Глава одиннадцатая
– И не стыдно тебе прогонять меня в такую рань? Это же просто бесчеловечно и жестоко. – Дейвен легонько и очень нежно касался губами моего лица.
Сонная я счастливо улыбнулась:
– Нет уж, уговор есть уговор.
Хотя, вот честно, я очень не хотела, чтобы он уходил. Ведь так чудесно было сейчас проснуться в его объятиях…
– Ты злая и бессердечная, придется срочно перевоспитывать.
– Это кого из нас еще перевоспитывать! – со смехом возразила я, отстранившись за миг до поцелуя. Как ни велик был соблазн, но лучше все же сохранять дистанцию. – И вообще, Дейвен, ты вчера сам сказал, что уйдешь рано, чтобы никто не заметил.
Он посмотрел на меня с вселенским укором, но настаивать все же не стал. Да и вообще, сонный и чуть взлохмаченный, он выглядел домашним и почему-то даже родным. Сел на кровати, демонстративно вздохнул:
– И за какие такие проступки мне досталась настолько упрямая ты… Ладно-ладно, ухожу. Но, – он чуть хитро на меня взглянул, – вечером мы еще обязательно вернемся к вопросу твоей бессердечности.
Дейвен встал, взял с кресла свою рубашку и собрался выходить, но я спохватилась:
– Дейвен, а как же осколок?
– Я помню. Но пусть пока остается у тебя.
Я оторопела:
– Но почему?..
– Раз ты его забрала, значит, он тебе для чего-то понадобился, – пожал плечами Дейвен. – Я не сомневаюсь, что ничего плохого ты не сделаешь и отдашь осколок тогда, когда он мне будет нужен. Ну а до тех пор пусть хранится у тебя.
Честно, от изумления я забыла все слова. Дейвен оставляет мне часть жемчужины… Фактически доверяет мне то, от чего зависит избавление от проклятия, да и сама его жизнь. И принц, привыкший все контролировать и решать исключительно самостоятельно, ставит все это под удар? Мало ли, вдруг я…
– Арианна… – Дейвен смотрел на меня очень внимательно, видимо, мое выражение лица сейчас было слишком красноречивым.
– Я не понимаю…
– Я просто тебе верю. – Это прозвучало очень серьезно, будто для него самого это было крайне важно.
Дейвен ушел, а я еще не меньше минуты в ступоре смотрела на закрывшуюся за ним дверь. Он мне верит… Верит, несмотря на все недомолвки, подозрения и вынужденную ложь… Верит настолько, что оставил мне то, от чего зависит его жизнь… Но это же нелогично! Опасно! И даже безрассудно! Он наверняка и сам это понимает! Но я чувствовала, что Дейвен искренен…
Зато объявившийся через пару часов Плеск в восторг не пришел.
– Что ж, новость хорошая: жемчужина нужна ему для благих целей. Новость плохая: ты все-таки рехнулась окончательно.
– Это еще почему? – У меня было такое замечательное настроение, что я даже не обиделась.
– Потому, что у тебя осколок уж точно не в безопасности! Его могут выкрасть, да ты даже потерять можешь! А этого никак нельзя допустить! – Дракончик даже лапкой топнул, но добавил спокойнее: – Неужели сама не понимаешь? Нельзя так рисковать! Так что дуй давай к принцу и отдай ему осколок!
– Да как-то нехорошо получится. Дейвен оставил мне, а я…
– А если ты профукаешь часть жемчужины – это получится хорошо? – сердито возразил дракончик.
И возразить-то было нечего. Вдруг и вправду не уберегу? Лучше все же вернуть Дейвену.
Я не стала откладывать в долгий ящик. Может, принц еще у себя и не придется искать его по всему кораблю.
Едва я вышла в коридор, сразу заметила, что дверь в покои Дейвена приоткрыта. Замечательно! На радостях я даже стучать не стала…
Дейвен был в каюте. Как и Уллина, которую он целовал. Причем так страстно, что они явно намеревались вот-вот переместиться на ближайшую горизонтальную поверхность. Поначалу я даже глазам своим не поверила, просто стояла и смотрела. Как же так…
Резко отпрянула назад в коридор, но наверняка целующаяся парочка слишком была занята друг другом, так что они все равно меня не заметили. А я едва дышала. Кровь прилила к лицу, стучала в висках. Казалось, что меня пинком отправили в бездонную пропасть, и я все падаю, падаю, падаю…
Хотя чему тут удивляться? Уллина – раскрасавица, сама на Дейвена вешалась, вот он и не стал упускать возможность. Молодец, чего уж. Везде успевает. Но как же тошно… Только кого мне винить? С чего я возомнила, будто принц относится ко мне настолько по-особенному, что остальные девушки его не волнуют? Сама же создала себе такую иллюзию и сама же горько разочаровалась. Вот так вот все прозаично…
Дейвену хватило наглости заявиться тем же вечером. Точнее, сначала мне доложили, что принц ждет меня на ужин в свои покои. Но я не пошла, и в итоге он наведался сам.
– Арианна, что случилось? – обеспокоенно спросил он с порога.
– Ничего. – Я даже взгляд от книги не оторвала, всеми силами стараясь сохранять спокойствие.
Но Дейвен не был бы Дейвеном, если бы сейчас просто взял и ушел. Закрыл за собой дверь, хмуро поинтересовался:
– Что вообще происходит?
– Я уже сказала. – Как же тяжело сдерживать эмоции… – Но раз уж ты здесь, забери заодно. – Я встала с кресла, подошла к шкафу и достала завернутый в платок осколок жемчужины. Передала Дейвену и отступила на несколько шагов.
Он не сводил с меня мрачного взгляда.
– Ты ничего не хочешь мне объяснить?
– Ничего. – Я снова села в кресло, взяла книгу и якобы углубилась в чтение.
Но Дейвен мой красноречивый намек проигнорировал. Подошел и, упершись в подлокотники кресла, буквально навис надо мной. Я почувствовала себя загнанной в ловушку. А уж его пристальный взгляд, казалось, видит меня насквозь.
– Арианна, я не уйду, пока ты не объяснишь, что происходит. Что за игнорирование? С утра же еще все хорошо было, так что теперь изменилось?
Я не выдержала:
– А по-твоему, повода нет?
– Не вижу ни единого. – Он и бровью не повел. Ну да, не принц, а просто воплощение непогрешимости!
Но все же отстранился, я встала с кресла и отошла на несколько шагов.
– Арианна, я жду.
– Ты можешь просто уйти и все? – У меня звенел голос. – Я не хочу с тобой разговаривать, даже видеть тебя не хочу.
– С чего вдруг? – Дейвен явно начал раздражаться.
– А ты у Уллины своей спроси. – Я ядовито ему улыбнулась.
Он на миг обомлел, смотрел с недоумением:
– Ты о чем вообще?
– Дейвен, хватит. – Ну все, кончилось мое демонстративное спокойствие! – Я видела вас с ней сегодня утром в твоих покоях. Хотя вы так были заняты друг другом, что меня не заметили. – Даже говорить про это мне было противно! – И зачем ты опять ко мне пришел? Иди к ней. Она наверняка будет не прочь повторить ваши утренние утехи.
– Арианна, что за бред? Ты откуда все это взяла?
– Дейвен, я вас видела! – сорвалась я на крик.
У него, похоже, самообладание тоже дало сбой.
– Как ты могла нас видеть, если лично я понятия ни о чем таком не имею? Да мне эта Уллина сегодня даже на глаза не попадалась! И уж тем более у меня ничего с ней не было!
Как же, не было. Да у меня до сих пор перед глазами та сцена стоит… Зайди я чуть позже, наверняка бы застала парочку уже без одежды за весьма однозначным занятием. А Дейвену хватает наглости отрицать, что ничего такого и близко не было! Вот сколько он мне пилил мозг на тему лжи, а сам теперь врет без зазрения совести!
– Что за глупости ты понапридумывала? И зачем? – Дейвен злился все сильнее. – Хотя бы это ты можешь объяснить?
Ну все, сейчас я ему все выскажу!
Дверь каюты снова распахнулась.
– Дейвен, ты что тут делаешь? – возмутилась госпожа Амельда. – У Арианны и так с репутацией плохо, а ты…
– Оставьте нас вдвоем, – резко перебил он тетушку.
Но ее моя репутация явно волновала куда больше, чем указания Дейвена.
– Нет уж! Никаких вдвоем! – Госпожа Амельда уперла руки в боки.
Дейвен не успел ответить, потому как в каюте нарисовался и Садриг, сообщивший:
– Ваше высочество, вас ищет господин Верт. Как я понял, нужно уточнить курс.
Я не смотрела сейчас на Дейвена, но прекрасно чувствовала его тяжелый взгляд. Принц все же ушел, только легче мне от этого не стало.
Ну ничего, это временное и наверняка скоро пройдет.
Вертим… Одно время он казался мне почти недосягаемым. Но, как говорится, чудо свершилось – сегодня в полдень корабль прибывал в столицу. Уже заранее стало ясно, что эта часть Ариндейла куда более обитаема, в последние пару дней часто можно было заметить другие корабли. Но все-таки странно, что Дравур, куда принес меня дракон и где изначально зародилось королевство, находился чуть ли не на отшибе. Хотя кто ее, эту местную географию, знает…
Знала, конечно, госпожа Амельда. Но она странностями, похоже, не заморачивалась, тем более сейчас. Мы с ней стояли на палубе, вместе с неизменным Садригом.
– Вот, смотри, Арианна, сейчас начнутся сторожевые башни! – Тетушка Дейвена взяла на себя роль экскурсовода. – Они окружают Вертим на достаточном расстоянии, чтобы заранее можно было предупредить о любом вторжении.
И вправду вскоре показались высокие башни. Каждая на отдельном крохотном островке и на расстоянии от другой. Причем и сами островки почему-то казались рукотворными. Даже сейчас, в ясную солнечную погоду, горящий на крышах башен свет едва не слепил. Из-за этого казалось, что мы прибываем чуть ли не в обитель света – сияющую, древнюю, величественную. Впечатляло, конечно. А будь у меня настроение получше, я бы вообще пришла в восторг, но увы-увы…
После той ссоры прошло несколько дней, мы с Дейвеном больше не общались. Госпожа Амельда упоминала, что сейчас ему приходится почти все время самому управлять кораблем. Так что, скорее всего, у него не было времени выяснять со мной отношения. А может, и желания. Ну и черт с ним.
Плеск, который все эти дни выслушивал мои излияния, недоумевал:
– Да что вы за существа такие? Почему из-за всякой ерунды страдаете? И почему страдать должен еще и я? Я просил только про жемчужину узнать, а ты вдобавок взяла и окончательно втрескалась в принца! Тебе заняться, что ли, больше нечем?!
В общем, он так и не понял, почему мне настолько тошно. Ну да, подумаешь, тот, кто тебе очень нравится, навешал лапши на уши, а после этого с другой целовался – что тут такого? Сама виновата, нечего было городить себе романтические иллюзии. Как говорится, сама придумала, сама обиделась. И вроде бы пережить и забыть, но нет – кошки на душе скребли со страшной силой.
Да и ведь, справедливости ради, с чего я вообще так сорвалась? Какое имела право? Мы с Дейвеном, по сути, чужие люди, просто сведенные вместе обстоятельствами, и грозящая женитьба уж никак не делала нас ближе. Так почему я ждала от него, что он никем другим интересоваться не станет? Да он мне вообще ничего не должен!
Понятно, конечно, я просто сорвалась, но представляю, как бредово для него это выглядело. Глупая девчонка вообразила себе невесть что и закатила сцену ревности… И ведь, по сути, так и есть. Я повела себя как влюбленная дурочка! Жаль, что нельзя отмотать время назад и поступить намного разумнее. Сделать выводы, но оставаться абсолютно спокойной. Но почему же так сложно совладать с эмоциями? Почему в отношении Дейвена они настолько сильны?..
– Ох, и насыщенный сегодня день будет! – Восторженный голос госпожи Амельды отвлек меня от мрачных размышлений. – По прибытии нас повезут во дворец, и надо будет сразу готовиться к балу! Он состоится вечером, по традиции наследному принцу представят всех избранниц! О, Арианна, это такой чудесный и волнительный момент!
М-да. Уже сегодня я увижу Натана… Интересно, как он себя поведет? Сделает вид, что видит меня в первый раз? Да и плевать на него тоже! Вообще на всех принцев плевать. Главное, поскорее пройти испытания, снять проклятие и свалить из этого мира.
– Но страшно представить, сколько сплетен поползет! – Госпожа Амельда сменила восторженный тон на сокрушающийся. – Естественно, ты же будешь представлена не только как одна из избранниц, но и как невеста Дейвена. Щекотливая ситуация на самом деле… Ну ничего, в ходе испытаний все прояснится. Как твоя магия, кстати?
– Получше.
Я не стала уточнять, что это «получше» заключается лишь в том, что я теперь могу читать без проблем, и даже не используя воду. Ну и что при желании могу почувствовать циркулирующую во мне магическую силу. Плеск радовался, что мое развитие как избранницы идет полным ходом, даже быстрее, чем они думали. Хотя и не понимал, почему так. Ведь если для развития нужен проклятый, а мы с Дейвеном в последние дни вообще не пересекались, то откуда такой рост магии? Загадка…
– Вот и замечательно! О, Арианна, смотри, Вертим!
И вправду сторожевые башни остались позади, а на горизонте виднелась полоска земли, стремительно разрастающаяся.
– Вертим! – продолжала госпожа Амельда. – Самый крупный и густонаселенный остров Ариндейла! Да на нем могло бы целое королевство поместиться! Арианна, тебе непременно тут понравится! А дворец… – Она закатила глаза. – Такого великолепия ты точно нигде не видела! И какой сегодня будет роскошный бал! Роскошней устроят только в день королевской свадьбы! Как это все чудесно!
– Да, чудесно, – апатично согласилась я.
– Милая, что за тон? Что-то не так? Даже Садриг любит балы! – Это прозвучало как самый железобетонный довод.
– Наверное, просто волнуюсь, – вежливо улыбнулась я.
– Не волнуйся. Уверена, ты сегодня будешь самой неотразимой. – Госпожа Амельда довольно хихикнула. – Натан просто не сможет глаз от тебя отвести!
Ага, с такой-то конкуренцией в виде остальных избранниц? Да там уже от вида одной Уллины все будут падать и сами в штабеля укладываться. А Дейвен так вообще. Наверняка все эти дни с ней миловался… Все! Хватит, уже об этом думать!
– Госпожа Амельда, а вы ничего больше сказать не хотите? – Садриг выразительно посмотрел на свою госпожу.
Та чуть покраснела, но с недоумением ответила:
– Садриг, ты о чем? Не отвлекай нас, мы про бал разговариваем. – И все так же вдохновенно продолжила: – Так вот, Арианна, традиционный бал избранниц – это очень ответственное и…
Я вопросительно взглянула на Садрига, но тот уже невозмутимо смотрел на море.
Хм, мне показалось или все же что-то от меня скрывают?
На пристани наш корабль встречали так торжественно, словно национальных героев. Но, по словам госпожи Амельды, Натана среди встречающих не было. По традиции ему полагалось увидеть избранниц исключительно на балу, не раньше. Так что моя надежда, что принц вот-вот объявится, не оправдалась. Нет, я не жаждала встречи с бывшим возлюбленным, но тут просто вариантов не оставалось: от него слишком многое зависит. В том числе и мое возвращение домой.
Для избранниц и прочих именитых пассажиров нашего корабля подали роскошные кареты, но нам пришлось ждать, пока все разъедутся. Нам – это мне, госпоже Амельде и Садригу.
– Арианна, понимаю, тебя расстраивает, что не окажут положенные почести, – сокрушалась тетушка Дейвена, – но нам ведь желательно доставить тебя во дворец незаметно. На балу будет объявлено, кто ты такая, а пока лучше обойтись без лишней шумихи.
Мне было все равно, я и не рвалась красоваться перед встречающей толпой. Вот только неприятно, что Дейвен даже не поинтересовался, где я. Уехал себе, и все. А ведь официально я – его невеста, мог хоть немного приличия соблюсти.
Впрочем, причина этого быстро прояснилась. Госпожа Амельда упомянула:
– Я Дейвена, конечно, заранее предупредила, что мы лучше без лишней шумихи во дворец поедем. Он, кстати, одобрил. Самому ему хоть как надо было предстать перед народом, так что остаться с нами он не мог. И то спасибо, что в кои-то веки традициям следует. Я уж боялась, что сразу к себе укатит, хотя так не положено. Но вроде нет, сказал, что во дворце будет.
– А вообще в Вертиме Дейвен не в королевском дворце живет? – уточнила я.
– Нет, что ты, – недовольно поморщилась госпожа Амельда. – Он почему-то там крайне редко появляется. Конечно, у него тут свой шикарнейший особняк, но дворец есть дворец, сама понимаешь. Но Дейвен говорит, что его вся эта помпезность мало волнует. То ли дело Натан! Он – просто идеальный принц! И, главное, неукоснительно следует традициям! Ой, поскорее бы его расспросить, как он про тебя узнал! Да мы его должны неустанно благодарить за появление истинной избранницы в нашем мире!
Я благодарить уж точно не собиралась. Мне казалось, что, едва завидев Натана, я схвачу ближайший подсвечник и двину им принцу по физиономии. Пусть маленькая, но все же компенсация морального ущерба.
Когда на пристани все разошлись, Садриг нанял нам простой экипаж, и мы отправились во дворец. До этого я ведь была только в Дравуре, и хотя город показался мне довольно оживленным, но все равно не шел ни в какое сравнение с Вертимом. Все-таки столица есть столица. И дома роскошнее, и жители одеты чуть иначе, словно по иной моде, – даже как будто вообще другая страна.
Но, конечно, самым главным украшением города был дворец. Белоснежный, в солнечных лучах он казался сияющим. Высокие шпили башен устремлялись в небо, поблескивающие витражные окна издалека походили на россыпи самоцветов – будто не дворец это, а творение гениального ювелира.
Вот только располагался он не в центре города, а на западной его окраине, на самом обрыве. Словно бы свысока смотрел на простирающееся море. Но в то же время казалось, что море в отместку точит и точит скалу, чтобы однажды дворец рухнул в темные глубины.
Внутреннее убранство ничуть не уступало внешнему. Выделенные мне покои явно бы сгодились даже для самой привередливой принцессы. Просторная спальня, ванная комната, гостиная и даже отдельная гардеробная… Хотя госпожа Амельда и заявила категорично: «Средненько», – но лично мне все очень нравилось. Особенно спальня, в нежно-бирюзовых тонах, с уместными вкраплениями позолоты – роскошная, но без помпезности, и в то же время очень уютная. Так и представляла себе, как сладко буду спать на широкой кровати… Хотя нет. Скорее, представляла, как наглый Плеск оккупирует все подушки и станет возлежать на них, как султан.
Дракончик, кстати, предупредил, что и во дворце со мной будет. При его способности оборачиваться облачком пара это проблем не составит. Не факт, конечно, что он объявится прямо сегодня, но явно долго себя ждать не заставит.
– Милая, я ненадолго тебя покину, – сопровождавшая меня госпожа Амельда собралась уходить, – мне надо и в свои покои наведаться, и выяснить, как тут дела. Тем более я еще из Дравура писала Вильде, чтобы для тебя к балу подготовили подходящее платье. Необходимо срочно все проверить! Если тебе вдруг что-то понадобится, в коридоре всегда есть слуги. Сегодня к тебе должны приставить личную служанку, тогда гораздо проще станет. Ну все, я пошла. А ты пока устраивайся, отдыхай с дороги, набирайся сил. Вечером должна быть просто в наилучшем виде!
Ага, легко сказать… Нет, я не считала себя уродиной, нормальная вполне, даже симпатичная. Но если сравнивать с красотками-избранницами… Нет, сравнивать – это вообще последнее дело. В конце концов, истинную не по внешности выбирать будут.
Но все равно, что уж скрывать, мне и самой хотелось выглядеть на предстоящем балу очень эффектно. Не для Натана, конечно, а, даже стыдно признаться, чтобы Дейвен заметил. Не в смысле «ах, какое сокровище я могу упустить». Просто сколько раз перед ним я представала чуть ли не как кикимора болотная, вот хотя бы теперь это компенсировать.
Но все же я очень старалась о Дейвене не думать, гнала все мысли о нем. Сейчас моя задача номер один – Натан. Ведь пока мой статус якобы избранницы держится на одном лишь авторитете госпожи Амельды. Как-никак она – родная сестра короля, не последний человек в Ариндейле. Но против этого и помолвка с Дейвеном, и тот факт, что первосвященник моей магии не почувствовал. А ведь какая вообще может быть избранница без магии? Потому и возможность участвовать в испытаниях висела на волоске… Теперь вся надежда на Натана.
И вот в свете всего этого я особенно не понимала поведение Уллины. Нет, как раз таки понятно, что Дейвен приковывает женское внимание. И вполне логично, что от него млеют даже избранницы, метящие замуж за Натана. Вот только что-то я сомневалась, что Уллина настолько потеряла голову, чтобы к нему в постель прыгать. Ведь явно девица расчетливая и хитрая до мозга костей, не зря она идет на несколько шагов впереди конкуренток. То есть явно намерена стать женой Натана. Но ведь избранница должна быть чиста и невинна. Как быть с этим условием? Наверняка Уллина в курсе этого.
Вывод напрашивался только один: она знает что-то такое, чего не знаю я. И, возможно, не знают многие. Иначе при ее расчетливости она бы, естественно, не допустила ничего такого, что поставит ее намерения под удар. Получается, шуры-муры с Дейвеном – вполне осознанная и зачем-то нужная ей затея, а не только весьма соблазнительное занятие.
И часа не прошло, как госпожа Амельда вернулась. С ней была пожилая дама, явно ниже по положению, но держалась важно, да и платье ее больше походило на униформу. И вдобавок с ними пришла девушка чуть старше меня, светловолосая, с россыпью веснушек на миловидном лице – она сразу показалась мне простой и при этом очень бойкого нрава. Как и дама, девушка была в униформе – видимо, служанка.
– Арианна, познакомься, это Вильда, старшая смотрительница, – представила госпожа Амельда пожилую женщину. – Она во дворце заведует всеми слугами, включая портных и поваров. По любым вопросам можешь обращаться к ней.
– Безмерно счастлива познакомиться с вами, госпожа Арианна. – Вильда с достоинством поклонилась.
Мне стало ужасно неудобно. Я не привыкла, чтобы мне кланялись, да еще и пожилые люди.
– Мне тоже приятно познакомиться, – скрыв неловкость, вежливо улыбнулась я.
– А это Пинна, – представила рыжеволосую девушку госпожа Амельда. – Она будет твоей личной служанкой.
– Рада познакомиться, – спешно сказала я.
– И я! – Пинна лучилась дружелюбием, но под грозным взглядом Вильды осеклась и мигом выкрутилась: – И я безмерно рада такой чести, как служить вам, достопочтимая госпожа. – Она поклонилась.
– Госпожа Арианна, нижайше прошу прощения, просто Пинна раньше никогда личной служанкой не была, но одно ваше слово, и мы заменим…
– Нет-нет, что вы, все отлично, – заверила я. – Меня абсолютно все устраивает.
– Вот и замечательно! – обрадовалась госпожа Амельда и деловито продолжила: – Значит, так, до бала осталось всего ничего. Но ты не переживай, все готово.
Вильда вежливо улыбалась, причем так, словно это было частью ее работы.
– Я дала указания дворцовым портнихам, едва получила письмо от госпожи Амельды. Не беспокойтесь, все выполнили так, как было указано.
Ага, если бы еще я знала, что было указано. Но, допустим, размер мой тетя Дейвена узнала, когда мы в Дравуре одежду на первое время покупали. А вот что остальное? Хотя я бы не удивилась чему-нибудь вроде: «Бальное платье должно быть такое, чтобы все сразу в обморок попадали, а особенно чувствительные – прямо в кому».
– Я уже платье видела, оно чудесное! – Госпожа Амельда мечтательно закатила глаза. – Ну все, Арианна, платье тебе вот-вот принесут, а Пинна поможет собраться на бал. Времени в обрез, поторопитесь! Ну а дальше сама знаешь. – Она не стала вдаваться в подробности при слугах. Оставалось надеяться, что до бала еще зайдет и разъяснит.
Сама я мало что знала. Она говорила, что по этикету я должна явиться на бал с Дейвеном под руку, как его невеста. Но как избранница – в числе других избранниц. И, естественно, второй вариант предпочтительней. Так что топать мне в бальный зал в одиночестве. Но что дальше? Ну зайду я, ну объявят мое имя. А потом? Последние дни путешествия госпожа Амельда дотошно мне объясняла тонкости местного этикета, но одно дело теория, и совсем другое – применить знания на практике…
Госпожа Амельда умчалась собираться на бал. Вильда степенно оставила нас – наверняка еще дел хватало. Но почти тут же две служанки принесли платье, упакованное в серую ткань как в чехол.
И только после этого мы остались с Пинной вдвоем. Переглянулись. Я едва сдерживала смех. Служанка, у которой никогда не было госпожи, и госпожа, у которой никогда не было служанки. И если Пинна все же наверняка имеет понятие, что нужно делать, то я себе все с трудом представляю.
Так, надо же сейчас что-то сказать, отдать какой-то приказ – или что?
– Спасибо, – опередила меня она.
Я даже растерялась:
– За что?
– Ну что не отказались от меня. Я то на кухне служила, то спальни убирала, то меня в сад отправляли. А быть личной служанкой – настоящая честь! Обычных-то толпы здесь, а личных, да еще и избранниц, единицы.
Похоже, она и вправду считала, что все это здорово. Может, у них это вроде карьерного роста? Я все же не стала уточнять. Дружелюбно улыбнулась:
– Так раз ты везде побывала, то и весь дворец знаешь?
– Само собой! – Она горделиво улыбнулась. – И весь дворец, и всех обитателей! А если чего-то и не знаю, вы только скажите, смогу разузнать.
Замечательно! Будет у меня свой ценный источник информации.
– Спасибо. Если что, обязательно обращусь. Ну а пока нужно на бал собираться.
Еще бы я знала, как это делать. Ну там платье, прическа – это понятно. Но вдруг есть какие-то местные особенности?
Благо Пинна все взяла в свои руки.
– Если позволите, я безотлагательно займусь платьем. А то их всегда так складывают, что потом заломы на подоле остаются. Сейчас обязательно нужно разгладить. Я, конечно, понимаю, многие дамы хотят, чтобы никто их наряд раньше срока не видел, но в итоге платья еще нужно в порядок приводить.
Пока она занималась платьем, я успела принять ванну. Заодно надеялась, что расслаблюсь и успокоюсь, но куда там. Я волновалась. Очень. Все-таки первый бал в жизни. К тому же королевский. Еще и все там будут на меня глазеть как на одну из избранниц. Сплетничать обо мне, как о сомнительной невесте Дейвена. Вдобавок я увижу Натана, который вполне может сделать вид, будто знать меня не знает. И как последний гвоздь в крышку гроба – Дейвен. От него вообще чего угодно можно ожидать. Вплоть до того, что он станет расхаживать под руку с Уллиной.
Ничего, это просто нужно как-то пережить. Главное, чтобы меня не пригласили на танец. В последние дни на корабле я училась танцевать под чутким руководством госпожи Амельды, и она даже похвалила, что у меня очень хорошо получается. Но вот Садриг, которому пришлось быть моим партнером, сказал честно:
– Просто кошмар.
Ну да, мои мысли на тот момент были заняты совсем другим, я не могла сосредоточиться, путала движения и сбивалась. И теперь вполне могла опростоволоситься на глазах у всего высшего света… А ведь, как говорится, первое впечатление можно произвести лишь один раз.
Конечно, меня мало интересует мнение чужих людей, но вот Дейвен… Он меня вообще сарказмом задавит, еще и выговаривать начнет, что я его позорю.
В общем, настроение перед балом было не особенно радужным…
Зато платье превзошло все мои ожидания. Пока самые красивые я видела как раз таки на Уллине, но они могли показаться жалкими лохмотьями по сравнению с этим. Я даже толком не могла понять, какого оно цвета, под разным углом зрения оттенок менялся от нежно-зеленого до темно-бирюзового. Облегающий лиф был расшит зелеными камнями – возможно, это были изумруды. Диковинный сложный узор продолжался на пышной юбке и вился до самого подола. Вот только сама ткань при внешней эфемерности оказалась довольно тяжелой. Но в остальном я могла лишь молча восхищаться.
Зато Пинна восхищалась не молча:
– Потрясающе! Как будто исключительно для вас сшито, хотя вас тут никто тогда еще в глаза не видел! Вы только посмотрите в зеркало, идеально! Знаете, тот редкий случай, когда бальное платье не затмевает хозяйку, а как бы… обрамляет ее. Ну вот как… – Она на миг задумалась. – Как оправа драгоценный камень. Так и у вас! Все подчеркнуто! И фигура, и кожа белоснежная, и волосы чуть ли не золотые, а глаза так вообще изумрудные! Я вами горжусь!
Прозвучало настолько искренне, что я едва сдержала смех. Нет, это уж точно наивысшая похвала. Но, справедливости ради, меня и саму отражение очень радовало. Платье и впрямь очень удачно оттеняло внешность, идеально облегало грудь, подчеркивало талию, а отсутствие рукавов добавляло образу легкости и даже хрупкости.
К платью шли туфельки в тон, на небольшом каблуке и, к счастью, довольно удобные. Пинна хоть и посетовала на отсутствие драгоценностей, но лично мне они сейчас казались лишними. В завершение она ловко уложила мне волосы: часть собрала, часть завила легкими локонами – смотрелось просто чудесно.
– Что ж, госпожа, новость хорошая: вы просто неотразимы! А новость плохая… Мы с вами время не учли… Вы уже опаздываете минут на пятнадцать.
– Опаздываю? Пинна, а где бальный зал, можешь подробно объяснить?
Она принялась рассказывать, даже предложила проводить, но я отказалась, вроде бы все запомнила.
Так, все, больше не терять ни минуты! Там наверняка уже всех избранниц представили! Нет! Ну это надо же, опоздать на первый и такой важный бал! Госпожа Амельда наверняка локти кусает, а Дейвен… Он, может, и рад, что меня нет… Ай, опять я о нем думаю!
Я все же не заблудилась. За высокими двустворчатыми дверьми гремела музыка. Двое лакеев при моем приближении поклонились и услужливо открыли двери. Всеми силами сохраняя внешнее спокойствие, с гулко бьющимся сердцем я вошла в бальный зал.