ГЛАВА 23

Осенние шторма встретили нас на полпути. Ровно через неделю после отплытия с континента.

Как ни странно, нас не преследовали императорские корабли, не летали в небе грифоны, выискивая беглянок и, как бы я того не желала, Лиам тоже не появлялся.

Умом я понимала, что он не станет следовать за мной. Но сердце разрывалось. И если первую неделю я сидела запершись в каюте и предавалась унынию, но с штормом меня настигла иная беда — морская болезнь, о которой ранее я и не подозревала. У меня все время кружилась голова, тошнило и казалось, что вот-вот и наступит мой смертный час.

Я даже воды выпить не могла, чтобы она не вернулась обратно.

— Не понимаю, — чуть не плакала Эльза, кусая губы и протирая мне лицо влажной ветошью. — Почему не получается. Когда вам было плохо в прошлый раз, у меня получилось же.

Сложно ответить на подобный вопрос. Может, потому, что у меня и на душе было точно так же паршиво и тошно!

Бесконечный дождь, сырость и уныние. И боль, невыносимая боль от расставания. Мои мысли все время возвращались в Империю. Мне хотелось хоть на мгновение оказаться рядом с Лиамом. И в то же время, становилось страшно от того, что он мне мог сказать.

— Она совсем ничего не ест. Целый день уже, — пожаловалась Эльза, влетев в мою каюту. — Мне кажется, что мисс Вэйтс не переносит эту еду. Ей целый день дурно. И… — на миг она запнулась, бросив на меня испуганный взгляд. И добавила совершенно иное. — Я не понимаю, как ей можно помочь.

За ней спустилась Ирен, которая отчего-то избегала меня и старалась как можно меньше проводить со мной времени.

Тому было несколько причин и все мне были понятны. Скорее всего она много в чем винила меня. Но лично мне было сейчас не до ее обид. Если объективно, я считала, что все сделала правильно. Даже слишком правильно. А может причина была в том, что она увидела мою печать. Точнее ее отсутствие. Хотя… с чего ей злиться? Все случилось случайно и не по моей воле.

А может, так она просто не хотела привлекать внимание и выдавать наше более близкое знакомство. Ведь мы, по моей легенде, едва знакомы. А я, как и контрабандисты, всего лишь охочусь за сокровищами Крайна.

Ирен приблизилась ко мне и села на край каютной жесткой койки, быстро ощупав лоб, измерив пульс, а после провела ладонями вдоль моего тела от головы но самых ног, и по телу словно разряды пробежались, а Ирен побледнела, резко прикрыв ладонью ключицу. Ее печать все еще мучила ее. И я могда себе представить как.

Она нахмурилась, поджав губы а после, не оборачиваясь бросила Эльзе.

— Принеси, пожалуйста, воды для мисс Вэйтс. Я приготовлю ей лекарство, и она снова будет здорова и полна сил.

— Одну секунду, — Эльза быстро кивнула и вылетела из каюты, как пробка из бутылки с сидром.

— Ты совсем рехнулась? — взвилась тут же сестра, вскочив с лежанки и заметавшись по каюте. Она шипела, как рассерженная кошка, заламывала руки и даже не старалась подбирать слова. — Как ты только додумалась? Как тебе в голову пришло?! Как ты могла так необдуманно поступить? Ами, я в ужасе…

— Тихо! — скомандовала я, поднявшись на локтях и подавив очередной приступ тошноты. Корабль в который уже раз бросило с волны на волну, и каюта закружилась, как ярмарочная карусель. Потому я снова прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. — Объясни, что опять не так?

— Не так? Все не так! Как ты могла забеременеть, зная, что нам еще предстоит? — взвизгнула Ирен, но тут же спохватилась и взяла себя в руки.

А вот у меня напротив — мир закружился все быстрее и быстрее. Ни миг я отупела, оглохла. По венам потекла магия, проступая лиловыми сосудами под кожей.

Беременна? Я беременна! У меня будет ребенок! Рука сама собой скользнула на живот, словно я могла прикоснуться к новой жизни, защитить его одним этим движением от всего того, что его ждет. От жестокого мира. От неизвестности, ждущей нас впереди. От боли, преследующей нас на каждом шагу.

О, духи и предки, и что мне теперь делать? Как быть?

— Ты не знала? — спросила Ирен таким тоном, словно я должна была все узнать чуть ни сразу.

— Понятия не имела! — процедила я в ответ.

— Но у тебя же теперь есть магия… — словно самом собой разумеющееся, отметила сестра, присаживаясь на то же место, с которого не так давно вскочила.

— И что теперь? Я ею пользовалась только раз. Да и то… на эмоциях. О, духи! — закусив губу, я обняла себя руками, словно пыталась согреться. — Как я устала от всего этого. У меня есть все, но я не знаю, что с этим делать — с королевством, магией, любовью, а теперь еще и ребенком. Я все это теряла, — и это осознание морозом прошло по коже. Страхом, леденящим душу.

— Ох, Ами, — покачала головой Ирлиен. — Как бы я хотела разделить твою ношу. Но… видимо, так тебе суждено. Остается верить, что нам отмерено одинаково и боли и счастья. И наше счастье нас ждет где-то впереди. Прикрой глаза, прислушайся к себе. Твоя магия сама все расскажет, если ты будешь ее слушать.

— Я ничего не слышу. Ничего не понимаю. И… Мне страшно, Ирен! — поделилась я, ответив на ее объятья.

— Мы справимся! Мы со всем справимся, Ами.

Скрипнула дверь и Ирлиен отпрыгнула от меня, даже вскочила на ноги.

— Я едва выпросила питьевую воду! — пожаловалась Эльза, вбежав в каюту.

— Нам нужно поговорить, — заговорил Рой, захлопнув за собой дверь. — Мне не нравится то, как настроены члены экипажа. И нужно подумать, как быть, когда высадимся на берег.

И так он это серьезно сказал, что мне снова стало дурно. Что мы сможем — две женщины, одна из которых беременна, и двое детей?!

Больше, чем кажется, если цена всему — жизнь.

— Они не тронут нас пока не пройдут Драконьи зубы и пока мы не покажем им сокровища Крайна, — заметила Ирен.

— Да, но кто мешает им избавиться от нас после? — парировал Рой. А я осознала, что за месяц, который мы не виделись с ним, он стал почти мужчиной. — Нам нужно обдумать, как действовать. Иначе, живыми мы не уйдем. У них… — паренек, мальчишкой у меня уже язык не повернулся бы его назвать, бросила на меня короткий взгляд. — У них не самые хорошие мысли. По отношению… к вам и мисс Ирен.

И такое выражение лица у него в этот момент, что мне снова стало дурно.

— Они упоминали мисс и мистера, которые ждут богатств, — начала Эльза. — Думаю, разговор был о семье градоправителя.

Я была более, чем уверена в этом. Ведь мне даже случалось подслушать разговор Эмили и Грегори Уоренсов в саду. И не об этом ли тогда спорили брат и сестра? Могу сказать с уверенностью, что так оно и было. А значит, чисто по-женски, Эми, вполне возможно, захочет мне отомстить. И руками капитана Кора и его подельников избавиться от меня. И от всех моих спутников.

В каюте повисла напряженная тишина. Рой был прав. Ждать от контрабандистов чести и милосердия не стоило. Я это понимала с самого начала. И единственное, что мы могли — подготовиться к тому, что нас ждало.

Я спустила ноги на пол, чувствуя, как желудок в который раз подпрыгнул к горлу. Но перевела дыхание и благодарно кивнула Эльзе, вмиг протянувшей мне кружку с водой. Несколько глотков и тошнота отступила. Все же нужно спросить у Ирен, не шутила ли она, когда говорила о волшебном средстве от этого недуга.

— В любом случае, нам не стоит сидеть сложа руки, — начала я, едва смогла совладать с приступами. — Рой, Эльза — узнайте все, что получится. Рой, ты особенно следи за мыслями и разговорами членов экипажа. Чуть что — докладывайте мне. Если будут спрашивать, что со мной — всем говорите, что я мучаюсь морской болезнью, а мисс Ирен мне помогает в меру своих сил.

Рой кивнул и мотнул головой, призывая Эльзу следовать за ним. И только дверь за ними закрылась, я продолжила:

— Ирен, ты помнишь и знаешь куда больше моего. Меня вообще ничему не учили. А то, что я пыталась изучать в человеческих книгах — совершенно не подходит. Мне нужна твоя помощь и знания.

Сестра перевела дыхание и кивнула.

— Правда, я не понимаю, как мы сможем практиковаться здесь, — развела она руками, имея в виду маленькое деревянное помещение. — Ты можешь сжечь корабль. Ну ли как минимум — разнести каюту. А это сложно будет объяснить.

— Постараемся быть осторожными. И начнем с теории, — вздохнула я, понимая, что она полностью права.

А мне придется большей частью довольствоваться теоретическими знаниями и верить, что в будущем все получится с первой же попытки.

— Хорошо, — как-то напряженно кинула Ирлиен. — Давай попробуем. Правда, я не очень представляю себя в роли преподавателя. Ладно. Начнем с того, что наша магия в корне отличается от человеческой. Их магия построена на заклинаниях, взаимодействии с магическими потоками — своими или потоками мира. Наша магия — это чувства, эмоции. Желания… Сам мир с его настроением, душой, силой…

— Потому она проявляется, когда у меня сильное эмоциональное потрясение, — догадалась я. — Первый сильный всплеск был, когда на меня напали. Стоп. Были еще. В грозу.

— Это как раз о том, что наша магия и есть сама природа. К тому же, может, ты и не помнишь, но, Ами, ты с детства боялась гроз, — улыбнулась Ирен. — Мать тебя всегда укачивала и говорила…

— …Что это всего лишь ворчит каменный тролль, переворачиваясь во сне, — вспомнила я.

— Возможно, твой страх никуда не делся. Я не берусь утверждать. Но и такое не исключено. Вот твоя магия и откликалась на испуг, как бы ты ни старалась от него отделаться. К слову, ты говорила, что у тебя получилось задействовать магию.

— Да. Лиам был ранен, — принялась рассказывать я. — И… я не знаю, как так получилось, но мне удалось его вылечить. Случайно.

— Не случайно. — просветила меня Ирлиен. — Это наша суть. Мы чувствуем магией. Именно потому, я как… калека. Мне не хватает того, что есть теперь у тебя, Ами. Не хватает той радуги… даже любить так как ты я не смогу.

Ее голос сорвался, но она тут же прочистила горло и перевела дыхание.

— Ты полюбишь. И с печатью мы как-нибудь справимся, — пообещала я, взяв ее за руку.

— Увы. Но мое сердце, как и твое уже занято. И как и твое — оно обречено на боль расставания. — я ждала, что она поделиться со мной и откроен тайну о том, кто именно украл ее сердце. Но Ирен повела плечами и, грустно улыбнувшись, сменила тему. — А печать… даже слепые привыкают быть слепыми. Только… больно родиться слепым. Но во стократ больнее слепым стать.

В этом она была права. Я не подозревала, как это — владеть силой, пока Лиам не снял печать. А Ирен…

— Так, давай мы начнем с того, что можем решить сейчас, — вернулась я к нашему разговору, пока мы обе не скатились в уныние.

— Да. Магия. Как думаешь, почему с таким малым количеством магов нам так долго удавалось удерживать имперский натиск? Потому что мы защищали свой дом, свои семьи, тех кого любим. Это дает нам силу и способность управлять нашей магией. Я смогла даже выдрать капли силы из-под проклятой печати, когда пыталась предсказать твое будущее. Пусть и кратковременное. Ты — сумела собраться и вылечить своего мужчину, когда это потребовалось.

— В общем, ты советуешь мне полагаться на удачу.

— На свое сердце, — поправила меня сестра.

— Лучше бы на что-то более надежное, — вздохнула я. — Но раз так, то я сейчас более готова к проблемам, чем когда бы то ни было.

— Драконьи зубы — это одна из причин, почему Крайн все еще остается частью Империи только на словах, — зашептала Ирлиен.

Я поднялась на палубу чуть ни впервые за все наше путешествие. Спустя два дня после нашего разговора, когда на корабле началась суматоха. Тошнота слава всем богам, отступила. Чувствовала я себя куда лучше и готова была абсолютно ко всему. В том числе и проходу между зубов дракона.

Капитан Кор и кормчий, которого называли Джеб Крииворукий по причине неправильно сросшейся некогда руки, выкрикивали указания команде. Члены экипажа были заняты и напряжены одновременно.

— Рад наконец видеть вас в добром здравии, — заметил капитан, бросив на меня короткий взгляд.

— О! Как рада я, — ответила я улыбкой, вцепившись в поручень рядом со штурвалом. — Думала, что не переживу это путешествие.

— Не помню, чтобы кто-то умирал от морской болезни, — усмехнулся Кор. — Но все может быть. Я уже начал беспокоиться о вашей жизни.

— Поверьте, у вас были все основания! — ответила я такой же усмешкой.

И все же чувствовалось напряжение. Что-то изменилось в тоне, взгляде, усмешке… Если это не море так влияло на капитана, то все действительно было не очень хорошо. Что ж. Осталось совсем немного и все прояснится.

— Если вы умудрились выскользнуть из рук самого Императорского инспектора… — протянул капитан. От чего у меня в груди снова что-то сжалось. А ведь Лиам, наверное, думает точно так же. Что я всего лишь обвела его вокруг пальца, чтобы устроить побег сестры. Что врать, сначала ведь я так и планировала. — К слову, как-то подозрительно легко вам удалось его обмануть, мисс Вэйтс. Не поделитесь секретом?

Это он так пытался дать понять, что не очень мне доверяет? И что подозревает меня в сотрудничестве с сыском?

— Женщине иногда куда проще выкрутиться из сложной ситуации, нежели бывалому моряку. Тем более, что действовала я исключительно в наших общих интересах.

— Не так хорошо, как мне хотелось бы, мисс Вэйтс, — поморщился капитан Кор. — Из-за вашей халатности мы потеряли тридцать пять ящиков островитянского рома. А это, между прочим, целое состояние. И еще троих членов экипажа. Накануне морского похода — это не очень добрая примета. Одно радует — Твергу тоже немного досталось.

Вот значит, как Лиам получил ранение. Проклятье! Теперь мне хотелось треснуть капитала по самодовольной роже так, чтобы он проглотил свою трубку.

— Видимо, я имела на то причины. Или моих женских чар просто не хватило на то, чтобы удержать мужчину от его работы.

— Не стоит скромничать. При должном желании и старании вы лишите покоя любого мужчину, — спустя несколько ударов сердца заметил Кор. — но давайте оставим этот разговор на потом. Самое время поговорить с вашей протеже о том, как миновать это проклятое всеми богами место. Иначе, все наши жертвы и старания будут псу под хвост.

Драконьи зубы — каменные валуны, выступающие просто с морского дна. Но не так страшны были камни над поверхностью воды, как те, которые прятались под водой. Сильное течение, частые туманы — все это делало берега Крайна неприступными. Не удивительно, что даже бесстрашный капитан Кор опасался этого места. Соваться сюда — верная гибель. Если только в твоих жилах не течет кровь крайнцев.

Я кивнула Ирен, молясь всем высшим силам, чтобы все получилось так, как мы себе представляли.

Она сделала шаг вперед, чуть прикрыла глаза и зашептала что-то себе под нос. Это была не магия. Скорее — молитва. Но я чувствовала ее силу. Мощь. До мурашек. До слез восторга.

Не знаю, заметили ли члены экипажа, но я видела, как пришел в движение туман, как зашевелился, ожил, словно прислушивался к ее словам. Потянулся к кораблю. Через мгновение — невозможно было разглядеть и пальцев на вытянутой руке.

— Демонова ведьма решила нас угробить! — не выдержал какой-то матрос. Но в таком тумане я не поняла даже где он находится, не только как выглядит.

— Заткнись, Хобс! — рявкнул капитан, совсем рядом.

Но в его голосе слышался страх и напряжение.

Алая вспышка. Мгновение, в которое даже время замерло. И туман схлынул, словно его и не было, открывая не очень широкий проход.

— Остальное зависит от мастерства вашей команды и особенно — кормчего, капитан, — заметила Ирлиен, наматывая ветошь на руку. Алая кровь проступала на серой ткани, исполняющей роль бинта.

— Чего встали, истуканы? — выкрикнул капитан, и все снова пришло в движение. — Убрать паруса!

Корабль скрипел и стонал, протискиваясь между валунами. Я затаила дыхание, а Эльза и вовсе вцепилась мне в юбку, бормоча какую-то считалочку себе под нос. Сказать правду, мне даже показалось, что такой путь не под силу старой шхуне. Серые камни цеплялись за борта, в какой-то миг даже послышался треск дерева, и левый фальшборт лишился пары пролетов.

Но еще несколько ударов сердца и валуны расступились. Проход стал шире. А с корзины на мачте послышался крик: «Земля! Я вижу землю!»

Сердце на миг остановилось. А после застучало так быстро, что у меня сбилось дыхание, а на глаза навернулись слезы.

— Получилось! — выдохнула я. А после вскрикнула, не скрывая радости и подпрыгнув на месте, — У нас получилось!

Члены экипажа подхватили мой возглас. Отовсюду разносились радостные выкрики. Но стоило мне взглянуть на капитана, как радости тут же поубавилось.

Что-то было в его взгляде такое, от чего стыла кровь в венах. Духи и предки, только бы все обошлось. Потому как едва мы ступим на твердую землю, нам придется нелегко.