Глава 23

Весь день я сидела на занятиях как на иголках. Казалось, время растянулось и стало просто бесконечным. Каждая пара длилась неделю, не меньше. Я записывала сложные формулировки на лекциях, пыталась создать хоть какой-то рисунок на практической по гаданию на спичках, но мыслями была далеко. И как только последнее занятие закончилось, даже не обедая, я рванула к Гариетте. Та встретила меня с улыбкой:

– Здравствуй, девонька. – Она окинула меня придирчивым взглядом. – Неужто форму испортила? Да что-то не видно.

– Нет, у меня тут такое дело… – я достала из кармашка записку от короля. – Завтра в восемнадцать часов обед с его величеством.

Я потупила взгляд и почувствовала, что щеки загорелись. Вообще-то я думала, что кастелянша начнет сейчас подмигивать, мол, я же говорила, зря ты так скоропостижно от короля-то отказывалась, но к счастью, она ничего такого не сказала.

Наоборот, ее лицо сделалось серьезным и задумчивым.

– Так, завтра к восемнадцати… Ну, с платьем-то точно успеем, а вот на то, чтобы с придворными премудростями разобраться времени явно мало.

Я только махнула рукой. Вряд ли следовало рассказывать Гариетте, что король и сам по части придворных премудростей не шибко озабочен. Вспомнить только наше чаепитие в банных халатах!

– Главное – платье, а там уж разберусь! – улыбнулась я.

– Тогда беспокоиться не о чем, – заверила меня Гариетта.

– У вас еще одно запасное есть?

– Зачем же запасное, – Гариетта удивленно изогнула бровь, – сошьем тебе свое собственное.

Оказывается, платье для визита в королевский дворец может изготовить далеко не каждая портниха. Есть несколько сертифицированных мастериц, которым это позволено. И получить такой сертификат очень и очень трудно: нужно и в тканях разбираться, и вкус иметь, и очень высокий уровень магии, потому как во дворце все должно быть прекрасно, и наряды дам в том числе.

И с одной из таких мастериц Гариетта водила дружбу еще с тех пор, как сама служила при королевском дворе. Так что и сейчас, по старой памяти, та откладывает все заказы и берется выполнять Гариеттину просьбу.

– А есть какой-нибудь каталог? – спросила я. – Или можно только понадеяться на вкус мастерицы?

Не то чтобы ее вкусу я не доверяла, предыдущее платье было выше всяких похвал, но все-таки хотелось хоть приблизительно знать, в чем же я отправлюсь на свое первое свидание. Ведь это же будет свидание?

Гариетта принесли каталоги, и мы стали выбирать.

Выбрать сразу готовое платье тут было невозможно, но отдельно можно было присмотреть форму юбки, варианты воланов, лифа, рукавов, если они планировались. Потом сообщить о выбранном мастерице, но, если ей покажется, что одно с другим не сочетается, она переделает все по своему усмотрению.

Желание заказчика, конечно, штука хорошая, но первостепенная задача платья – услаждать взор короля и его приближенных, так что если какая-то леди захочет напялить на себя форменную безвкусицу, ей это просто не позволят.

Я тут же вспомнила леди Лервенну, королевскую предсказательницу. Похоже, та дала немалую взятку своей мастерице. Потому что ее канареечного цвета платье назвать образцом стиля и вкуса язык бы не повернулся.

– А леди Юлия тоже сама выбирала себе платье? – спросила я у Гариетты. После знакомства в кабинете дознавателя мне было интересно узнать о ней побольше.

– Нет, что ты, ей не до того было. Она-то с королем видеться не хотела, и правильно делала. Тот, прежний король, редкостный мерзавец был. Мало того, что брата своего уморить хотел, так еще и к нашей девочке лапы свои загребущие тянул!

Вот как! Тогда понятно, почему ей во дворец совсем не хотелось…

– Но магистр Рониур быстро со всем разобрался, быстренько женился на ней, никто и глазом моргнуть не успел!

Так за разговорами выбрали мне платье на завтра. Пышная юбка, узкий лиф, накидка на плечи и все это нежно-сиреневого цвета.

– Кажется, должно получиться неплохо, – улыбнулась я.

– Великолепно получится! – потрепала меня по плечу Гариетта. – Завтра после занятий сразу же приходи, наряжаться будем.

Я вылетела от Гариетты окрыленная. Возвращаться в комнату не хотелось. Впрочем, и необходимости не было, ведь у меня оставалось еще одно очень важное дело.

Я направилась в сторону бывших студенческих домиков, где позавчера оставила Масю. Нужно было покормить своего питомца, а заодно посмотреть, что за художества она изобразила. Но, заглянув в дом, я застыла на пороге.

Маси не было. Три стены были увешаны уже готовыми коврами, а вот на четвертой рисунок доходил только до середины. Мася бросила свою работу на полпути? Очень странно.

– Мася! – крикнула я. – Эй, ты где?

Она не появлялась и не отзывалась. Я обежала все комнаты, но нигде ее не нашла. Может, ей показалось, что в этом домике свет как-то не так падает, и она решила поискать место получше?

До самого заката я бегала от домика к домику, звала, но все тщетно, Мася так и не появилась. Ну и куда же она делась? Просто решила, что в лесу ей будет лучше и убежала на дикую природу, или с ней что-то случилось? Вдруг мою Масю похитили, или и того хуже, сожрали какие-то дикие звери. С одной стороны лес довольно близко подступал к домикам, кто знает, не водятся ли так хищники.

Наконец я устала и совершенно выбилась из сил, к тому же искать черного паука в кромешной темноте – плохая идея, особенно если его там нет.

Расстроенная, я побрела в свою комнату. В прихожей столкнулась с Бриззиной. Ну вот, отличное завершение «прекрасного вечера». Бриззина явно была не в духе. Да нет, не просто не в духе, такой сердитой я ее уже давно не видела. Я уже хотела быстро прошмыгнуть мимо, чтобы не выяснять, что там у нее случилось, или того хуже, не попасться ей под горячую руку. Но она меня поймала.

– Ты же уже знаешь про его величество? – зло спросила она.

Черт! Черт, черт, черт! Видимо, Бриззина узнала, что у нас свидание, и теперь от ее гнева мне не скрыться. Но как она могла? Знала только Гариетта, а она не то, чтобы слишком болтлива.

– Что я должна о нем знать? – с самым независимым видом спросила я. Буду отрицать все до последнего, а о своем свидании признаюсь Бриззине не иначе как в людном месте и при десятке свидетелей.

– Его величество больше не будет учиться в академии, – с надрывом в голосе произнесла она.

Эта новость ошеломила и меня. Король ведь и сам хотел учиться вместе со всеми, не требуя для себя никаких поблажек.

Хотя, может, он все же решил внять голосу разума и на время спрятаться во дворце? Все-таки, угроза похищения – штука серьезная. Хотя нет, вряд ли.

Я вспомнила, как снисходительно и насмешливо король Алард смотрел на меня, когда я предлагала ему спрятаться. Такой вариант решения проблемы был бы ему не по нутру. Впрочем, кто знает, а вдруг суровый магистр Рониур, который однажды при мне отчитывал короля, все-таки отыскал нужные аргументы и убедил короля.

Но вряд ли обо всем об этом следовало знать Бриззине, поэтому я сказала:

– Ну… его величество – человек занятой. Может быть, ему просто некогда, а потом вернется, когда закончит со срочными делами.

– Если бы! – почти всхлипнула Бриззина. – Нет. Он сегодня явился к ректору и заявил, что всему, что ему было надо, он уже научился и готов заняться всерьез законотворчеством. Мол, у него есть несколько идей о новом устройстве королевства, и ему их надо обдумать в тишине и спокойствии.

Вот уж действительно странно. Последнее, в чем я могла бы заподозрить его величество, так это в любви к тишине и спокойствию, хотя застала же я его в одиночестве в королевском парке. В общем, как бы то ни было, завтра мы с ним встречаемся, вот я сама его и спрошу.

– Вернется еще твой король в академию, – обнадежила я Бриззину и быстро юркнула в свою комнату, пока на меня не начал выливаться новый поток ее стенаний.

Закрыла дверь, включила свет, огляделась по сторонам и шепотом воскликнула:

– Ну как же тебе не стыдно!

Моя Мася, которую я три часа кряду искала по студенческим домикам, с самым невинным видом сидела у меня в комнате, соорудив себе гнездо в новой коробке! Она выткала небольшой коврик и уютно на нем устроилась. Стены на этот раз не тронула.

– Ну и что ты тут делаешь?

Она, разумеется, не ответила, только подбежала и потерлась об меня мохнатыми лапами. Что же, понятно. Творчество творчеством – а жить одному не каждому захочется.

– Ох, горюшко ты мое, давай ужинать. Нашлась и ладно. А как с этим быть, подумаю завтра.