Глава 12. Скандал

Нужно крепко все обдумать. Закрыл блокнот и переместился в кровать. Не то что глаза, мозги слипались. Лег, и меня вырубило. Проснулся от навязчивого стука в дверь. Как же не хотелось вставать и идти открывать. Может, это какая-то уборка? Она мне не нужна пока, или что там?

Удивительно, есть не хочу, от слова совсем. Все по-прежнему болит. Попытался почувствовать магию — ничего. Также не получилось увидеть свои врата души, а это значит, я не могу запустить исцеление. Гадство… Стучать не переставали.

— Да чтоб вас! — сказал я, стекая с кровати.

Как старик, доковылял до двери, открыл и, не видя, кто, спросил:

— Кто тут у нас такой целеустремленный?

Передо мной стояла Марго. В черном платье, без излишеств, никаких намеков на секуальность. Хотя то, как оно обтягивало ее формы, уже немало. На ее голове была шапочка с вуалью, которая прикрывала лицо.

Увидев меня, хотела обнять, но сдержалась. Очень выдержанным тоном произнесла:

— Я могу зайти? Ненадолго.

Заметил, что много людей повыходили из своих номеров, пока она тут барабанила. Пришлось впустить. Дошел до стола со своими записями, сел и предложил даме расположиться напротив. Она уставилась на меня и, видимо, оценивала мое состояние, потом заговорила:

— Ивар, я приношу свои соболезнования. Мой род приносит соболезнования. Я в курсе, того что случилось. Моя матушка просила передать… Кхм-кхм. Песковы не позволят твориться беспределу, и поэтому мы объявляем, что род Дарков — наш союзник.

Молодец, Софья! В вашем стиле. Показать себя благородной, помогающей юродивым. И статус, и вроде бы помощь мне, и лишний раз “Смотри, что мы для тебя сделали”. В целом, наверное, я смогу это использовать. Но поиграть с тем, кто больше заинтересован и кому нужна помощь — просто необходимо.

— Маргарита, во-первых, я как глава рода Дарков благодарю лично тебя и твою мать за то, что вы выразили скорбь относительно гибели моего отца. Насчет того, что ваша матушка объявила мой род вашим союзником, я подумаю. Можете так ей и передать.

Нужно было видеть удивленное лицо Песковой-младшей. Она сначала открыла рот, а потом собралась и прикрыла его. Хотя начать говорить это не помешало.

— Я… Передам. Еще мы узнали, что твоя сестра пострадала и находится в больнице Озеровых. Сейчас около ее палаты дежурят наши лучшие воины. Матушка просила передать, что не позволит, чтобы в империи нападали на юных девушек и пытались их изуродовать.

Во мне боролись несколько начал. Первое кричало, что я сам со всем разберусь, и второе, которое оценивало, какую выгоду могу получить, не давая ничего взамен. То, что нужно Песковым, понятно — ручной пожиратель. Поэтому такое изменение в поведении и самой Марго, и ее мамаши.

Крутил мысль и так и сяк, решил, что все-таки будет полезно, чтобы сестру охраняли. И нужно узнать, где лежит Женечка, пока я не решу некоторые проблемы. Но сделать так, чтобы Софья подумала? Будет интересно.

— Можешь передать Софье, — решил позволить себе фамильярность. — Я рад, что настоящая женщина решила защитить невинное дитя. От того, что с ней сделали мужчины и того, что могут сделать. Кто если не приближенные к императору должны заботиться обо всех нас?

Марго смотрела и не понимала, что я только что сказал. Но уверен, она почти слово в слово передаст мамаше. Надеюсь, ты, Софушка, оценишь. Днвушка продолжала сидеть и смотреть на меня. Ну что, можно сказать, официальный визит закончен? Встал из-за стола, Пескова-младшая подскочила вместе со мной.

— Я, наверное, пойду, Ты выглядишь уставшим, отдыхай. Сообщи, если что требуется, и мы постараемся тебе помочь, — сказала Марго и уже направилась в выходу.

Ковылял за ней. Мы остановились у двери. Только я хотел открыть, чтобы выпроводить гостью, как Пескова-младшая резко развернулась и обняла меня. Прижималась крепко и что-то то там шептала. Потом сказала:

— Ивар, мне правда жаль, искренне. Пожалуйста, береги себя! — разорвала объятия и вышла.

Хм. Значит, они начали действовать. Скоро должны подтянуться другие заинтересованные лица. Я теперь глава рода, не просто бедного, а разоренного. Но я аристократ, и те, кто заинтересован, в том, чтобы получить ручного пожирателя, будут стараться подмять меня под себя. Ну что ж, посмотрим…

Только решил пойти в ванную, чтобы наконец привести себя в порядок, как снова стук.

— Быстро. Интересно, кто на этот раз? Чугун? Допросники? Солнцева? Или есть кто-то еще?

Открыл дверь, на пороге стояла Варя. Она не церемонилась и, просто толкнув дверь, проникла внутрь. Прошла мимо меня и завалилась на мою кровать половиной туловища, так, что ноги висели в воздухе.

Выдохнула, помассировала голову и лицо. Я закрыл дверь и пошел за стол, а то в халате я так себе аристократ сейчас.

Варя вскочила так же резко, как и упала. Начала говорить:

— Ивар, значит, сестру твою и служанку мы отвезли в больницу к Озеровой. Поговорила с этой твоей Викой. Она, как письмо прочитала, на все согласилась. Я проконтролировала, их положили в отдельную двухместную палату. Мой отец отправил туда дежурить несколько человек, потом приперлись еще люди Песковых. Так что девушек хорошо охраняют. Потом я всю ночь провела с трупами, за что тебе просто огромное спасибо. Подняла на уши кучу народу, чтобы опознать охранников, которых убили в особняке. Они все лежат у нас в холодильнике, но знаешь, нужно что-то быстрее с ними делать. Вот тебе список имен людей, их адреса, и те, кто у них остался из родственников, — она кинула мне листок бумаги.

Развернул, стал читать, а Варя снова упала на кровать. Пятнадцать человек, помимо Кирилла, у которого, оказывается никого не было. Только у пятерых есть семья, остальные… Так, ладно, с этим нужно будет разобраться.

— К тебе скоро зайдет человек, это поверенный в вопросах похорон и всего такого. Так, что еще? Я наняла несколько охранников на месяц в твой дом. Они будут работать посменно, им все оплачено. Также нашла хороших строителей, которые скоро поедут смотреть твой дом и свяжутся с тобой позже. А еще Озерова сказала, что денег не нужно для лечения девушек. Поэтому на, забери — она встала, подошла ко мне и аккуратно расположила деньги на столе. — Вроде все сделала, что хотела.

— Ты мне не просто помогла, считай, почти спасла. Скажи, что я могу сделать для тебя? Как мне отблагодарить? — спросил я в момент, когда Варя стояла у стола.

— Очень устала. Что я хочу? За тобой придут через несколько дней для того, чтобы отвести на разговор с отцом. Пожалуйста, расскажи правду, я ему обещала, иначе он меня достанет. Пока ничего не могу тебе сказать на твой вопрос. Устала, как собака. Прости.

Варвара пошла снова на кровать и завалилась на нее. Синяки под глазами, и нет больше той озорной девчонки, передом мной сильно уставший человек. Она зевнула.

— Я тут чуть-чуть полежу. Буквально пару минут дыхание переведу и пойду. Хорошо? — сказала Варя и потянулась.

Спустя несколько секунд она засопела. Встал и подошел к ней, снял ее ботинки.

— Ух… — сказал и отшатнулся. — Сколько же ты на ногах?

Снял ее носки, стянул рубашку, она, будто труп, вообще никак не реагировала, потом спустил штаны. Кинул все в корзину для стирки. Варя осталась в простой белой ночнушке, свернулась калачиком и продолжала сопеть.

Дотащил ее до подушки, укрыл одеялом и дошел до стены, там был колокольчик, под которым на нескольких языках было написано: “Вызов горничной”, дернул его. Не успел вернуться за стол, как постучали.

Открыл, там стояла девушка в таком же переднике, как ходила Женя.

— Можете, пожалуйста, все постирать, высушить и погладить? И желательно за несколько часов, — спросил я.

— Да, конечно, — ответила девушка, не поднимая взгляда.

Перед тем, как отдать ей вещи, проверил карманы одежды Вари и вынул все, что там было. Она помогла мне, будем считать, что это просто маленькая ответная услуга. Пошел в ванную. Чувствую себя все лучше и лучше. Вода просто творит чудеса.

Вылез и оделся в то, что полагается аристократу. Сел за стол, чтобы разобрать то, что вчера написал, но под дверь кинули письмо. Потом еще одно, и так несколько штук.

Пришлось снова подойти. Вот же незавидная жизнь у главы рода. Только это точно не по мне. Все эти бесконечные расшаркивания, интриги, светские рауты и куча другой чепухи. Забрал конверты и наконец-то сел.

— Ух ты! Тут письмо от Чугуна, от Солнцевой, директора и даже от Вики есть, а это что? От Цветковых. И еще от герцогини Объединенной Английской империи Анастасии Вельнор-Ватермайн, — сказал я себе под нос, разбирая бумажки.

Подруга все так же сладко сопела в моей кровати. Стал читать, что там написали мои “знакомые”. Чугун сожалеет и говорит держаться, что он меня понимает, сам рано отца потерял. Советует тренироваться, это помогает не забивать свою голову.

— Обязательно, учитель, — произнес с улыбкой, дочитав послание от преподавателя ОФП.

Солнцева написала аж целых три листа. Все читать не стал, так, кусками, чтобы понять, чего хотела сказать эта поэтесса. Она сожалеет, переживает за меня. И если мне негде жить, предлагает свой домик у них в родовом поместье. Говорит, что никто не будет беспокоить и я могу там жить, сколько захочу. Еще очень надеется, что скоро увидимся, и она сможет меня утешить. Также про то, что в письме есть небольшой подарок.

Проверил, а там лежала свернутая бумажка. Чек на сумму в пятьдесят тысяч рублей. Ничего себе, мне решили дать денег за то, что я потерял отца или то, что на наш род напал тварь Ветров? Сначала думал отказаться, а потом решил, что деньги сейчас лишними точно не будут.

Достал свои, которые лежали в брюках. Там было восемьдесят тысяч и то, что вернула Варя — тридцать тысяч. Итого вместе с подарком Елизаветы у меня… сто шестьдесят тысяч. Вроде немало, хотя пока непонятно. В любом случае спасибо, учитель.

Дальше было коротенькое послание от Урагана, мол, он сожалеет, и что нападавших обязательно найдут. Мне так нравится, как они корчат из себя идиотов, хотя все всё понимают. Писал, что обязательно ждет в Университете, готов рассмотреть скидку или рассрочку на следующий год. Я растрогался бы, если бы не знал, зачем я ему на самом деле.

— Как щедро, директор, — сказал я себе под нос, когда прочитал, что он скостил мой долг на сто тысяч. За мной осталось всего четыреста пятьдесят.

Следующие — это Цветковы. Девчонки крайне расстроены по поводу моей сестры. Они когда-то хорошо общались, но потом из-за того, что она лекарь, перестали. А сейчас извиняются за свое поведение и говорят, что обязательно навестят Елизавету.

Еще после того, как их отец узнал, что я смог исцелить его дочерей, считает, что просто обязан поддержать меня, и поэтому в конверте есть небольшая материальная помощь. Посмотрел, там был чек на восемьдесят тысяч рублей, на нем, помимо всего, было написано: “Спасибо, что помог моим дочерям”.

Осталось последнее, от Насти. Вот только сейчас понял, что, когда ударник труда проснется, то, наверное, будет голоден. Поэтому лучше заказать ей чего-нибудь поесть. Встал и снова позвонил горничной. Пять минут, и стук в дверь.

— Что-то еще, господин? — спросила та же девушка. — Одежда еще сушится, но, думаю, что в течение часа я вам ее принесу.

— Можно заказать поесть в номер? — спросил я.

— Да, конечно, я принесу вам меню.

— Не нужно. Кофе, чай, воды, булочек каких-то, бутербродов.

— Хорошо, скоро принесу.

Все тело ныло. Как же я хочу размяться и позаниматься! Выводит смотреть на себя сейчас. Когда я только появился в этом мире, тело было не очень, но сейчас стало только еще хуже. Не воин, а инвалид какой-то.

Попытался сделать хотя бы суставную гимнастику, пока через пять минут не остановился — замучила одышка. Вернулся за стол. Посмотрел, за окном уже начинало темнеть.

— Это сколько же я проспал? — спросил сам у себя.

Так, теперь послание от герцогини.

“Дорогой Ивар! Прими мои соболезнования. Терять родителей всегда сложно, поверь, я знаю, о чем говорю. Но теперь ты надежда своего рода, сестры. Понимаю, сейчас не до того, но держись. Обещаю скоро тебя увидеть. И еще передаю соболезнования от одной женщины, она опечалена смертью твоего отца и тем, что стало с твоей сестрой. Пока она не может помочь. Попросила оказать тебе поддержку.

Анастасия Вельнор”.

Какая женщина? Не знаю, что в голове у этой барышни. Надеюсь, сюда она не припрется? А то мне пока девушек хватает. Посмотрел на милашку, которая раскрыла ногой одеяло и лежала с недовольным личиком, сопела.

Только сел за бумаги, чтобы наконец-то еще раз разобрать план старого Ивара. Вскочила Варя.

— Где я? Почему я в кровати? Так, а почему в одном исподнем? — сказала она, изучая, во что была одета. Потом перевела взгляд на меня, ее глаза расширились, и она кинула в мою сторону подушкой. Потом еще одной. И еще.

— Ты что, воспользовался мной? Совсем, что ли? Да как ты посмел? — кричала Варя, продолжая кидаться в меня.

— Успокойся, дурочка. Ты вырубилась у меня на кровати. Я просто снял верхнюю одежду и положил тебя спать. А про то, что ты говоришь — я к тебе даже пальцем не прикоснулся.

Варя скрестила руки, подперла ими свою грудь и надула губы в обиде. Потом стала что-то искать глазами по номеру.

— А где моя одежда? — медленно проговорила она.

— Отдал стирать. Она была не первой свежести, — ответил ей.

— Что? Да как ты смеешь говорить такое девушке? Хам!.. — и отвернула голову и потом тихим голоском добавила. — Спасибо, что дал отдохнуть, я не спала почти трое суток.

Потом она снова начала в меня кидаться, потому что я идиот, а в карманах было ее удостоверение и другие важные документы. Но быстро успокоилась, когда вернул ей все. Вызвал горничную. Пришли две девушки, принесли вещи и поднос с едой.

Отдал Варе одежду, она ее кинула на кровать и спросила, может ли взять покушать?

— Конечно, это я для тебя заказал, — ответил ей.

Но все оказалось куда сложнее. Девушка не привыкла есть одна, и поэтому мне пришлось в себя впихивать еду, сидя за столом вместе с ней. Она молотила, как солдат. Пока я доел один бутерброд, Варя смела все и с таким удовольствием и выпила кофе.

Откинулась на спинке стула и улыбнулась, а потом сказала:

— Знаешь, я никогда не спала у мужчины в кровати, не считая спальни моего отца и то в детстве. Если он узнает, то сначала проблемы будут у меня, а потом у тебя. Давай ты забудешь про все это?

— Хорошо, — ответил я. Но мне как-то поплохело после еды. Голова стала чугунная. Ничего не соображаю, и очень захотелось спать.

Варя, не стесняясь меня, стала одеваться, хотя чего переживать, она только что в одной ночнушке кушала. Запихав ноги под одежду. Когда оделась и положила все документы, сказала:

— Еще раз спасибо за то, что дал отдохнуть и покормил, и за то, что постирали мои вещи. Стыдно признаться, с этой работой совсем руки не доходят.

Ответил ей улыбкой. Проводил до двери, она уже почти вышла, как резко повернулась и вся красная поцеловала меня в щеку, потом убежала.

Выдохнул. Вернулся за стол в попытке еще раз перечитать план Ивара, но меня стало клонить в сон. Собрал все бумаги и сложил в ящик. “Видимо, телу все еще нужен отдых”, — подумал я. Разделся и завалился в кровать, а перед этим пришлось пройтись по всему номеру и собрать подушки.

Лежал и чувствовал запах “женщины”. В голову лезли всякие мысли, которые быстро обрывались на том, что у меня куча дел и поэтому тупо не до этого. Как-нибудь потом обязательно, возможно…

Закрыл глаза и провалился. Проснулся от того, что рядом кто-то кричит. Орал какой-то мужик прямо у меня в номере. А говорили, тут будет безопасно. Хотя, наверное, если бы хотели убить — убили, а не вопили. Открыл глаза и уставился на гостя.

В комнате стоял мужчина, возраст — около сорока, в военной форме, только не нашей страны. Он что-то причитал с сильным акцентом. Черные волосы, усы, держался за какое-то оружие и смотрел то на меня, то на кого-то рядом. Я повернул голову и охренел — лучшее слово, чтобы описать то, что увидел.

Рядом со мной лежала и притворялась, что спит, открывая периодически один глаз, голая герцогиня Анастасия Вельнор. У меня открылся рот, я повернулся на мужика, с ним рядом стоял консьерж и улыбался. Смешно ему, сука.

Наконец, мужик успокоился и сказал:

— Это государственный скандал! Вы обесчестили герцогиню Объединенной Английской империи!