ГЛАВА 7

Я оказалась на пороге трехэтажного кирпичного здания в промышленном районе города. Вдалеке виднелись трубы завода, испускающего черные клубы в затянутое тучами небо. Ветер гонял в полупустом дворе листы брошенной кем-то газеты. На соседней улице гудел рынок, но здесь было довольно тихо.

Я легко взбежала по скрипучим ступенькам и подняла глаза, пытаясь рассмотреть в окнах знакомые лица. Два верхних этажа были жилыми, а первый сдавался в аренду. Над массивной дверью с медной ручкой висела большая вывеска: «Столичный глашатай».

На мой стук дверь распахнулась сразу же.

— Добрый день, рина Аурелия, — поздоровалась со мной Бетти. На ее макушке кокетливо сидела шляпка, а через руку было перекинуто пальто. — Проходите. Простите, не смогу вас проводить. Убегаю!

Я усмехнулась и посторонилась, пропуская Бетти. Ее милое лицо в форме сердечка сияло восторгом. Тугие темные кудряшки нетерпеливо подскакивали при каждом шаге.

— Конечно, — согласилась я и, не удержавшись, спросила: — Хорошие новости?

— О, еще какие! — обрадованно бросила она, не замедляя шага. — Убийство в восточном районе! Если поторопиться, я смогу первой опросить очевидцев.

— Удачи, — искренне пожелала я.

— И вам хорошего дня!

Бетти пересекла тихий переулок и помчалась в сторону галдящей улицы. Я же перешагнула порог и оказалась в сердце детища Арианы — столичной газеты, которая всего за несколько лет превратилась из затрапезного новостного листа в полноценное издание, раздражающее конкурентов. Думаю, те так бесились, потому что вынуждены были соперничать со слабым полом.

Ариана принципиально нанимала на работу только женщин. Чего ей это стоило, отдельная история…

В нос ударил запах типографской краски и крепкого кофе. Звук печатных машинок смешивался с деловыми разговорами и сигналами зеркал-артефактов: местных аналогов телефонов.

— Рина Аурелия, добрый день!

— Подождите, рин, говорите, кража? А что пропало?

— Рина Аурелия! Нет, это я не вам.

Я улыбнулась трем девушкам, переговаривающимся с невидимыми собеседниками по артефактам и прошла дальше. Бред тут же спланировал с моего плеча и улетел вперед, словно высматривая местность на предмет опасностей. Здесь к моему дракончику уже привыкли, поэтому не обращали на него внимания.

— Бриана, как ты? — мимоходом спросила я, протискиваясь между двумя столами.

Невысокая худая девушка с веснушками на красивом лице оторвалась от бумаг и, обведя страдальческим взглядом заваленный папками стол, протянула:

— Могло быть и лучше. Как вы?

— Спасибо, хорошо.

Ханна — крупная блондинка с поистине впечатляющими формами — быстро что-то писала в блокноте. Завидев меня, она, почесала макушку карандашом и спросила:

— А Тори вы не встречали?

Я с сожалением развела руками.

— Нет, а что?

— Ушла за булочками и пропала, — досадливо пояснила Ханна. — Кто вообще взял ее на стажировку?

— Не заносись, — флегматично бросила Бриана. — Девочка старается. Скоро втянется. А за булочками можешь и сама сходить. Если Ариана узнает, что ты развела дедовщину, мало тебе не покажется.

Ханна недовольно засопела. Ноздри ее прямого носа затрепетали, как у породистого скакуна.

Я торопливо миновала этих двоих, не желая быть втянутой в скандал. Ханна и Бриана постоянно кусались между собой, что, впрочем, не мешало им приходить на выручку друг другу в самые сложные моменты. Когда Бриана овдовела и родители мужа выставили ее буквально на улицу, именно Ханна обеспечила подругу кровом и едой. Не на день, а на долгий год, пока та приходила в себя и становилась на ноги.

А пару месяцев назад Бриана шагнула навстречу заклинанию мага-преступника, чтобы то не угодило в Ханну.

— Ариана у себя? — спросила я, уже подходя к темно-коричневой двери.

— Да, она на месте. Только…

Дверь распахнулась. В зал сначала ворвался дикий детский крик, а затем в проеме появилась Ариана. В штанину ее обтягивающих черных брюк намертво вцепилась трехлетняя белобрысая девочка с темно-зелеными, папиными глазами — их с Джонатаном дочь.

— Эмма, я торжественно обещаю, что завтра ты отправишься на работу к отцу, а не ко мне. Пускай Тайная Канцелярия тоже побегает, а моя газета выдохнет, — не то пригрозила, не то поставила перед фактом Ариана и, заметив меня, чуть просветлела лицом. — Рель, привет! Заходи.

— Мама, а…

— А ты поиграешь с дракончиком! — быстро сориентировалась Ариана.

Бред, забравшийся на люстру, едва не упал.

— Что-что?! — возмутился он. — Со мной?!

Эмма перевела на него радостный взгляд и захлопала в ладоши.

— Дракончик!

Бриана и Ханна замерли над своими бумагами, будто ожидая, когда саперы обезвредят бомбу — ангелочка в желтом платье и лентами в светлых тонких волосах.

— Не советую отказываться, — заметила Ариана, уже ухватившись за ручку двери. Я, как мышь, торопливо шмыгнула в ее кабинет. — У нее есть привычка визжать на ультразвуке, когда что-то идет не так.

— Я вовсе не собираюсь…

— А-а-а!!!

Визг Эммы заставил меня споткнуться на ровном месте. Я буквально пробкой улетела в кресло напротив письменного стола и с надеждой посмотрела на Ариану. Она же закроет дверь, верно? Не то чтобы я не любила детей, но…. В самом деле, если так подумать, то брак с Майклом — благословение небес.

Судя по грохоту, Бред все-таки свалился с люстры.

— Тише-тише, малышка. Во что ты хочешь поиграть?

Визг тут же оборвался.

— А я предупреждала, — насмешливо фыркнула Ариана и прикрыла дверь. В комнате сразу стало заметно тише. — Прости за такую встречу. Няня Эммы приболела, а оставлять ее с горничной я побоялась.

— Ничего, я все понимаю, — заверила я и покосилась на копошащуюся в горшке лиану. — Привет, Плющик.

Питомец Арианы едва заметно шевельнул листочком и, как греющаяся на солнце кошка, развалился на гальке, которой была присыпана часть горшка с землей.

— Похоже, он решил устроить себе в горшке сад камней, — заметила Арина и широкими быстрыми шагами подошла к столу. Я не без зависти посмотрела на ее брюки. Я и сама мечтала носить такие, хотя бы иногда (юбки меня ужасно достали), но Майкл выразился на этот счет вполне ясно еще в самом начале нашего сотрудничества. — Натаскал откуда-то гальки и доволен, будто слопал мышь.

Я с опаской посмотрела на Плющика. Тот как раз повернулся в мою сторону и зевнул: бутон раскрылся, обнажив хищную алую пасть с зубами. Я вздрогнула.

— А он ест мышей?

— Не знаю, но пару раз он притаскивал мне дохлых грызунов.

Плющик снова завозился в горшке, а я торопливо отвернулась. Пожалуй, лучше не привлекать внимание столь экзотической и опасной зверушки. Помнится, Оуэн говорил, что Плющик — результат неудачного магического эксперимента. Настолько ценный, что его оставили в живых, а не уничтожили.

Ариана села в кресло и потянула шею, склонив голову сначала влево, а затем вправо. Раздалось едва слышный хруст позвонков, и Ариана устало поморщилась.

— Как твои дела?

Я улыбнулась.

— Прекрасно, если не считать того, что на выходных меня ждет поездка к родственникам Майкла.

Ариана понимающе усмехнулась.

— Семейный ужин? Сочувствую.

Я вздохнула.

— Ничего, справлюсь. Не в первый раз. К тому же, его родные почти смирились с моим существованием.

Ариана откинулась на спинку кресла и сложила руки на животе. Я невольно залюбовалась ею: стройная, сильная, с легкой походкой и не вяжущимся с миловидным личиком решительным голосом, она была для меня олицетворением того, о чем я мечтала. К чему хотела бы прийти через несколько лет.

— Если его тетя снова начнет катить на тебя бочку, просто ненавязчиво напомни ей о важности умения держать язык за зубами. Кажется, на прошлогодней королевской охоте оно ее подвело.

— А что там случилось?

Ариана отмахнулась.

— Она опростоволосилась. Похвалила цветовую гамму шатров в присутствии Ее Величества.

— Это плохо?

На ее губах заиграла тонкая улыбка, которую я иногда видела у Джонатана.

— Учитывая, что цвет ткани выбирала фаворитка Его Величества, да. Королева до сих пор в обиде. Кажется, приглашение на новый сезон охоты семья Майкла так и не получила.

Я смутно припомнила, что Майкл упоминал о чем-то подобном, но я тогда не придала этому значения. Интриги высшего света для меня были чем-то вроде шахматной партии, в которой я предпочитала роль зрителя — она явно почетнее участи пешки.

— Спасибо за совет, — поблагодарила я. — Но не уверена, что у меня получится так ловко ввернуть подобного рода шпильку.

Ариана усмехнулась и пожала плечами.

— Ну, во всяком случае, я вложила в твои руки пистолет, а дальше уже ты решай, что с ним делать.

Я постаралась свести все к шутке:

— Тебе повезло, что я знаю, как выглядит огнестрельное оружие.

В этом мире оно не прижилось. Наверное, из-за наличия в нем магии.

Она хмыкнула:

— Надеюсь, что нормальное нижнее белье появится здесь раньше револьверов.

Мы переглянулись и засмеялись.

Ариана была из того же мира, что и я. Она умерла у себя, чтобы получить второй шанс в новом теле. Нас познакомил Майкл, и мы быстро нашли общий язык. Мы с легкостью понимали друг друга, ведь наши судьбы во многом были похожи. Но при этом мы с ней отличались как день от ночи. Смелая, порывистая, решительная Ариана заставляла меня чувствовать себя пугливой ланью, бегущей от собственной тени.

Иногда мне было интересно: смогли бы мы с ней подружиться, если бы обе были из этого мира? Если бы нас не связывало условно общее прошлое?

— Оуэн просил передать тебе привет, — отсмеявшись, вспомнила я. — Он обещал забежать к тебе на неделе.

Ариана оживилась. Ее лицо буквально засияло. Я знала, что с Оуэном их связывает давняя дружба.

— Как он?

— Хорошо. Вроде, — я помолчала и, вспомнив о темных кругах под его глазами, виновато развела руками. — Ну ты знаешь, что он не особо делится своими переживаниями.

— Это правда, — согласилась Ариана. — Пророческий дар сделал его замкнутым и осторожным. Иногда я скучаю по тому сорванцу, с которым познакомилась.

Ее взгляд на мгновение затуманился, словно она окунулась в воспоминания. Я кашлянула, привлекая к себе внимание.

— Он сказал, что проведает родных.

Ариана кивнула и, задумавшись, накрутила на палец прядь длинных светлых, почти льняных волос.

— Да, у его семьи проблемы.

— Почему?

Она помолчала.

— Семья Лингов — одна из самых влиятельных и богатых в королевстве. Прежде она всегда пользовалась благосклонностью Его Величества, но…

Я нахмурилась, когда Ариана замолчала на полуслове. Было в этом что-то зловещее.

— Если у его семьи проблемы, это значит?..

Я тоже не закончила фразу, и вопрос повис в воздухе. Ариана встала, подошла к небольшому кофейному столику в углу и потянулась к графину, затем передумала и посмотрела в окно. Оттуда доносился бодрый цокот копыт и скрип колес.

— Ты, как маг, ничего не чувствуешь? — спросила она, не смотря на меня.

Я нахмурилась.

— Ты ведь тоже обладаешь магией, — напомнила я. — Ты закончила академию.

Она лишь повела плечами.

— Я не считаю себя магом. Я — Проводник: усиливаю чужой дар. Мне всегда казалось это скучным, поэтому после учебы я создала свою газету. И теперь вспоминаю о своем, как выразился ректор Ной, предназначении, только если Джонатан просит о помощи. Но это случается крайне редко.

Я поерзала в кресле. Мне было странно слышать о таком отношении к дару. Я без магии теперь попросту не представляла себя. Впрочем, как и Майкл с Оуэном.

Я невольно вспомнила Джейсона: момент, когда его кулак припечатал противника на тренировочном поле. Ведь он тоже не всегда обращался к магии. Не считал ее частью себя?

— Зато я тщательно слежу за всеми новостями. Моя газета — своего рода индикатор общественного настроения. По сводке преступлений я легко могу сказать, что происходит в стране: впал ли народ в уныние или наоборот гневается и негодует.

Я с трудом вырвалась из пелены собственных мыслей и уставилась на Ариану. Она, опершись ладонью о стену, стояла ко мне вполоборота. Я в очередной раз подумала, что ее красота — утонченная, эфемерная — с возрастом становилась лишь ярче.

— И что ты можешь сказать сейчас? — осторожно вставила я. — Чем живет народ?

Она помолчала, а затем обернулась. Мне не понравился ее взгляд — задумчивый, настороженный и не предвещающий ничего хорошего.

— Мне кажется, скоро что-то произойдет, — негромко ответила Ариана. — А что тебе говорят твои видения?

Я хотела сказать что-то нейтральное о заговорщиках. В конце концов, об этом и правда не стоило беспокоиться: мы с Оуэном работали уже не первый год. Но, открыв рот, я не смогла ответить ничего внятного. Почему-то в голове снова всплыл тот пророческий сон о нашей с Джейсоном свадьбе.

Мысли вновь побежали по кругу: зачем мне выходить за него? Что все это значит?

— Боюсь, мои видения слишком туманны, чтобы по ним можно было сделать какие-либо выводы, — после паузы сказала я.

Ариана чуть склонила голову набок, словно принимая такой ответ, а затем громко хлопнула в ладоши. Я подпрыгнула на месте от неожиданности.

— Ладно, поживем — увидим. Чаю?

Я обрадовалась смене темы. Минорные нотки, появившиеся в разговоре, заставили меня занервничать.

— Да, не откажусь.

Остаток беседы прошел в беззаботной болтовне. Ариана щедро поделилась светскими сплетнями и жалобами на плохой сон у малышки, а я — новостями академии, по которой она скучала. Мы как раз обсуждали обескураживающие методы преподавания мэтра Райли, когда за дверью что-то грохнуло, а затем раздались женские крики:

— Пожар!

— Осторожно!

Мы с Арианой вскочили со своих мест. Моя кружка с чаем перевернулась и коричневой ароматной лужей растеклась по столу.

— Пожалуй, идея поиграть с дракончиком была на самой удачной, — пробормотала я, путаясь в подоле.

В основной комнате царил хаос. Девушки бегали между столов, пытаясь потушить полыхающую урну с бумагами, но безуспешно. Огонь магического происхождения поднимался все выше. Поодаль на задних лапах сидел обескураженный Бред. Он зубами вцепился в платье Эммы, не пуская ее подойти поближе.

Ариана сориентировалась первой.

— Бриана! — крикнула она. — Где ты?

Девушка тут же оказалась рядом. Не мешкая, Ариана ухватила ее за обнаженное запястье и встряхнула ее руку, направляя ее вверх.

— Ну же!

Бриана торопливо, неумело вывела в воздухе руну воды. Обрушившийся с потолка ледяной поток мгновенно остудил не только урну, но и всех присутствующих.

Я шмыгнула носом, вытерла ладонью лицо и оглядела издательство газеты: все бумаги вымокли и походили на грязные носовые платки, разбросанные по комнате. С волос и одежды ошарашенных девушек стекала вода.

— Что тут произошло? — строго спросила Ариана.

— Урна загорелась, и мы никак не могли ее потушить, — спокойно ответила Ханна и брезгливо отряхнула свой жакет. — Может, дракон в нее плюнул?

Взгляды всех присутствующих скрестились на Бреде. Тот раскрыл пасть и выпустил Эмму из захвата. Та радостно взвизгнула и устремилась к матери.

— Весело! Давайте еще?

— Нет, дорогая, с огнем мы больше играть не будем. Хотя бы сегодня.

Бред, видимо, чувствуя всеобщее внимание, осторожно попятился:

— А что я? А я ничего!

Я цокнула языком и повернулась к Ариане.

— Тебе помочь с уборкой?

Она покачала головой. К ней на руки уже забралась Эмма и обняла за шею.

— Нет, мы сами справимся. ЧП в этом месте происходят регулярно.

— Ты уверена?

— Не волнуйся, Рель.

Она улыбнулась, став на мгновение еще красивее, чем прежде. Я коротко пожала ее руку и, попрощавшись со всеми, вышла из издательства.

Забавно, но, помня свои имена из прошлых жизней, мы предпочитали называть друг друга теми, что получили в новой жизни. Кажется, Ариана как-то сказала, что так боль потери забывается быстрее. Наверное, она права.

— Это ты сделал? — оказавшись за порогом, мрачно спросила я у Бреда. — Так сильно хотел отвязаться от Эммы?

Бред виновато понурил голову, а затем вскинулся и зачастил:

— Она все липла и липла ко мне! Я надеялся, что огонь ненадолго ее отвлечет. Между прочим, я не нянька! У меня нет соответствующего диплома и… терпения.

Я вздохнула.

— Все с тобой ясно. Что ж, идем домой.

— Как думаешь, — Бред прыжком взмыл на мое плечо. — Все поняли, что я сделал это специально?

Я вспомнила лица девушек и усмехнулась. Кажется, они разгадали уловку Бреда, но несильно его осуждали. С Эммой по очереди успели посидеть все сотрудники газеты. Три года — сложный возраст.

И если в этом мире еще ничего не знали о кризисе трех лет, это не значит, что его не существовало в природе.

— Можешь быть в этом уверен, — не без злорадства заверила я.

Бред засопел и промолчал.

Портал вспыхнул радугой, а затем, когда глаза привыкли к свету, я уже стояла в центре своей спальни. Взгляд метнулся к каминным часам. Что ж, если поспешу, я еще успею на артефактику.