Глава 44

«Боги, недоушастый мерзавец обвел меня вокруг пальца!», — сокрушалась я, стоя напротив ненавистной секвойи и глотая ртом воздух. Догадаться о том, как Терсиль «поборол» проклятье, оказалось несложно. Каким-то образом ему удалось привязать свой бессмертный дух к другой форме жизни, а когда оболочка из плоти и крови погибла, он продолжил существование в древе.

Стоит ли говорить, что подобный выход меня совершенно не устраивал?

— Первый шок прошел, леди Делия? — спросил Терсиль. — Ты разочарована. Понимаю. И самое печальное, не воспринимаешь меня всерьез.

— Я впервые вас вижу.

— Нет, мы встречались и раньше. Я приходил в твои сны.

— Боги, — у меня начинала раскалываться голова.

Все шло наперекосяк.

— Не печалься, дитя, и не спеши с выводами, — сказал Терсиль, — я знаю, как тебе помочь.

— Переселиться в какое-нибудь дерево? — мой голос сквозил сарказмом.

— Оставим этот вариант на тот случай, если принцесса Фелисити все же сможет тебя отравить.

Старый пень оказался весьма осведомлен о положении дел, и я сразу подумала о Лурвиле. Когда он успел его предупредить? Неужели он вел тайную переписку с эльфийским лесом? Боги, зачем столько трудов вокруг моей персоны?

— Юность так очаровательна, — ласково произнес Терсиль, словно я была нерадивым ребенком, — ты слишком взволнована, чтобы слушать. Отдохни с дороги и возвращайся, когда бурная река мыслей превратится в тихую воду.

— Прошу, следуйте за мной, леди Делия, — Келарвиэль неожиданно оказался рядом и ненавязчиво потянул меня за руку в сторону выхода.

— Да не хочу я никуда уходить! В отличие от тебя, Терсиль, у меня не так много времени в запасе!

Но старый во всех смыслах пень молчал. Разговор был окончен. Раздосадованная, я брела за эльфом, практически не замечая, что творится вокруг.

Мимо проходили прекрасные эльфийки, звонкий смех которых разносил легкий лесной ветерок. Кто-то играл на флейте, и детвора самозабвенно кружилась в танце. Дикие животные спали в тени деревьев, чувствуя себя в полной безопасности. Мне бы смотреть и впитывать каждый миг, но мысли крутились около проклятья и несбывшихся надежд.

Мы остановились напротив небольшого домика с травяной крышей. Впервые я видела, чтобы вместо черепицы, на худой конец соломы, использовали настоящий, живой газон.

— Прошу, — уголки губ Келарвиэля снова дрогнули.

— А вы?

— Моя служба еще не закончена. Я вернусь позже. Лурвиль вам все покажет.

Я неуверенно зашла внутрь. Домик чем-то напомнил мне тот, что имелся у нашей семьи около моря. Несколько комнат. Небольшая кухня, совмещенная со столовой, и крохотная гостиная. Все было сделано в этническом стиле и украшено цветочными мотивами. Эльфы явно испытывали слабость к королевским лилиям и плющу. Найти Лурвиля не составило труда. С кислой миной на лице он сидел на кухне и ковырялся вилкой в овощном салате.

— Ты, — прошипела я и оглядела комнату в поисках предметов потяжелее.

— Делия, я все могу объяснить.

— После смерти объяснишь, бессовестный мерзавец, — в моих руках сам собой оказался столовый нож.

— Ты все не так поняла.

— Я что, на дуру похожа?! Думаешь, не догадалась, почему ты скрыл ма-а-аленькую деталь? Как тебе не стыдно! Соврать только ради того, чтобы с комфортом вернуться домой?!

— Не только ради этого, — тихо сказал Лурвиль, поднимая руки, — еще мне хотелось произвести впечатление на Лили. И ты, узнав подробности, ни за что бы не поехала, а Терсиль очень хотел тебя увидеть.

— Боги, значит, ты еще и действовал по его наводке?! И наша встреча вовсе не случайность? Ты с Кертисом заодно?!

— Что?! Нет! При чем тут лорд Кертис? Все было не так. Я сбежал из дома. В пути мне приснился Терсиль и посоветовал посетить одну таверну. Я тогда, честное слово, даже не подумал, что это ловушка. Он сказал, там лучшее пиво Беренвира... А потом подвал. Ты. Лилия. Она рассказала о проклятии, и я вспомнил историю эльфов.

Я устало села за стол и положила рядом нож. Магия недоушастого друга понемногу проникала в мое сознание, сглаживая острые углы. Лурвиль благоразумно отошел на безопасное расстояние.

— Неужели он ничего не может сделать? — упавшим голосом спросил эльф.

— Этот упрямый пень отправил меня успокоиться, — фыркнула я. — Сдается мне, он бессилен.

— Нет-нет, Терсиль, скорее всего, что-то знает, — горячо заверил меня Лурвиль.

Хотелось бы ему верить, но...

— Ой, молчи уже, ушастое недоразумение, и так голова трещит, — я с раздражением потерла виски.

Это прозвучало крайне грубо, но Лурвиль сам был виноват. Эльф недовольно поджал губы. Мне стало стыдно, но обида была еще свежа.

— Где я могу отдохнуть? — спросила я, и не думая извиняться.

Он молча показал одну из комнат. Я закрыла за собой дверь и упала на кровать. Вот так тащишь свое жалкое тельце через все королевство, а результата ноль! Хотя результат, безусловно, был. Я освободила мужчину, которого люблю, от всех обязательств и буквально толкнула навстречу бывшей любовнице. Грустно вздохнув, я прикрыла глаза. «Валиан, как ты там? Думаешь ли обо мне? Скучаешь?» — эти мысли последними пронеслись в голове, прежде чем я погрузилась в беспокойный сон.

— Делия, — ласково прошептал Валиан, — сколько можно спать.

Он наклонился надо мной и едва ощутимо коснулся губ поцелуем. В последнее время я часто видела с ним сны. Не самые приличные, но весьма приятные.

— Я скучала.

— Знаю.

Небритая щетина колола кончики пальцев. Руки обвили его шею, мне не терпелось прижаться к Валиану и снова почувствовать его тепло.

— Кхм, — раздался откуда-то сбоку вежливый кашель, — наверно, стоит сообщить о своем присутствии.

Я резко поднялась. Валиан исчез.

— Кто вы? — испуганно выдохнула я.

— Терсиль. Я решил показаться в своем прежнем виде, так как секвойя явно пришлась тебе не по душе.

Боги. У эльфов ни совести, ни такта! Терсиль был похож на Лурвиля, Келарвиэля и других жителей эльфийского леса, с единственным отличием — у него были самые длинные и острые уши из всех эльфов, вразлет торчащие над головой. Я начинала предполагать, что чем старше эльф, тем больше у него уши. Ну, все логично. У человека же нос с ушами растет на протяжении всей жизни.

— Мне также не по душе, когда кто-то влезает в мои сновидения без спросу, — ворчливо заметила я, вставая с кровати в замке Кроу.

— Прости. Раньше, когда я к тебе заглядывал, ты гуляла по лесам и полям Беренвира. Для меня тоже было немного неожиданно застать тебя за...

— Так, Терсиль, — перебила я, — вернемся к делу. Я, кажется, вполне спокойна, и у меня есть множество вопросов. Не пора ли все объяснить?

— О, конечно-конечно, — он с любопытством обвел взглядом комнату, разглядывая дамские мелочи на ночном столике. — У людей все так изменилось за последнюю тысячу лет...

— Терсиль! — повысила я голос, возвращая его внимание к себе.

— Одним весенним утром странный всплеск магии всколыхнул купол эльфийского леса. Я не знал, где таится ее источник, но новости из Беренвира не заставили себя долго ждать. Растения те еще сплетники, всю прошлую весну и лето они только и болтали, что о тебе. Магине, магессе, — Терсиль неуверенно перебирал названия, пока не нашел более звучный вариант, — женщине-маге, благодаря которой в развитии флоры произошел новый виток.

— Но я ничего такого не делала...

— Не лукавь, — Терсиль улыбнулся. — А как же венерина мухоловка, что стала твоим питомцем. Роза у замка Кроу, получившая возможность общаться с людьми и делиться воспоминаниями? Раньше такое было под силу только мне, и то, позволь заметить, я не совсем человек. Не скромничай, Делия, ты умная девочка. Уверен, покопайся ты в своей чудной головке чуть дольше, и догадаешься, что стало причиной истинного пробуждения.

— Валиан, — выдохнула я.

— Он, скорее, повод, — улыбнулся Терсиль, у него в руках уже была шкатулка со шпильками, и он увлеченно перебирал их в своих тонких длинных пальцах, — Причина — любовь. Ты влюбилась, и магия, веками спавшая в крови рода Гарден, проснулась.

— Почему у меня? — растерянно спросила я. — Ведь были в моей семье и более достойные маги, которых не обходила любовь стороной. Взять хоть мою маму, обладающую тонким, искусным даром. Вот у кого должен был проснуться сильный дар. И любовь, они с отцом безумно друг друга любят!

— Кто знает, — пожал плечами Терсиль, — возможно, это чувство ты испытываешь острее и сильнее, чем другие. Люди из высшего света Беренвира вообще никогда не были сильны в любви, одно тщеславие и жажда заключить союз повыгоднее. Какая уж там любовь.

— Но мои родители...

— Не исключение.

— Да откуда тебе знать?! — возмутилась я.

— Ну, последнюю тысячу лет я живу в теле растения, и у меня одно развлечение — сплетни, — снисходительно улыбнулся Терсиль, — впрочем, мы отдалились от темы. Мне хотелось с тобой познакомиться, и когда подвернулся случай с Лурвилем, я решил им воспользоваться. Только и всего, — эльф отвлекся на шляпную булавку и ненадолго замолчал.

— Терсиль! — снова позвала я.

— Да, я здесь, — он нехотя отложил булавку и повернулся ко мне, — проклятье можно легко снять. Поначалу я не был уверен, но покопавшись в памяти и все взвесив, могу с полной уверенностью заявить — именно проклятье рода Кроу легко обмануть.

— Боги, — взвилась я, когда Терсиль переключился на драгоценности, — ну, не томи. Как его снять?

Но образ эльфа уже расплывался. Я открыла глаза. Видение исчезло.