваше величество, — доложила Рина. — И хотела узнать, будут ли какие-то особые пожелания на сегодняшний день?

— Пока нет, — ответил я. — Хотя… Думаю, мне пора встретиться с народом. Позови-ка ко мне лера Беттолса.

Беттолс, как и Янтель, присоединился ко мне с небольшим отрядом. Его дом находился под властью Верании, и Беттолс надеялся, что я сумею его отвоевать. Он производил хорошее впечатление, но я уже привык, что никому нельзя доверять. Беттолсу в том числе.

Не прошло и пяти минут, как послышались торопливые шаги, и Беттолс замер на пороге. Ему было около сорока, и внешне он был тяжелым, на первый взгляд неповоротливым, но я видел, как в бою он орудует мечом, и знал, что его неповоротливость — лишь видимость.

— Ваше величество, — поклонился Беттолс.

— Доброе утро, лер Беттолс, — ответил я. — У меня будет для вас поручение.

— Все, что прикажете, ваше величество, — откликнулся он.

— Отправьте гонцов по всему городу. Пусть скажут всем, что сегодня в четыре часа я хочу обратиться к народу на центральной площади. И подготовьте все для обращения, особенно уделите внимание охране.

— Слушаюсь, ваше величество, все будет готово.

— Можете идти.

Беттолс вышел из комнаты, а я упал в кресло. Скоро подойдут новые полки Изельгарда. Пока что нас защищают стены Самарина, но пора двигаться дальше, и что будет тогда? Я не знал. Пытался предугадать, но я, в отличие от сбежавшего Эйша, не провидец.

После завтрака занялся делами, об обеде благополучно забыл, узнал только, что среди пленников лишь двое в достаточно тяжелом состоянии, все остальные ранены легко. Уже ближе к назначенному часу вспомнил, что за обедом собирался пообщаться с племянницей Эйша, но уже не было времени ни на то, ни на другое.

Что сказать людям? Я знал, и в то же время понимал, что не всегда слова достигают разума. Что сказать так, чтобы меня услышали? Наверное, правду. На площадь перед дворцом я шел без охраны, видимой глазу. Янтель попытался было набиться в сопровождение, но я одним взглядом приказал ему оставаться на месте. Наскоро соорудили трибуну, чтобы все могли видеть своего короля, а вокруг… Вокруг расстилалось человеческое море. Я настолько привык быть один, что видеть такое количество людей было страшно. Но со своими страхами надо бороться, а у короля их и вовсе не может быть, поэтому я поднялся по деревянным ступеням и замер перед толпой. Люди затихли. Только что стоял невыносимый шум, и вдруг все звуки будто улетучились. Остался лишь я — и сотни, тысячи глаз.

— Народ Литонии, — заговорил тихо, но казалось, что голос звенит. — Наверняка, сейчас каждый из вас спрашивает себя: кто этот юноша? Чего он хочет от нас? Зачем принес в Литонию войну? Я отвечу. Я — король этой страны Илверт Второй. Пятнадцать лет я жил далеко отсюда и мог бы оставаться там и дальше. Возможно, кого-то это обрадовало бы, но я никогда не забывал, откуда родом. Что существует Литония — разграбленная, растерзанная, поделенная на части. Существует Литония, которая стала разменной монетой в политических играх соседних держав. Да, я мог бы забыть и об этой стране, и о её народе, но о своем долге забывать нельзя. А мой долг — восстановить Литонию, которой правили поколения моих предков. Восстановить и сделать так, чтобы никто и никогда не посмел прийти сюда и диктовать свои правила. Да, невозможно за пару месяцев сделать страну процветающей и могучей, но всё начинается с первого шага, и я сделал этот шаг. Хочу верить, что вы меня поддержите. Изельгард отступил, но это только начало, и в моем войске будут рады любому, кто готов защищать родину с оружием в руках. Я не буду обещать вам немыслимые блага, не буду лгать. Скажу лишь, что не пожалею жизни ради нашей победы и ради Литонии.

Я замолчал. Люди тоже молчали, а потом раздались одинокие выкрики, постепенно перерастающие в гул:

— Да здравствует Илверт Второй! Да здравствует король!

И впервые за долгое время я улыбался, потому что чувствовал себя на своем месте. Чувствовал своим. А теперь надо сделать так, чтобы мой народ не разочаровался в своем короле. И прежде всего — отказаться от помощи Верании. Слишком дорого придется за неё заплатить.