Глава 13

Лиля

— У меня-то руки золотые, а вас не учили стучаться, или не знаю… Не лезть, куда не просят?

Лучшая защита — это нападение. Ну, а как иначе? Или он думал, что я ему тут все карты в руки дам, разложу себя и свой аноскоп на блюдечке с голубой каемочкой?

Может, ему еще и в том, что я не Маша, признаться? Ишь какой шустрый! Ну, увидел, как я осмотр делаю человеку, что тут такого? Бесит!

— Я думал, вы там непотребством занимаетесь! — напыщенно выдал он.

— А надо не думать, а спрашивать. По себе людей не судят. Я занималась посильной помощью вашему сотруднику. Между прочим, у человека совсем все тяжко, он еле ходит. Неужели вы этого не замечали? Чем орать тут на меня в жутком пустом коридоре, лучше бы отправили своих коллег на диспансеризацию в хорошую клинику! — едва ли не рявкнула я.

Щеки мои горели. От обиды и мысли, что меня хотели застукать за определенными занятиями, да еще и с кем? С мужчиной, что мне в отцы годился! Стало так неприятно…

Еще и коридор этот темный. На воздух хотелось, а не вот это вот все. Поэтому я просто пошла дальше. Моего пациента нигде видно не было. Все же, умный мужик, прекрасно понимал, что не стоило соваться сейчас меж двух огней.

Тем более, ему после осмотра бы свечку вставить и полежать. Надеюсь, он так и сделал, тем более, возможность была. Почему бы ею не воспользоваться?

— Куда вы собрались, и с чего вам коридор не угодил?

— Домой! Мой рабочий день окончен, а коридоры у вас тут страшные и пугающие, как в фильмах ужасов! И еще всякие шастают… Начальники!

— Мария Степановна, Вы забываетесь!

— И снова судите по себе. Лично я в свободное от рабочих обязанностей время осматривала человека, пыталась ему помочь. А вы ворвались без стука, суда и следствия с целью уличить меня и наичестнейшего семейного человека черт-те в чем! Вам тут надо молоко выдавать за вредные условия!

Он наконец-то замолчал, но, судя по звукам, идти за мной не прекратил. Вот что ему надо, а? Напугал, наругал, оболгал, да еще и плетется вслед как засранец. Не стыдно же человеку!

— Ну, а что я должен был подумать с вашей подноготной! Или будете утверждать, что вы сами чистая невинная дева?

Почти что у дверей остановилась. Развернулась и уже было хотела отчитать наглеца за столь хамоватый способ на меня наехать, как вспомнила, что у меня тут есть сестра. Не тут, точнее…

Ну, Машка, ну, сучка! Мало того, что так подставила, так теперь еще и заставляла чувствовать себя совершенно паршиво! Вот что я сейчас должна была ему ответить?

— А вы стояли, свечку держали, да?

Кажется, такого наезда он, и вправду, не ожидал. Ну, а что, не опровергла, но и подтверждать не стала. Так ему! Снова направилась на выход.,

Если честно, то я уже собралась свалить с этого мероприятия, как босс неожиданно перешел к той самой теме. А именно, чем мы там занимались в подробностях:

— Постойте! Я все равно хочу понимать, что происходило в комнате. Если вы сейчас мне не ответите, то я пойду пытать Григория Викторовича. Вам же не жалко бедного мужчину?

Ах, ты, начальство шелудивое! Ах, ты, латентный заднеприводной мопед! Да что б на тебя понос напал, и лечить ты его ко мне пришел, манипулятор фигов! Снова остановилась.

— Я проводила осмотр пациента. Ректально. Диагноз вам рассказать не могу, так как разглашать сведения, относящиеся к личности человека, незаконно. Еще вопросы будут? Могу продемонстрировать лично, что мы там делали, согласны?

Кажется, у мужика, который раз за день, пробки выбило и свет погас. Надо же. Завис как старый компьютер, как говорил сын одной из пациенток. Нахохлился.

— Спасибо, но за своим здоровьем во всех областях я слежу. Но мне весьма интересно, а на каких основаниях вы решили осуществить тут врачебную деятельность?

На официальных! — так и хотелось крикнуть мне, но снова вспомнилась Маша, будь она не ладна. Послал же Бог сестру, а я и послалась за ней.

— Молчите? Это же опасно!

Нет. Ну, достал, ей-богу! Я, конечно, понимала, что в век избавителей от порчи всякое в жизни случалось, ну, чтобы так… За себя я отвечала. Поэтому молча и злобно, а еще тягуче-медленно достала из своей сумки, хоть и обработанный, но все же использованный аноскоп со словами:

— Уважаемый Сан Саныч, если вы сейчас не прекратите этот бессмысленный и унижающий мою честь и достоинство допрос, то, клянусь Гиппократом, я проведу вам осмотр, который все эти ваши вопросики снимет с лихвой. Начать, кстати, можем прямо сейчас с простого опроса. Как регулярно у вас бывает стул? Какой он консистенции, а также не вызывает ли дефекация неприятных ощущений?