Эпилог

Сентябрьское солнце светило ярко. Маша вышла из такси и остановилась возле огромного белого забора. За забором - целый студенческий городок. Три десятка факультетов, сотни преподавателей, тысячи студентов - Академия настоящей магии. Место, куда мечтают попасть многие, и куда она зачислена, хоть и вовсе не мечтала об этом.

Здесь всё начнется сначала. Но это будет другое начало и другое всё. Она никого не знает, всех опасается. И непонятно, чего можно ждать.

Рыжий вихрастый паренек встретил ее, как только она сделала шаг за порог.

- Новенькая? - с самым деловым видом спросил он.

Маша кивнула.

- Предъявите приглашение! - видно было, что он кажется самому себе невероятно важным.

Ей даже захотелось поддразнить его. Например, сказать: а вот и не предъявлю! Что будет делать? В самом деле не пропустит?

Проверять она не стала. Зачем начинать учебу здесь с конфликта? Достала из кармана потрепанный конверт и протянула парню.

Это приглашение принесла не сова, а самый обычный почтальон. Кажется, никто особенно не боялся, что волшебное письмо попадет в руки обычных людей. Впрочем, человек несведущий вряд ли бы понял, о чем там идет речь. Он вообще принял бы это за розыгрыш.

«Вам надлежит явиться 1 сентября туда, вы знаете куда. Приезжайте на такси. Обратите внимание: вам подходит не всякое такси, а только то, в номере которого обязательно есть семерка, а сумма всех цифр - тринадцать. Будьте готовы ко всему, к чему нужно быть готовым!»

Маша долго изучала и крутила в руках странный листок. Больше всего она боялась, что не найдет такси с нужным номером. Но сегодня повезло: нужная машина обнаружилась почти сразу…

Рыжий парень указал ей на одно из зданий:

- Вам туда, там все расскажут.

И она, скрипя колесиками сумки по дорожке, направилась к нужному зданию.

- Маша! - окликнул ее голос, который показался знакомым.

Она обернулась: Елизей, лекарь, который поднял на ноги Тину и который по совместительству был главой не самой законной организации в магическом мире.

- Поздравляю с поступлением!

Он улыбался, и улыбка у него была по-прежнему кривоватая. И сам он не казался ей лучшим человеком на свете. Но вроде бы пока он был на ее стороне.

- А вы что здесь делаете? - как-то не очень вежливо прозвучало. Совсем отвыкла за лето разговаривать с людьми. Сидела над магическими книгами. Наверстывала то, чего не знает. Все-таки Академия настоящей магии - это серьезно.

Он улыбнулся:

- Возглавляю лекарский факультет.

- А тут кто-нибудь знает…

Она не успела договорить, он ее прервал:

- Нет, и надеюсь, не узнает

Маша кивнула. Она-то точно никому не скажет!

Почему-то настроение стало лучше. Хоть какие-то знакомые у нее здесь все-таки есть.

В здании, куда ее направил важный рыжий парень, было очень многолюдно и шумно. Похоже, тут одни новички…

Перед входом висит огромное объявление: «Применять магию без письменного разрешения ректора строжайше запрещено!»

Что ж, их можно понять. Эти юные дарования, дай им волю, запросто поднимут на воздух весь студенческий городок. Маша с любопытством рассматривала будущих однокашников.

Девушка, которая сидела с двумя большими чемоданами, показалась ей смутно знакомой. Она точно где-то ее видела. Вспомнить бы только, где! Туго скрученные в узел волосы, строгий костюм, отлично сидящий на стройной фигуре, круглые очки на носу, никакой косметики - явно зубрилка, каких свет не видывал. Ну, где же она могла ее видеть?

В следующую минуту Маша чуть не хлопала себя по лбу.

- Тина! - конечно, узнать в этой серьезной барышне легкомысленную и всегда ярко накрашенную подругу было сложно. - А ты тут какими судьбами?

- Поступила. Сдала экзамены и поступила. Отец хотел, чтобы шла на провидческий. Но я выдержала долгую осаду и вот - я на лекарском.

- У Елизея? - Маша быстро поняла причину, по которой подруга решила резко сменить будущую профессию.

- Да, - Тина кивнула с самым серьезным видом, - буду лечить людей.

- А есть здесь кто-нибудь из наших?

Маша с ужасом представила себе, что где-нибудь в соседнем общежитии или даже в соседней комнате будет жить Линда или та же Мадлена. И все сначала. Этого очень не хотелось.

- Кое-кто есть, - сказала Тина. - Ну, да сама все увидишь. Ты на каком факультете?

- Я? На факультете древних знаний. Хотела на боевой, а потом решила, что битв с меня уже хватит.

- Тоже верно. Значит, в одной комнате и даже в одном общежитии мы не окажемся. Но завтра на общем собрании встретимся!

- А как дела у Лестара?

Закономерный вопрос, но подруга сразу погрустнела:

- Ректором академии он уже не будет.

- Почему? - это как раз было совсем неожиданно.

Тина вздохнула:

- Вот уж чего не знаю… Говорит, то, что держало его в академии, оттуда исчезло. А что именно держало - не признается.

Кажется, Маша очень хорошо знает, что именно его держало. Тина была права: библиотек действительно тьма-тьмущая, в том числе и древних, в том числе и загадочных. А вот живое привидение, с которым можно поговорить о делах давно минувших дней, - это редкость. И, похоже, они с Нестаром были очень дружны.

Теперь загрустила Маша. Вспоминать о том, как белым дымом растворился призрак, было больно. До сих пор больно. И вряд ли когда-нибудь будет иначе.

А вот Тина никогда не грустила долго. В следующую минуту она затараторила: - Но если ты на историческом, думаю, вы с отцом часто будете видеться. Его пригласили туда преподавать. Звали деканом, но он пока отказался… Говорит - не готов к такой ответственности, хочет отдохнуть от руководящих должностей и заняться наукой…

Перекрикивая многоголосье, дородная дама в белом халате объявила:

- Лекарский факультет, все сюда! Идем в общежитие.

- Мне пора, - Тина помахала ей рукой. - Вечером, если не будет никаких мероприятий, постараюсь найти твое общежитие. Но не обещаю… До завтра!

Она влилась в шумную толпу парней и девушек, и они вышли, волоча за собой тяжеленные сумки.

Спустя полчаса невысокий мужчина в очках так же прокричал:

- Факультет древних знаний! - и теперь уже Маша пошла расселяться в общежитие.

Вещи она разложила быстро. Ее соседка по комнате, приятная улыбчивая девочка, справившись с распихиванием пакетов по шкафам, убежала. На факультете природной магии у нее учился молодой человек, и отпраздновать начало учебного года они собирались вместе.

Не то чтобы Маша была огорчена. Еще один вечер в обнимку с книжкой - почему и нет? Когда изучаешь то, что тебе действительно интересно, это не в тягость и нескучно.

Впрочем, почитать спокойно не удалось. Каждые минут двадцать кто-нибудь стучал в комнату: то попросить кипятильник, то спросить, нет ли у них лишнего молотка (странно, неужели должен быть и не лишний), а то и просто сказать: «Ой, а что это не 415-я?»

Очередной стук в дверь заставил ее оторваться от чтения.

- Входите, - сказала Маша, приготовившись в очередной раз отвечать на глупые вопросы или искать кипятильник.

- Привет!

Этот голос заставил ее вздрогнуть. Она оторвала взгляд от книги, не в силах поверить сама себе.

Рафаэль. Ну и как теперь себя вести? Что ему сказать? Зачем он вообще пришел? Вряд ли за кипятильником…

Ей казалось: она все здорово придумала. Исчезнуть. Убежать. И никогда не узнать, чем же все на самом деле закончилось. Не увидеть и не почувствовать.

Свою ошибку она поняла уже через пару дней. Убежать можно от кого угодно, только не от себя. А для того чтобы сердце рвалось на куски, вовсе не нужно проклятие. Достаточно помнить.

Маша загружала себя делами и заботами, с головой уходила в учебу - все было тщетно: один и тот же образ преследовал ее. Образ из прошлого. Из того прошлого, которое не вернуть.

В тот день она выскочила из дому совсем ненадолго - купить продукты, бросить денег на телефон, что-то еще… Знакомую фигуру на скамейке у подъезда она увидела издали. Замедлила шаг. Ну не убегать же теперь? Это было бы как-то… слишком трусливо.

- Привет! Как ты меня нашел?

- Кто хочет - тот найдет… - Морис улыбался.

Вряд ли он что-то такое имел в виду, но Маша сразу подумала: а тот, кому не нужно, даже не станет пытаться искать.

Было странно видеть Мориса здесь - в этой, обычной жизни.

- Хотел убедиться, что с тобой все в порядке.

И снова - укол в самое сердце: а кому-то это безразлично!

- Зайдешь в гости? - наверное, это правильно. В конце концов, он проделал какой-то путь, чтобы найти ее.

- Нет. Я ненадолго… В общем, попрощаться. Уезжаю на раскопки. Далеко. И, наверное, надолго. Нашли целую кучу очень древних артефактов и находят еще. Это нельзя пропустить!

Маша кивнула. Она очень хорошо понимала, как это бывает, когда хочешь убежать…

- Помнишь, я заходил к тебе после лазарета?

Еще бы не помнить! Маша смутилась. Сейчас вспоминать об их объятиях было неловко.

- Мы тогда не договорили. Я хотел сказать, что тебе нельзя выбирать Рафа. И нельзя его…

…убивать. То слово, которое он не произнесет. Да и она тоже.

- Мне не пришлось выбирать, - этот разговор становился неприятным.

- Да, но я не о том. Я не успел договорить. Если бы его не стало, ты бы себе не простила. Потому что…

Мне кажется, дело было не только в проклятье.

Маша не ответила. Зато сразу стало понятно, зачем он ее разыскал. Узнать - верна ли его догадка.

Убедиться в том, что верна. Ведь он заранее собрался на раскопки.

- Заклятие снято. Так что это теперь - всего лишь чувства. Они могут пройти. И, наверное, со временем пройдут.

Она говорила о себе. Но так получилось, что, наверное, и о нем.

- Мне пора!

Маша не сомневалась: до отъезда еще хороших несколько часов, просто он не хочет ее стеснять.

- Рад был тебя видеть.

Морис привлек ее к себе, чмокнул в макушку - тепло и по-дружески, а через минуту его силуэт мелькал уже где-то вдали, пока не скрылся за домами.

* * *

Рафаэль на пороге ее комнаты. Что ему тут нужно? То, что заканчивается, должно заканчиваться навсегда. Если бы она хотела каких-то объяснений, то точно не убегала бы, не прощаясь. Но теперь бежать особенно некуда.

- Привет, - Маша отложила книгу.

- Я тоже учусь на древних знаниях. Дай, думаю, зайду поздороваюсь с соседями по общежитию.

Да-да, именно так все и было! Маша не хотела улыбаться, но улыбнулась. Кажется, Рафаэль изменился меньше, чем она боялась.

Ну что ж, раз они встретились - можно вести светскую беседу. Это безопасно. Кажется, безопасно.

Впрочем, для нее рядом с ним нет ничего безопасного - любое его слово может больно ранить.

- Получил вакансию? Поздравляю!

- Нет, она мне не понадобилась.

- Даже так?

- Ну, вообще-то это твоя заслуга.

Вот это было странно. Насколько Маша помнила, единственная ее заслуга была в том, что она умыкнула одну из трех вакансий, на которые Рафаэль мог рассчитывать.

- А вот здесь, пожалуйста, подробнее.

- Ты убила Аргуса.

Вряд ли стоило об этом напоминать. Такое не забывается.

- И какое это имеет отношение к твоему поступлению?

- Само непосредственное. Официально они с матерью еще не были разведены, а меня он вроде как усыновил. Так что - тадам! - перед вами богатый наследник, баловень судьбы и будущий прожигатель жизни. В общем, я поступил на платное.

- Серьезно? - Маша не могла в это поверить.

- Вообще-то, нет. Транжирить и прожигать мне ничего не придется. Мать сначала вообще хотела отказаться от наследства. Ну, вроде как грязные деньги и все такое… Но потом решила взять его и целиком потратить на благотворительность. Ну и на мою учебу - немного. Так что - увы и ах! - транжирить мне по-прежнему нечего.

- А как дела у Виолы? - об этом можно было спросить. Это - совершенно безопасная тема.

- Прекрасно. Организует свою школу танцев. Периодически отвлекается на судебные тяжбы с бывшими родственниками. В общем, все путем…

- Я рада, что все хорошо сложилось.

Рафаэль пододвинул стул и оказался очень близко. Слишком близко для того, чтобы она по-прежнему могла убеждать себя, что ничего особенного не происходит.

- Ты тогда так резко исчезла. Мы даже не успели поговорить.

Все правильно. Именно ради этого она и исчезла. И, кстати, тот, кто хотел поговорить, поговорил.

- И о чем же? - Маша напряглась.

- Ты сказала, что снимешь проклятие. И… ты его сняла?

Она посмотрела на него испытующе. Вообще-то он должен был почувствовать, что заклятие снято. Так что этот разговор становился каким-то неправильным и странным.

- Да. Но если хочешь проверить, можешь меня убить и понаблюдать, что произойдет.

- И что произойдет?

Маша повела плечами.

- Ничего. Разве что тобой быстро заинтересуются инквизиторы. Но это не будет иметь к проклятию никакого отношения… Только не понимаю, зачем ты меня спрашиваешь? Ты должен был почувствовать, что проклятия больше нет. Никто из нас не мог не понять…

Она, например, тоже кое-что поняла, как только проклятие было снято. И ей это совсем не понравилось.

- А что если для меня ничего не изменилось? - он придвинулся еще ближе, и дышать стало труднее.

Маша ничего не ответила.

- Я пытался понять, почему ты никому не оставила шансов? Почему исчезла - вот так, не попрощавшись.

Злился…

- Видишь, кое-что изменилось. Раньше ты не мог на меня злиться.

- Еще как мог! А потом подумал - может, тебе так лучше, без меня? И предсказание Тины… Кому нужны лишние неприятности, тебе их и так хватило. Может, ты не хочешь все это вспоминать. Да и вообще, связываться с бывшим темным!.. И я тогда решил - пусть будет как ты хочешь. В общем…

- …все не так просто? - Маша улыбнулась.

- Все очень просто, - Рафаэль приблизился, его взгляд потемнел, - если ты не хочешь меня видеть, если тебя влекло ко мне только проклятье - скажи. И ты меня больше не увидишь.

Не увидит, конечно. Особенно учитывая то, что в ближайшие пять лет они будут учиться вместе и жить в одном общежитии. Ни иначе кто-то изобрел заклятие невидимости.

Маша улыбнулась:

- Не скажу.

Она потянулась к нему - коснуться, быть рядом, быть близко. Перечеркнуть разлуку и сомнения, забыть о боли. И вдруг оказалось, что все, абсолютно все, что случилось раньше, было лишь для того, чтобы привести ее сюда - в эту комнату с тусклым светом. Поцелуи, горячий шепот. Он близко - ближе, чем можно было представить.

- Кто-нибудь может войти, - дыхание прерывается, и думать о таких вещах кажется странным. Разве может иметь значение хоть что-то, кроме того, что они вместе? - Им всем нужны кипятильники и прочая чушь.

Это была слишком длинная речь. А значит, они не целовались уже целых…

- Я немножко заколдовал дверь. Вряд ли сюда кто-нибудь подойдет.

И снова - долгая пауза, наполненная нежностью и сумасшествием.

- У тебя есть разрешение от ректора? Письменное?

Но этот важный вопрос так и остался не выясненным.