Глава восемнадцатая

Море сегодня было спокойным. Настолько спокойным, что казалось неподвижным, будто скованным льдом. В какие-то мгновения в эту иллюзию даже верилось, хотя я и так прекрасно знала, что море не замерзает, словно чуть сонное сейчас, неповоротливое, но на самом деле все такое же неизмеримо могущественное. И безжалостное.

Меня больше не влекло к морю. И не нравилось на него смотреть. Хотя, наверное, со стороны казалось совсем иначе. Но мне не было дела ни до чьего мнения, хотя, конечно, я предпочла бы оставаться в одиночестве. Да только такое теперь не полагалось. Но я уже привыкла к тому, что меня везде сопровождает стража. Привыкла к новому статусу и обращению. Лишь к одному не могла привыкнуть. Ни привыкнуть, ни смириться…

– Как же сегодня холодно, – пробормотала госпожа Амельда, зябко кутаясь в меховую накидку. – Милая, как ты сюда приходишь каждый день? Этак же и простудиться недолго! Или море так сильно тебя зовет?

– Нет, – апатично отозвалась я, не сводя взгляда с горизонта.

– Хм… Тебе здесь настолько нравится?

– Нет.

Вполне логичного вопроса «А почему тогда?» не последовало. Госпожа Амельда промолчала, достала платок и промокнула глаза. Наверное, уже десять раз пожалела, что поехала сегодня со мной. Но сама ведь вызвалась, из любопытства, наверное.

– Ариночка, уже вечереет, поедем домой. – Она участливо тронула меня за руку.

Я лишь кивнула. Да и не хотелось лишний раз что-либо говорить. Видимо, права была госпожа Амельда, когда на днях мне сказала, что я стала слишком молчаливой.

Чуть поодаль от обрыва, на дороге ждала карета. При нашем приближении стражники покинули свои посты, чтобы сопровождать нас обратно. Уже на полпути в особняк я заметила в окно кареты, что снова пошел снег. Белые хлопья щедро усыпали и без того заснеженные улочки Вертима. Это выглядело как иллюстрация к новогодней сказке – по-волшебному красиво, но нереально. Хотя мне многое сейчас казалось совсем не связанным с реальностью.

– Вот сейчас вернемся, и первым делом пусть Садриг о горячем чае распорядится. – Сидящая напротив меня госпожа Амельда словно размышляла вслух. – Нет уж, что ни говори, но в такую погоду лучше вообще из дома не высовываться. Так что ты уже заканчивай эти поездки, о здоровье своем подумай. Да и пора уже… – Ее голос дрогнул. – Пора уже это принять…

Надо же, я только сейчас обратила внимание, как резко она постарела… Как-то раньше и не замечала даже. Все-таки тяжело ей далось произошедшее, уже не было того прежнего энтузиазма во взгляде, бодрой жизнерадостности и жажды деятельности. Теперь я видела перед собой просто уже очень уставшего от жизни пожилого человека.

– Знаешь, с возрастом очень многое меняется. Многое начинаешь понимать и принимать иначе. – Госпожа Амельда смотрела в окно кареты, но словно в то же время в собственное прошлое. – Люди уходят… Смерть не смотрит на то, хорошие они или плохие, не смотрит, насколько они были тебе дороги. Люди уходят. И с годами таких ушедших становится все больше… Ничего ведь не исправить, понимаешь? Мы не властны над смертью. Мы можем только вытерпеть эту боль, смириться с потерей и пытаться как-то жить дальше.

Немного помолчав, она тихо продолжила:

– Садриг говорил мне, что ты недавно в сердцах его обвинила, что он не дал тебе в тот роковой день прыгнуть с обрыва. Но неужели ты уже тогда не понимала, что просто не выжила бы? Не умея плавать, без прежней связи с морем, без покровительства драконов – у тебя ведь не было ни единого шанса! Да даже Натан, сильнейший маг, так пострадал тогда, что его еле выходили! До последнего пытался спасти брата, чуть сам вслед за ним не отправился… Я это к тому, что зря ты так, Арина. Дейвен не хотел бы, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое. Вместо того чтобы спасаться самому, он потратил всю свою магию, только чтобы спасти тебя. Так цени его дар, дорожи собственной жизнью.

Я ничего не ответила. Да и что сказать? Да, я сорвалась не так давно, высказала Садригу, что он мне помешал, не дав прыгнуть в море вслед за Дейвеном. Но я имела в виду, что могла бы хоть как-то помочь. Вдруг море послушалось бы меня, вдруг вероломно предавшие драконы одумались бы… Хотя, если честно, я прекрасно понимала, что то были лишь пустые надежды. Если бы не Садриг, я бы тогда банально погибла.

Правда, в таком вот состоянии я не видела особой разницы между смертью и тем, как жила теперь. Все как во сне, все по инерции. Что-то вокруг происходит, что-то говорят, но все это совершенно лишено смысла. И я просто смотрела на этот мир и не могла понять, почему он до сих пор существует. Почему я сама до сих пор существую. Ведь живой я себя совсем не чувствовала… Словно в тот день умерла какая-то часть меня, очень важная часть. А теперь осталась лишь тень прежней Арины.

– Госпожа Амельда, поверьте, – совесть понукала меня сказать хоть что-то, – вы совершенно напрасно опасаетесь. Кончать с жизнью я не собираюсь. Да и езжу к тому обрыву просто… просто… в надежде, что связь с морем восстановится и магия избранницы ко мне вернется.

– Ох, милое дитя, – госпожа Амельда тяжело вздохнула, – как будто я не понимаю, что ты все еще надеешься, все еще ждешь какого-нибудь чуда… Но нельзя жить иллюзиями, понимаешь? Ты ведь еще совсем юная, у тебя вся жизнь впереди. И тратить ее на скорбь и пустые надежды не стоит. Поверь, я бы все на свете отдала, лишь бы только Дейвен остался жив, но ничего не поделаешь… Три месяца… Уже три месяца, как его нет с нами… Да даже если допустить, что он оказался где-то очень далеко, все равно ведь ты бы тогда магически его чувствовала. Свадьба же состоялась, узы между вами были созданы. Но ты сама говорила, что их не чувствуешь. Не чувствуешь ведь? – Госпожа Амельда смотрела на меня влажными от слез глазами, с последним наивным проблеском надежды на чудо.

– Не чувствую. В тот же день перестала чувствовать, – тихо отозвалась я, отведя взгляд. В горле встал ком, словно собственные произнесенные слова теперь мешали дышать.

– Нам нужно жить дальше. – Судорожно вздохнув, госпожа Амельда снова промокнула глаза платочком. – Тебе нужно жить дальше. И давай больше не будем о грустном, тяжело мне что-то стали даваться такие разговоры… – Она с деланой бодростью сменила тему: – Сегодня на ужин собирался приехать Натан, это уже стало традицией. Но при встрече он мне обмолвился, что хочет с тобой поговорить о чем-то очень важном. Как думаешь, о чем пойдет речь?

Я пожала плечами. Вообще-то я надеялась, что прояснится ситуация с возвращением на Землю. Но, может, Натан и о чем-то другом поговорить хочет. Вечером видно будет.

После того как я наотрез отказалась переезжать во дворец, госпожа Амельда перебралась ко мне. Хоть и прочитала лекцию на тему того, что я теперь как-никак принцесса и должна следовать определенным правилам, но настаивать на своем не стала.

Кроме нее, конечно, в особняке поселился и верный Садриг. Спасибо ему, он взял на себя роль посредника между мной и управляющими. Все-таки у Дейвена были обширные владения, включая предприятия по добыче полезных ископаемых. Благо имелись и толковые поверенные, но я все равно ничего в этих делах не понимала. Садриг очень выручал, постепенно вводил меня в курс дела.

Ну и, само собой, Натан не оставил на произвол судьбы. Он наведывался почти каждый день, что, если честно, уже порядком утомило. Нет, я ему была очень благодарна за поддержку, но все равно предпочитала теперь одиночество и куда с большим удовольствием проводила бы вечера в библиотеке, чем в гостиной за разговорами.

Натан, кстати, изменился. Даже не знаю, что на него так подействовало, но он стал другим. Точнее, не совсем другим, а таким, каким я его запомнила на Земле. Вполне спокойный, самоуверенный, никаких тебе возмущений, стенаний и абсурдных требований. Странные такие перемены… Радовало, конечно, что он снова вспомнил про адекватность, но и вопросы возникали, с чего это его так штормило.

Жизнь текла своим чередом. Периодически мне приходилось бывать во дворце на всевозможных приемах, что совсем не впечатляло. Но статус обязывал, куда деваться. Вот только больше всего в этом напрягало, что я теперь считалась завидной невестой. Мало того что принцесса, так еще и обладательница впечатляющего состояния. Но Натан всегда был начеку, быстро отгонял от меня не в меру ретивых кавалеров.

Он, кстати, так и не женился. Официально Уллина сама отказалась от свадьбы, призналась, что она не истинная избранница, и покинула Вертим. Натан говорил, что это ее так катастрофа на свадьбе напугала, вот она и решила с королевским родом не связываться. Но сам он уж точно не расстроился. А госпожа Амельда вообще была уверена, что он сам и поспособствовал отказу невесты.

В итоге королевство осталось без истинной избранницы. И, пользуясь этим, Натан вовсю приседал Совету архимагов на уши насчет меня. Хотя они, по-моему, любой вариант приняли бы, раз исконная традиция нарушилась и прошедшая испытания девушка от союза с наследником отказалась.

В общем, в мире ничего не изменилось. Море продолжало поглощать острова и вроде как даже немного ускорилось. И, конечно, косвенно в этом винили нас с Дейвеном.

Все эти три месяца я искала ответы в записях Дейвена. Все-таки он знал о пророчестве и проклятии столько, сколько не знал никто другой. Я очень надеялась, что непременно найду какую-нибудь подсказку, толкование произошедшего, объяснение. Вдруг разразившаяся на нашей свадьбе катастрофа – это вполне логично и закономерно и вообще является лишь неотъемлемой частью пророчества? И Дейвен вовсе не погиб, он просто где-то очень-очень далеко! Как же я хотела найти этому подтверждение…

Но нет. Пока ничего такого я не нашла, но не сдавалась. Безмерно поражало, сколь колоссальную работу проделал Дейвен, сколько всего выяснил, сопоставил. Он вообще не надеялся на авось, все просчитывал и старался предусмотреть. Я еще не добралась до записей по поводу жемчужины, но не сомневалась, что там найду веские обоснования такого шанса избавиться от проклятия. Ожерелье с осколками осталось у меня, но пока я не знала, что дальше следует с ним сделать. Наверняка жемчужину нужно возвращать в подводный храм уже восстановленной, только как ее восстановить? Я очень надеялась со временем выяснить. Хорошо хоть Дейвен записывал все важные детали и свои выводы.

Вот только читать все это было очень сложно. Нет, я прекрасно уже разбиралась в письменности, да и схватывала все на лету. Но сам факт, что это писал он… Сидел вот так вот в библиотеке, или в каюте корабля, или где-нибудь на берегу всеми забытого острова на окраине Ариндейла… Дейвен писал все это и вряд ли задумывался о том, что сам он… исчезнет, а написанное им останется…

Но я очень старалась не зацикливаться на этом, иначе просто сойду с ума. И так громадным трудом удавалось не сломиться окончательно, жить с этой невыносимой болью утраты и пытаться хоть как-то двигаться дальше. Искать ответы в надежде на призрачный шанс! Ведь вдруг есть какое-то объяснение? Вдруг на самом деле все не так страшно?

Вот только голос разума неотвратимо твердил свое и абсолютно все логично объяснял. Я ведь накануне свадьбы сказала Плеску, что мы с Дейвеном не станем исполнять пророчество, и он помчался докладывать об этом своим. Как отреагировали драконы? Им же не меньше, чем людям, необходимо спастись от проклятия. Потому им нужна была я. И нужен был Дейвен, как единственный, кто мог сделать меня истинной избранницей. А тут вдруг мы оба отказываемся от возложенной на нас миссии…

Видимо, драконы вполне предсказуемо рассудили, что мы им больше не нужны, но не стали оставлять нас в покое. И они, и само море предпочли наглядно показать, что ждет того, кто посмеет пойти против пророчества. И меня бы тоже не пощадили, но Дейвен все же умудрился спасти… Море отказалось от избранницы, именно поэтому я больше не чувствовала ни связь с ним, ни свою магию. Я стала обычным человеком, хотя Натан и утверждал обратное.

И так прошло три месяца… Три мучительно долгих месяца надежд и поисков ответа… Три месяца ожидания чуда… Вот только, увы, впустую.

– Ариночка, снова задумалась? – отвлекла меня от грустных мыслей госпожа Амельда.

– Немного. – Я поставила чашку с остывшим чаем обратно на столик. – Извините, вы что-то сказали?

– Доложили, что Натан уже прибыл, а ты даже не услышала. – Пожилая дама смотрела на меня не то с грустью, не то с укором. – Сейчас распоряжусь, чтобы вам ужин подали прямо сюда, в гостиную. А я, прошу меня простить, сегодня не составлю вам компанию, что-то неважно себя чувствую после прогулок на морозе, пойду лучше пораньше спать лягу.

– Может, вас проводить? – Я хотела встать с кресла, но она жестом остановила меня:

– Нет-нет, милая, вовсе не нужно. Тем более вот-вот Натан придет, пообщаетесь тут без меня спокойно. – Она поспешила уйти.

Угу, как будто я не понимала, что госпожа Амельда нарочно частенько оставляет нас наедине. Но это же глупо! Неужели она думает, что я теперь другим заинтересуюсь? Честно говоря, меня эти старания свести нас с Натаном раздражали и возмущали. Жаль, что лишь меня одну.

Натан не заставил себя ждать. Вошел в гостиную как всегда с улыбкой.

– Арина, добрый вечер. – Он по-хозяйски уселся в кресло напротив, не сводя с меня пристального взгляда. – Наконец-то, правда? Ты ведь знаешь, я весь день жду того момента, когда поеду к тебе. Насколько было бы проще, если бы ты жила во дворце!

– Кому проще? – скептически уточнила я.

– Нам, – ответил принц как само собой разумеющееся. – Ты зря упрямишься, просто пока не понимаешь, что жизнь во дворце несравнима с жизнью где-либо еще. Ты ведь принцесса, Арина. – Подавшись вперед, он взял меня за руки.

– Я в курсе. – Я осторожно высвободила руки. – Но переезд во дворец мы обсуждали не раз и не два, с тех пор мое мнение не изменилось.

– Да вижу я, что ничего не меняется, – тяжело вздохнув, Натан вновь откинулся на спинку кресла. – Арина, официально траур закончился еще месяц назад, а ты по-прежнему каждый день в черном. – Это прозвучало чуть ли не как обвинение в величайшем кощунстве.

– Мне нравится черный цвет. – Мне удалось унять раздражение. Проще было отмахнуться, чем что-либо Натану объяснить. Он ведь и вправду искренне не понимал, почему я в таком состоянии. И это его даже возмущало. Мол, погоревали, и хватит.

– Что-то я не помню, чтобы черный цвет тебе раньше нравился. Арина, тебе самой не кажется, что ты уже зациклилась?

– Мне кажется, что это мое дело, – парировала я.

– Ну хорошо, хорошо, не злись, – примирительно улыбнулся он. – Лучше расскажи, как успехи. Нашла что-нибудь новое в записях Дейвена?

– Нет, – покачала головой я. Что толку вдаваться в подробности? Я давно уже поняла, что если Натан об этом и спрашивает, то чисто из вежливости. И на том спасибо, что еще ни разу не сказал чего-нибудь вроде «Ну и зачем ты столько возишься с этой никому не нужной макулатурой».

Постучав в дверь, в гостиную вошли лакеи с подносами. Накрыли стол, и на время ужина наш с Натаном разговор прервался. У меня хоть и не было особого аппетита, зато радовала тишина. Я прикидывала, как бы поделикатнее сразу по окончании трапезы уйти к себе в комнату. Сослаться на усталость? Или честно сказать, что общество Натана меня сегодня раздражает?

После ужина принесли чай, но Натан предпочел вино. Мы расположились в креслах друг против друга, и я спохватилась:

– Госпожа Амельда сказала, что ты хочешь поговорить о чем-то важном.

– Да вот не знаю, – мрачно отозвался он, отставив пустой бокал на столик. – Ты и так не в настроении, стоит ли его портить еще больше…

Я насторожилась:

– Натан, в чем дело? Что-то случилось?

– Пока нет, но все к тому идет… От наших разведывательных отрядов поступают тревожные донесения. Вингард готовится к войне. В принципе это не новость, они давно планируют перейти к открытому противостоянию. Но наш флот куда мощнее и многочисленнее, преимущество в морских боях всегда было у нас. Вот только теперь все может измениться…

Помолчав, словно размышляя, говорить мне что-то или нет, он все же добавил:

– Ползут слухи, что Вингард заключил союз с морскими драконами. Понятия не имею, как такое может быть. Но если это правда, то шансов в войне у нас нет. Все-таки Ариндейл – государство, расположенное на множестве островов. Если Вингард вторгнется, то большая часть сражений развернется на море. При участии драконов – нам однозначно конец, сама понимаешь.

– Но зачем драконам помогать вингардцам?

Натан пожал плечами:

– Кто их знает. Может, по той же причине, почему они предали и так подло напали. Вдруг теперь считают, что, раз проклятие нацелено на Ариндейл, то не будет Ариндейла – не будет и проклятия. Тут гадать можно бесконечно, но смысл? Куда важнее найти выход из ситуации.

– А попытаться заключить мир вы не пробовали?

– Пробовали лет десять назад, но все наши послы были убиты, и на этом переговоры завершились. Сомневаюсь, что с тех пор что-то в Вингарде изменилось. Особенно учитывая их активную подготовку к войне. Тут другой путь нужен.

– И какой же? – Уже по одной его интонации я понимала, что он этот путь знает.

– Истинная избранница, – ответил он как само собой разумеющееся.

Я еще больше помрачнела.

– Натан, я же просила закрыть эту тему. Я не избранница и не раз тебе говорила, что теперь не чувствую моря и магии лишилась совсем.

– Это лишь временно. – Он поморщился, словно я сказала сущую глупость. – Можно сказать, своего рода наказание тебе.

– Наказание? За что?

– Ну как за что, Арина? За своеволие. Пусть не твое лично, но своеволие Дейвена, который поступил ошибочно и тем самым все подставил под удар. Ему-то что, он мертв, а разгребать теперь нам.

– Натан, я же просила так не говорить. – С трудом обуздав раздражение, я резко встала с кресла и отошла к камину.

– Как не говорить, Арина? – Натан явно не собирался сдерживать эмоции и мгновенно рассвирепел. – Что Дейвен мертв? Извини, но он мертв! Мертв уже три месяца! Сколько можно это отрицать, а? Сколько ты еще будешь прятаться за иллюзиями и придумывать этому нелепые оправдания? Дейвен мертв! И тебе пора бы это признать!

Это определенно ненормально, когда так хочется схватить с каминной полки горящий подсвечник и всадить его человеку в глаз. Или нормально? Мне очень хотелось это сделать, но выручала привычка последнего времени сдерживать эмоции.

– Натан, если ты опять намереваешься поднимать эту тему, то будь любезен откланяться. – Я указала ему на дверь.

Но он даже не думал уходить.

– Нет, Арина, ты мне объясни, на что ты вообще надеешься. – Быстрыми шагами он мерил гостиную, бросая на меня гневные взгляды, будто этот разговор бесил его невыразимо. – Ты же вроде далеко не глупая, так почему отказываешься признавать очевидное? Три месяца, Арина. Три месяца!

– Дейвен просто может быть сейчас очень далеко!

– А ничего, что он распрекрасно умеет создавать порталы, так что мог уже раз сто вернуться в Вертим? Что, об этом ты забыла? – Натан мрачно усмехнулся. – Или у тебя в запасе есть еще версии? Ну-ка, дай угадаю… – Он демонстративно задумался и выдал: – Дейвен потерял память? Чем-то настолько занят?

– Вдруг он в плену у тех же вингардцев. Это бы точно все объяснило! – Я сжала кулаки. – Я же говорила тебе, и не раз, но ты не удосужился проверить эту версию!

– Арина, ну какой бред! – Казалось, Натан готов схватить меня за плечи и хорошенько потрясти. – Да будь Дейвен жив, ты бы магически его чувствовала! Окажись он даже на другом краю света в плену хоть у самих подземных демонов! Как ты этого не поймешь?! Магическая свадебная церемония! Даже если бы ты лишилась всей своей магии, узы все равно продолжала бы чувствовать! Но только если бы Дейвен был жив!

Меня едва не трясло, я резко отвернулась от Натана. Слышать все эти слова было невыносимо больно… И тем больнее, что они вторили голосу моего собственного разума… Но я не хотела верить! До последнего не хотела верить!

Прошло три месяца, но я словно все еще смотрела в тот последний миг в глаза Дейвена. Словно еще чувствовала тепло его рук, прежде чем он разжал их. Словно его магия все еще бережно обволакивала меня, унося прочь от верной гибели и от того, кто был мне дороже всего на свете. А потом ничего этого не стало… Лишь в моей памяти, в моем сердце… И я цеплялась за эти крохи. За малейшую надежду, которую окружающие почему-то упорно старались добить. Никто, кроме меня, не верил, что Дейвен жив. Даже мой собственный разум не верил. И только сердце отчаянно не сдавалось…

– Арина… – Тяжело вздохнув, Натан подошел ко мне, но я не обернулась. – Пойми, пожалуйста, я говорю это не со зла. Мне просто очень больно смотреть, как ты себя чуть ли не заживо хоронишь. Арина… – Его ладони легли на мои плечи. – Ты же знаешь, я пытался его спасти. Я бы многое отдал, чтобы мой брат остался жив. Но, поверь, шансов тогда вообще не было. Драконы сразу его убили, а море унесло тело. Нам нужно смириться с этим и жить дальше, а не пытаться строить иллюзии и истязать себя. – Поглаживая меня по плечам, он стоял позади так близко, что мы едва не соприкасались. – Пойми, тебе самой же станет легче, когда ты признаешь истину. Хватит уже цепляться за прошлое, пора подумать о будущем, – горячо прошептал он, наклонившись к моему уху. – О будущем, которое я могу тебе дать…

Он хотел развернуть меня к себе, но я резко отстранилась, только сейчас справившись со ступором.

Меня едва не трясло, голос даже зазвенел от эмоций:

– Не трогай меня, я же просила.

– Да ты вообще меня слышишь?! – сорвался он на крик. – Арина, сколько можно?!

Натан явно с трудом совладал с яростью, быстро подошел к столу и, наполнив бокал вином, чуть ли не залпом его осушил.

– Как там у вас на Земле говорят? О мертвых либо хорошо, либо ничего? Не хотел я этого делать, но придется.

– Ты о чем вообще? – Я даже не пыталась сдержать презрение. Никогда еще Натан не был мне так неприятен, как сейчас. – Не смей говорить про Дейвена гадости!

– А что? Он уже причислен к святым? – Натан неприятно усмехнулся. – Знаешь, Арина, я был уверен, что некоторые тайны должны оставаться тайнами лишь потому, что меня нещадно мучает совесть. Да, я перед тобой виноват. Виноват так, что никогда не смогу себя простить. Но еще больше я не прощу себя, если позволю тебе и дальше пребывать в блаженном неведении и увядать на корню. Можешь не верить, но я любил брата, дорожил им. Ради него и всего Ариндейла я согласился на этот план. Но тогда я просто не знал, насколько дорога будешь мне ты… Да, я очень ошибся и очень перед тобой виноват. И пусть ты станешь меня презирать после всей этой правды, но пришла пора тебе узнать, каким расчетливым мерзавцем был тот, кого ты все еще оплакиваешь.

– Или убирайся сам, или я позову стражу. – Ну все, мое терпение кончилось, я вообще не собиралась его слушать и решительно направилась к двери.

– Это бегство, Арина? – окликнул меня Натан с язвительным вызовом в голосе. – Боишься услышать нечто такое, что пошатнет твою веру в святой идеал по имени Дейвен? Если ты так уверена в нем, то почему боишься меня выслушать?

– Я не боюсь, ты мне просто противен. – Я даже оборачиваться не стала, уже взялась за ручку двери, но следующие слова Натана заставили меня замереть:

– Эмоции, Арина.

Я было подумала, что Натан имеет в виду мою злость, но тут же вспомнила, что Плеск именно это передал мне от Великого. «Эмоции». С уточнением, мол, в этом все дело, ты все поймешь.

А Натан продолжал:

– Неужели ты думаешь, что Дейвен при своей расчетливости не постарался предусмотреть абсолютно все? Он ведь расшифровал пророчество. От и до. Включая последнюю строку, которая вообще никому не давалась. Дейвен знал все толкование, и, естественно, знал и я, как его основной и главный союзник в избавлении Ариндейла от проклятия.

– И в чем же истинная суть пророчества? – Я все же обернулась.

Не сомневалась, Натан начнет юлить и недоговаривать, но он абсолютно спокойно ответил:

– Я все тебе расскажу. – Он сел в кресло и указал мне на кресло напротив. – Но давай договоримся, что ты просто меня выслушаешь. В свою очередь, клянусь говорить только правду. И не просто клянусь, а памятью о брате. Надеюсь, это будет для тебя достаточной гарантией.

Я не хотела ни на мгновение дальше находиться с Натаном в одном помещении, да и клятве его мало верила. Но, с другой стороны, если он знает истинный смысл пророчества, то для меня это шанс найти хоть какую-то зацепку.

Ничего не ответив, я все же подошла к креслу и села. Хмуро посмотрела на Натана, и он не стал медлить.

– Думаю, ты и сама уже в курсе, насколько пророчество запутанно из-за множественных толкований, зачастую совершенно противоположных. Но все равно кое-что общее выделить удалось, и именно из этих фактов была сформирована основная версия. Ну ты знаешь: в определенный день морской дракон принесет избранницу, и ее союз с наследником избавит от проклятия. Да, все так, но с некоторыми уточнениями, которые Дейвену удалось выяснить. Вот только кое в чем он очень ошибся, но об этом потом.

Чуть помолчав, он деловито продолжил:

– Итак, факт первый. Проклятый принц должен доставить избранницу к наследному принцу. Незыблемая традиция, один из обязательных шагов на пути исполнения пророчества. Но Дейвен расшифровал, что на самом деле все обстоит в точности наоборот. И именно это мы с ним и провернули.

– Погоди, – я напряглась, – то есть как?

– Не мне драконы послали знамение об истинной избраннице, Арина, а Дейвену, – совершенно спокойно ответил Натан, не сводя с меня взгляда. – Сомневаюсь, что они особо разбирались, просто ориентировались на наследного принца, а по праву рождения это Дейвен. То есть именно он первым узнал про тебя. И, узнав, уже разработал конкретный, выверенный до малейших деталей план. А для начала необходимо было исполнить первое условие. Затем Дейвен и отправил меня на Землю. Сам я на тот момент еще в этой магии до конца не разобрался.

– Но он же не умеет открывать переходы между мирами! – возразила я.

– С чего ты это взяла? – Натан скептически изогнул бровь. – Только потому, что он сам так сказал? Арин, извини за прямоту, но ты совершенно не знала, какой он на самом деле… Так вот, я отправился на Землю, чтобы исполнить первое условие пророчества: «Наследный принц должен доставить истинную избранницу к проклятому». Благо мы не учли разницу во времени между мирами, так что у меня был в запасе целый месяц до твоего восемнадцатилетия и соответственно пробуждения твоей сути избранницы.

– И ты воспользовался этим временем, чтобы мне романтической чепухи на уши навешать, – мрачно констатировала я.

Натан устало вздохнул, словно ему сейчас приходилось очень тяжело.

– Арин, а ты не допускаешь той простой мысли, что я влюбился? Не понимаешь, что я голову потерял? Арина, да из-за чувств к тебе я вообще хотел плюнуть на все и остаться на Земле! Я был готов ради тебя предать и брата, и собственное королевство обречь на гибель!

– Но почему-то так не поступил. – Даже противно было вспоминать, как влюбленная я в то время верила ему безоглядно.

– Да, не поступил. И не раз потом пожалел об этом. – Натан по-прежнему не сводил с меня взгляда. – Ты не представляешь, каких душевных сил мне стоило довести план до конца. Отправить тебя сюда, зная, что ты любишь меня, что я без тебя жить не могу. И при всем при этом отдать тебя Дейвену… – У него на скулах заиграли желваки. – Я пересилил себя тогда. Пойми, меня с рождения приучали к мысли, что моя миссия в том, чтобы спасти Ариндейл от проклятия. Отправляя тебя сюда, я все же еще не понимал в полной мере, насколько ты мне дорога…

Я отвела глаза. Сейчас я не сомневалась в искренности Натана. Я давно не допускала мысли, что он и вправду может меня любить. Банально потому, что с любимыми так не поступают. Но, видимо, у разных людей и любовь бывает разная.

Не дождавшись от меня реакции, Натан продолжал:

– У Дейвена все было четко просчитано, и реакция драконов в том числе. Мы знали, что Великий непременно тебя сразу спасет и доставит куда надо. И Дейвен тебя, естественно, уже ждал. Он, конечно, сделал вид, будто удивлен, но все это было лишь частью его плана.

– Я тебе не верю. – Раздражение всколыхнулось во мне с новой силой.

– Я и не прошу мне верить, Арина, – мягко возразил он, – я прошу лишь выслушать. Так вот, Дейвен знал, что ты пока не полноценная избранница и твою силу необходимо развивать. Причем знал, как именно. Эмоции. Именно они формировали твою магию. Этим Дейвен и занялся. Для начала целенаправленно провоцировал что посильнее: раздражение, злость… Заметил, как нервно ты реагируешь на обвинения во лжи, и использовал это почаще…

– Погоди, – у меня даже дыхание на миг перехватило, – но откуда ты знаешь…

– Арина, я знаю все, что между вами происходило. – Натан смотрел на меня со смесью снисхождения и будто бы даже чувства вины. – По крайней мере, все то, что Дейвен мне рассказывал. Но позволь мне продолжить. Отрицательные эмоции все равно нужного эффекта не давали. Тогда Дейвен решил просто встряхнуть тебя как следует. Вдруг стрессовая ситуация поможет. Создал магический шторм, сам же изображал беспамятство, при этом незаметно за тобой наблюдая. Он, конечно, знал прекрасно, что драконы придут на помощь и вы ничем не рискуете. Но, главное, именно тогда он и догадался, что ключ не в отрицательных эмоциях. И после этого Дейвен начал целенаправленно тебя в себя влюблять.

– Да быть этого не может! Мы тогда ругались вдрызг! По-твоему, это он так мою любовь провоцировал?!

– Арин, я не хочу сейчас говорить о моральных качествах брата, но он был чертовски умным и расчетливым человеком. Он успел изучить тебя настолько хорошо, что прекрасно знал, как именно вызвать у тебя нужные чувства. И своего добился, – он с горькой усмешкой указал на меня, – вон, ты до сих пор по нему слезы льешь.

Я не хотела слушать, не хотела верить. Слова Натана будто проникали в душу, как медленный яд… Да не может всего этого быть! Я верю Дейвену! Я не стану в нем сомневаться! Но… откуда Натан все это знает… Он же не мог узнать ниоткуда… Если только и вправду сам Дейвен не рассказал…

Тем временем Натан продолжал:

– Итак, Дейвен развивал твою магию. Но чем дальше, тем становилось сложнее, необходимо было добавить сильных эмоций. К примеру, подстроить, будто ты застала его с Уллиной. Или что он при смерти вернулся со дна морского, когда добывал последний осколок жемчужины. И ведь ты велась на все это… – Натан покачал головой то ли с укором, то ли с сожалением. – Ну а дальше спектакль уже разворачивался здесь. Согласно сделанной Дейвеном расшифровке пророчества истинная избранница должна была стать его женой, а не моей. И все эти придуманные магами испытания – ненужная блажь ради традиций. Мне ужасно неприятно это признавать, но, пусть и переступая через себя и чувства к тебе, я продолжал подыгрывать Дейвену. Мы воспользовались ситуацией с испытаниями, чтобы вызывать у тебя всплески сильных эмоций.

Переведя дыхание, Натан продолжал чуть тише, словно слова давались ему с трудом:

– Потом был целенаправленный отбор у тебя магии, но это чтобы проверить твою связь с морем. То есть то, насколько магия избранницы уже развита, в полной ли мере. И дальше под видом якобы моего безумного плана Дейвен спровоцировал атаку моря на дворец во время бала. Мы знали, что ты должна почувствовать заранее, и дальше оставалось лишь смотреть, сможешь ли ты справиться со стихией. Ну и для пика эмоций и ссору перед тобой разыграли, и Дейвен начал активно после этого влюбленного изображать. Нет, ты нравилась ему, он этого и не скрывал. Вот только интересовала лишь в определенных целях. – Натан даже в лице изменился. – Мы с ним заранее договорились, что после вашей свадьбы он тебя не тронет и сразу отдаст мне. Ведь самой церемонии вполне достаточно для снятия проклятия. Но накануне Дейвен мне заявил, что сначала намерен с тобой развлечься как следует и только после этого мне отдаст. – Он сжал подлокотники кресла так, что костяшки побелели. – Но я все же был уверен, что брат говорил это не всерьез.

Мне казалось, что на меня вылили ведро помоев. Было противно и тошно, но я продолжала слушать Натана.

– Дейвен просчитался дважды. Во-первых, жемчужина. Знаешь, зачем она была нужна ему на самом деле? Чтобы взять под полный контроль драконов. В целях безопасности Ариндейла, да и в планируемой войне с Вингардом они бы пригодились. Глупо не использовать такую мощь, когда она под боком. Но, видимо, драконы эти намерения просекли, потому и напали с целью убить Дейвена. Ну а второй его просчет, как выяснилось, в том, что все же не за проклятого ты должна выйти замуж. Раз проклятие до сих пор не снято, сама понимаешь, ты стала женой не того принца. В итоге все оказалось впустую…

Натан вдруг встал с кресла, опустился передо мной на колени и взял меня за руки.

– Арина, я понимаю, после всего услышанного ты теперь презираешь меня еще больше. Но, поверь, я и сам себя презираю. И ты даже не представляешь как… Я ставил судьбу страны выше тебя, но я ведь будущий король, я обязан беречь свое королевство. Вот только не такой ценой… Пусть я понял это поздно, но больше я подобных ошибок не повторю. Жаль, нельзя отмотать время назад и все переиначить. Но кое-что я могу сделать, Арина. Ради тебя. Ради нас. Через месяц будет идеальный момент для открытия перехода на Землю.

Наконец-то! Эти слова стали лучом света среди кромешной тьмы! Сейчас, когда душу разъедал яд рассказа Натана, даже при всем нежелании верить ему мне казалось, что возвращение домой – панацея от всех бед… Да и месяц в запасе – этого должно хватить для выяснения, жив Дейвен или все же…

Натан и не ждал, что я что-либо отвечу, продолжил торжественно:

– Арина, обещаю, я исправлю все свои ошибки, искуплю всю вину перед тобой. Я перенесу тебя обратно в твой мир. Но… – Он резко замолчал.

– Что «но»? – Я почувствовала неслабый подвох.

Он чуть крепче сжал мои ладони.

– У меня есть одно небольшое условие. Я уже все для этого подготовил, дело лишь за тобой.

– И что за условие? – Дурные предчувствия заскреблись все сильнее.

– Через неделю ты станешь моей женой. И еще три недели у нас будет на то, чтобы ты решила, хочешь ты уйти в свой мир или все же останешься со мной. Естественно, речь о трех неделях полноценной супружеской жизни. Во-первых, наша свадьба снимет проклятие. А во-вторых, это единственный шанс для меня выиграть время, чтобы доказать тебе свою любовь.

– Да какую любовь, Натан?! – От возмущения у меня даже голос сел. – Принудить к браку – это, по-твоему, любовь?!

– Я тебя ни в коей мере не принуждаю. – Он спокойно и уверенно улыбнулся. – Ты вольна решать сама. Это всего лишь мое маленькое условие. Либо ты станешь моей женой и, если я не смогу тебя за три недели разубедить, вернешься на Землю. Либо… – Он поднялся с колен и теперь возвышался надо мной. – Либо все остается так, как есть. И, к слову, следующий переход между мирами будет возможен лишь через двенадцать лет. Но не отвечай мне ничего сейчас. Как эмоции успокоятся, тогда и примешь правильное решение. Ну а пока подумай над всем этим, Арина. Я и так из-за Дейвена чуть не потерял тебя, но больше я не повторю прежних ошибок.

Натан направился к выходу из гостиной, и от звука закрывшейся за ним двери я даже вздрогнула. В мыслях царил полнейший хаос…

Я не могла читать. Банально не воспринимала написанное из-за навязчивых мыслей. То и дело в голове повторялись отдельные фразы Натана, и каждая била как хлыстом по надежде, по вере, по наивности… Нет, я не сомневалась, наверняка хватало в его словах и вранья, но что, если и правда была?..

И я просто сидела в библиотеке. Несколько канделябров все равно не могли осветить просторный зал, так что вокруг царил полумрак. И холод. Почему-то считалось, что последний необходим для сохранности книг. И часами просиживая тут за записями Дейвена, я всегда ужасно мерзла. Но сегодня ничто меня не трогало.

В круге света от канделябра на столе виднелись составленные Дейвеном морские карты, несколько записных книжек в кожаном переплете с оставленными мною закладками… И если раньше все это казалось мне драгоценным, то теперь закрались сомнения. Ведь все же… Нет, Натан определенно тот еще тип и вполне мог залихватски врать прямо на ходу. Но откуда он знал то, что могли знать только мы с Дейвеном?! Допустить вариант, что Дейвен все рассказывал брату? Но я же видела их неприязнь друг к другу! Только сейчас уже и не знала, настоящая ли то была неприязнь…

Дверь библиотеки отворилась.

– Ваше высочество, я принес вам горячий чай. – Садриг нарушил мое мрачное уединение.

– Спасибо большое, только, пожалуйста, я ведь просила, хоть вы меня так не называйте. – Конкретно в данный момент это обращение было мне неприятно.

– Вы ведь принцесса. – Садриг прошел к столу и поставил с подноса изящную чашку. – Иначе вас называть нельзя. Хм, а здесь холодно… Быть может, вам принести меховую накидку? Или отдать приказ слугам растопить тут камин?

– Нет, спасибо. – Я покачала головой. – Я уже скоро в свою комнату пойду. Почитаю немного, и все… Садриг, скажите, а вы хорошо знали Дейвена?

– Сложный вопрос. Думаю, каждый знал его высочество ровно в той степени, в которой принц сам допускал, чтобы его знали. Он же был довольно закрытым человеком. Рос на моих глазах, но даже в детстве уже ни с кем особо не откровенничал. Думаю, уже тогда понимал, что бремя проклятия все равно ему нести в одиночку. А вы?

– Что я? – Я не поняла вопроса.

– Вы хорошо его знали? – Это прозвучало немного странно, хотя внешне Садриг оставался традиционно апатичным.

– Наверное, я его не знала совсем, – тихо ответила я. – Точнее, одно время мне казалось, что начала понимать, но теперь… – Я тяжело вздохнула.

– Вы ведь еще очень юны, ваше высочество. Простите мою вольность, но сколько вам лет? Восемнадцать?

Я кивнула.

– Это вы сейчас к тому, что у меня вся жизнь впереди? И потому хватит хандрить? – Я невесело усмехнулась. – Госпожа Амельда мне это каждый день говорит.

– Я служу ей, но это не значит, что во всем с ней согласен, – все так же без каких-либо эмоций произнес Садриг. – Я спросил лишь потому, что меня поражает ваша вера. Вы ведь неглупая девушка, прекрасно оцениваете все шансы, но все равно храните крохотную надежду все это время. Такое не может не восхищать.

– Спасибо, – я опустила взгляд, – но толку от этой веры… Тем более сегодня я узнала то, что, возможно, отчасти является правдой. И если так, то переворачивает все произошедшее с ног на голову! Самое страшное, что я сомневаюсь… Слишком много фактов совпадает, чтобы списать все на вранье… Знаете, я бы хотела вернуться домой. – Я обняла себя за плечи. – Если бы знала точно, что Дейвен… уже не вернется, и если бы могла переместиться, то немедля ушла бы в свой мир. Но даже этого я сделать не могу. Истинная избранница, истинная избранница… – Я резко поднялась с кресла. – Меня считали тут панацеей от всех бед… А в итоге? Не способна вообще ни на что! Только сидеть тут, копаться в бумагах и верить в то, во что просто очень хочется верить! – Кое-как я все же уняла эмоции. – Простите, не сдержалась… Сложно все это… Я же постоянно в этом мире знала, что делать и куда двигаться. Сначала, что нужно доказать истинность, пройти испытания. Потом, что нужно найти ответы и зацепки, вдруг произошедшее на свадьбе закономерно и есть шанс все изменить. А теперь… Теперь я просто не знаю, что мне делать…

Я отошла в полумрак, а Садриг остался в круге света у стола и посреди темного зала выглядел даже символично. Как единственный проблеск.

– Ваше высочество, скажите, почему вы до сих пор верите, что ваш муж жив?

Мне показалось, что вопрос с подвохом, но из-за безэмоциональности Садрига никак не удавалось распознать, куда он клонит.

– Потому, что мне очень хочется в это верить. Потому, что Дейвен мне дорог. Я… – Мой голос дрогнул. – Я люблю его, понимаете? И я схожу с ума от одной мысли, что он мог умереть.

– Но почему же теперь вы говорите, что у вас возникли сомнения? – Садриг смотрел на меня очень внимательно.

– Натан многое объяснил мне сегодня. Пусть там явно через слово ложь, но кое с чем я не могу спорить. Что, даже если бы Дейвен оказался очень далеко, он бы мог создать портал. И что из-за магических уз я бы все равно хоть как-то его почувствовала. Но я не чувствую… Да, я это и раньше знала, но все равно верила. А теперь еще наслушалась всякого настолько логичного и правдоподобного, что начинаю сомневаться во всем…

Мне ужасно хотелось выговориться, а ведь, по сути, было попросту некому. Госпожа Амельда все равно всегда гнула свою линию и меня не понимала. А Садриг, по крайней мере, слушал.

– Знаете, Натан сегодня поставил мне ультиматум. Я либо стану его женой, либо никогда не вернусь в свой мир.

– Насколько мне известно, к свадьбе почти все готово. Сначала ждали, пока закончится официальный траур, потом возникла загвоздка с новым местом для церемонии. Иначе, думаю, принц Натан еще раньше бы сделал вам предложение. Мне запрещено было об этом говорить, но раз вы в курсе, то нет смысла замалчивать.

– И госпожа Амельда тоже знала? – Я невесело усмехнулась.

– Само собой. Разговоры о вашей свадьбе ведутся с того момента, как принц Натан пришел в себя после ранений в тот роковой день. Боюсь, уже считается, что все решено. И вряд ли кто-то подумал, что вы будете против.

Ну да. Нормальное такое явление. Вот так мигом выскочить замуж за другого. На ходу сменить черные одежды вдовы на платье невесты. Хотя кого волнует мое мнение? Да, силком заставить не могут, но Натан настолько изворотливый, что вполне найдет способ все же вынудить меня пойти на этот шаг. Вот только что мне-то делать?! Если бы Дейвен был рядом… И именно тот Дейвен, каким знала его я… Да Натан даже взглянуть лишний раз в мою сторону не посмел бы!

Меня не покидала странная уверенность, что эти три месяца мучительной скорби были затишьем перед настоящей бурей. Намерения Натана, идущий войной Вингард, ополчившиеся на людей драконы… И я, по злой иронии судьбы оказавшаяся в центре всего этого.