9

Время текло, как впрочем, как и вино. Быстро и с изобилием. В зале появились яркие, по-своему прекрасные девушки, как птички, присевшие к уставшим воинам и вельможам. Появились и любовницы Родомира, увлекшие гостей главного стола. Всех кроме моего мужчины и Шернора, который просто отмахнулся от навязчивых женских рук. Родомир все же был хитрецом. И, кажется, он жаждет получить полноценное место силы. Силы обретенных истинных. Жаждет и не останавливается. Знать бы, насколько ценна эта валюта. Однозначно нужно найти в этом месте источник знаний. Библиотеку. Интернета тут нет и нельзя спросить виртуальную девушку о том, что тебя интересует.

Зал мы покинули небольшой такой группкой. Мириаль в обнимку с одной блондинкой, Деймон, настойчиво тянувший меня за собой и косо на все смотрящая Изольда следом. Она шла и раздраженно как все кошки дергала хвостом.

Уже в коридоре я обратилась к ней.

— тебе надо беречься…

— ммммрррррр, сегодня они будут слишком заняты, — послышалось из кошачьего рта.

— а завтра я займусь ей, пока эти, — махнул Мир на оставшийся позади зал, — будут пытаться решить твою судьбу. А мы разбираться, что послужило причиной такой возни. Сдается мне, Дей, Родомир давно в курсе всего. Расспроси его поутру.

Деймон лишь кивнул и ускорил шаг, оставляя спутников за спиной. Увлекая меня на верхние этажи, в царство протопленного тепла, деревянных панелей и какого-никакого уюта. Не драконье крыло и слава богу.

Пропустил меня в спальню первой, затворил на все засовы дверь. Шипение и всплески обозначили восстановление защитного барьера. Мы остались одни.

— ты что? Останешься тут? — когда за моей спиной щелкнул замок.

— да, — ответ был по-военному сух и лаконичен.

— ладно, — пожала плечами.

Не выгонять же пинками. Хотя, пнуть охота, но кто позволит. На самом деле мне совершенно не хотелось оставаться одной после всего того, что сегодня произошло. Несмотря на все что сейчас бурлило внутри меня, я не хотела оставаться одна. Хотела снова оказаться в коконе багровых крыльев, ощутить себя в безопасности. Подумать, находясь в безопасности.

Следы бурной деятельности сегодняшнего дня были убраны. В углу на сундуке лежала внушительная стопка одежды, бадья была убрана, за ширмой кувшин полон, клозет пуст, зеркало приставлено к стене. Деймон молча стал раздеваться, скидывая одежду на один из стульев. Оставшись в одном исподнем. Забавном, кстати. Коротких полу семейных то ли штанах, то ли шортах прошел к окну и закрыл его створки наложив тот же мерцающий щит. Я так и стояла посреди комнаты одетая.

Ничего не говоря, мужчина просто забрался под одеяло и закинув руки за голову закрыл глаза, всем своим видом давая понять, что собрался спать. Прям спит уже. ЧЕСТНО-ЧЕСТНО. Всхрапнуть осталось. Но ему меня не обмануть. Станиславский не поверил бы, как и я не поверила. Внутри него горел огонь…яркий и кажется даже уже белого цвета. Последовав его примеру я стянула с себя сапоги, камзол, штаны и повернувшись напоролась на внимательный взгляд голубых глаз. Струсила и спрятавшись за ширму переоделась в заботливо оставленную там, на стульчике рубашку кем-то из обслуги. Два лоскутка ткани спускались с плечей и в районе талии перехватывались скрещёнными лентами, а дальше шла широкая юбка. Заплетя волосы в косу, я вышла из-за ширмы. Вышла и вспыхнула как факел, горели мои щеки и не только. Кажется я вся горела синима пламенем. Если можно было бы сделать ЭТО со мной глазами, сейчас так бы и произошло.

Под пристальным взглядом я трусливо скользнула в кровать, под прикрытие одеял. Но какой в этом резон, все равно что в пасть к хищнику. Но не спать же мне на полу или скамейке? это он пришел туда куда его не звали. Сферы света сразу же растаяли, осталась лишь одна. Окатывая нас мягким мерцающим светом. Меня сверху тут же накрыло рубиновое крыло, а Деймон перекатился на бок, подложив одну руку под голову.

— ты, прекрасна, — выдохнул он еле слышно.

В груди моей забилось как дикая птичка в неволе сердце.

— ты такая хрупкая. Я сделал тебе больно сегодня, — голубой взгляд разделили сейчас и дракон и человек. Они оба смотрели на меня одним взглядом.

— опять, — я не смогла сдержаться.

Прикусила щеку изнутри и замолчала. Не на долго.

— я не вещь, — ответила, не спуская взгляда с небесных глаз. Странно, но такой по-началу странный зрачок, приводивший меня в трепет, сейчас воспринимался как что-то совершенно нормальное.

— нет, — согласился он.

— ведь я хотела помочь…

— тебя чуть не убили….

— ну не убили же… — вздохнула, повернувшись на бок и ложа руку под щеку.

И тут на меня накатило. Осознание. Страх. Неверие. Мало того, что меня выкинуло в этот мир и я ношу гордое звание «попаданка», так еще и… Все это. Плотину, что я строила весь день из кирпичиков самоконтроля и рационального мышления прорвало. Слезы полились ниагарским водопадом. И вот уже украшенная множеством шрамов теплая каменная грудь вся взмокла от потоков слез на ней, а крыло, изогнувшись под неестественным углом, опоясывает мою талию, прижимая ближе. Руки ласково гладят спину и волосы, а на макушке я чувствую размеренное и теплое дыхание. И чтобы не сорваться в пучину истерики пытаюсь сосредоточиться на дыхании, что щекочет кожу, разгоняя волоски на макушке.

— больше я такого не допущу, — пророкотал Деймон.

Однако! Самоуверенный мужчина.

Не то, чтобы я не верила в него, скорее я не верила в отсутствии изрядной доли изобретательности тех кому "нужнее".

— Я защищу тебя. Мы найдем виновного…

— говоря…ик… мы… ик….

— ты, я — мы, — после продолжительной паузы выдает он, — что-то подсказывает, что сидеть в сторонке ты не станешь.

— нет. Наверное нет…

— тогда не будем тратить время на споры, — руки крепче прижали меня к себе.

Стало так хорошо. Не было никаких извинений и бесполезных слов: «Прости, я не хотел». Было просто: «Мы найдем виновного. Ты, я — мы». Истерзанный истерикой организм требовал своего. Обняв мужчину за талию, подтянула поудобней подушку и собралась спать. Но как оно бывает сон не пришел сразу, вместо него заглянул на огонек «вопросик» вместе с компашкой в еще добрую тысячу. Помниться мне кто-то обещал все все-все объяснить.

— почему на тебе столько шрамов? — выдохнула я и не без удовольствия отметила мурашки, проскочившие по поверхности бронзовой кожи и то как дернулась мышца от соприкосновения с моим дыханьем. Какой чувствительный…. А казалось бы от такого количества шрамов должен был совсем чувствительность потерять… или нет…

Азарт. Азарт — это особое чувство…. Азарт и всепоглощающее, крыше сносящее влечение к «моему мужчине». И они вместе как западло возникают внезапно и вопреки здравому смыслу. Во всяком случае, у меня.

Мне стало интересно, и я повела пальцем от шрама к шраму. Тело этого гиганта словно плавилось под ним, каждая мышца реагировала небольшим сокращением и казалось, от сантиметра к сантиметру становилась все горячей. Пока он тяжко не вздохнул и не поймал мою руку, заковав ее в плен своего кулака.

— мне казалось, что ты не настроена на большее. Если ты продолжишь в том же духе, то тебе придётся отвечать за свои действия, Адалин, — раздалось надо мной, и последний светлячок в комнате погас.

Вместо дальнейших слов он просто прижал меня к себе еще теснее, и я ощутила результат всех своих тактильных изысканий, что упирался внушительным аргументом в мое бедро.

— мммм… — все, что смогла выдать.

Руку мне вернули и я решила держать ее подальше от такого чувствительного, большого и горячего тела.

— Шрамы — следы моего проклятья. Из-за него я не могу обращаться в дракона как другие представитель драконьего рода. Мой зверь заперт внутри человеческого тела. Это тяжело для него… не знать неба, но хранить память предков о нем. Много, очень много раз мы пытались сломать клетку, что сдерживает его. И всегда, абсолютно всегда от этого остается след. Не переживай, А-д-а-л-и-нн, — каждый звук моего имени он смаковал как дегустатор, словно поучая невозможно огромное удовольствие от одного только произнесения его, — я уже давно перестал питать напрасные надежды, — глухо ответил он, а затем еще тише добавил, — просто, постарайся не обращать на них внимания…. если можешь.

Сказал так, словно его беспокоит и заботит, что я думаю про его внешность. Словно мальчишка подросток… Словно от этого что-то зависит… его сила, его мощь… его уверенность..

— шрамы украшают мужчину, — сказала первое, что пришло в голову, — так что, судя по их количеству,… ты просто космический красавчик, — попыталась перевести все в шутку, но он словно застыл, не дышал, и я призналась, — мне нравиться. Серьезно. Хочется рассмотреть каждый, потрогать…

Спустя какое-то время как он выдохнул и замолчал, а мне казалось, что болтовня на сегодня завершена.

— у тебя будет возможность сделать это и все, что ты захочешь, — тихо пообещал он.

И тут вспыхнула белым пламенем уже я. Как это было сказано…. ОЙ, ВСЕ! Сколько всего мне наобещал мой мозг и его голос… С ума сойти.

— спи.

Легко сказать.

Уснула я, кажется, где-то между морганиями.

Мне сниться сон. Я точно это знаю. Я понимаю это.

Меня окутывает мягким туманом, он стелется, вьется у моих ног, лижет ботинки новых сапожек. Я иду вперед, тихо и мягко ступая. Земля мягкая, она пружинит. Почему? Послушный моей воле белесый туман растекается в стороны обнажая устланную голубоватыми камнями дорожку, по которой я иду.

Иду. Иду. И снова иду….

Вдали проступает гигантский силуэт. Он все ближе и ближе, но я все равно не могу различить подробности того что передо мной. Останавливаюсь. Чувствую, что это что-то передо мной и сделав шаг я просто врежусь. Как в замедленной съемке вижу собственную руку поднимающуюся все выше. На мне блестящая голубая рубашка, она сверкает так, что режет глаза. Сквозь боль я смотрю, как рука натыкается на что-то твердое и приятно горячее.

Туман резко опадает, растворяясь, словно его и не было.

Замираю.

Восхищение, благоговение…. Нет такого слова, что точно описало бы мое чувство.

Надо мной возвышается огромная, размером с самосвал или больше голова дракона. Знаете, не изящная, похожая на голову ящера или динозавра, нет. Он больше напоминает те каменные изваяния, что охраняют храмы и дворцы в Азии. Большая, прямоугольная, заостренная к носу. Вся в шипах и покрытая как чешуей рубиново-красными чешуйками. Надбровные дуги переходят в пару длинных изогнутых рогов острых, как и иглы. Их поддерживает шипастый лоб и шея. И у него как у азиатских сородичей длинные усы, которые парят в воздухе уходя мне за спину. Глаза дракона закрыты, но я знаю, он не спит, он выжидает и дает мне на себя посмотреть. И я смотрю. Отхожу на несколько шагов, чтобы рассмотреть. Но ничего кроме огромных когтистых лап, покрытых чешуйками не вижу, все тело покрывалом укрывают такие знакомые мне рубиновые крылья.

Меня так и тянет его потрогать. Провести пальцами по контуру чешуйки, поддеть ее. Тронуть ус, может дернуть за него. И все это он позволяет это сделать. Из огромных ноздрей вырывается поток воздуха, когда я касаюсь его вновь. Улыбаюсь.

— ты пыхтишь как паровоз, — смеюсь и дергаю шаловливо за ус.

Тут его огромные веки поднимаются, и он смотрит на меня, а я тону в голубизне его глаз. Глаза… он не поворачивает головы, не двигается. И на меня смотрит всего один глаз, что в диаметре как я сама. В нем вселенская мудрость и такая же вселенская тоска.

— вот ты, какая… рыба мечты… — почему-то выдаю я, касаясь чешуйки рядом с огромным оком.

Тут кажется, вся земля приходит в движение.

Он встает на ноги. Медленно, аккуратно, опутав усом мою талию, приподнимает над землей и отставляет подальше от себя. И я понимаю почему. Он невероятно огромен. Удлиненное тело и длинный хвост, увенчанный шипами, создают впечатление, что он змей. Но это не так. Мощные крылья раскрываются, демонстрируя всю свою мощь и стать. Золоченые шипы на протяжении всей длинны тела от головы до кончика хвоста, блестят. Под чешуйками перекатываются мышцы. Мощная шея изящно изогнута, так что голова нависает надо мной. Он втягивает воздух вокруг меня и блаженно прикрывает глаза, но не совсем. Не сводит взгляда.

Поняла!

Поняла чего ждет… Ну павлин! Сказала бы, что ничто человеческое не чуждо, но как такое применить к дракону?

— вау! — развела я руки в сторону и замахала кистями, — ты… просто…. Ты такой… Классный!!!

Огромный зверь фыркнул и издал что-то вроде смешка. Пару раз взмахнул крыльями, окатывая меня потоками воздуха, перебрал когтистыми лапами. Покрасовался еще. Н-да. Изображение, что красуется на моем теле не более чем просто картинка мультипликатора в сравнении с этим красивым и мощным существом. Существом, что заперто в человеческом теле…..

От одной этой мысли улыбка сошла на нет, а драконище свел свои рогатые брови в одну черту и на огромной морде возникло забавное выражение недоумения.

— я освобожу тебя! Только пока не знаю как, — сделала шаг к нему.

Дракоша в миг погрустнел. Припал к земле и очень аккуратно ткнулся кончиком морды мне в живот. От падения спас все тот же ус, что обвивал мою талию. С шумом втянув воздух ноздрями выпустил его из-под брыльев морды. Глаз его я не видела, но сердце разрывало от тоски. Уткнулась лбом в теплые чешуйки и закрыла глаза.

Что-то неуловимо изменилось вдруг. Тепло и твердость драконьей морды сменилось холодом так резко, что меня повело. Я стала оседать на землю. Открыла глаза. Впереди мрак, непроглядная тьма. Позади свет, кажется заходящего солнца. Такой яркий, оранжевый, угасающий. Подо мной каменный пол испещренный письменами, что мне было не понять. Ветер треплет тонкую рубаху, пробирает до костей. Тишина, которую можно назвать зловещей. Я сижу на полу, опустившись на колени. Волосы трепет потоками теплого воздуха. Он идет из тьмы, как и ощущение чьего-то взора. Страшно. Оборачиваюсь…. Слепну… Закрываю глаза, пытаясь защититься от него.

Открыв, долго не могла понять, почему я смотрю на серебристый мех и край расшитой красными нитями подушки.

Я проснулась. Одна.

Комнату заливает солнечный свет. Он падает на кровать, а мое лицо. Мне холодно. Зябко. Жутко. Сажусь в кровати, свешивая ноги к полу. Тру лицо ладонями.

— миледи, вы проснулись, — тихое.

Изольда сидит на стуле у окна, что-то шьет.

— сколько времени? — голос у меня сиплый.

— уже давно утро, — отзывается она внимательно меня рассматривая, — что-то случилось?

— сон, просто сон, Иза, — сама не узнаю свой голос, — как дела снаружи?

Она хмыкает и улыбается своим мыслям. Их много…

— предпочту услышать, а не пытаться разобраться в твоих мыслях, — бросаю на пути к средневековой уборной.

— гости отошли от шока и требуют вас.

— видеть? — умываясь, спрашиваю.

— нет. Требуют дракона отказаться от мирайи.

— разве такое возможно?

— оказывается да. Ваш союз не консумирован.

— с чего такая уверенность?

— милорд отказался предоставить в доказательство простыни и не дал разрешения на осмотр вашего тела на предмет появления метки.

Вот ведь средневековые извращенцы.

— это так важно? Увидеть метку, я имею ввиду, — вышла из-за ширмы и подошла к зеркалу.

Из него на меня смотрела очень бледная девушка с синяками под глазами и растрепанными во сне волосами. Зомби. Как пить дать, зомби.

— да. Они не верят, миледи.

— откуда узнала?

— слуги знают все, — улыбнулось ее отражение в зеркале.

— ясно. Логично, — отвернувшись от зеркала, прошлепала к стопке новой одежды, — ну тогда стоит дать им то, что они хотят увидеть. Иза, что из заказанного мной вчера могло бы подойти? Чтоб не пришлось одевать то жуууутко красивое платье? Только то и нужно, что шею и часть груди показать.

Девушка озадаченно на меня взглянула и надолго задумалась.

Уже будучи одетой в местный аналог белья, черные штанишки сапоги я решила иначе.

— миледи, вот, готово, — Иза протянула мне рубашку с широкой горловиной на шнурке, которую ослабила, чтобы та могла стечь по моему телу, романтично оголив мои плечи. Романтично по меркам моего мира и совершенно вульгарно по меркам этого как я поняла.

— скажи мне, а в этом прекрасном замке есть библиотека или какое иное место, где я могу отыскать книги? — а про себя добавила, — «гугла то я тут не найду….».

— есть. И библиотека и кабинет хозяина, там он тоже держит книги, — ответила Иза, потупив взгляд.

— тогда нам туда, — заправляя рубашку в штаны посмотрела на нее через зеркало.

— но, миледи, а как же…

— я тут подумала и решила, что нет смысла вмешиваться в эти пустые разговоры. Силы у них примерно равны. Иначе еще вчера сильнейший приватизировал бы мое бренное тело. Все равно они придут к тому, что им нужен будет мой голос. И скрипя зубами, придется слушать то, что я смогу сказать. Только вот мне для этого как минимум не хватает информации. Хотя бы элементарной. Об общем устройстве вашего мира, о географии, зоологии, биологии, политике, истории, например. Так меня и надуть могут и я таки попаду в такое вожделенное для них «рабство».

— вас не могут сделать рабом, вы призванный маг! — возмутилась девушка.

— рабство, это не только колодки и ошейник, могут сделать рабом своей воли или искусственно созданных обстоятельств.

— Но, милорд Деймон не позволит, — горячо воскликнула она, — вы его мирайя. Он защитит вас от такой участи!

— а вот это мы еще посмотрим. Даже мудрейшим не дано предвидеть все, — процитировала я неизвестного автора, застегивая пуговицы на вчерашнем кафтане, — мне бы теперь поесть. А то на голодный желудок плохо думается.

Вместо ответа девушка сдернула с подоконника большую белую салфетку. Под ней оказалась небольшая корзинка с пирожками и кувшин молока. Вполне достойно, а самое главное вкуснотища какая!