ГЛАВА 8
— Стеша…
— Не смей… Не смей меня так называть! — её зубы выбивали барабанную дробь.
— Стеша, послушай ты меня, черт побери!
— Предатель!
— Так надо было!
— Для кого?
— Для общего дела!
— Для какого… Для какого…
Только, мать вашу, не слезы!
Да что же за женщины такие! Чуть что — сразу в слезы.
Андрей посмотрел на своих ребят — два парня стояли у стены и делали вид, что их не слышат.
Елизавета стояла у двери. Так же отрицательно покачала головой. Мол, тут мы тебе не помощники.
— Для такого, — огрызнулся Андрей, готовый уже плюнуть на всё. Но вид убитый горем Стевиты останавливал его. — Мы должны были поймать тех уродов. Если ты не поняла — над вами, над стевиями, проводят опыты! Делают вас послушными марионетками, подсаживают на наркотики, а потом подкладывают под мужиков! Мы должны были выйти на Вантайгера.
Стеша, обхватив кружку с горячим чаем, обеими руками, сделала глоток.
— А я… Как я оказалась… Попала к тебе, — она бросила на Андрея уничтожающий взгляд. — Случайность?
— Предопределенность.
Объясняться на виду у коллег — удовольствие сомнительное. Но Стеша наотрез отказалась с ним оставаться наедине.
— Что ещё за предопределенность?
— Стевии — это не только женщины. Но и мужчины. Мы — те, кто рождены во время активности солнца. Мужчины не обладают геном «вожделения», как вы. Но мы притягиваем стевий. И, соответственно, гасим ваш ген.
Если бы Стеша могла, она бы рассмеялась в голос.
Как всё просто.
И как всё сложно.
Оказывается, есть мужчины, способные спокойно переносить её присутствие рядом. И Андрей Белый — один из них.
А она-то… Нафантазировала. Влюбилась. Поверила.
Всё пустое.
Стевита снова сделала глоток чая.
— Зачем я понадобилась организации Ван… как там его — я поняла. Но почему они не могли меня взять без тебя, Андрей? — её голос дрогнул, когда она произносила его имя.
Андрей поморщился.
— Потому что им надо было активировать в тебе ген. Мало того, что этот долбанный ген делает жизнь стевии невыносимой во многих аспектах, он вроде как вас же и защищает. Ты никогда не обращала внимания, что на тебя не действует алкоголь?
— Я не пью, — зло бросила Стеша.
— И наркотики тоже не действует. До тех пор, пока в тебя не взыграют очень сильные эмоции.
Стевита энергично замотала головой.
— Вот только не надо сейчас говорить, что я влюблена и…
Она осмелела.
— Никто и не говорит про влюбленность, — а неприятный осадок остался. — Ты доверилась мне — первое. Возможно, испытывала симпатию — второе. Тут я привожу тебя к ним и как бы предаю. Третье. Выплеск сильных эмоций.
Стеша опустила глаза.
— Я поняла.
А что она могла сказать?
— Стевита…
— Уйди, Андрей, а? Пожалуйста. Уйди…
Он хотел подойти к ней, но путь преградила Елизавета.
— Не надо, Андрюш, правда, не надо. Пусть она обвыкнется. Как и я когда-то.
Андрей рвался в бой. Он с удовольствием бы выпроводил всех из кабинета. Прижал к себе Стешу. Черт побери, да он залюбил бы её прямо на том диване!
Но девушка даже на него смотреть больше не желала. Он её в некотором роде понимал. Понимал её эмоции. Это его дед подготавливал с раннего детства. И все равно, когда он пришёл в Центр, был ошарашен.
Первое, на что обратил внимание тринадцатилетний мальчик — на красавиц-женщин. Уверенные в себе шатенки, брюнетки и блондинки. Высокие, низкого рода, худенькие и приятной полноты. Они притягивали к себе взгляд. Завораживали. Они светились счастьем. Их глаза мягко смотрели на мир, принимая его таким, каким он есть. От этих женщин исходила энергия. Возможно, эту энергию можно сравнить с энергией только что родившей женщины. Когда ей впервые кладут на живот младенца. Самая чистая безграничная любовь.
Несколько девушек работали в Центре. Кто-то, пережив бесконечные нападки мужчин, избежав несколько изнасилований и угроз, предпочли находиться постоянно под присмотром высоких, крепких парней в черном. Конечно, по первости, каждая шарахалась и не верила, что их не тронут. Как же так? Мужчины же неадекватны в отношении них. Особенно в полнолуние. Как тут не вспомнишь истории про оборотней! Кстати… Белый вполне мог допустить и их существование. Мало ли какие ещё сюрпризы подкидывала им матушка-Судьба.
В каждой легенде есть доля правды. Надо только копнуть поглубже.
Загвоздка в том, что не все хотят. И копать. И знать правду. Каждый ищет свой путь. У него он был предопределен с рождения. Его дед был мужчиной-стевией. Именно он и создал Центр, когда в виду своей любознательной натуры стал изучать сам феномен стевий. Не помочь бедным девушкам он не мог. Да и мужчинам, кстати, тоже. Незавидная перспективка умереть на стевии, бесконечно её насилуя.
Спустя несколько лет выяснилось, что за стевиями идет охота. Нашлись люди, что решили их дар — или проклятье? — использовать себе в угоду. Перед стевиями невозможно устоять. Но сначала их надо «приручить» — посадить на определенный наркотик, чтобы были тихими, да послушными.
Так началось противостояние Центра с организацией Вантайгера.
Сегодня «хорошие парни» одержали победу. Только отчего же так хреново на душе?
Андрей давно работал с Центром. Как только начал вести половую жизнь. За все это время на его пути попалось пять стевий. Девочки сами выходили на него. Провидение — не иначе. Или тот же феномен. Две половинки тянутся друг к другу. Ни одна из девушек ему не запала в душу.
А вот Стевита…
Родители, будто посмеялись над ней, назвав подобным именем. Если мама не знала, что она стевия, то оставался отец. Оставил девочке подсказку, которой она в виду своей наивности не воспользовалась.
***
Лиза проводила Стевиту в комнату отдыха персонала. Накрыла мягким пледом и приобняла.
— Не переживай, — обратилась к девушке Лиза, — все образуется. Привыкнешь. Нам всем пришлось нелегко, когда мы проходили через этот этап. Влюбиться и осознать, что для тебя это пока запретно, не так-то просто пережить.
— С чего ты решила, что я влюбилась? — покраснела Стеша, а у самой сердце готово было выпрыгнуть из груди. И отчего-то не хотелось казаться жалкой в глазах новой знакомой.
Елизавета была очень красивой. Высокая смуглая шатенка с идеальной фигурой, сегодня затянутой в черный удобный костюм. Очень приятный неброский макияж, умело наложенный и подчеркивающий достоинства лица, и безупречность кожи.
Стеша с тоской подумала, что ей до такого далеко. Да и что можно было от неё ждать? С шестнадцати лет пряталась да затягивалась, боясь привлечь к себе излишнее мужское внимание.
— С того, что организация Вантайгера просто так тебя бы не взяли. Смысл им вкачивать в девочку наркоту, которая не подействует. Они точно знали, что ты влюбилась. Андрей пошел с ними на сделку.
— Сделку?.. Андрей…
— Фиктивную, конечно. Чтобы спровоцировать. Чтобы по рукам ударить, когда они тебя возьмут. Центр тщательно планирует операции.
— А что было бы, если бы Вантайгеру удалось мне ввести препарат? — с ужасом подумала Стеша.
— Ну, в этом случае было бы немного посложнее, — улыбнулась Лиза, протягивая ещё одну чашку чая и попутно бросая туда дольку лимона, — мы бы тебя подождали.
— В каком смысле? — удивилась Стевита.
— У Центра есть свои противоядия. Но процесс блокады одно другим длится неделю. Все тело сводит судорогой, как при ломке после наркотиков у людей. А потом ничего, отпускает. Еще неделька реабилитации, и ты становишься обычной стевией, как и до инъекции. Только влюбленность пропадает. Так с Леной получилось. Роме заново пришлось за ней ухаживать, чтобы добиться симпатии с ее стороны.
— А было так, что кто-то задержался у… Вантайгера? — робко спросила Стеша.
— Конечно, — задумалась Лиза и отвернулась в сторону, чтобы скрыть навернувшиеся слезы. — Моя сестра Галя все ещё там. И Вантайгер постоянно меняет место дислокации. У него масса квартир, он пользуется съемными, куда привозит девочек, а потом сдает их богатым мужикам на растерзание… — Она немного помолчала, сглатывая комок обиды, затаившийся в груди. — Ведь иногда мужчина, не способный остановиться, становится совсем обезумевшим… На прошлой неделе мы нашли Зою… Её выкинули с балкона десятого этажа. Насиловавший ее мужчина решил свою проблему так… И это норма…
— Как же все это ужасно…
— Да… — Лиза небрежно смахнула навернувшиеся слезы. — Не будем о плохом. Если тебе нужен покой, можешь отдохнуть пару недель у Куницыных. Эта пара стевий, бывшие сотрудники Центра. Вышли, так сказать, на заслуженный отдых и уехали в деревню.
— А можно? Это удобно? — спросила Стеша, подаваясь вперед.
Да, она бы хотела уехать.
Сбежать.
И пусть кто-то скажет, что она струсила — ей плевать.
Её только что использовали. Причем нагло, бессовестно.
Её предали…
Да, кто-то с карими глазами может и ответить, что зато он дал ей разъяснения. Защиту. Едва ли не новый дом. И она ему за это будет благодарна до конца жизни.
Но какой ценой…
— Конечно, удобно, — заверила девушка, ласково улыбаясь. — Не переживай. У них вса время кто-то из «наших» отдыхает. Они рады гостям. Своих детей, к сожалению, не нажили… Езжай. И ни о чем не думай!.. Только провожатого возьми. Всякое в дороге случиться может.
— У меня нет никого на примете, — подумав, ответила Стеша.
Провожатого. Легко сказать. У неё нет ни одного друга мужского пола.
— А Андрей? — по-лисьи улыбнулась Лиза.
— Ну, уж нет! — вспыхнула девушка. — Видеть его не хочу!
— Хорошо. Рому попроси или Олежку, — предложила стевия, пряча довольный взгляд.
Елизавета услышала и увидела достаточно. Стеша — молодая, открытая. Очень приятная девочка.
Да и наш Андрюша попал по полной. Иначе бы зверюгой не бесновался по комнате.
Допив чай и кое-какое время посидев в одиночестве, проанализировала складывающуюся ситуацию, взвесив все за и против, понимая, что затягивать с решением не стоит, Стеша вышла из комнаты.
В фойе, на мягких кожаных диванчиках, расположенных полукругом, с чашками чая сидели мужчины — Рома, Олег и Андрей. Девушка приблизилась и, опустив глаза в пол, спросила:
— Лиза предложила мне погостить у Куницыных… В общем, мне нужен тот, кто сможет меня сопроводить.
Мужчины переглянулись.
— Извини, Стевита, я не смогу сейчас, — отозвался Олег, бросая быстрый взгляд на Андрея. Тот, как только увели Стевиту, сидел мрачнее тучи и рычал, как зверь, у которого отобрали добычу. И это их интеллигентный ученый. Куда только вся интеллигентность слетела. — Завтра задание. Ночью прочесываем район.
— А меня Лена не пустит, — усмехнулся Рома, думая о том же, что и напарник. — Хоть и знает, что стевии, как лебеди в семье, а все равно страшно ревнует. К любому столбу и фонарю. А вот Андрей может. Наверняка.
— Я провожу тебя до Куницыных, — осторожно отозвался Белый. Он понимал, что обида и чувство предательства, образовавшиеся в душе Стеши, не дадут ему даже приблизиться.
И всё же… Всё же…
— Мне все равно, — равнодушно отозвалась Стевита, делая вид, что не замечает, как побледнел Андрей, и как от бушующих внутри него эмоций желваки заходили на скулах. — Хочешь, провожай.
Белый мысленно усмехнулся.
Проводит, милая, можешь не сомневаться. За шесть часов дороги они смогут поговорить. И помириться… Сладко… Теперь, испытав волнение от возможной потери Стеши, Андрей твердо понял, что эта девочка его, и будет с ним всегда.
Никому не отдаст. Любому глотку перегрызет. Их взаимная… симпатия… защитит ее от Вантайгера. Занятые девочки не интересны ему. Они светят только для своих мужей. И совсем не привлекают остальных.
— Когда будешь готова? — спросил Стевиту Белый.
— Мне нужно попасть домой, чтобы забрать вещи… — замялась девушка.
— Тогда поехали? — предложил мужчина и протянул ей руку. Стеша отвернулась и быстрым шагом устремилась к выходу.
Центр напоминал стеклянный дом. Все стены были прозрачными. Только стекла в окнах были тонированными, а снаружи смотрелись, как зеркала. Девушки в Зазеркалье! Прозрачные винтовые лестницы с черными резиновыми ободками, чтобы не поскользнуться и золотистыми перилами, вели на первый этаж. Здесь был расположен ресепшен отеля «Руби».
Не желая воспользоваться лифтом, дабы не оказаться с Белым в замкнутом пространстве, Стеша спустилась вниз по лестнице. Андрей все время шел за спиной — она чувствовала на себе его взгляд. Слишком пристальный. Что он думал? Было ли ему хоть чуточку жаль, что обстоятельства сложились подобным образом?
Что он, черт побери, без зазрения совести использовал её?
Для общего дела…
Наверняка ей ничего не угрожало. Не наверняка, а точно. И всё же… Почему так тошно? И больно.
Девушка вздохнула и, затаив дыхание, шагнула в крутящуюся дверь, ведущую на улицу. Андрей попадал в следующий пролет.
— Куда ты так бежишь? — раздался за спиной Стеши голос Андрея.
— Тороплюсь расстаться с тобой, — язвительно выдохнула девушка.
— Это невозможно, — самоуверенный голос Белого подлил масла в огонь.
— Почему же? — Ее глаза горели лютой злобой.
Врет, подумалось Андрею. Забавная. Маленькая милая стевита… Чертовски возбуждающая. И не из-за своего дара.
Решив дать ей ещё немного времени, Андрей подошёл к машине и открыл переднюю дверь автомобиля. Стевита, вызывающе вздернув подбородок кверху, открыла заднюю дверь и, почти запрыгнув внутрь, с силой захлопнула. Когда Белый сел за руль и оглянулся, девушка уже вставила в уши наушники и закрыла глаза. Поговорить не удастся. Хотя… Хватит ли зарядки ее телефончика на шесть часов пути? Андрей довольно улыбнулся. Помолчим.
За те несколько дней, что она жила в его квартире, она перевезла в неё всего пару вещей. Поэтому Андрей привез её на съемное жилье. И лишь когда заглушил двигатель, вспомнил, что Стеша на знает, что он в курсе, где она снимает квартиру.
— Тебе помощь нужна? — как можно более нейтральным голосом осведомился он.
Стеша его не слышала из-за наушников.
Упрямая девчонка молча открыла дверь и уже через полминуты шмыгнула в подъезд.
Андрей не пошел за ней.
В течение двух следующих часов пути он время от времени посматривал на нее в зеркало заднего вида. Она либо закрывала глаза, показывая, что спит, либо смотрела в окно за проносящимися мимо машинами. Но Белый уже заметил, что красная лампочка на ее телефоне, оповещающая о низком уровне заряда батареи, начала мигать. Стевита так и не сняла наушники даже после того, как с гордым неприступным видом вернулась к нему в машину с небольшим дорожным чемоданом. Еще пять минут, подумал мужчина и довольно улыбнулся. Сам он музыку в салоне не включал, желая точно услышать, когда в ее наушниках закончится этот неприятный стрежет.
Лампочка погасла. Наконец-то!
Девушка сначала нахмурилась. Вынула наушники, покрутила их в руках, видимо, до конца не осознавая, что произошло. И лишь потом испуганно посмотрела в зеркало заднего вида. Андрей подловил ее.
— Может, поговорим? — Его глаза через стекло прожигали ее насквозь.
Стеша отвела взгляд. Это сложно было сделать, но она сделала.
Её душа стремилась к мужчине, просила, умоляла, требовала простить его. Шептала, что Андрей другой…
И зачем она только согласилась с ним ехать? Хотя куда деваться? Не дома же сидеть? Теперь это невозможно. Да и она была бы последней дурой, если бы не согласилась больше узнать про таких же, как она.
Пришло время кардинально менять жизнь. Перестать бегать. Прятаться.
— О чем? — с трудом произнесла она, заставив себя оторваться от невеселых размышлений.
— О нас.
— А что об этом говорить? Нас — нет. И никогда не было.
Карие глаза недовольно блеснули.
— Можно попробовать начать сначала.
— Что-то не очень хочется все переживать заново, — поежилась девушка, вспоминая того мужчину, который за ней гнался, когда она наткнулась на Андрея. Белый весь в белом и с мусорным ведром. Забавно. Улыбнулась даже.
— А мне понравилось.
— Я не хочу, — Стевита отвернулась к окну так, чтобы не видеть Андрея.
— Ладно. Я подожду. Предлагаю остановиться и перекусить в каком-нибудь кафе.
— Не хочу, — снова упрямо бросила девушка.
— А мороженого? А, Стеш? — он так ласково улыбнулся, что острые льдинки обиды в душе девушки начали таять. — Со вкусом бабл гама и кусочками зефира?
Девушка посмотрела в зеркало и сдержано улыбнулась.
— И персиковый сорбет.
— Как скажешь, — отозвался Белый и повернул руль направо, припарковавшись к деревянному двухэтажному кафе, выполненного из оцилиндрованного бревна с большими панорамными тонированными стеклами. Позади кафе потрескивали, раскачиваясь от ветра, вековые сосны.
Белому приходилось здесь уже бывать.
— Вот здесь точно не может быть мороженого, — высказала сомнение Стеша, скептически оглядываясь по сторонам.
— Найдем! — заверил Андрей и по-мальчишечьи улыбнулся, отчего девичье сердце тоскливо заныло.
Колокольчики на большой и тяжелой двери оповестили хозяина о приходе гостей. Внутри было темно и прохладно, приятно пахло травами и сеном.
За массивной стойкой из выжженного дерева стояла девушка. Раскосые глаза, круглое лицо и заплетенные по обе стороны длинные косы говорили о том, что ее предки были родом с севера. Одета девушка была в некий национальный костюм с меховыми вставками и побрякушками.
— Добро пожаловать, дорогие гости! — слегка поклонившись, приветствовала она.
— Здравствуйте, — подошел ближе Андрей, широко улыбаясь, от чего девушка опустила глаза и покраснела. — Мы бы хотели немного отдохнуть и что-нибудь перекусить.
— Не что-нибудь, а мороженое, — капризно проговорила Стеша. Ей хотелось уйти, потому что Белый как-то по-особенному заинтересованно разговаривал с девушкой.
— К сожалению, мороженое у нас… — она посмотрела на Андрея и не договорила.
— Как всегда есть, — продолжил за нее Белый, подмигивая. — Особенно всем нравится со вкусом бабл гама и кусочками зефира.
— Но… — попыталась запротестовать девушка-администратор, не совсем понимая, что имеет в виду странный посетитель. Она работала тут всего неделю, и, возможно, этот мужчина был здесь уже. Надо будет связаться с руководством.
— Но некоторые любят ванильное с кокосовой стружкой, — снова перебил Андрей.
— И…
— И фисташковое.
Девушка непонимающе посмотрела сначала на Андрея, потом на его спутницу.
— Сейчас возникли некоторые перебои с поставкой. Но мы уладим все вопросы в течении часа. Пока вы можете пройти наверх, чтобы отдохнуть и подождать, — предложила администраторша.
— Отличная идея! — нагло улыбаясь, поддержал её Андрей. — Меня зовут Андрей Белый.
— О, — губы девушки вытянулись в трубочку. Теперь она поняла, кто перед ней.
— Нет, — пискнула Стеша, внезапно осознавая, что происходит.
Какое тут мороженное! Этот… этот… Белый завлек её в кафе, которое и кафе-то назвать можно с натяжкой. Придорожный отель, скорее всего.
— Пойдем, — Андрей увлек Стешу, ласково дотронувшись до ее спины.
И она повелась.
— Не надо, — оглянулась на него стевия, отчаянно краснея и с опозданием понимая, что не всё так просто.
Ох, не всё.
Когда они поднялись наверх, увидели большой холл с массой дверей.
— И куда нам? — спросила Стевита.
Она не сомневалась — у Андрея были ключи.
В груди кольнуло.
Она не первая, кого он сюда приводит?
И опять, точно прочитав её мысли, Андрей покачал головой и негромко объяснил:
— Кафе принадлежит моему хорошему другу. И чуть-чуть мне, — он скривил губы. — Но эта тайна. Так что — тссс, мы это не светим. Поэтому за мной тут забронирован всегда номер.
— Что же ты за ученый такой, а, Андрей?
Мужчина подмигнул ей.
— Стеша, на одну зарплату ученого не проживешь.
Он открыл дверь и пропустил её вперед.
Номер оказался большим и светлым. Мебель из массива, деревянные окна.
И медвежьи шкуры на небольшом возвышении.
Увидев их, Стеша всё поняла.
И приняла решение.
— Зачем мы здесь? — негромко, с бешено колотящимся сердцем задала она риторический вопрос.
Целая гамма чувств отразилась на ее лице, и он невольно залюбовался ей. Он чувствовал ее нежность, скрывающуюся за личиной напускного безразличия… Ее трепетную чувственность и сокрушающую ярость. Он видел ее страх перед возможным удовольствием. Андрей хотел ее. Прямо здесь. На этих шкурах. Хотел так, как никого и никогда. Сумрак, царивший в этих стенах, возбуждал до предела, заставляя дышать тяжелее, а сердце биться чаще.
Закрыв за собой дверь, Андрей шагнул навстречу девушке. Она, сделав шаг назад, уперлась в ложе из шкур. Стеша смотрела на него и не понимала, что с ней творится. Сердце в груди трепетало. И благоговейный страх, смешавшись с тягучим желанием попробовать непознанное, мешали сопротивляться.
— Не надо… Андрей… — из последних сил выговорила она, встретившись с его губами. Он будто осторожно пробовал их на вкус. Затем медленно проложил дорожку внутрь языком. Сладкая… Желанная…
Стеша не сопротивлялась. Она хотела этого. Хотела его, Андрея. Впустить в свое лоно. Открыть свою душу.
Потому что это будет правильно.
Свевий и стевия.
Он и она.
Две половинки единого целого.
Его руки ласкали ее плечи и шею. Медленно расстегивали мелкие пуговички блузки. Как же их было чертовски много. Огонь внутри бушевал и требовал выхода. Андрей с трудом себя контролировал, чтобы не наброситься на свою стевию, не прижать своим тяжелым телом ее красоту и невинность. Шкуры… Символично…
Как и его дикая страсть, живущая на краю бездны, ведущей в пропасть одержимости.
— Андрей… — прошептала она, задохнувшись, когда его рука, сжала чувствительную грудь, отодвигая кружево бюстгальтера. Ее руки давно блуждали по его торсу, обследуя каждую клеточку. Свитер был сброшен прочь. Вслед за ним отлетела в сторону мешающая майка. Потом ее блузка — туда же. Белый больше не сдерживался. Дыхание сбилось. Нависая над девушкой, рваными движениями он отбросил мешающий лиф. И припал губами к манящим розовым сосочкам, ладонью сжимая грудь. От посасывал и ласкал языком. Девушка вся выгнулась дугой, предоставляя Андрею всю себя. Чтобы он выпил ее без остатка. Чтобы заклеймил своим желанием. Сделал своей. И прочь все другие мысли!
Он нервно расстегнул клепку на ее джинсах, дернул замок и легонько толкнул девушку, чтобы в следующий момент стянуть мешающие джинсы. Свои брюки резким движением отбросил в сторону.
Белый видел только ее тело.
Вдыхал сладкий запах, ласкал бархатистую кожу.
Начиная с пульсирующей венки на шее, осторожными поцелуями он проложил дорожку через все ее тело, до линии трусиков. Рванул их вниз так резко, что девушка пискнула. И успокаивающе положил ладонь чуть ниже живота. Стевита развела ноги, откинувшись на спину. Это снилось ей в снах… Это виделось наяву… Он слегка коснулся языком там… Осторожно раскрывая нижние губы. Она сжала руками шкуры, почувствовав жар во всем теле. Застонала, не в силах терпеть накрывшую волну удовольствия.
— Андрей…
— Тише, девочка моя, тише… — успокаивающе прохрипел он, скорее для себя, чем для нее. Она называла его по имени, и он терял голову. Покрывал поцелуями ее цветок, слизывая девичьи соки. Так пахла только она — его стевия. Вкусно… Вкусно… Цветок затрепетал… И девушка заметалась по ложу.
— Андрей…
Разум покинул его окончательно! Подтянувшись на сильных руках, он вмиг оказался между ее раздвинутых ног. Девушка испуганно смотрела ему прямо в глаза.
— Можно? — спросил он, не в силах вытерпеть отказ.
Стевия неуверенно мотнула головой.
— Не бойся… — прошептал Андрей.
Аккуратно, насколько мог, вторгся в увлажненное лоно. Проник в нее, сдерживая заметавшуюся девушку. Он входил, разрушая остающиеся барьеры. Она закричала, и мужчина накрыл ее губы своим поцелуем. Подложив одну руку под шею девушки, гладил ее волосы, изнемогая от желания. Всё! Резкими толчками! Раз! Два! Три…
Она билась, словно пойманная птица. Царапала ногтями спину Андрея. Сходила с ума. Прекратившаяся боль перешла в удовольствие, тягучее, растекающееся по телу.
Андрей медленно двигался, лаская ее. Поднимался на пик удовольствия. Сдерживался. И продолжал снова. Девушка отзывалась неумелыми рывками, осторожными поцелуями, отчего ещё больше сводила его с ума.
И не было больше сил терпеть, когда она, прижавшись к нему всем телом, сжалась вся в комочек и закричала от удовольствия. Он отпустил контроль. Он стонал, задыхаясь, покрывая ее щеки благодарными поцелуями.
— Стеша… Моя… Моя…
Откинувшись на спину, он увлек девушку на себя. Она не могла дышать. Горела. Пылала. И страстно хотела жить. Рядом с ним. Для него.
— Ну, и где мое мороженое? Со вкусом бабл гама? И кусочками зефира внутри?
Ещё тяжело дыша, спросила она, смахивая со лба легкую испарину.
— Все будет… раз я обещал.
Белый поднялся, быстро оделся и вышел.
Стеша лежала и не верила, что можно быть такой счастливой. Дышать полной грудью и верить в будущее.
Внезапно всё встало на свои места. Она немного отдохнет, а потом вернется в Центр. Будет работать, так же, как все стевии, она это отчетлива поняла. Нет больше прошлого, беспросветного, полного страха. Есть будущее, полное новых неизведанных ощущений. И Андрей будет с ней рядом…
Наверное.
Стеша прикусила губу до крови.
С мужчиной пока не всё ясно, но…
Им обоим нужно время.
А то, что было сейчас между ними — правильно и естественно.
Просто, да, надо время. Самую малость.
Дверь вновь отворилась, и вошел Андрей, держа в руках какой-то белый чемоданчик. Сумка-холодильник, догадалась девушка.
— Что это? — засмеялась Стеша, стыдливо прикрываясь шкурами.
— Мороженое. Со вкусом бабл гама, как обещал.
— И с зефирками внутри? — Девушка зажмурилась, смешно наморщив нос.
Андрей открыл чемодан и вытащил пару креманок, бережливо накрытых стрейчем. В каждой лежало по три шарика голубого лакомства. Из сервировочной салфетки мужчина достал десертные ложечки.
— Спасибо… И как ты это организовал, а?
Андрей хитро улыбнулся.
— Не скажу.
— Я так и знала. Будешь в моих глазах волшебником?
— Было бы неплохо.
Она зачерпнула немного мороженого и поднесла ко рту. Андрей внимательно и серьезно смотрел на нее.
— Что? — смутилась Стеша.
— Ты очень красивая…
— И? — кокетничая, выспрашивала девушка. Хотелось дурачиться и не думать ни о чем плохом.
— И… я хочу тебя. Еще. Но не трону. Тебе надо привыкнуть.
Девушка потянулась и коснулась его губ, передавая языком шипящий зефирный шарик. Андрей впился в ее губы, с наслаждением ощущая сладковатый холод и вкус знакомой с детства жевательной резинки.
— Поехали к Куницыным… — прошептала Стеша.
— Может, ты у меня останешься? — сомневаясь, предложил Андрей. — А с Куницыными я тебя обязательно познакомлю…
— Это как это? — Девушка отстранилась, недоумевая и хлопая ресницами.
— Дом у меня по соседству, — сдался Белый.
— Схитрил, да?
— Ну, типа того.
— Нет. Я останусь у Куницыных. Лиза с ними договорилась уже, — серьезно ответила Стеша.
— А ко мне на ночь будешь приходить? — пошутил Андрей. И внезапно его глаза сделались серьезными.
Но шутка, видимо, не удалась. Потому что Стеша резко поднялась и принялась одеваться.
— Нет. Не буду. По крайней мере, пока.
Продолжая слизывать мороженое с губ, Стевита скрылась в ванной.
Из ванной девушка вышла собранной и даже немного сердитой.
— Стеша, что-то не так? — забеспокоился Андрей, мысленно обозвав себя идиотом. Нашел, где взять её в первый раз.
Стеша покачала головой и сдержанно ответила.
— Устала. Поехали, а?
И вышла, не подождав его. На подоконнике остались серебряные креманки с недоеденным мороженым. Белый сгреб все в сумку-холодильник и вышел.
Стевита по-прежнему уселась на заднее сиденье. Андрей резко надавил на газ, и машина дернулась с места. Устремилась вперед.
— Что-то случилось? — снова спросил Белый.
— Нет. Ничего.
— Стеша…
— Андрей, я хочу помолчать. Можно?
Паразитство, да что с девчонкой?
То пылала, сгорая в страсти, и льнула к нему, а стоило сходить в ванную, капец, вышла сама не своя.
Оставшиеся три часа пути Андрей не пытался с ней заговорить. Ехали молча. Андрей оставил тщетные попытки понять её. Просто решил оставить в покое. Иногда знать мысли женщин не обязательно.
Вскоре показались знакомые окрестности. И внутреннее тепло разлилось в душе. Здесь ей обязательно станет хорошо. Она поймет все и успокоится. Примет саму себя и… Его.
Окончательно. Бесповоротно.
Машина медленно припарковалась у двухэтажного коттеджа, утопающего в зелени. Белый палисадник с невысокой калиткой покорил Стешу сразу же. Так уютно. Так по — домашнему.
— Добро пожаловать к Куницыным, Стеша, — оглянулся назад Андрей.
— Спасибо, — девушка вышла из машины.
— Здравствуй, милая! — по лестнице широкого крыльца спускалась приятная женщина лет шестидесяти в темно-синем платье-футляре ниже колен. — Мы ждали тебя. Лиза предупредила. Андрюша, — обратилась она к Белому, идущему позади, — совсем нас забыл. Как не стыдно?
— Вера Ивановна, я работаю, вы же знаете, — отозвался дежурно Андрей. — Как Егор Васильевич?
— Сейчас спустится. Зачитался и придремал. Теперь прихорашивается перед встречей с молодой девушкой, — и она просияла так, что Стевита совершенно физически почувствовала, как тепло коснулось ее кожи и растеклось по венам.
Вера Ивановна подошла к девушке и приобняла, коснувшись щеки поцелуем:
— Очень рада познакомиться, Стеша. Живи у нас столько, сколько потребуется твоему сердцу, чтобы успокоиться после пережитых потрясений.
— Спасибо, я тоже очень рада знакомству.
По лестнице уже спускался мужчина, одетый в потертые джинсы и полосатый свитер.
— Добрый день, ребятушки, — поздоровался он. — Пройдемте в дом?
— Стеша, ты не против посетить местные бутики прямо сейчас? — обратился к девушке Белый. — Тебе ведь нужна одежда?
— Я взяла всё самое необходимое, — возразила девушка. — Но за предложение подумаю. Спасибо.
И что она пыталась этим протестом доказать? Что вообще произошло? Андрей пожал плечами и, коротко попрощавшись со стевиями, решил удалиться к себе в коттедж.
— Понадоблюсь — звони. Хочешь… в гости заходи… — через плечо пробурчал Андрей.
Вера Ивановна улыбнулась и ласково погладила Стешу по плечу:
— Не надо с ним так холодно. Он хороший парень.
— Я знаю, — тихо проговорила девушка.
— Так мы идем пить чай? — улыбнулся Егор Васильевич.
— Мы идем обедать, — поучительно громко сказала Вера Ивановна.